Тёть Дусь, я больше так не буду

***

— Дунь, ну нельзя же так! — увещевала Хани, оттаскивая подругу от хрустального шара. — Хватит того, что ты за ними по ночам подглядываешь. Надо доверять своему мужику. — Ребенка?! Свою кровиночку доверять?! — пытаясь отстранить кореянку, возмущалась русская красавица. — Это и его ребенок, успокойся уже! — Хани встряхнула спутницу за плечи, возвращая в здравый рассудок. Это был уже третий приступ материнского беспокойства за время их пятидневного отпуска на Мальдивах. Хани в этот раз еле уговорила подругу составить ей компанию. Это и так было не просто все последние годы из-за увлечения Дуси своей семейной жизнью, но после рождения маленькой Степаниды Фёдоровны полгода назад — стало просто невозможным. Но, как бы то ни было, ворожеи теперь лежали на белом песочке и грели свои многовековые, но по прежнему идеально стройные, бока под жарким ласковым солнышком. — Не жалеешь? — Хани никогда не задавала этот вопрос. Но теперь Дуняша выглядела, как бы это помягче… слегка более ненормальной чем обычно, усталой и дерганной. — Об чем? — Евдокия подуспокоилась и почти не бросала взглядов на шар, через который велась прямая трансляция из спальни Стёпушки. — О том, что лишилась почти всей силы на восемнадцать лет, — пояснила Хани. — О нервотрепках с мужем, о родах, капец, как ты их выдержала?! — Да что ты, Ханечка?! — искренне удивилась та. — Роды не так уж и страшны. Ну да, детонька у меня вся в отца, головастая, но это же мелочи. Один разочек в ошмёточки, зато потом радости столько, сколь никогда еще не было. — А сила? — Ну силушка моя, чай, не пропадёт, — отмахнулась Дуняша, — дочуня вырастет, а ко мне к тому времени магия воротится, смогу обучить ее. Ты ж помнишь поди, как в восемнадцать нам всем не сладко пришлось? — Да, давно это было, — покачала головой Хани, — но помню как вчера. Первая волна силы меня чуть в реке не утопила, а потом я с дуру к людям побежала. А там инквизиторы… Веселого мало. На первом костре я хотя бы согрелась, а вот на втором уже слишком горячо было. — У тебя, милая моя, ведь матушка померла раньше времени, это жаль очень. Так бы обучила всему. — Ну ты свою девчонку научи как следует. — Она ж полукровушка, может еще не прорежется магия, поглядим как жизнь повернется. — Значит не жалеешь? — переспросила брюнетка, поправляя огромные солнцезащитные очки на аккуратном носике. — Ни граммочка, Ханюш, ни полграммочка. — Вот и хорошо. Может тоже решусь остепениться годков через тридцать.

***

После того осеннего бала наши русские переселенцы стали встречаться по-настоящему. Надо признать — было не легко. Особенно Стасику. Его еще долго шпыняли бывшие дружки и частенько колотили на задворках. Но с помощью брата, поддержки Лены и своим новым осознаниям, парнишка научился давать отпор и уже через полгода с него сошли последние синяки. Дома ситуация заметно изменилась. Теперь Федька стал работать усердней, приносить всю зарплату в дом и даже завёл девушку. Когда Стасик с Леной узнали, кто эта девушка, то чуть было не поехали кукухой, ведь колдунья в доме… как минимум не к добру. Но, как выяснилось, Дуняша оказалась влюблена. Как и что она нашла в Фёдоре Титове нам не понять, но отношения с ним превратили Дусю в самую очаровательную домохозяйку, у которой будто случайно всё ладилось, и заботливую сестрицу для Иришки. Когда отец Титовых возвращался из командировки, Дуся охмуряла, в хорошем смысле слова, и его. Он постепенно стал примерным родителем и всё свободное время проводил со средним сыном и дочуркой. Таскал их на рыбалки, в походы и даже разрешил завести кота. Школу Лена закончила с отличием, тут без сюрпризов. Ее сразу же оторвали с руками в областной медицинский университет. Стасик окончил одиннадцатый с тремя (всего лишь) тройками и был принят на бюджет в местное кулинарное училище. Встречаться они продолжали на расстоянии. По началу всё шло хорошо — звонки, сообщения, редкие, но теплые встречи. Но потом наступили трудные времена. На третьем курсе они решили, что дальше так не пойдет и дали друг другу свободу, ведь расстояние никогда не сближает, если длится дольше пары месяцев. Но Стасику нафиг не далась эта свобода. Он любил Ленку. А на расставание пошел только потому что видел, как ей тяжело совмещать круглосуточную учебу и их общение — она уставала и переживала, что не может приехать: «не успела ответить, прости не увидела сообщение…» Она правда ушла в свое дело с головой. Но вот Титов окончил учагу, собрал свои вещички, всю волю в кулак и рванул в город. Он вылез вон из кожи, чтобы попасть на обучение в государственный универ по своей специальности. В тот день, когда он наконец был принят, Стасик проехал через весь город и нашел леночкино общежитие. А потом, как научила Дуняша: преподнёс огромный букет и коробку конфет консьержке, чтоб та позволила ему увидеться с… — Она одноклассница моя, давно не виделись, — честно поведал он женщине. — А теперь вот узнал случайно, что здесь живет, дай думаю навещу, от ее родителей весточку передам. Ну женщина конфетку надкусила, цветочки нюхнула и очень добрая стала. То ли Дусенька в гостинец чего напрыскала, то ли Стас более умело стал своей природной харизмой, ямочками, веснушками, глазами-озёрами, пользоваться. В общем консьержка даже пропустила парнишку в женское крыло, чего делать ох, как не позволялось. — Титов?! — обомлела тогда Лена. Она как раз собирала вещи, чтобы домой ехать на лето после сессии. — Лен, привет! Я тут… поступил вот в гос. — Здорово, — Журавлева не видела Стасика несколько месяцев, подзабыла что он уже не тот низкорослый худышка, а вырос на голову выше нее и возмужал прилично. — Ты не хотела бы… Ну, не знаю, прогуляться? — Мне на поезд надо, через три часа уже. — Если поторопимся, то можем обменять на другой день, — озорно улыбнулся парень и протянул ей руку. В этом жесте было так много всего. Каждый день после школы Стас вот так же протягивал руку, требуя дать ему донести ленкин рюкзак. Вечерами — чтобы девушка просто подала руку, которую он нежно и очень тепло держал на протяжении всей прогулки. А когда они расставались при последней встрече, Титов протянул ладонь, чтобы пожать на прощание. «Мы ведь остаёмся друзьями, верно?» — спросила она тогда. «Конечно, — ответил Стасик, — но я всё равно буду всегда тебя любить». И вот теперь он снова подал ей свою крепкую руку. А как за нее взяться — приветствуя или прощаясь, решать было только Лене. Но она вообще не стала брать его руки. Вместо этого девушка выронила учебники по акушерству, которые ей выдали на будущий учебный год по выбранной специальности, и бросилась бывшему однокласснику на шею. Залила слезами раскаяния и радости весь воротничок его парадной рубашки, шмыгала и смеялась, утирая покрасневший носик. А потом просто сжалась в комочек и дала держать себя в больших сильных объятиях. Стас обнимал крепко и целовал с русую макушку, а у самого сердце в груди билось бешено, ликовало предательски. В тот день Лена на поезд не попала. Они гуляли по городу, мокли под дождём и целовались в парке до утра. А потом Стас снова смог, на этот раз тайком, пробраться в ленкину комнату, и весь следующий день они провели в ее узкой односпальной кровати. Ну а что, им обоим было уже по двадцать, их первый раз случился давно и с тех пор ни единый третий лишний не вмешивался в интимную жизнь этой пары. Даже во время паузы в отношениях. С того времени жизнь наладилась. Через год они сняли общую квартиру и мотались на учёбу в разные концы города. А еще через год Лена пошла на практику и такого насмотрелась с младенцами и роженицами, что ночами спать Стасу не давала, то от кошмаров, то от «Стасенька, миленький, я так хочу уже ребёночка! Ну давай сделаем маленького! Они такие лапочки, ты бы только видел…» Но Титов был кремень. Во всех смыслах. Как бы Лена не умоляла его в приступе нежности, он соблюдал все осторожности. Ведь они решили, еще тогда, дома, что с детьми спешить не будут. Сначала немного на ноги встать надо, дела поделать, поездить если куда захочется. Что ж, Лена, как и мечтала, стала акушером центрального регионального роддома, где принимала самые сложные роды и справлялась с самыми невероятными случаями. Дуняша как-то по своим каналам подсчитала, что за два года работы доктор Журавлёва спасла более шестидесяти безнадежных мальков. Стас тоже не отставал. Хоть его повседневная работа в небольшом ресторане и не была супергероической, он сделал много добра, как активный волонтёр, помогая готовить и доставлять провизию малоимущим и немощным гражданам области. И вот теперь, спустя десять лет после того обмена телами, Лена шла под венец. А Стас ждал ее там с цветами, дрожащими коленками и концентрированным пустырником в крови. Ирочка стояла рядом с братом и, пряча пунцовое лицо в букете, улыбалась загадочному «незнакомцу», который сидел в дальнем углу местной церквушки. Он приподнял воротник своего пальто, надвинул на глаза шляпу… Шляпу?! Кто в наше время носит шляпы? Но шестнадцатилетняя Ира всё равно видела, как из-под всей этой нуарной маскировки он улыбается ей своей потрясающей прямоугольной улыбкой. — Тэхёша, ты приехал… прилетел! — сразу после церемонии Иришка утащила Кима в небольшую комнатку, что служила воскресной школой. — Конечно, я ведь получил приглашение, — парень вынул из кармана простенький картонный прямоугольник с ленточкой. — Дошло?! Настоящей почтой успело? — восторгу девушки не было предела. Но она всё же немного робела. Они с Тэхёном не виделись уже больше года, но общались в последнее время очень часто, и очень близко… Так, лучше наверное рассказать по порядку. После возвращения к себе, Тэхен не сразу вспомнил о своем обещании написать Иришке. Но прошла пара недель и эта милая, веснушчатая девочка приснилась ему. Во сне она грустила и плакала. Вот тогда-то Ким и понял, что нельзя допустить, чтобы его «сестренка» была грустной. Он спохватился и накатал письмо. Обежал компанию в поисках госпожи Хан, но выяснилось, что та уволилась. Поэтому парень сидел ночами с гугл-переводчиком, чтобы хоть как-то перевести своё письмо на русский. В итоге сложил в конверт оба листка и отправил на адрес Титовых, который запомнил будучи еще Стасом. Через полтора месяца он получил ответ — печатными русскими буквами девочка рассказала, что у нее всё хорошо. Правда хорошо, Тэхёнушка. Федя изменился, нашел девушку. Стас гуляет с Леной и гораздо лучше учится. А сама она ходит в школу на подготовку к первому классу… Так завязалась их долгая и очень медленная переписка. Тэхён не думал об Иришке постоянно — работа отнимала все его силы и время, но бывали вечера, когда он поднимался на крышу, ложился и смотрел на звёзды. В такие моменты он представлял, что через несколько часов именно это небо будет прямо над домом его маленькой подруги. Время летело, они продолжали шуточное общение. Потом у Титовых появился интернет и они стали общаться в сети. Тоже не часто, но всё же гораздо быстрее. Утром на свое одиннадцатилетие Ира получила сообщение: «Я отправил тебе подарок. Но на имя Стаса. Пусть не открывает, когда получит. Ни в коем случае!!!» Переписывались они мешаниной из корейской и русской речи, но прекрасно понимали друг друга. «Какой еще подарок?» «Получишь — узнаешь. Не могу долго говорить, сегодня в Америке снимаем клип.» «Скажи, а то я не признаюсь, что он мне понравился» «Вот хитрая русская девчонка! Это платье и сладости. Знаю, что тебе из-за аллергии нельзя сахарные. Эти можно. Ну всё, шпионка, пока.» «Спасибо что сказал. Ты самый лучший, Тэхёша! Удачного дня!» — успела ответить Иришка прежде чем Ви вышел из сети. Девочка выключила компьютер брата и от радости стала скакать по квартире, петь во весь голос и танцевать с котом. Бедняга был в шоке. — Моти-Моти, он прислал мне подарок! Настоящий! Помимо платья и обещанной тонны безопасных сладостей, Иринка обнаружила в посылке еще множество красивых вещей: шарфики, ленты, теплые перчатки, идеально севшие на ее ручки и письмо от отправителя. В нем Тэхен поздравлял маленькую подругу с днем рождения и велел учиться лучше всех. За это он обещал приехать, как только появится такая возможность. О приезде Кима Иришка не могла и мечтать, ведь: где Корея, а где ее городок?! И учитывая то, что Тэхёша уже вроде сильно знаменит, девочка не знала о многомиллионной армии фанатов, просто была в курсе, что его группа набрала обороты и теперь более известна. Так вот, учитывая его популярность и занятость, даже в свои одиннадцать она понимала, что приезд в Россию, просто в гости — дело не простое. Значит ради этого ей надо хорошенько постараться. И Ира старалась. Видит Бог она училась лучше всех. Как в школе, так и в музыкалке, на математическом факультативе и двух дополнительных иностранных: английском и французском. Девочка целыми днями, исключая выходные с отцом, грызла все доступные учебно-гранитные поверхности. Но Тэхён так и не приехал. Прошел год, потом второй, третий. Группа колесила по Азии и Европе с концертами, ребята упахивались в усмерть, поэтому у Иринки не было и мысли, чтобы упрекать своего старшего друга. Она была рада хотя бы тому, что он пишет ей или отправляет короткие видео раз в две-три недели. Оба жили своей жизнью, оставаясь при этом родственными душами. Но вот близился ее пятнадцатый день рождения. Праздника не намечалось, потому что Дуняша с Федькой ждали малыша, а Стасик учился в городе. Подружки у Иры были только из школы, а видеть их еще и в каникулы, да в праздничный день ей не хотелось ни граммочка, как говаривала домашняя ведунья. Именинница задула свечи на домашнем Дусином торте, погладила сильно выпуклый животик невестки, хваля племянника или племянницу за активность, и пошла в свою комнату повторять французские устойчивые выражения. — Ириш, — через час в комнату тихонько постучала Евдокия и так загадочно улыбалась, что прям ни разу не подозрительно. — К тебе пришли. — Кто? — Какой-то красавчик. Говорит что вы знакомы. — Красавчик? Ко мне… Мальчиков в школе Иришка отшивала, хоть те и норовили подергать ее за светло-рыжие косы. — Я пригласила его к чаю. Пойдем, торт еще остался. Но когда девушка вышла из комнаты, Дуся куда-то исчезла. Ни в коридоре, ни в прихожке никого не было. — Что за шутки еще? — проворчала именинница и хотела уже пойти обратно к себе, но вспомнила про торт. Он приготовлен специально для нее, учитывая особую диету девушки. — Съем еще кусочек, — решила она и вошла в кухню. А там… — Зыдыравствуй, — смешно и мило играя акцентом Тэхён изобразил самого себя много лет назад. А потом сказал на приятном русском: — Привет! — Тэхёша, как ты…? Почему не сказал что приедешь? Ира была в шоке. Она конечно знала, как выглядит ее друг по переписке. Он слал ей много видео и иногда они даже общались онлайн, но в живую… Ох, девочки, в живую этот парень в свои почти двадцать семь был просто нереально красив. — Я говорил, — он подошел к имениннице и положил ладони ей на плечи. — Жаль, что прошло гораздо больше времени, чем я планировал. — Значит, вот ты какой, да? И правда звезда. — Я не нравлюсь тебе? — Ну что ты?! Очень нравишься… просто мы не виделись еще… ну вот так. Сначала ты был моим братом, потом другом на экране… — А ты выросла. — Изменилась? — Совсем нет. Просто стала чуть повыше, — засмеялся парень. — И еще красивее. Ира разрумянилась, но взяла себя в руки и предложила гостю чай с тортом. Они разговорились о том о сем. Выяснилось, что Тэхёна возле подъезда ждет машина. Он смог вырваться буквально на сутки, а учитывая перелет и дорогу от аэропорта, на погостить оставалось не больше двух часов. — Пойдем я покажу тебе… не знаю даже, свою коллекцию учебников, — засмеялась Иринка. — Просто я вся в учебе. Сначала старалась, потому что ты велел, а потом втянулась и мне очень нравится. Они пришли в комнату, к которой какое-то время жили вместе. Теперь кровати Стаса здесь не было и вообще обстановка сильно изменилась. Но дух аккуратной, внимательной хозяйки остался прежним. — Знаешь Ириш, — присаживаясь на краешек ее кровати, начал парень. — Пока я ехал сюда, мечтал сделать одну вещь… точнее две, но хотя бы одну. — Какую? — девушка присела рядом. — Можно я, как тогда, заплету тебе волосы? — Примчался за тысячи километров, чтобы заплести мне косичку?! — Ага, — широко улыбнулся Ким. Они поставили стульчик напротив зеркала в коридоре, прям как в те пару дней девять лет назад. Ира села, а Тэхён стал плести ей французскую косичку, которую девушка упрямо называла колоском. Он заплетал, а сам всё время смотрел на красавицу в отражении и думал: «Как она изменилась и в то же время осталось той же девчушкой в веснушках и чудесными ямочками на щеках! Надеюсь у нас всё получится». — А что за вторая вещь? — спросила Ира, когда причёска была готова и Тэхёну пора было идти. — Если не хочешь, можешь отказать, я не обижусь, — заранее предупредил он. — Поцеловать хотел? — лукаво улыбнулась девушка, читая волнение Кима, как открытую книгу. Тот кивнул. — И предложить тебе стать моей девушкой. — Да ты что, Тэхёша?! — удивилась Ира. — Я ж для тебя малявка. Да и далеко… какая из меня девушка? — Это значит — не хочешь? — Сначала объясни почему ты это предлагаешь. Почему именно я? А потом отвечу. — Просто за все эти годы, я понял что мне не интересны свидания и прочие романтические дела. — Почему? — Потому что я, как выяснилось, однолюб. Если в сердце есть одна, что покорила, то на других смотреть не хочется. Не тянет даже ради… ну ты знаешь чем занимаются взрослые. — Знаю, мне уже не десять, — чуть нахмурилась Ира. — То есть тебе не хочется встречаться и… заниматься взрослыми делами с другими девушками? — Да, — Тэхён состроил смешное, извиняющееся лицо, — вот такой вот я. — А в твоем сердце значит… — Ты. Там только ты. — Ой, правда?! — девушка прикрыла рот ладонями. Разумеется Ира чувствовала к парню что-то гораздо большее, чем просто дружескую симпатию, но не ожидала, что это окажется настолько взаимным. — Что ты ответишь? — Тэхён легонько обнял ее за плечи и снова, как и в то давнее время, утонул в ее глазах. — Я… да, я согласна. — Спасибо, — парень порывисто притянул ее к себе, а Ира крепко прижалась щекой к мужской груди. Быть рядом. Для них это так много. И так правильно. Да, возможно в будущем, если они и правда смогут быть вместе, какие-то привычки или манеры друг друга будут раздражать. Придется притираться и подстраиваться. Как без этого? Но пока, именно в этот момент им обоим казалось, что вот в этих объятиях всё просто идеально. — А как это будет? — спросила Ира, не выпуская парня из рук. — Что изменится? — Еще не знаю… просто я смогу теперь не таить своих чувств. Смогу открыто говорить тебе, что люблю. Девушка подняла лицо и они встретились в нежном первом поцелуе. — Со временем придумаем, как нам быть вместе, — заговорил Ким, когда поцелуй медленно растаял. — Моя намеченная военная служба закончится как раз, когда ты закончишь первый курс. Решишь остаться здесь — я буду искать возможность приезжать чаще, но если захочешь, можешь переехать ко мне… поступить в университет, будем жить в одном городе, часто видеться… — Размечтался, — засмеялась Ира. — Да. Прости, — поддержал ее смех Тэхён. — Я и правда много мечтаю. — Нет-нет, это здорово. Но ты так далеко заглядываешь. — Не дальше, чем мы уже прошли, — отозвался тот и еще раз поцеловал свою возлюбленную. В тот день он летел домой самым счастливым человеком на свете. Чимин тогда сказал, что это просто безумие — строить отношения с девушкой, которую ты знал шестилетним ребенком, да еще и из другой страны. — Ты точно не в своем уме, Тэхён-а, — заключил Пак, но обнял друга и пожелал огромной взаимной любви. И вот теперь, спустя почти полтора года, он приехал к Ире второй раз. Свадьба Стаса с Леной была отличным предлогом. Это было немного странно — видеть друг друга так близко. Их общение через интернет уже давно стало более интимным. Нет, они не занимались сексом по телефону, раздеванием на камеру и всяким таким. Но порой проскальзывали такие фразы или фото с подтекстом, что оба горячо от них волновались. — Ты останешься сегодня? — спросила девушка. — Или опять надо лететь? — Останусь. Рейс завтра вечером. Тут я без охраны и сопровождающих, поэтому вот, маскируюсь как могу, — гость положил шляпу на подоконник рядом. — Стас сказал, что для меня найдется место, пока Дуняша на отдыхе. — Ага, она с подругой на островах, — кивнула Ира. — Наконец-то хоть выспится бедняга. Степка шумная у нас. Готовься к бессонной ночи… — последняя фраза неоднозначно повисла между ними в воздухе. Иринка покраснела. Тэхён ласково улыбался, глядя на нее. — Перестань, — он подошел и втянул девушку в своё пальто. — Не стесняйся меня, милая. — Мне так странно всё это, — отозвалась она из теплого укрытия. Вдохнула легкий мужской аромат, потёрлась щекой о мягкую ткань тонкого джемпера. — Ты рядом. Настоящий и весь такой теплый… Я так скучала. Вместо ответа Тэхён просто гладил любимую по спине и длинным распущенным волосам. Всю эту ночь они просидели на кухоньке Титовых, пили бесконечный чай и говорили-говорили-говорили. Пару раз просыпалась малышка Фёдоровна и тогда Ира кормила ее из бутылочки, а Тэхён потом укачивал. Сердце девушки в эти моменты таяло от красоты. Ее парень, хотя в мыслях она всегда звала его своим мужчиной, очень гармонично смотрелся с ребенком на руках. Тема разговора как-то сама собой перетекла к детям, их общим будущим ребятишкам. Выяснилось, что оба они хотят примерно одного и того же. По возрасту, когда пора будет задуматься об этом вопросе всерьез и по количеству предполагаемых спиногрызов. — А как там Чимин? — спросила Ира, когда под утро они всё же ушли из кухни и Тэхён укладывал девушку спать. Только вот всё не хотел уходить, сидел на краю кровати, находя всё новые темы для разговоров. — Цветёт и пахнет, — засмеялся Ви, вспомнив последнюю встречу с другом. — Как это? — Ну ты же видела все его достижения, альбом, первое место… Он так работал в начале года! И получил гораздо больше, чем мечтал… — Но? Я слышу в твоем голосе это «но» слишком явно. — Но их с Юнги брак чуть не развалился. — О-ой, из-за работы? — Да там много всякого. Думаю им просто противопоказано долго быть далеко друг от друга. — А сейчас как? Наладилось всё? — Ира правда переживала за ребят, хоть лично с ними почти не общалась. Она знала, что все участники группы были для Тэхёна семьей, поэтому воспринимала их буквально как родных братьев. — Наладилось. Они сходили в поход, — хохотнул Ким, — пропали на несколько дней в горах… или где-то там. А когда вернулись — мы их узнать не могли. — Почему? — Ира тоже захихикала, так заразительно звучал смех Тэхёна. — Не знаю, они как будто… как молодожены сейчас. Счастливые балбесы. — А Хосок? Хорошо ему служится? Детишки растут? — Даа, оба — папкины копии: шустрые, звонкие, гибкие. На днях его жена прислала фотку, младший пошел своими ногами. А Хоби скучает по своим, это понятно. Но, говорит, что служить ему в целом нравится. — Наверное вас успокаивает, чтоб не боялись идти. — Ага, я тоже так подумал. Больно уж они с Джином нахваливают армейскую еду. — Джин уже почти год там… — Да, Намджун скучает ужасно. Они ведь… — Я помню, хотели тоже оформить отношения, — подхватили Ира. — Ага. Но решили проверить временем. Теперь оба жалеют. — Ничего. Время быстро пролетит. — Наверное, — пожал плечами Тэхён. — Ну всё, спи давай, а то вон уже рассвет почти. — Погоди, ты мне еще про Чонгука не рассказал. — Сказочку? — хмыкнул Ким. — Ага, чтобы лучше спалось. — Ну Гуки… — Тэхен почесал в затылке, подыскивая наиболее приличные слова, — как бы это сказать? Он пользуется своей молодостью, красотой и популярностью. — Еще один альбом пишет?! — наивно обрадовалась Иришка. — Нет, не в том смысле, малыш, — засмеялся парень. — У него сейчас период такой… Что ни день, то новая пассия. И если нет работы по графику, то вечеринки или свидания. Всё шито-крыто, само собой, но мы с остальными за него немного беспокоимся. — Нагуляется, — прикрыла глаза Иринка, — а потом остепенится. Не переживайте. — Надеюсь ты права, — погладил девушку по голове Тэхён. — Ладно, спокойной ночи. Зайдя в спальню, где для него было постелено на раскладном диване, парень стал раздеваться. Тут на большой кровати спал Федька Титов, изменившийся до неузнаваемости, в лучшую сторону разумеется, и его полугодовалая дочка. Она крепко стискивала во сне большой палец отца двумя своими малюсенькими кулачками и уютно сопела. Вдруг краем глаза Тэхён заметил какое-то неуловимое движение около книжной полки на стене. Никого. В слабом предрассветном освещении было видно несколько книг по материнству, блокноты, книгу рецептов, всякие скляночки с косметикой или что уж там обычно хранят колдуньи, и… — Хрустальный шар? — прошептал гость и невольно двинулся туда, чтобы рассмотреть поближе. По пути он запнулся, чертыхнулся, но на ногах устоял. Шар словно чуть подсвечивался изнутри. Присмотревшись, Тэхен увидел Дуняшу. Та пристально смотрела на него и куда-то мимо. В этот момент за спиной раздалось кряхтение и возня. Степанида просыпалась от шума, который поднял Тэхён своим неуклюжим хождением. Дуняша гневно потрясла руками, мол: возьми детё, успокой, раз такой увалень! Ким кивнул, почувствовав себя всё тем же маленьким Стасиком, которым был почти десять лет назад. Он осторожно поднял девочку на руки. Та немножко повозилась и вновь сладко уснула, улыбаясь беззубым ротиком. Парень для верности покачал малышку еще несколько минут и вернул на место к отцу, который спал, как пеньку продавши. «Не шуми больше! — раздалась в тэхёновой голове чужая мысль, переданная сильной колдовской волей. — Смотри куда идешь, а лучше ляг уже поскорейше! Одно беспокойство с вами, молодыми, етить того сего!» «Простите, тёть Дусь, — громко подумал в ответ Тэхён, живо забираясь под одеяло и закрывая глаза,типа спит, — я так больше не буду»