Семейное дело

      Астория сидела за рабочим столом в библиотеке и задумчиво смотрела на документы о разводе, которые ей прислали для ознакомления. Между бровей залегла морщинка, а сама девушка пыталась вспомнить, почему она подала на развод. Этот факт, казалось, просто вылетел у нее из головы.       Да, она определенно не была счастлива, но каждый день находила кучу утешений и оправданий такой жизни. А еще ей казалось, что все последствия она вынести не готова.       Ради чего обрекать себя на столько проблем?       Но документы перед ней. Значит, в какой-то момент Астория нашла какую-то причину. И теперь в упор ее не помнит.       Она тяжело вздохнула и потерла лоб в усталом жесте, а потом прикрыла папку и задумалась. Если так посмотреть, она уже давно думала о том, чтобы развестись, но ей словно не хватало какого-то последнего толчка, решимости выдержать все последствия ради свободы. Как будто просто желания свободы было недостаточно, чтобы бороться.       Астория взяла в руки письмо от адвоката своей семьи, пробежав по нему взглядом. Первый ее запрос ему она отправила в день возвращения из Франции. Внутри все невольно затрепетало от воспоминаний о том времени. Как потрясающе они с Люциусом провели дни там, как много помимо работы гуляли, разговаривали и открывали нового. До последнего вечера, когда поссорились после торжества.       Да, Астория понимала, что ее сильно тянуло к отцу Драко, но могло ли это стать причиной? Было бы довольно глупо с ее стороны. Она взглянула на часы, отметив, что наступило время ужина, и убрала документы в стол. Решив не переодеваться, так как почти все время ужинала в одиночестве, Астория спустилась в столовую и обвела спокойным взглядом накрытый на три персоны стол, за которым снова предстояло сидеть в одиночестве.       Она отметила, что ее это устраивает. Если еще недавно, до отъезда во Францию она, леди Малфой, настаивала на том, чтобы соблюдались все правила, то сейчас ловила себя на мысли, что ей так даже комфортнее. Резко все это потеряло всякий смысл.       С мужем она увиделась на третий день после возвращения и не могла не признать, что он выглядел очень счастливым. Не то чтобы ее задевал этот факт, но ей тоже вдруг захотелось испытать что-то подобное. И мысли, к ужасу девушки, тянулись не к Драко, а к Малфою-старшему и к воспоминаниям об их приключениях.       В тот день супруги долго обсуждали дела и завершенные сделки и наметили новые планы, которыми должна была заняться Астория, пока Драко прокладывал путь для их семьи в Министерстве.       А к ночи он снова ушел. И Астория ничего ему не сказала ни в ту ночь, ни на следующий день. Вот так довольно резко ее абсолютно перестало волновать то, что волновало еще месяц назад.

***

      Косой переулок играл яркими красками в свете теплого майского солнца. Несмотря на будний день, толпы волшебников прогуливались по мощеной аллее, наслаждаясь погодой и долгожданным теплом. Астория неспешно шла рядом с Дафной и Панси. Девушки не замолкали ни на минуту, пересказывая друг другу последние сплетни, смакуя каждую из них как изысканное вино. Панси только вернулась из Европы, и подругам точно было что обсудить. Тори же их почти не слушала, погрузившись глубоко в свои мысли. Последние недели после возвращения из Парижа выдались очень странными, а документы о разводе, поселившиеся в верхнем ящике ее стола, давили вселенской тяжестью.       Атмосфера в Малфой-мэноре не изменилась. Драко по-прежнему пропадал на работе сутками, только теперь к нему присоединился и Люциус. Поездка во Францию явно пошла ему на пользу. Он воспрянул духом и вновь вернулся к делам, активно вел переговоры, проводил встречи и прятался за тяжелыми дверями кабинета до самого утра. Он умело держал дистанцию, ни взглядом, ни словом не показывая Астории ни каплей больше, чем того требовали правила приличия. Он словно вычеркнул их поездку во Францию из своей жизни. А ей оставалось лишь молча принять этот факт.       Казалось, ничего не поменялось в Малфой-мэноре, кроме самой Астории. С каждым днем ей становилось все сложнее играть свою роль. Маска безжалостно трещала по швам, а дни в одиночестве среди богатого убранства дома вгоняли в тоску. Она не могла найти ни одну соломинку, за которую могла бы ухватиться, чтобы продолжить свою игру. Все казалось бессмысленным. И единственное верное решение этой проблемы было надежно скрыто в недрах ящика стола. Этот шаг, такой необходимый, но такой нужный, был самым страшным.       Чем дальше Астория уходила в свои мысли, тем сложнее ей было дышать. В памяти всплыло сегодняшнее утро. И тот редкий момент, когда она встретилась с Люциусом в коридоре, в паре шагов от центральной лестницы. Он уже почти покинул дом, облачившись в идеально сидящую легкую мантию; в руках Малфой сжимал кожаную папку с бумагами. Астория не была готова к встрече, Люциус, видимо, тоже. Всего десяток секунд и они бы разминулись, как делали уже десятки раз за эти дни. Но сейчас правила приличия требовали их остановиться и приветствовать друг друга. Астория натянуто улыбнулась.       — Доброе утро, Люциус, — первой нарушила тишину девушка.       — Доброе утро, Астория, — Малфой остановился, наградив ее выразительным взглядом, от которого ей тут же стало не по себе. Обнаженные плечи пудрового платья и элегантная линия декольте вдруг показались ей слишком откровенными. Люциус обвел пристальным взглядом ее наряд, и его губы скривились, но девушка упрямо вздернула подбородок. О, ему не удастся ее смутить. Если Малфою не нравится ее вид, это его проблемы.       — Вы сегодня рано, — заметила Астория, предпочтя проигнорировать выражение его лица.       — У меня встреча в Министерстве через полчаса. Вы, как я вижу, тоже уходите?              — Да. Я встречаюсь с сестрой в Лондоне.       Пара фраз, короткий ответ и снова эта давящая на перепонки тишина. До чего же нелепая и наигранная. Всего пару недель назад этого не было. Во Франции все казалось куда проще и понятнее, не то что сейчас. Словно какая-то недоговоренность повисла между ними и росла с каждым днем, образуя неприступную стену.       — В таком случае не буду вас задерживать, — произнес Малфой и, кивнув на прощание, направился в сторону лестницы.              Астория сделала торопливый шаг, давая ему возможность пройти мимо. Но в этот самый момент и Малфой, желая ее обойти, двинулся туда же. Столкновение было неизбежным и крайне нелепым, Астория выставила руку вперед, и в тот момент, когда она коснулась его груди, пальцы словно пронзил разряд электрического тока. В памяти вспыхнула картинка: сильные руки, с голодной страстью сжимающие ее хрупкую талию. Хриплый стон на самое ухо, треск камина на заднем плане и подтянутая мускулистая грудь. Прикрытые серые глаза, голова откидывается назад. «Ведьма… как у тебя это получается». Белая рубашка, висящая на плечах, тонкий изгиб мужских губ и взгляд, от которого она готова была расплавиться как свечка.              — Астория!       Она вздрогнула и сделала шаг назад, ее словно окатило ведром холодной воды. По спине поползли мурашки, и даже волоски на руках встали дыбом.       — Вы резко побледнели? Пригласить врача? — на лице Малфоя промелькнула легкая тень тревоги, но она не шла в сравнение с шоком, застывшим в ярко-синих глазах девушки.       — Я… Все в порядке.       Астория смутилась. Это было крайне неожиданно. И внезапно ей стало стыдно за собственные мысли. Словно она действительно сделала что-то постыдное. Тяга к Люциусу переходила все границы. Это было уже слишком.       — Возможно, вам сегодня все же стоит остаться дома, — вновь заговорил Малфой, внимательно вглядываясь в ее лицо, а затем добавил: — Я попрошу Скроупа приготовить вам чай.       — Не нужно, со мной все в порядке! — покачала головой Тори, надеясь, что он не заметил порозовевших щек. И, покрепче сжав золотистую цепочку сумки, сказала: — Я уже опаздываю. Хорошего дня.       Она быстрым шагом направилась к выходу. Наверное, если бы не превосходное воспитание и высокие шпильки, она бы бросилась к двери бегом, не оглядываясь. Но она не могла позволить себе этого, не хотела давать ему повода думать, что его близость так сильно на нее влияет. Пока Астория собирала остатки самообладания и спешно шагала к выходу, гордо подняв голову, она не видела, как Малфой замер около лестницы, провожая ее настороженным взглядом.       — Тори! Ау?!       — Ай! — девушка поморщилась, когда сестра резко схватила ее за руку и потянула на себя, силой вырывая из собственных мыслей. — Даф, пусти. Что за глупости!       — Ты вообще с нами, Тори? Витаешь в облаках! — хмуро пробормотала Дафна, откидывая белокурые кудри на спину. — Мы хотим заглянуть в Твилфитт и Таттинг. Пойдем. Мне нужно платье на субботний прием у Грегори.       Астория недовольно закатила глаза, но послушно свернула на боковую улочку вслед за подругами. Ей пора было вернуться в реальность. Сейчас, когда Малфой был далеко, от смущения не осталось и следа. Нет, ей не было стыдно за свои мысли и желания. На самом деле она давно их приняла и не собиралась этого стыдиться. Только что-то в глубине души не давало ей покоя, словно те образы в ее голове не были плодом фантазии и воображения. Словно это было на самом деле, но как?       Солнце ярко светило в глаза, отражаясь ослепительными бликами от многочисленных витрин. Брусчатка высохла после недели проливных дождей, а аромат цветущих магнолий витал в воздухе, сопровождая их повсюду. Астория чувствовала на себе липкие взгляды прохожих. Каждый из шедших им навстречу волшебников провожал их заинтересованным взглядом. Но если Панси и Дафна наслаждались вниманием и гордо несли свое положение, чувствуя себя королевами этого мира, Тори ощущала обратное. Каждый взгляд, каждая попытка поздороваться вызывали раздражение. Хотелось спрятаться, укрыться, но это было невозможно.       Краем глаза она уловила движение за столиками летнего кафе, открывшегося совсем недавно. Раздался щелчок и яркая вспышка, после которой невысокий мужичок с пышными усами торопливо спрятал под столом здоровенный фотоаппарат. Вот и репортеры пожаловали. Астория уже видела перед глазами свежий выпуск завтрашнего Пророка и сводку светской хроники. Ей стало противно, захотелось смыть с себя это липкое ощущение. Поприветствовав проходящую мимо чету Фоули, Астория едва сдержала облегченный вздох. Наконец-то знакомая светло-зеленая вывеска магазина, в котором можно хоть ненадолго избавиться от назойливого внимания и чуть расслабиться.       Магазин встретил их приятной прохладой и мягкими переливами музыки. Десятки манекенов выстроились в ряд, демонстрируя посетителям новую коллекцию элегантных вечерних платьев всевозможных цветов. Будто из ниоткуда появилась девушка-консультант, вежливо склоняя голову в приветствии.       — Миссис Малфой, мисс Паркинсон, мисс Гринграсс. Рады приветствовать вас в нашем магазине. Чем я могу вам помочь?       — Мне нужно платье, — без приветствия начала Дафна, обходя стройный ряд манекенов и разглядывая их критическим взглядом. — Элегантное и утонченное, никаких рюшей и вышивки. Возможно, вот это изумрудное и… — она придирчиво осмотрела манекены и прикусила губу. — Фиолетовое.       Астория не стала ее слушать. Она не сомневалась, что сестра перемеряет с десяток платьев, прежде чем выберет подходящее. Решив осмотреться и не портить ей примерку, она пошла вдоль рядов, разглядывая одежду. Завернув за угол, она услышала голоса, а спустя мгновение и несколько шагов поняла, кому они принадлежат.       — Гермиона! Ты зря волнуешься, это то, что нужно. И вообще, с каких пор ты так беспокоишься о выборе платья?       — Джинни, ты не понимаешь! Это важная встреча, мы готовили данный проект несколько месяцев, на этом приеме соберутся представители трех стран, я должна выглядеть соответствующе.       Астория осторожно выглянула из-за угла. Перед ней оказалось небольшое помещение магазина, одна из приватных примерочных, а посреди комнаты на небольшом подиуме напротив трех зеркал стояла Гермиона Грейнджер. Темно-синее платье на ней было простым и элегантным. Мягкий шифон струился по тонкой фигуре, оттеняя светлую кожу. Но несмотря на красивый силуэт и дорогую ткань, платье ей абсолютно не подходило. Рядом стояли три манекена с другими платьями, которые девушка еще не успела примерить.       На диване напротив сидела новоиспеченная миссис Поттер, поглаживая заметно округлившийся живот сквозь тонкую ткань сарафана.       — Только в этом ли причина? — хмыкнула Джинни, но тут же умолкла, заметив гневный взгляд подруги. — Ладно, ладно. Все ради делегации из Польши.       — Германии, — поправила ее Грейнджер и подошла к манекену, облаченному в темно-бордовый атлас.       Астория не сводила с Гермионы взгляда. Она была наслышана об ее успехах в школе и после ее окончания, а уж роль заучки в победе над Темным лордом была известна всем вокруг. Но Астории не было до нее никакого дела, пока она не вышла замуж за Драко. Ей были противны его похождения, а Грейнджер поначалу вызывала отвращение и раздражение, но в глубине души на данный момент она не испытывала к ней настоящей ненависти. Астория прекрасно знала, что не она была виновата в ее неудавшемся браке. Не эта, так другая. Просто они с Драко ошиблись.       — Ты права, Джинни, — грустно улыбнувшись, ответила Гермиона, проводя рукой по темному атласу. — Не только для них.       Внезапно Астории стало ее жаль. Сама эта мысль казалась дикой в текущих обстоятельствах. Докатились, сочувствуем любовнице собственного мужа. Тори едва сдержала смешок. Если отбросить все обстоятельства, что поставили двух этих девушек по разные стороны баррикады, у них было много общего. И вовсе не мужчина, постель с которым они некогда делили. Разве была виновата Грейнджер в том, что влюбилась в Драко? Наверное, отчасти, да, но Астория теперь как никто другой понимала, как иногда коварна жизнь, и чувства не всегда поддаются логике или здравому смыслу. Как сердце порой выбирает того, кто никогда не будет твоим.       Вопреки происхождению и статусу, Тори была чужой в этом мире, так же как и Грейнджер. Несмотря на хваленый ум и подвиги, ей приходилось выгрызать себе дорогу, чтобы доказать закоренелому обществу аристократов, что она чего-то стоит. Глядя на нее, Астория невольно задумалась. Каково это знать, что она никогда не будет Драко ровней? Их союза не допустит семья, обязательства и чертовы устои. Смог бы Драко когда-нибудь пойти против системы, сделать то, на что Астория мысленно решилась? Смог бы сделать Грейнджер своей официальной спутницей? Она не знала ответов на эти вопросы, но знала одно.       — Миссис Малфой, — громкий оклик консультанта за спиной заставил ее вздрогнуть и мысленно выругаться.       Две пары глаз из примерочной тут же устремились на нее. Грейнджер выглядела удивленно и испуганно, а Поттер заинтересовано. Астория с достоинством выдержала их внимание. Она не собиралась показывать эмоций, несмотря на собственные мысли, терять достоинство она не собиралась.       — Ваша сестра в примерочной, она вас ждет, — вежливо проворковала консультант, продолжая маячить за ее спиной.       — Я сейчас подойду, благодарю, — чуть повернув голову в ее сторону, ответила миссис Малфой. Ее взгляд вновь устремился на Гермиону. Никаких эмоций. Она видела, как Грейнджер лихорадочно соображает, она чуть побледнела, рот приоткрылся, будто она собиралась что-то ей сказать, но так и не нашла слов. Впрочем, Тори они были не нужны. Ее взгляд смягчился.       — Я бы на вашем месте остановила свой выбор на красном, — кивнув в сторону манекена и элегантного шелкового платья истинно гриффиндорских расцветок, заметила Астория. — Вопреки всеобщему суждению, некоторые слизеринцы предпочитают бордовый.       Ее губы тронула легкая тень улыбки. Она сказала это искренне, без какого-то тайного умысла. Астория видела, как Грейнджер анализирует услышанное, и осознание внезапно накрывает ее. Бледность сменилась густой краской. Грейнджер не знала, куда себя деть. Снова этот приоткрытый рот и так и не сорвавшийся с губ ответ. Джинни переводила взгляд с одной на другую, словно готовилась к предстоящему взрыву или скандалу, которому никогда не суждено было произойти. Астория бросила последний взгляд на девушек и неторопливо удалилась, унося с собой честь и достоинство.

***

      Ей потребовалось двадцать минут и вся ее выдержка, чтобы убедить подруг в неотложных делах и покинуть наконец-то злосчастный магазин. Не обращая внимание на взгляды людей вокруг и расступающихся прохожих, она спешила к Дырявому котлу. Последней преграде между ней и внешним миром.       Лондон весной был поистине великолепным. Толпы людей сновали туда-сюда по улицам, торопясь по своим, несомненно, важным делам или неторопливо прогуливаясь после работы. Дети мчали на велосипедах, в потоке машины сигналили и урчали моторы, ожидая зеленый сигнал светофора, ярко выделялись кричащие вывески магазинов, а солнце все еще пробиралась сквозь нарастающие свинцовые тучи.       Астория быстро влилась в поток людей, бредущих в сторону Букингемского дворца. Вытащив из прически заколку, позволила волосам рассыпаться по плечам и глубоко вздохнула. Свобода. Как же здесь легко дышалось. Невероятно. Она легко слилась с толпой, никому вокруг до нее не было дело. Никаких взглядов и назойливого шёпота. Даже ее странное платье, не вписывающееся в современное понятие моды, не делало ее центром внимания. Она была никем, одной из тысяч таких же людей, спешащих по своим делам. Как же ей этого не хватало. Улыбнувшись сама себе, она остановилась на светофоре, глядя в бурлящий поток машин. Здесь так кипела жизнь.       Не думая ни о чем, Астория просто шагала по улицам, наслаждаясь теплом и одиночеством, которое не сковывало ее плечи, как это было последние дни в мэноре. Темные воды Темзы неслись мимо нее, старинных зданий и вычурных мостов, а она шла вперед, не имея ни цели, ни конечного пункта, просто растворяясь в круговороте жизни вокруг.       Внезапно на лицо упали первые дождевые капли. Подняв голову, она увидела, что небо окончательно затянула беспросветная серая мгла, а дождь все сильнее забарабанил по крышам. Прохожие доставали зонтики и спешили спрятаться от непогоды под козырьками магазинов. Астория же с наслаждением втянула свежий воздух и прикрыла глаза, позволяя дождевым каплям заструиться по коже. Она, в отличие от остальных не спешила, и нарастающий стук воды по брусчатке ее не огорчал.       Позволив себе несколько мгновений насладиться этим пьянящим чувством внутри, она все же свернула за угол в сторону небольшого сквера. Легкое платье уже неприятно липло к телу и сковывало движение, но она этого не замечала. Повернув на узкую дорожку, Астория хотела было скрыться под раскидистой ивой и переждать непогоду, но ее внимание привлекла молодая пара. Увиденная картина заставила ее остановиться, не обращая внимание на заметно усилившейся дождь.       Высокий, кучерявый юноша и девушка с ярко-рыжими волосами кружили посреди небольшой площади, крепко держась за руки. Они подставляли лицо дождю и громко хохотали, босиком кружа по мокрой брусчатке, будто ничего и никого вокруг них не существовало. Рядом в луже небрежно валялись сброшенная в спешке обувь. Им было плевать на непогоду, на взгляды пробегающих мимо людей, на то, как они выглядят и что о них подумают. Плевать на правила, этикет и манеры. В целом мире существовали только эти двое и весенний лондонский дождь. Парень схватил незнакомку и закружил, отчего ее белая юбка окончательно прилипла к мокрым ногам, а девушка звонко и заразительно рассмеялась, откидывая с лица мокрые огненные пряди. А потом они поцеловались. Так просто и легко.       Ощущение свободы, такой бесконечной и огромной заворожили Асторию. Она стояла посреди дорожки, глядя на незнакомцев, и не замечала, как по щекам текут слезы, смешиваясь с дождевой водой. Они жили. Астория тоже хотела жить.       Внезапно краем глаза она уловила тень, и большой черный зонт укрыл ее от дождя.       — Девушка, вы совсем промокли. Так можно заболеть.       Подняв остекленевшие глаза, она увидела молодого человека на пару лет старше ее самой. На нем была лишь клетчатая рубашка и джинсы, а руки сжимали бумажный стаканчик с кофе. Черный зонт надежно укрыл их от дождя, впрочем, Астория уже промокла до нитки, и это мало что могло изменить.       — Я как раз искала, где укрыться.       — На таких шпильках вам вряд ли удастся далеко убежать, — усмехнулся парень и широко улыбнулся.       — А я и не бежала, — улыбнулась она в ответ и вновь перевела взгляд на пару, которая все еще кружила по площади, догоняя друг друга.       Незнакомец проследил за ее взглядом, заинтересовано осмотрев ее с ног до головы, а потом задал такой обычный, но на удивление нужный в этот момент вопрос:       — Меня зовут Джеф, а вас?       Астория посмотрела на него, широко распахнув голубые глаза. И удивительное чувство эйфории и свободы захлестнуло ее с новой силой. Он не знал ее. Не знал, кто она такая, сколько поколений великих волшебников стоит за ее спиной и как много это все значит в том, другом мире. Здесь она была никем. Просто незнакомка в мокром платье, странная девушка, застывшая под дождем. Это было то, что ей так не хватало.       — Тори, — улыбнувшись, ответила она. — Просто Тори.