И все поглотит пламя…

      Конклав пребывал в нетерпении. Через столько лет наконец получить ответ на вопрос о кораблях-ковчегах было бы благословением. Однако Великие Хранители выглядели хмурыми и печальными. Их настроение быстро распространилось на остальных.       И тогда сестры объяснили свою позицию, подкрепив ее яркими воспоминаниями.       — Это просто математика и теория вероятности, — резюмировала Шантира. — Придет день, когда ничто, даже ковчег, не спасет нас от истребления.       Члены Конклава переглянулись. Шок. Оцепенение. Их предыдущие чувства — отрицание, упрямство — растаяли под грузом бесчисленных сохранившихся воспоминаний. Наконец заговорил Мардонис.       — Кое-кто может назвать вас предвестниками гибели, — сказал он.       — Да, это буквально то, чем мы являемся в данный момент, — спокойно ответила Орлана.       Рохане пришлось подавить в себе внезапный приступ веселья. Эта эмоция совсем не сочеталась с общим настроением.       — Но ведь наши ковчеги — это воплощение силы. Почему они погибнут? — спросил Мардонис.       — Мы не воспользуемся ими с толком, — ответила Рохана. — Мы используем их для того, чтобы отдалить час трагедии, которую могли бы пережить. Мы можем потерять тысячу материнских кораблей из-за разведки и при этом наша раса все равно не погибнет. Мы можем потерять тысячу колоний, но надежда на спасение у нас все равно останется. Но ты же сам сказал давным-давно — эти корабли требуют невероятно огромных инвестиций. У нас уже есть три? Отлично. Мы сможем их сохранить. Но другие нам не нужны.       Члены Конклава услышали главное из ее слов: сохраним. Все прекрасно поняли, что оно означает — ведь перед ними стояли три Великих Хранителя.       — У вас есть план? — спросил Мардонис.       — Да.       — И он позволит сохранить ковчеги до того, когда они понадобятся сильнее всего?       — Вот именно, — ответила Рохана. — «Копье Адуна» не предназначено для перевозки колонистов. Этот корабль должен появиться, когда исчезнет последняя надежда и чтобы нести остатки наших традиций. Также должен нанести удар по врагу, который собирается нас уничтожить.       — Но как? — спросил Мардонис.       — Ковчеги нужно спрятать в надежном месте. К ним должен быть доступ. И они должны взлететь не раньше, чем это станет необходимо, — ответила Рохана. — Возможно, самое простое решение является и самым лучшим. Их нужно похоронить, осторожно и создать механизмы, которые позволят отправить их к звездам.       Старейшины получили мнение Хранителей. Теперь они должны были его обсудить. Так они и сделали — это неоднократно, в течение многих лет и десятилетий. Три сестры присутствовали на каждой встрече. Принятие решения по подобному вопросу требовало времени.       Но в конце концов Конклав пришел к тому же выводу, что и Великие Хранители. Затем старейшины приступили к разработке конкретных планов.       — В эти тяжелые времена нам понадобится армия. На этих кораблях мы сможем хранить тысячи воинов и членов экипажа в стазисных камерах, — сказал командир высших тамплиеров. Все с этим согласились.       — И нас тоже, — добавила Рохана.       Вот оно. Ее слова заставили Конклав умолкнуть. Кхала задрожала от удивления.       «Порог пройден. Обратного пути нет», — подумала она.       — Есть три ковчега, — объяснила Орлана. — И нас тоже три.       — Когда наступит конец времен, понадобятся наши советы и точки зрения, — сказала Шантира.       — И, — добавила Рохана, — мы должны сберечь нашу историю и наше наследие.       Пожилая судья поднялась, сверкая глазами.       — Если наступит конец времен, я могу только представить, что он будет… невероятно хаотичным. Не каждый ковчег выживет. Не все трое, скорее всего, проснутся, — сказала она.       Орлана кивнула.       — Нет, мы нет.       — Это ничего не меняет?       — Абсолютно ничего, — подтвердила Рохана. — Наш долг — сохранять. Мы готовы. А вы?

***

      Все три ковчега были захоронины на Айуре. Это была колоссальная задача. Никто никогда еще не пытался копать карьеры глубиной в десятки километров. Но в конце концов это было сделано.       Теперь под тремя разными городами Айура были закопаны три огромные стартовые «люльки». Если произойдет катастрофа, ковчеги смогут быстро покинуть планету.       На их подготовку к стазису ушли годы. Великие Хранители передали свои знания другим Хранителям, гарантируя, чтобы их знания не пропали, даже если ни одна из них никогда больше не проснется. В то время сестры редко расставались друг с другом.       А теперь все должно было измениться. Корабли-ковчеги были переведены в режим сна; их солнечные ядра потускнели и лишь в залах со стазисными капсулами все еще слабо пульсировали потоки энергии.       Не оглядываясь назад, Шантира вошла в «Гордость Алтариса». Спокойствие. Решимость. Смирение. — Когда мы проснемся, все будет совсем по-другому, — сказала она. Час спустя она погрузилась в сон и исчезла из Кхалы.       Ее отсутствие причинило Рохане такую боль, словно Шантира умерла. Орлана ощущала то же самое.       — Мы даже не сохранили ее воспоминания, — печально сказала она.       На следующий день Орлана прибыла на «Память Незина». Она спустилась на землю и вошла внутрь.       — Прощай, сестра, — сказала она.       — Прощай. — Рохана оставалась неподвижной, сдерживая свои эмоции, пока Орлана не вошла в стазисную капсулу.       А когда Орлана заснула, Рохана упала на колени и издала страшный крик, который разлетелся по Кхале.       Ее боль нарушила спокойствие Айура, потрясла всю планету. В ответ на нее нахлынуло волна сочувствие, хотя никто не знал, почему она плачет. Это ей не помогло.       Хранители изучали прошлое; предсказывать будущее они не умели. Так почему же Рохана была так уверена в том, что она проснется, а ее сестры — нет?       Она молилась предкам, надеясь, что они ее услышат. Позвольте мне умереть. Пусть они выживут. Это была моя идея. Она могла бы ускорить в заморозку и обрести спокойствие во сне. Нет. Но она отказалась от этой мысли. Рохана не собиралась прятаться от боли. Она примет ее и будет рада ей. Каждый шрам на ее сердце станет воспоминанием о сестрах, о том, как они были близки.       Если она когда-нибудь проснется, то только в конце времен. Она должна быть готова к этому. Ее разум будет спокоен. Ее задачи ясны.       Когда боль стихла, осталось лишь одно, последнее, чувство. Смирение.       В одиночестве она отправилась на «Копье Адуна». На борту корабля было тихо. Когда она проснется — если она проснется — тишины, разумеется, уже не будет. Рохана прошлась по кораблю. Она ненадолго заглянула в зал военного совета. «Это произойдет тут», — подумала она. Именно здесь они с капитаном ковчега будут решать, как спасти свой народ от полного уничтожения.       Рохана вышла из военного зала и отправилась к стазисным капсулам. Во тьме она едва могла смутно разглядеть тысячи обитателей в занятых капсулах. Недостатка в добровольцах не было. Стать частью последней армии Перворожденных? Последним бастионом надежды против катастрофы? О такой возможности многие зилоты могли только мечтать. Даже главный наставник тамплиеров, который так усердно охранял традиционное обучение, вызвался добровольцем, чтобы каждый воин последней армии был готов к бою.       Рохана заняла свою стазисную капсулу. Дверь за ней закрылась. Пространство наполнил мягкий прохладный туман и мысли Роханы рассеялись. Она думала о том, кто будет командовать протоссами, когда она проснется. Она думала о том, будут ли эти лидеры готовы к выпавшим на их долю испытаниям.       Если они не…       То я их подготовлю.       Прощайте, сестры.