Совсем не так, как хотелось бы.

Книга заканчивается, как и любовь в ней. Так все говорят, а кто знает, может быть, даже в книжках или в сказках, где заканчивается «И жили они долго и счастливо», не доказывает этого, это же просто слова, как и в этой. Их брак продержался три года, и, похоже, Бинхе это надоело. Ждать, ждать, когда у учителя будет хорошее настроение, или ему надоело каждый раз выпрашивать любовь, но этого не надо было. Шень Цинцю давал всю свою любовь как мог, просто он не умеет это делать так, как это делает Бинхе, он не умеет открыто рассказывать о своей любви, не умеет говорить такие вещи, как «слова любви», открыто, ведь даже в прошлой жизни он их не говорил. Сперва его носили на руках, ведь он был хрупким, как говорили его родители, он полжизни прожил в больнице, а после лишь год в квартире, которую ему купили родители. Но его просьбы о том, что ему надоело каждый день быть в поле их зрения, ему просто хотелось свободы, закончилось тем, что родители звонили каждые два часа, хотя его это не бесило, ведь они все же беспокоились за него, о его здоровье, и потом, выпил ли он свои лекарства. Он попросту не находил для любви или его слов времени в своей жизни, даже в этой. Пытаясь выжить, он попросту не знал, каково это — любить. Ведь даже его прошлое тело, напиханное таблетками, и даже это, полное энергии, не просило любви, как того хотел Бинхе. Ему и телу это просто было не нужно, но он знал, что его сознание привязано и требует от Бинхе ласки, нежности, но он сам попросту не понимал, что это, ведь его никогда не просили о взаимной любви. Он попросту не понимает, как это. И он понял, что хотел от него Бинхе, только тогда, когда тот привёз в дворец девушку и провёл с ней ночь. Тогда Шень Цинцю понял и принял, что его выбросили как ненужную вещь, ведь никому не нужен тот, кто ничего не отдает взамен, но, несмотря на это, он продолжал верить, что Бинхе одумается. Но когда на порог его дома тот стал приходить чтобы лишь утешить свою похоть, Шень Цинцю понял, что потерял своего Бинхе. Он не обнимал нежно, как раньше. Перестал желать спокойной ночи и сладких снов. Перестал утром приносить завтраки. А спустя ещё несколько недель перестал готовить. Даже если его еда не была так вкусна, как раньше. Его чувства просто угасали со временем. И когда порог их дворца прошла уже шестая по счёту невеста, Шень Цинцю принял решение. Спустя три дня со свадьбы, придя в комнату учителя, Бинхе открыл дверь в бамбуковую хижину, построенную под стать той, что была на Пике Цинцзин, войдя, увидел учителя, сидящего возле стола и пьющего чай. Бинхе подошёл и, садясь напротив, выпил кувшин с вином рядом с учителем, на что учитель посмотрел так, как будто ничего не видит, и, встав со своего места, пройдя несколько шагов к выходу под пристальным взглядом Бинхе, сказал: — Я думаю, нам надо расстаться. Говоря это, он смотрел на собеседника через плечо и, не заметив у того на лице изменений, продолжил: — Я больше не хочу здесь находиться, мне было приятно проводить с тобой время, но не хочу больше быть в положении супругов и хочу оставить отношения ученик и учитель. Говоря это, он не оборачивался и смотрел на собеседника всё так же через плечо. Лицо Бинхе не изменилось, даже не дёрнулось. Осталось таким же, как и в начале разговора. Приняв это за согласие, Шень Цинцю лишь добавил по-учительски, делая паузы между словами: — Пожалуйста, в следующий раз не ошибись с выбором. Проговорив это, он вышел из хижины. Бинхе пришёл в себя немного позже. Ведь переварить всё, что сказал учитель, было нелегко. И когда, наконец, понял его слова, он выбежал, чтобы спросить у учителя. Что значили его слова? Выйдя, он увидел лишь, как взметнулись листья бамбука и, играя с ветром, поднялись в небо. Он не нашёл его в доме или на пороге. Подумав, что он отправился на Пик Цинцзин, поспешил туда. Но он узнал, что тот уже передал титул главы пика Мин Фаню. Он нигде не нашёл учителя. Даже рядом с Шан Цинхуа. Он искал, перевернув вверх дном весь мир демонов и людей. Но его нигде нет! Он его не нашёл! И почему учитель ушёл, он тоже не понимал.