Падение Короны вверх

Королева Рапунцель начала воплощать в жизнь свои идеи о том, как должно быть устроено королевство. Обретённые ею ранее огромные популярность и любовь у народа позволяли не обращать на аристократию совершенно никакого внимания. Любой аргумент любого дворянина, сеньора, лорда и кого-либо ещё парировался лёгким и уверенным: «Для народа так лучше». Тогда противники реформ раз за разом замолкали, будучи полностью уверенными, что указание на ухудшение собственного положения в связи с деятельностью молодых монархов лишь наведёт на них подозрение. А подозревать было в чём… В организацию системы холодного и горячего водоснабжения вливались огромные государственные средства. Королева, надо сказать, не так рьяно интересовалась финансами, как король, который мог иногда пропадать в кабинете казначея целый день. Хотя чаще это казначей пропадал у короля. У того же короля постоянно составлялись проекты переустройства системы управления. Бывший вор знал очень много лазеек в государственном аппарате Короны, многими из которыми когда-то пользовался лично. А сейчас он намеревался их все устранить. А обо всех попытках обмануть его в процессе проведения столь важной деятельности король каким-то образом всегда узнавал. В такие дни, когда находился очередной обманщик, монаршья спальня к вечеру наполнялась спорами и криками о том, что делать: — Я же сказала — нет! — твёрдо и чётко завершила Рапунцель свой монолог. — А я сказал — да! — ответил Юджин. — Мы его казним и точка! Или другой пусть кто-нибудь казнит! Или хотя бы посадим далеко и надолго! — Нет! — вновь отрезала королева, упорно не желавшая задействовать силовой аппарат своего государства. — Мы найдём другой способ. — Да! Я — король! Если ты не согласна, я сам всё подпишу! — Я — королева! — напомнила Рапунцель. — Я легко отменю любое решение! — Охо-хо, — слегка ухмыльнулся Юджин. — Посмотрим, как ты отменишь уже состоявшуюся казнь, дорогая. — Ох, Юджин, да ты себя вспомни! Ты же сам таким был! — Я воровал потому, что ничего не имел и ничего больше не умел. А он родился в богатой семье и умеет много других полезных вещей, кроме как «оставлять лишнее себе». И я же ведь прямо всё написал — теперь так делать нельзя! И так денег мало. — Мы дали второй шанс тебе, Аттиле, Ного… — Я ему уже давал второй шанс, детка, — подуспокоился Юджин. — Я вызвал его к себе и чётко сказал: «Я в курсе вот этого и этого, прекращай давай». Он ни в какую. На таком фоне уже те, кто реально прекратил, начинают задумываться. — Откуда ты столько знаешь? — Эй, — улыбнулся король. — У меня есть целая шайка способных проникнуть куда угодно опытных воров. Переквалифицировал их в шпионов, посадил на бесплатный паёк, и всё. Ну что? — Ммм, — промычала Рапунцель, присаживаясь на кровать и обхватывая голову руками. — Делай, что считаешь нужным. — Я так и сделаю, — ответил король и пошёл приводить себя в порядок перед сном.

***

— Вы сделали ЧТО? — выкрикнул Найджел, принимая из рук короля официальное распоряжение. — Посадили… — начал объяснять король. — Я услышал, КОГО вы посадили! Ох, надо было посоветоваться со мной! Глава одного из древнейших домов Короны! — По моим законам за совершённые деяния полагается каторга. Значит, будет каторга, — заключил король, сделав перед этим усилием воли свой голос твёрдым как алмаз, что вечно находящемуся слегка навеселе Юджину далось нелегко, и пошёл дальше по своим делам. — Да вы… — хотел было высказаться Найджел, но вовремя остановился. — Да? — переспросил Юджин. На самом деле, он понимал, куда это могло зайти. В конце концов, однажды они с Лансом попались этому господину во время попытки утащить курицу себе на ужин, а тот спустил на них своих псов: два парня тогда еле удрали, а братья Грабингстоны потом долго смеялись над «попытавшимися проникнуть к курицам петухами». С момента восшествия на престол и начала острого дефицита денег в казне прошло совсем немного времени, прежде чем этот факт из биографии нынешнего короля стал известен публике. «Грабил тогда — грабит и сейчас», — высказался кто-то, услышав это. Поэтому Юджин ожидал, что сейчас-то это всплывёт точно. — Вы с королевой забыли оповестить, какое меню желаете видеть сегодня, — ответил Найджел, приняв для себя решение. — Давай ты об этом позаботишься, ладно? Нам… ммм… как обычно — Конечно, ваше величество, — кивнул советник и пошёл исполнять новое поручение. Он принял сторону.

***

Работа шла весьма активная. Когда проект организации водоснабжения стал, наконец, жить своей жизнью, требуя лишь регулярных денежных вливаний, королева перешла к другой задаче. Король знал много лазеек в государственном аппарате, но вот сущности их разгадать не мог, поскольку почти все их нашёл чисто экспериментально, не вникая в теорию — то есть, в законодательство. Зато в этом самом законодательстве отлично разбиралась королева. А советник Найджел разбирался в том, как в принципе устроен государственный механизм. Поэтому, выжав из верхних слоёв общества сколько-то денег на свои проекты, усилив под это дело гвардию и организовав посещение своими шпионами всех важных встреч (тут уж инициатива короля), молодые монархи принялись приводить в порядок само государство с присущей им (в первую очередь, королеве) энергией. И вот тут действительно всё задрожало. Дела о нарушениях посыпались одно за другим. Сначала королева пыталась разбираться в них лично. Но даже она поняла, что этот ворох ей не разобрать, поэтому передала это всё гвардии, попутно учредив гражданские суды*. Но и там утонули в бесконечных разбирательствах. И тогда в дело вступил уже король, учредив тайную полицию. На первых порах она собирала доказательства… не совсем гласными и честными методами, документировала их и приносила тому самому королю. Король же мог либо отдать это всё более гласным органам, либо сразу же отдать приказ на осуществление наказания в обход всяких судов и расследований, либо вообще закрыть дело. В итоге всё стало продвигаться быстрее, но у короля была ещё и куча других дел, поэтому во главе тайной полиции он поставил доверенное лицо — Ланса. Пусть теперь он разбирается со всем этим. Постепенно количество дел уменьшалось, поскольку кампания завершалась. Несмотря на все недовольства, в том числе народные — как никак, у многих в результате всего этого арестовали соседей, а то и родственников, казавшиеся хорошими людьми — король и королева хваткой, уже в процессе приобретшей стальные оттенки, заставили всё функционировать так, как считали нужным, хотя количество компетентных и опытных управленцев в связи с этим заметно уменьшилось, что было компенсировано написанием большого количества инструкций для них, которые можно было исполнять чисто механически. Гвардия и тайная полиция подавили недовольство аристократии, не желавшей расставаться с денежными потоками, так что проект обеспечения водоснабжения, обросший попутно ещё и организацией канализации по инициативе того же автора — Вэриана — был успешно завершён. И в глазах широких народных масс это перекрыло всё. В результате в Короне уровень медицины вышел на уровень, недостижимый для всех соседних королевств. Огромное множество болезней, связанных с вызванной экономией воды антисанитарией — недомытой посудой, недомытых овощей, фруктов и кусков мяса, грязных рук, редких купальных процедур, отступило. Да и медицинские приборы, а также одежду для больных начали стерилизовать варкой по настоянию всё того же Вэриана, уже успевшего собрать вокруг себя команду таких же учёных, финансируемую из казны. Не вынужденные более возиться с мелкими вопросами, лекари взялись за лечение более сложных болезней, за исследования и эксперименты. Кроме того, проведение такого количества труб потребовало такого же количества металла, притом достаточно качественного, да ещё и мастеров пришлось обучать, организовывать мастерские, увеличивать выплавку… в общем, металлургия Короны, сумевшая обеспечить водоснабжение целого королевства, тоже вышла в итоге на новый уровень. Но увы, других крупных заказов на горизонте не было. Спасло то, что вслед за водоснабжением стали организовывать отопление. Но на сколько этого хватит? А вот химическое производство как расширилось, так и было теперь обеспечено постоянным спросом. Квиринион сжигался в огромных количествах, особенно в зимний период. В итоге, Корона вышла на довольно высокий уровень в сравнении со своими соседями, менее, чем за десяток лет став передовым во всех аспектах государством, куда отовсюду стекались мыслители, учёные, врачи, инженеры, изобретатели. Всех радостно принимали: королева искренне желала, чтоб и за пределами Короны жизнь становилась лучше, а потому всеми знаниями охотно делились. Некоторые из гостей оставались тут, и их тоже принимали.

***

Как-то раз, вечером… — Знаешь что, Юджин, наши металлурги начинают жаловаться, что их металл никому больше не нужен, — с какой-то мыслью проговорила Рапунцель. — Ну что мы можем поделать? Столько металла нам больше не нужно. Другие королевства не хотят покупать такое количество стали. Я приказал обновить доспехи гвардии, чтоб смягчить удар, но им придётся прикрыть деятельность. Не беспокойся, мы найдём, чем их занять. — А может быть, нам стоит провести водопровод ещё куда-нибудь? — ухмыльнулась королева. — За пределы Короны? — Ага… — И куда же это? — В Вардарос для начала. Он ничейный. Уверена, местные жители будут только рады. — Дорогая, я ценю твой альтруизм, но казна не бездонная. — Я уже обо всём подумала. Мы присоединим Вардарос. У него удачное расположение, чтоб стать торговым пунктом на въезде в Корону. К тому же, хе-хе, там делают отличный мёд! Жителям — горячая и холодная вода, а также защита, нам — торговый город, лучшие пасеки и новые подданные, нашим кузнецам — заказы на новые трубы. Всем хорошо! Ну как? Надо только выяснить, не будут ли соседние королевства против нашего расширения на ничейную землю. — Хм… — задумался Юджин над общей идеей. — Я выясню.