несбыточная сказка

      Закатное солнце уже ступало за горизонт, в последний раз опаляя землю своими жаркими лучами. Спуская все ниже, оно скрылось в дымке Запретного леса, оставляя за собой темноту и холод. Драко сидел в вынужденном одиночестве у берега озера на промозглом камне, который еще минуту назад хранил тепло, и думал обо всё и ни о чем. Уже завтра будет его последний экзамен, и он покинет Хогвартс на совсем. Хоть и будет выпускной бал, на котором он будет один, но этот экзамен поставит точку в его школьной жизни, в его несбыточной мечте. «Да, какой к черту мечте? он со мной даже не разговаривает! Скорее эта мечта похоже на сказку, которую знаю только я один. Сказку в которой этот гриффиндурок не смотрит на меня пустым взглядом, а нежно-нежно, как на эту Уизлетту… обнимает меня за нишей около кабинета и не отпускает, пока не прозвенит звонок.»       У глаз скопились красные пятнышки от нескатившихся слез, и в холодной темноте, его шмыганье, разнеслось до невозможного громко, что он вздрогнул. «Малфой, ты сам себе противен, разревелся, как какая-то сопливая девчонка…»       На ночном небе появились тусклые маленькие звездочки, а в траве играли невиданную мелодию ночные сверчки. Драко Малфой вписался в эту картину так, как-будто всегда здесь был. Сидел, прижав к груди свои тощие коленки, и, с неизвестной никому тоской, взирал куда-то в темноту, не замечая ничего вокруг. Ведь, если бы смотрел, то увидел как за ним все это время наблюдали два изумрудных глаза. С теплотой, боясь пошевелиться и спугнуть, они жадно смотрели на одинокую фигуру, словно облепленную ореолом луны.       Наслаждаясь каждой минутой, внешне хоть и не было заметно другим, но сам Гарри всегда пытался отыскать эту белобрысую макушку. Как только минул третий курс, Поттер все чаще стал замечать за собой, что залипает на Малфоя, на то, как он аккуратно нарезает ингредиенты на зелья, или то, как он жмуриться от света солнца и на его светлых ресницах пляшут пятнышки тепла. И сейчас это стало так повседневно и незыблемо, что он все реже отводит глаза. Внутренне, он ломается от желаний, таких обычных для других, но не возможных для него, и возьмись где-нибудь легилимент, и прочти его мысли, он бы проходил бы его стороной, ведь недостойно гриффиндорцу дружить с слизеринцем.