Слезы уснувшей вечности

       Дома Чонгук увлекся тем, чем любит заниматься больше всего, отчего ему приносит дикий и паточный запах удовольствия. Подросток вытащил из ящика в кухне бутылку водки. Он взял стакан, стоящий возле раковины с утра вымытый водой, и налил, наполняя до краев. Чонгук закрыл и спрятал бутылку обратно. Подросток поплелся в спальню. Он поставил стакан на стол и сам отправился в ванную. Чонгук стал перед зеркалом. Всмотрелся в свое отражение. Он начал отклеивать пластырь на щеке, осторожно заглядывая в порез. Когда кровь по новой проявилась, Чонгук накренился к раковине. Он включил холодную воду и начал полоскать лицо. Рана зашипела. Парень скривил свои черты лица. Чонгук желал избавиться от этой фанатичной боли, которую кроет монотонностью. Подросток выгнулся и заново взглянул на царапину, проникшую в часть кожи. Останется шрам. Чонгук вырубил напор воды и вернулся в спальню за стаканом с водкой.        Вечером Чонгуку пришло уведомление на почту. Брюнет открыл недавнюю вкладку. «Добрый вечер! Чон Чонгук, Ваше резюме в виде теста было рассмотрено представителем HYB. Директор компании готов согласовать с Вами контракт после кастинга, который пройдет завтра в три часа дня по данному адресу ссылкой. Будьте уверены, что таких людей, как Вы, немного, но и большое количество тех, кто желает получить работу в нашей компании. Будем ждать Вас завтра к трем часам в главном офисе. Хорошего вечера». Чонгук хмыкнул; он обрадовался, но эта эмоции затаилась глубоко внутри.        Всю ночь юноша не спал, думая о предстоящем дне. Чонгук и не хотел спать. Он был пьян, и это мешало лечь в кровать. Голова кружилась, от чего живот начинало скручивать.        После завтрака и принятия контрастного душа юноша молниеносно попрощался с родителями, не предупредив о своем уходе.        Мама и папа сжали брови, перетаскивая к переносице и угрюмо переглянувшись между собой. Сегодня выходной, так зачем сыну куда-либо убегать в спешке? Он не работает, друзей нет.        Чонгук зашел в компанию HYB. Перед входом он максимально глубоко вздохнул, набирая как можно больше воздуха в себя. Чувствовался мандраж. Была тяга к тому, чтобы уйти, не испытав удачу. Внутри было много чего невнятного. Тем не менее, Чонгук ступил в компанию и поднялся на двадцать шестой этаж, где находился офис по принятию новых будущих звезд. Миновав коридор вглубь, юноша уже замечает множество молодых людей, желающих пройти кастинг. — Ты какой? — уточняет парень в круглых очках, облокачиваясь спиной о белую стенку. — Тринадцатый.        Парнишка — немного старше Чонгука — глянул укоризненно и отвернулся. Подросток фыркнул и услышал, как его вызывают; Чонгук облизал губы, которые искусал по пути на двадцать шестой этаж. И он двинулся в кабинет. Юноша ощущал на себе те же недоверчивые и мстительные взгляды, пролетая мимоходом всех сидящих здесь людей.        За ним закрыли дверь. — Не стесняйся, — просит женщина лет тридцати. Она садится за длинный стол, где сидят пять человек разных возрастов и статусов. — С каким образом пришел? — узнает деловой мужчина в черном костюме, вертящий ручку в пальцах. От его вида волосы на всем теле встают дыбом. Чонгук положил рюкзак в сторону и встал посередине комнаты напротив так называемых жюри. Скрестил руки в замке перед собой, стоя в уверенной позе. Капля негодования присутствовала, так или иначе. — Хочу показать вам один пример из жизни, научивший меня не бояться собственных страхов. Я подготовил текст, так что мне понадобится собеседник. Не возражаете? — Нет, — отвечает мужчина и откидывается в кресле. Женщина, закрывавшая за Чоном дверь, вышла к подростку и забрала листок А4. — Мам, мне кажется, я нашел друзей, — начинает Чонгук, безразлично глядя на женщину. — Милый, это замечательно. — Меня пригласили на праздник в эти выходные. Однако… — юноша опустил глаза в пол и возвратил на женский пол, — они не очень хорошие. — Если они такие плохие, для чего начал общаться? Зачем тебе такие друзья, Чонгук? — Хотел быть… Я думал, что мне будет проще общаться, а оказывается это все фальшивка. — Милый, тебе считать, кто они. Если они делают тебе добро во благо, так почему не сдружиться? — Да, верно. — Достаточно, — прокомандовал мужчина. Чонгук в одну секунду вскинул бровь. — Молодец. Я рассмотрю твою кандидатуру. Для своих лет ты неплох. Ступай домой и в течение двадцати четырех часов тебе поступит сообщение.        Чонгук молча поклонился, схватил рюкзак и вышел из кабинета.       Неужели есть надежда?        Юноша покинул этаж, зайдя в лифт; но, как двери отворились, Чонгук ужаснулся, столкнувшись взглядом с Чимином, безмолвно испепелявшим одноклассника. — Ты заходишь? — издает глас Чимин. Подросток зашел в лифт и встал подле одноклассника. Чимин нажал кнопку первого этажа, и двери механически сомкнулись. — Приняли? — Что ты здесь забыл? — Я работаю. — Кем? Уборщиком? — Я артист. На стажировке пока что. Думаю, с завтрашнего дня будем официально работать вместе.        Чонгук повернул голову на Чимина. — Я не понял. Как давно ты стажируешься? — Один год. Если не веришь, покажу документы. Я не по просьбе Ино пришел в компанию, чтобы испортить тебе жизнь. Поверь, она мне на хуй не нужна. Лучше живи своей жизнью и плыви по тому течению, которое выбрал ты. Я не вмешиваюсь в чужие дела. Я не Ино. Лучше окончи школу и поступай в университет, а там, может, и работа наладиться. Ты сначала будешь тоже на стажировке. Тебе будут подбирать какие-то второстепенные роли в короткометражных фильмах, а, как вырастешь, возможно, ты станешь известным актером. Но, боюсь, что с твоей зависимой жизнью алкоголем и наркотиками, тебя выпрут завтра же. Если не завтра, то через пару лет. Поверь мне. — Из-за тебя я влип в эту жизнь. Если бы не ты, я бы не был зависим. — Я тебя предупреждал тогда, — Чимин перевел безжалостный взор на Чона. — Если бы ушел, то ты бы был обычным, как раньше. Я говорил, что Ино еще тот мудак. — На хрен ты с ним общаешься?        Лифт остановился и двери открылись. — Допрос окончен. Аривидерчи, — Чимин вышел из лифта и направился не к главному входу, а в противоположную сторону. Чонгук сжал кулак. Был выбор: уйти или пойти набить морду ненавистнику. Отчасти второе было бы справедливое решение. Шинрэ оставил шрам на левой щеке, а Чонгук никак не отреагировал в ответ. Хоть и Чимин не трогал одноклассника, но он также предшественник Ино.        Чонгук вынесся из лифта и догнал одноклассника. Обернув за плечо Чимина, юноша подарил тому свой большой кулак в морду. Пак отшатнулся назад, отворачивая голову после удара. — Ты спятил? — полушепотом рычит Чимин; он выпрямился в позвоночнике и исподлобья взглянул на Чонгука. — Ты вообще-то только свою заявку кинул в HYB! Какого хрена творишь, Чон? Тебя выпрут!        А Чимин прав. Чонгук не поразмыслил головой, прежде чем выпаливать свое состояние в присутствии камер и множество пары глаз. — Ты получил по заслугам.        Чонгук метнулся глазами за тело Чимина и разглядел образ бескрылого демона. Юноша сощурился, чтобы убедиться в том, что ему не кажется, что он не становится сумасшедшим. Демон испепеляет белыми глазами Чонгук, не моргая. Стоит возле стены и глядит. — Из-за вас я испортил свое лицо, — Чон возвращает взор на одноклассника. — До свадьбы заживет. — А ты не заживешь.        Это были последние слова Чонгука, после чего он ушел из компании домой в ожидании того, что ему ответит HYB.        Неужели я заснул? Зачем мне быть во сне, если демон не приходит ко мне. Мне есть, о чем спросить у него. Я жажду задать много вопросов, но ответ меня может разочаровать.        В сей раз без оглядки я вошел в дом. Я разбил окно голым локтем и залез в хоромы. Было неожиданно светло, хоть снаружи, кажется, темно. Мебель вся новая. Стиль выполнен в модерне. Было неимоверно комфортно и расслабленно располагаться в этом давно страшном месте. Этот дом уже как мой родной. Оно и логично, если уже пять лет я постоянно брожу по территории.        Я совершил неспешные шаги и вышел к лестнице. Она была из бетона, покрытая плиткой и черным ковром. Перила сделаны вроде из стали. Качество приятное на ощупь. Я поднялся на второй этаж. Напротив лестницы была приоткрыта дверь в ванную комнату. Я надумался не посещать ее. Не сегодня. Я пришел, чтобы найти ту комнату, в которой постоянно бродит бескрылый демон. Я завернул за угол налево и прошел по пятиметровому от лестницы коридору. Была дверь только в одно помещение. Если мне не изменяет память, то именно эта комната. Я начал открывать дверь и она запросто мне поддалась. Это была спальня; в отличие от всего дома здесь было очень тускло. Я не видел даже самого себя. Тем не менее, я ступил в спальню. По стене справа я ползу ладошкой, дабы найти выключатель. Но мою руку что-то накрывает, и я вздрагиваю. Появились мурашки, однако, ладонь я не отстранил от обоев. — Ты что здесь забыл? — низкий и угрюмый голос застал меня врасплох. И будто темень рассеялась вокруг демона. Я, наконец, увидел лицо моего кошмара. Прекрасные черты подбородка и носа. Глаза так вообще прекрасные. А еще родинка на кончике носа… — Я все слышу и вижу. Хватит так пялиться и комплиментами одаривать. Это дискомфортно. — Тебе никогда ничего подобного не говорили? — Кто, по-твоему, скажет мне это? — Родители. — Их у меня нет, и не было. Я рожден от рук Сатаны. Вот так и рождаются подобные мне. — Тебе неприятны комплименты, верно?        Демон заморгал ресницами, закатывая глаза. — Что ты вломился в мои хоромы? Но самый важный вопрос: как ты умудрился проникнуть? — Тебе лучше не знать. Как тебя зовут? — Издеваешься надо мной, ребенок? — Почему ты не убил меня? — Что? — И сегодня, для какой цели явился ко мне? — Ты о чем вообще морозишь?        Ясно, адекватного и прямолинейного диалога из этого никак не выйдет. Да и постоянно отвечать вопросом на вопрос тоже не хочется. Но что, если он не отвечает? Я должен узнать все о своем убийце. — Какой я тебе на хрен убийца? Я — демон. Сколько мне раз тебе это повторить нужно, чтобы ты запомнил раз и навсегда? — Сможешь пообещать мне кое-что? Пообещай, что на веки вечные будешь со мной. Ты меня, так или иначе, когда-нибудь заберешь с собой в ад, но будь всегда рядом, в поле зрения. — Ты свихнулся. Сбрендил. Ты не достоин меня. — И как мне нужно завоевать тебя? — Быть послушной зверушкой. Проще простого. — Предлагаешь быть на твоих побегушках? Ты же не видим. — Я невидим для других. Я имитация человеческого образа, который может завладеть чужим телом. — А в мое сможешь? — В тела своих жертв не способен. Ты уже мертв. В какой-то степени. Твоя душа сражается за твою жизнь. Ты одной ногой уже в аду, а другой на земле.        Главное быть с тобой.        Чонгук пробудился и замешкался в ту же секунду. Он не мог поверить в то, что сон оборвался на том моменте, когда диалог с демоном хоть во что-то превращался. Да, он не отвечал на вопросы, но Чонгук узнавал его потихоньку. Камень свалился на сердце.