Слезы уснувшей вечности

       Чонгук стоит напротив двери в кабинет директора в ожидании своей очереди. Шинрэ уже допросили и отпустили в класс на этом этаже, где учеников ждет классный руководитель. Лилу сидит в директорской на допросе более пятнадцати минут. Каждый человек вправе солгать и рассказать свою часть истории сегодняшней ситуации. Чимин подошел к Чонгуку и встал рядом с ним, облокотившись спиной о стенку. Они оба глядят на табличку двери. Однако каждый рассуждает сам по себе. — Для чего ты заставил ее солгать? — спрашивает Чон. Чимин бесслышно ухмыльнулся. — Дабы прикрыть твою задницу. Ты ведь убил Ино? — Еще один, — он закатил глазные яблоки. — Раз это я, зачем ты покрываешь меня? Я убил твоего друга как-никак. — Потому что ты слабое звено. Ты бы никогда не убил человека, не скрывши следы преступления. Ты умный, Чон, и это все знают. Если смотреть с обратной стороны, ты никогда не посмел бы и пальцем тронуть человека. Я сужу по тому времени, как вижу тебя каждую неделю в компании.        Дверь кабинета отворилась, и девушка вышла. Чонгук монохромно зашел в директорскую. Юноша прошел к стулу с поднятой головой и прямой спиной. Мужчина, сидящий за столом, приподнял локти, чтобы пододвинуться ближе к ученику школы. — Рассказывай, — велит тот.        Чонгук дословно объяснил все то, что наплел директору несколько часов назад в этом кабинете, но только до того момента, пока Чимин с яростью в глазах не вышел из класса. Школьник наврал людям в военной форме то, что это было не самоубийство, а к ним зашел какой-то парень в черном обличии и убил Ино. — Он убежал и входит Шинрэ. На меня кинули обвинения. Мы с Ино были в тяжелых отношениях, да, я это не смею скрывать. Так или иначе, я бы его и пальцем не тронул. — Спасибо, зови следующего. Он же последний? — Да.        Чонгук вышел из-за стола и покинул обзор спецназовцев. Чимин указал глазами на дверь и Чон совершил кивок, отдаляясь от одноклассника все дальше и дальше. Парень не обратил внимание на себя взрослых и сверстников, придя в класс и сев за одну из множеств парт. Чонгук соединил ладони, скрепив пальцы непонятно как. Он снял с себя очки и уместил подле.        Через большее число времени является и Чимин с охраной правопорядка. Одноклассник уселся перед Чонгуком и облокотился о спинку стула. Мужчины начали болтать между собой, пытаясь прийти к выводам о сегодняшнем дне. Мрачные лица скашивались на учеников, в особенности на Чонгука, который неугомонно постукивал пяткой по линолеуму. Лилу нагнулась к Чимину и спросила, что будет, если все-таки директор решит поставить виновным Чона. Одноклассник — а-ля соработник — поднял и опустил плечи. Шинрэ дал свой глас, отозвавшись, что Чонгука упекут в детскую колонию на полгода, а после будет продолжать отрабатывать свои дни в тюрьме с более сильными и умелыми убийцами будучи совершеннолетним. Лилу перевела здравый взгляд на Чона, который вскочил со стула в мгновение ока и признался в своей вине. — Я убил его. Забирайте. Я не желаю учиться с такими людьми, как Ино.        Классный руководитель зашипел, приказывая глазами сесть обратно. Все глядели на Чонгука и снизу, и прямо. — Тебе остается отучиться только месяц и окончить школу, а ты хочешь стать пожизненно убийцей? — уточняет директор. — Я признался, чего вы еще хотите от меня? — Вообще-то, вы трое раскрыли полностью всю явь. Вы были в плюсе. По расследованию мы бы уже узнали точную причину смерти, а раз ты признался в содеянном, то будь любезен подойти, и мы наденем на тебя наручники и уведем в полицейский участок на повторный допрос.        Чонгук отодвинул стул и вышел из-за парты, двигаясь на взрослых. Чимин окрикнул полушепотом Чона и воспретил, но кого это тревожит: точно не «виновника» убийства. На школьнике застегнули железо. Чонгук пересекся ответными очами с Шинрэ и отправил поцелуй тому, когда уже его начинали уводить из класса.        Выбравшись из школы, дети кричали вдогонку неприятные фразы Чонгуку. Как же хотелось обернуться и кинуть им ответ средним пальцем, но он выше того. Чонгук не станет таким же безжалостным человеком как его одноклассники. Юноша проклинал их в мыслях, отчего сердце получало адреналин.        Чонгука посадили в машину и хлопнули дверью. Когда обзор на учреждение открылось, он столкнулся глазами с демоном. Чон облизал губы. Моргнувши, демон оказался в фургоне. Он повернул голову на свою жертву: хладнокровные глаза пробежали по всему телу Чонгука. — Я тебя спасал. — Ты должен меня убить, а не спасать. Ведь для этого ты преследуешь меня, — школьник отвернулся от демона, чтобы не смотреть в его белые глаза. — Ты, — он выдохнул для того, чтобы не растерзать Чона словами. Демон прислонил свои два пальца на подбородок парня и заставил того взглянуть на себя. — Ты собираешься сидеть в тюрьме? — Да. — Нет. Не собираешься. Скажи это. Я устрою. Только два слова. Скажи.        Чонгук прикрыл глазные яблоки верхними веками. — Спаси меня. Подстрой так, чтобы никто и никогда не узнал об этом инциденте. — Как прикажешь.        Чонгук отворяет глаза, чтобы возразить, но он теперь один в фургоне.        Через несколько минут фронтальные места занимают мужчины. Они продолжают болтать о своем, как будто позабыв про то, что в автомобиле еще есть один человек, не считая них. Машина двинулась с места.        Прошло много времени в пути, а демон так и не выполнил свое обещание. Чонгук уже смирился с тем, что его карьере пришел конец. Он переживает только о работе, а не о близких, которые растили его восемнадцать лет. И, будто под наркотическими веществами, люди засыпают, включая Чонгука.        Парень просыпается за своей партой в школе. Одноклассники бегают туда-сюда. Девочки держат в руках смартфоны и снимают происходящее. — Что за черт? Я же был в машине. — Я вернул тебя в прошлое, — отзывается демон, резко появившись перед Чонгуком. — Зачем? Я попросил тебя… — Чтобы этого инцидента не было. Его все забудут. Ты просто останешься в классе и не пойдешь никуда. Но я убью так или иначе этого уебка, хочешь ты этого или нет. И да, это именно то, чего я хочу. — Я даже ничего не сказал. — Я читаю твои мысли, придурок.       Демон поднимается на ноги и отчаливает к двери класса, а глаза Чонгука не могут отвернуться.        Тревожно застучали, моля о впускание. Одноклассник подошел к двери и начал поворачивать ключ в замочной скважине. И она отворилась. Ино вбежал в кабинет весь в крови. Он тяжело дышал. Все точь-в-точь. — Быстро! Учитель позвал пару человек! Нужна помощь!        Школьники начали переглядываться. — Ты, Чон, и Чимин. Пошли! — раскомандовался Ино. — Нужны парни. Поэтому шевелите задницами. — Я никуда не пойду. У меня дела важнее есть, — скалится Чонгук. — Тебя зову не я, а учитель! Так что давай, будь верной собачкой и двигай.        Чонгук закинул ногу на ногу и улегся на парте. Это явно вывело одноклассника из себя. Ино прошелся летающей походкой через весь класс к умнику и ударил кулаком по столу. Чонгук замычал и вылез из-за парты. — Послушай, думаешь, я не в курсе, что ты это придумал? Я не тупой. Откуда вы оружие вытащили? Жаловаться на вас я не буду, потому что проблемы в конце учебного года не нужны никому. В отличие от вас я собираюсь окончить школу и поступить в университет. Так что давай проваливай с глаз моих.        Ино обхватил воротник рубашки Чонгука и приблизил его лицо к своему. — Если ты не видишь, то на школу напали террористы. Всем страшно, а ты, герой, обретаешь всех на верную гибель. — Зачем тебе я? Возьми Джорэ. Он намного сильнее и мужественнее меня.        Одноклассник наклонился к уху Чонгука. — Ты, мразь, я убью тебя. Не знаю, как ты узнал, но я убью тебя.        Чимин подошел к ним и разъединил парней. — Вы оба можете хоть раз не сраться? Это уже на шее сидит. Все каждый день видят ваши угрозы друг другу. — Идем, Чимин, — повелел Ино, и они ушли за стены класса.        Через пару часов все разрешилось. Учитель возвращается в класс вместе с Шинрэ и Чимином. Одноклассники садятся за свои парты. Вид у обоих не душевный. Чонгук оглянул их: Ино мертв. — Итак, ребята… мне жаль это сообщать, но… один из ваших одноклассников погиб. Полчаса назад его тело увезли. — Ино убили?! — восклицает Лилу. — Да. Давайте вы отправитесь домой. Школа будет закрыта на два дня. Потом вы вернетесь, и напишите экзаменационные билеты. Всем доброго вечера.        Классный руководитель оставил своих детей наедине. Все обернулись на задние парты и подбежали к Шинрэ и Чимину, дабы разузнать случившееся. Чонгук безмолвно схватил лямку рюкзака, надел на плечо и собрался покидать обзоры одноклассников. Лилу бросилась на Чона с гневными словами, мол, это он виновен в убийстве. Остальные школьники подключились и к ней. Чонгук облизал губы, остановившись посреди класса. Он уже хотел заговорить, но Чимин опередил: — Мы с Шинрэ присутствовали. Мы видели, как он сам себе скрутил шею.        Такого быть не может. Демон убил его. Это же так? — Ино бы не убил себя. Мы все это знаем. — Зато мы с Шинрэ это видели собственными глазами. Перед смертью он сказал, что пускай все горит диким пламенем. Он никого из вас не ценил и не любил. Вы все для него были пешками. Смиритесь, наконец.        Чимин взял сумку и направился к двери, а за ним последовал и Шинрэ, полностью опечаленный происходящим. Чонгук задумался: они врут. В голове возникла мысль, чтобы разузнать всю правду, но Шинрэ плюнет в лицо и изобьет его. Чонгук спросит у Чимина, когда будут вдвоем и в подходящем месте.        Проходят экзамены. Все выпускники сидели в зале для получения аттестатов. Заиграл гимн Южной Кореи. Все встали и отдавали свою честь стране и родине.        И, когда он завершился, все заняли свои места. Директор предоставил свой голос в динамик, чтобы каждый услышал его. Он возглашает имена выпускников, окончивших экзамены, и выдает аттестаты. Очередь дошла и до Чонгука. Он вышел из рядов и подошел к лестнице. Поднимаясь, он пошатнулся, но не грохнулся. Чонгук получил аттестат и сфотографировался с директором. Фотосессия закончена, и парень может возвращаться на место к одноклассникам. Проходя перед школьниками, Чонгук думал, что вот-вот упадет, однако, плюхнулся на свой стул. — Ты бы выпил после выдачи, — порекомендовал поздно Чимин. — Что хочу, то и делаю. Ты бы за собой следил.        Чимин вышел следующим на сцену. Он своей завораживающей улыбкой покорил все сердца девушек. Они пищали позади Чонгука, ослепляя свои глаза. Юноша метнулся взглядом назад и разглядел этих школьниц. — Перестаньте стонать, — повелел Чонгук грубым баритоном, и он отвернулся от девушек. — Бесящие.        Напоследок каждый класс должен был сфотографироваться отдельно со своими аттестатами.        После завершения церемонии Чонгук помчался прочь из школы. Он трусцой выбегает из здания и идет к главным воротам. Там его встречают родители. Чонгук ошарашен сильнее обычного. Во-первых, он уже взрослый. Во-вторых, он пьяный. В-третьих, какого хрена родители приехали? Чонгук на расстоянии вытянутой руки от предков остановился. — Вы зачем приехали? — Чтобы поехать с тобой отпраздновать. Раз ты запретил нам появляться на церемонии, мы подъехали позже, — аргументирует мама. — Вы должны быть на работе. Оба. — Малыш, что с тобой? Почему ты стал таким холодным? — Я такой, каким был всегда. — Это все из-за твоего сна восемь лет назад? — Нет. — Не груби матери, Чонгук! — повышает голос отец. Юноша откинул голову на спину. — Сейчас же ты садишься в машину, и мы едем праздновать. — У меня были планы с друзьями. — С какими еще друзьями? Одни как-то раз кинули тебя. Я помню, как ты рыдал на груди мамы. Жаловался, что все люди плохие, чтоб все исчезли. Ты же не убивал Ино? — Мы это уже обсуждали. Я был в классе. Чимин и Шинрэ это подтвердили, если не помнишь. К тому же это было две недели назад. Забудьте уже. Я хочу поступить в университет. — А можно узнать? — Нельзя. Я пошел, — Чонгук махнул рукой и отправился в противоположную сторону от дома.        Папа пытался докричаться до сына, но утих, ведь не желал, чтобы из-за родителей Чонгука сильнее возненавидели. Однако им-то почем знать, что происходит у их потомка в школе? Чонгук всего-навсего этого не распространяет. Он пытается держать свои проблемы при себе и не болтать направо и налево. От этого станет только хуже.