Слезы уснувшей вечности

       Чонгук просидел ночь в кафе, куда планировал сходить с Чимином. Однако мысли у него заняла та причина, вследствие которой юноша начал принимать наркотические вещества. Не усекший, Чон заказывал соджу. Одну за другой. Так он пропил всю ночь до самого утра, а затем уснул и через пару часов администратор выгнал его. Чонгук в полу отрезвительном состоянии выскочил на улицу, споткнувшись об асфальт. Парень повел бровями. Он достал из кармана очки в темно-каштановой оправе прямоугольные с плавными линиями, те самые, которые носил в школьные года. У парня слабое зрение, но без них он вполне может обойтись. Не всегда, но может. Чонгук надел очки и мир начал отчетливее плыть зигзагом. Брюнет зашагал к своей машине, оставленную недалеко от кафе. Он практически дополз до «Mercedes»’а. Нажав на кнопку пульта, замки разблокировались. Чонгук залез в салон. Молодой человек разместил затылок на подголовнике и закрыл глаза. И он услышал в радиусе тяжелое и громкое дыхание. Чонгук раздвинул челюсти, щелкая дисками в черепе. — И долго ты так сидеть будешь? — Ты сказал, что увидимся во сне. — Сегодня решится твой путь. — Сяду в тюрьму, куда мне еще идти-то? — Ты жаждешь этого? — Да, блять, — брюнет наклонил голову и бросил взор на прочие машины вне, — жду! Я почти все попробовал в этой гребанной жизни! Только не просидел срок. — По-твоему, каждый обязан хоть раз очутиться в худших условиях? Ты даже не представляешь, что тебя там ждет. — Вот я и проверю, узнаю, почему люди сбегают оттуда.       Чонгук повернул голову на сто градусов в сторону демона, и его там не было. Парень глубже задышал, опуская зрачки на сидушку.       Теперь я тебя вижу, когда тебя нет. Разве такое бывает?       Он откинул череп обратно на спинку.       Поднявшись в квартиру, Чонгук замирает на проходе: видит офицеров, стучащихся в дверь. — Вы к кому? — поспешно узнает он. Полицейские развернулись на мужской баритон. — Здравствуйте, я капитан Ын Кунан, — показав в общий обзор документы, отвечает один. — Это мой помощник, офицер Шин Мингю. Дошла информация, что во время смерти Со Шинрэ, Вы присутствовали рядом. — Верно, я лежал в этой палате и проходил лечение. Давайте пройдем? — Чонгук указал на дверь квартиры. Капитан согласился с предложением.       Стоя перед угловым диваном, полицейские попросили парня присесть. — Итак, по какой причине Вы находились в больнице Пусана? — Эпилепсия. Но врачи говорят, что я полностью здоров. У меня изредка появляются обмороки, панические атаки. — Почему Со Шинрэ оповещал Вас? — Он был моим одноклассником. Он считает, что я убил его друга. Ко Ино погиб в выпускном классе при мне. Какой-то мужик влез в школу, добрался до класса, в котором присутствовали мы с Ино, и убил его, свернув шею. Можете проверить показания две тысячи девятнадцатого года. — Хорошо. Можете проехать с нами в участок, господин Чон?       Чонгук поднялся с дивана и кивнул.        Парня привели в допросную комнату. Его посадили за стол и потребовали ожидать детектива. Чонгук обмочил свои сухие губы и следил за дергаными пальцами. Нога также начала нервно трястись. Чонгук жаждет, чтобы его посадили, но ему страшно, что-то беспокоит. Может, родители? Они ведь беспокоятся. Хотя за эти месяцы ни одного звонка от предков.       В помещение заходит девушка-детектив и приветствует подозреваемого. Она присаживается напротив Чонгука и кладет протокол об убийстве школьника две тысячи девятнадцатого года. — Прошу, детектив, можно мы покончим с этим быстро, не потравив Ваше свободное время?       Девушка вопрошающе взглянула на двадцатитрехлетнего и сложила руки перед собой. — Просто… Я убил Со Шинрэ. Я выколол ему глаза. Также… я причастен в убийстве Ко Ино. Не я убил его, но я хотел его смерти. Пожалуйста, вручите мне наручники и отведите в зал суда, приговорите к пожизненному. — Впервые слышу, чтобы кто-то умолял. Больше тебе нечем оправдаться? Хочешь рассказать что-нибудь?       Чонгук углубился в себя. Больше ничего. — Нет, больше ничего.       Детектив пригласил офицеров. На Чонгука надели наручники и выперли из допросной, наводя в обезьянник до зала суда. Завтра утром он получит то, чего хочет.       Парня заперли за решеткой, а здесь сидят трое мужчин с татуировками на всем теле. Они вытаращились не по-доброму на подростка. Чонгук молчаливо сел напротив них. — Слышь, крысеныш, ты за что здесь? Грабеж? — узнает крупный мужик в грязной белой майке. — За убийство.       Те рассмеялись во все горло.       Чонгук закрыл глаза. Хохот начал отдаляться все дальше и дальше.       На следующее утро Чон пробуждается от властного голоса служащего. Офицер назвал имя молодого убийцы.       Вот и все. Последний день, когда увижу я блики солнца, почувствую горячие лучи, услышу звуки птиц, людей и машин. Да и Бог с ним, я все-таки умру скоро.       Кисти Чонгука сплетают жестяными браслетами и уводят на выход из участка. Снаружи его посадили в сине-белую машину.       Пролетают с невысокой скоростью здания, жилые и нет, проносятся люди, счастливые и грустные, и с детьми, и с любимыми, и с родными, у кого-то свадьба. А я еду, прикованный наручниками, в суд, чтобы меня посадили за решетку с другими убийцами, к которым я не подхожу по всем признакам, — только нататуированному телу и пирсингу.       Чонгук помогает указательным пальцем натянуть очки на переносицу.       «Skoda» припарковывается на территории городского суда. Пассажир транспорта высаживается и отворяет боковую дверцу преступника. Чонгука вытаскивают на открытую парковку, придерживая за локоть. Как только его стопы ботинок ступили на сухой асфальт, офицер проводил подсудимого в здание суда. Юношу проводили до комнаты без окон и оставили на неопределенное время там под охраной видеокамер. Дверь заперли с обратной стороны, и Чонгук скатился вниз по стене на линолеум, будучи все еще в наручниках. Парень пододвинул к себе пятки, пряча руки возле груди. Чонгук закрыл глаза на одно мгновение, дабы осознать происходящее и понять, правда ли он именно этого хочет: сесть в тюрьму? Раскрыв глазные яблоки, пред брюнетом проявился образ демона. Он молчал. Правда ли это Тэхен? Или как тогда, — просто мозг вырисовывает его? — Это ты?       Явно охраннику станет любопытно, отчего подсудимый заговорил с самим собой. Мало того, что убийца, так и психически болен.       Чонгук не увидел какого-либо движения со стороны демона. Получается, галлюцинации. И куда он исчез? Тэхен нужен, почему не появляется?       Парень повторно накрыл орбиты тонкой кожицей.       Приди. Приди. Тэхен, ты мне нужен. Приди.       Отворяет взор, но никого нет.