What if it's different?

Мир на секунду замер. Казалось, всё живое перестало дышать. Время остановилось. Нервное напряжение словно собралось со всех уголков света и сконцентрировалось в одном месте. В одной простой на вид гостиной. В гостиной Кенго Морияма. — Держи аккуратно, — нервно проговорил тот и передал Тетсуи крошечный свёрток. Хоть Кенго, как всегда, старался показывать холодное спокойствие, было видно, что он на взводе. — Всё будет хорошо, — тихо, чтобы не разбудить мирно спящего на руках младенца, шепнул Тетсуи. Он знал, что Кенго не успокоят его слова. Ещё бы. Отдать родного сына на пожизненное воспитание другому человеку сможет не каждый. Но правила клана, есть правила клана и нарушать их нельзя. Тетсуи сам не был уверен в том, что они поступают правильно и что он сможет воспитать из этого ребёнка достойного члена общества, но выбора, как такового, у него не было. Тетсуи сам всю жизнь вырос вдали от главной ветви клана, под крылом у суровой тетки, не знающей ни любви, ни заботы. Она была достаточно староватой для того, чтобы её называли "тётей", да и по родственным связям приходилась Тетсуи двоюродной бабкой. Но почему-то всегда требовала называть её тётей. Тетсуи никогда не любил её. Всю жизнь он прожил, обделенный любовью, которой порой так не хватало. На просьбы о помощи, он всегда слышал ворчание под нос. Если Тетсуи где-то косячил и хоть немного отступал за грани рамок, установленных тёткой, его нещадно пороли и лишали на месяц каких-либо сладостей и развлечений. Тетсуи посмотрел на лицо младенца. Ресницы на прикрытых глазах немного подрагивали, пухленькие розоватые губы были слегка приоткрыты. Крошечная ручка лежала аккурат возле щечки. Тетсуи всегда на дух не переносил маленьких детей. В памяти накрепко отпечаталось собственное детство и малышня ассоциировалась только с ним. Для него дети были чем-то противным и непонятным. Недоступным его холодному разуму. Но сейчас, он обнаружил, что сердце его сладко защемило, а губы, сами собой расплылись в довольной ухмылке. Что-то родное было в этом маленьком человеке. Что-то настолько близкое Тетсуи. Сам Рико был очень похож на него маленького. В этот момент его будто ударили чем-то под дых. Тетсуи резко вдохнул воздух через рот, словно без этого бы просто задохнулся. Единственное, что он почувствовал, это чувство ответственности. Он обязан обеспечить племяннику такое детство, которое он всегда хотел для себя. В этот момент, он мысленно дал самому себе клятву, во что бы то ни стало, защищать и оберегать его. Быть рядом в трудные минуты и стать мудрым и сильным наставником. Пусть Тетсуи сам был очень молод и неопытен, но он должен сделать всё, чтобы этот ребёнок был счастливее его. — Как ты назвал его? — охрипшим голосом спросил Тетсуи у брата. — Рико, — так же тихо отозвался тот. Тетсуи уже даже не пытался скрыть улыбку. Он протянул один палец к крошечной ручке младенца и его маленькие пальчики тут же сжали его. На глаза внезапно навернулись слезы. Он не плакал с десяти лет. Просто отучил себя. Он понял, что слезами горю не поможешь и сколько бы не пролилось этих солёных капель на щеки, его продолжали бы бить по спине и рукам мокрой половой тряпкой. — Маленькое чудо, — прошептал он одними губами. С этого момента, их с Рико словно связала какая-то невидимая тонкая нить, которую нельзя было почувствовать. Тетсуи просто знал, что они теперь привязаны друг к другу до конца. И эта мысль не обременяла его. Тетсуи не казалось, будто по рукам и ногам его связали, не давая ни единой возможности пошевелился. Наоборот! Тетсуи внезапно показалось, будто он сможет справиться с любого рода проблемами. Разрушить любую стену. Лишь бы это маленькое чудо было рядом. Он сможет дать ему большее, чем дали в детстве ему. Он сможет сделать его счастливым.