Останови меня, если я перейду черту

Она падала в омут с головой, не понимала, что топит ее человек, который должен был спасать. Задыхалась в его руках, жадно глотая воздух в перерывах между поцелуями. Послушно запрокидывала голову назад, когда он тянул за волосы и касался шеи языком. Глаза были закрыты, кожа стала чувствительнее в разы, в горле пересохло от тяжелого дыхания. Спастись…бежать…поцеловать…не отпускать никогда. В темных глазах плескалось безумие, хищный прищур замер на его губах. Легко коснулся, практически невесомо. Надо успеть перевести дыхание, пока он опять не перекрыл кислород. — Сейчас я буду выводить на твоей коже символы...буквы, — тихим вкрадчивым голосом произнес Себастьян, — а твоей задачей будет повторять в голос каждую из них. Сэллоу приподнял подбородок девушки, убедившись что она еще может соображать и слушать его голос, внимая правилам. — Чтобы тебе было проще — это будет предложение: «Это все не ваше дело!»... Тембр опасный, гипнотизирующий, с легкой издевкой. Это сносило крышу. Скай закусила губу и парень усмехнулся. С нажимом провел большим пальцем по нижней… — Что за дурацкая привычка, носить рубашку на голое тело… — вдруг сделал он замечание. — Она…кхм…плотная, — сухим голосом ответила Скай и резко вдохнула, когда пальцы Сэллоу расстегнули первую пуговицу. Он смотрел в глаза, когда вторая…третья…четвертая пуговицы выскальзывали из петель. Вытащил рубашку из пояса юбки и переместил руки на колени. Взгляд упал на обнаженную полосу тела от шеи до пупка. На секунду взгляд заволокло пеленой, но Себастьян тут же проморгался и поднял одной рукой девушку за талию, второй ныряя под юбку и снимая белье. Было очень жарко…Щеки Скай горели настолько сильно, что казалось кожа не выдержит, лопнет, зальет кровью пульсирующее тело. В ушах было слышно стук сердца, а язык то и дело облизывал пересохшие губы. — Посмотри на меня, — голос влекущий, обволакивающий, опасный. Себастьян заправил подол юбки за пояс и взял лицо Ханы в свои руки. — Все запомнила? Кивок — Умница... Он нежно прошелся взглядом по лицу, вторя себе кончиками пальцев. Тыльной стороной ладошки очертил скулу. Щеки пылали. Она ждала. Он выжидал. Язык парня коснулся приоткрытого рта и кончиком вывел первую букву. — Э…— на выдохе повторила Скай. Дьявольски довольная улыбка расцвела на лице Сэллоу. Он оттянул ее волосы на затылке назад, подставляя своему рту нежную шею. Еще одно движение кончиком языка. — Т… — вторила девушка. Парень опустился ниже, выдохнув на декольте горячий воздух, продолжил… — Оооо… Пальцы Себастьяна отодвинули одну половину рубашки, оголяя грудь, специально цепляя жесткой тканью сосок. За легким поцелуем последовало движение языком прямо по набухшей плоти. — В… — с закрытыми глазами произнесла Скай. Вторая половина рубашки повторила судьбу первой. Язык начертил следующую букву, намеренно не задевая сосок, а только двигаясь вокруг. — С… Губы Сэллоу скользнули ниже, останавливаясь чуть выше пупка. — Е… Себастьян медленно опустился на колени, шире раздвинув руками дрожащие ноги. Язык прочертил следующую букву уже под юбкой, но еще находясь внизу живота. Горячее дыхание только повышало градус напряжения. Вибрации волнами скользили по телу. — Н… — Скай находилась в трансе, соображать, что там чертит Сэллоу уже не хватало сил, она просто пыталась повторять предложение про себя и называть буквы по очереди. Теплое дыхание коснулось раскаленной кожи между ног…Кончик языка начал чертить следующую букву, едва касаясь кожи. Все тело тянулось к нему. Хана простонала: — Меееерлин…Е… — Не порть мне очередность букв лишними словами, Скай. Казалось он просто издевается и получает от этого неслыханное удовольствие, но язык уже начал чертить дальше, поэтому времени на раздумья у Ханы не было. — В… — Аааа… — Ш… — Е… — она повторяла каждую букву, начиная задыхаться и путаться в мыслях. Предложение, которое она мысленно вывела себе на внутренней стороне век, гасло, путало буквы, добавляло новые… — Д…ммм… Себастьян усилил нажим языка, сохраняя скорость на минимуме и тем самым растягивая ощущения. — Ееее… Он чередовал невесомые буквы, нарисованные одним только кончиком с грубыми мазками. — Л… Пальцы впивались в деревянный стол, нужно было просто продержаться до конца и эта пытка закончится. Себастьян начертил кольцо вокруг клитора. — Оооо… — отбросив голову, выдохнула Хана. — Еще раз. Коротко и ясно. Без лишних слов начал чертить первую букву на том же месте, немного увеличив скорость. Скай хотела оспорить, изменить это не принадлежащее ей наказание на что-то другое. Но просто захлебнулась своим же протяжным стоном. — Ээээ…мммм… — Тт… — Ооо… — В…мерлин…прости… — С… — Е… Он держал ее за бедра, после каждой буквы выжидая ее повторения, чередовал нажим, скорость, размер символов. Прощал лишние звуки, мольбы, продолжал чертить. — Н…ммм… — Е…аах… — В… — А-аааах… — Ш… — Е…не могу… — О… — Д, — поправил, скользя губами по зудящей коже. — Прости, Д… — отвечала, собирая куски сознания в кучу. — Еее… — Л… — Ооо… — Еще раз. Буквы слетали с губ Скай вперемешку со стонами, просьбами, то ли остановиться, то ли продолжать. Где-то на слове «ваше» тело начало дрожать, уведомляя о скором финише. — Д… — выдыхала она, непроизвольно сжимая бедра, которые крепко удерживал Сэллоу. — Е… — невесомые касания оттянули пик. — Л… — еще нежнее…градус спадал… — О… — едва касаясь. — Еще раз. Скай застонала, рыжие локоны разметались по оголенной груди, пересохшие губы ловили воздух. — Не смогу…не смогу… Но Себастьян ее не слышал, выводя первую букву. В какой-то момент Скай поняла — ей нужно продержаться до конца, выдержать, кончить на последней букве, так как этого хотел больной педантичный ублюдок. — Э… — Т… — Оооо… — она почти не дышала, пытаясь сдержаться. — В… — С…аааах… — Е… Язык Сэллоу опять начал возвращаться к сильным и широким мазкам, поглаживая большими пальцами нежную кожу на бедрах. Тело пылало. Любые касания руками были невыносимыми. Будто ее истязали плетью, а потом ледяными пальцами выводили узоры по красным следам. Хотелось взвыть, прекратить все, исчезнуть...но...он держал ее и продолжал пытку. — Н… — Е…ммм — В… — А-ааа… — Ш… — Е-еее… Сил не оставалось, тело дрожало, она была на краю. Чтобы упасть ей было достаточно одного прикосновения, одного дуновения. Казалось сейчас Сэллоу просто горячо выдохнет и ее накроет оргазмом. — Д… — силой сжимая пальцы… «Забудь про все, кончай» — Е… — тело вот-вот перестанет ее слушать… «Кончай» — Л… Скай падала…падала и следующий толчок был уже в спину летящей в пропасть девушке. — О-ооо, Мерлин…Все… Судорога пробрала тело, единым импульсом прошибая все нервные окончания. Себастьян быстро накрыл клитор языком, слегка всасывая его внутрь рта. Скай вскрикнула, выгнулась, дернулась. Рискуя упасть, перевела вес тела на одну руку, второй вцепилась в волосы Сэллоу, оттягивая его назад. — Ненавижу…ненавижу тебя… — шептала она, пребывая еще где-то далеко за стенами замка. — Неужели я сделал что-то настолько плохое, — тихо засмеялся парень, поднимаясь на ноги. Одной рукой обхватил еще дрожащее тело, а второй придержал запрокинутую голову. — Мне показалось или ты сдерживалась? — его издевающийся голос заставлял гореть уже изнеможённое тело. — Я разрываюсь между тем, чтобы расчленить тебя и между тем, чтобы оседлать прямо на этом столе, — усмехнулась Скай, возвращаясь в реальность, — Что с тобой не так? — Тебе не понравилось? — вскинул он брови. — Не в этом дело, у тебя фетиш? — Можно и так сказать, повернут на контроле. Я помогу. Себастьян вмиг превратился в того заботливого и знакомого парнишку, закончив свою извращенную месть. Пуговицы на рубашке соединились с петлями, юбка вернулась на свое место, а белье заботливо было надето обратно. Все свои движения Сэллоу сопровождал нежными поцелуями. — Пойдем на ужин? — спросил он. — Нет, постой…Мне правда интересно. У тебя фетиш только на контроле? И он проявляется только в близости? Скай кажется забыла обо всем, что происходило несколько часов…несколько минут назад. Эндорфины уже начали действовать, превращая обычный вечер в фестиваль фейерверков. Она не ходила по крипте, а подпрыгивала. Пыталась заглянуть парню в глаза, который начал отворачиваться, будто скрываясь от ответа. — Я не знаю…Давай не сейчас, пошли, — отмахнулся Сэллоу. — Ну нет, скажи. Я же не отстану. Не унималась Хана, целуя его то в губы, то в щеки. — Скай, ну прошу же, не надо…Не сейчас… — оторвал он ее руки от своего лица. Девушку как будто вернуло на землю. Она опустила глаза вниз, но тут же вернула взгляд на Сэллоу. — А когда? Неужели все, что происходило, это не повод открыться мне…Вдруг ты в следующий раз привяжешь меня над жаровней и заставишь перечислять ингредиенты Амортенции. Ты предупреждай, я хотя бы повторю материал… Себастьян многозначительно поднял бровь и хмыкнул, запуская пальцы в волосы. На самом деле в его пристрастиях не было ничего криминального, но он никак не хотел обсуждать это. С другими девушками было проще, они были на одну ночь, никто не задавал лишних вопросов. Прикрыв глаза, выдохнул… — Хорошо, хорошо, только перестань выдумывать всякое. Какая Амортенция, в самом деле? Ты бы рассказывала мне в каких зельях используются златоглазки, вися обнаженной вон на той стене. Эй! Парень тут же увернулся от летящей в него тетрадки, которая бережно была оставлена на бочке кем-то из парней, заливаясь смехом. Спустя несколько вдохов он начал стихать… — Это проявилось не сразу, — вдруг начал он, — когда родители умерли, я был слишком мал, чтобы думать о своих предпочтениях. Скорее всего все началось, когда прокляли Анну. Соломон не давал ступить и шагу, наотрез отказывался слушать мои предложения в плане помощи сестре. Конечно-же старым якорем на мне висел обет и в какой-то момент я понял, что потерял контроль над собственной жизнью. Болтался как повешенный, но продолжал жить. Себастьян окончательно повернулся спиной. От этого стало холодно и Хана обняла себя руками. Было понятно, что признание дается не так легко, как того хотелось обоим. — Первый опыт у меня был самым обычным. Телу приятно, а вот мозг как будто не участвовал. Я еще не понимал как должно быть, но точно не так…Впервые я ощутил контроль, когда оттягивал оргазм…неважно... Ее просьба в глазах, мольба продолжить…Меня накрыл такой мощный импульс, что я начал экспериментировать в этом направлении. Понял — это оно, то, что приносит мне удовольствие. А на тот момент из удовольствий у меня были только дуэли... Чем извращеннее — тем ярче. Чем больше контроля было в моих руках, тем сильнее я чувствовал как держу свою жизнь в узде. Вот такая вот больная аналогия. — А обычный секс у тебя после этого был? — тихо спросила Скай. — Нет. Я не чувствую ничего особенного в обычной пенетрации. Его взгляд вернулся к девушке, как будто извиняясь. — С тобой хочу по другому, но…пока боюсь. Боюсь, что сорвусь и вместо нежных поцелуев действительно привяжу тебя к потолку. Не хочу напугать или обидеть. — Эй..эй… — Скай подошла вплотную и взяла за руку, — Ты меня не пугаешь, ну…разве что слегка, но это даже заводит. Возможно я тоже не совсем нормальная. Хана наклонила голову, заглядывая в его глаза. Он посмотрел прямо, серьезно и с вызовом. — Ты не совсем понимаешь, да? Все, что я делал с тобой — это сотая часть моих обычных утех. Над одной барышней я измывался днями. Это было уже после твоего поступления, кстати. Помнишь тот странный случай на зельях? — ухмыльнулся Сэллоу. — Саманта… — девушка округлила глаза и прикрыла рот ладошкой, вспоминая начало учебы. Саманта Дейл действительно несколько дней вела себя странно, но на зельях ее практически выворачивало на глазах у студентов. Глаза закатывались, руки дрожали…Ее тогда отправили в госпиталь с подозрением на сглаз. — Словом, свое она так и не получила, — усмехнулся, — пыталась потом опоить Амортенцией, кстати. Но забыла, что возле меня парень, обладающий уникальным обонянием из-за слепоты… Дьявольская улыбка трансформировалась в извиняющуюся. — Видишь…Я больной на всю голову. Зато так я контролирую хоть что-то. Прости… — Тише, тише, — успокоила Хана, — Ты ведь уже дважды вел себя достаточно сдержанно. Я не берусь делать выводы, но я не они…Возможно у тебя получится отпустить тетиву со мной? — нежно шепнула девушка, покрываясь румянцем. — Ты еще будешь убегать от меня, Скай, а я привяжу тебя к изголовью кровати и… — Нет! Все, остановись, — закрыла ладошкой рот Сэллоу, — Мы так на ужин опоздаем и я опять буду голодной. — Я вечно голодный рядом с тобой, Хана, — убрал руку со своего рта. — Что бы на это сказал Оминис, — засмеялась Скай и потянула парня к выходу. — Что я больной извращенец, но я это уже от него слышал, более того, знаю это.

***

Жизнь кипела, стелилась под ноги мягким травянистым ковром. Изумрудная троица то и дело пропадала в крипте, делая домашние задания или лакая огневиски из запасов Гонтов. Где брались бутылки древнейшего пойла в крипте Оминис наотрез отказывался отвечать. Сэллоу перестал попадать в неприятности, проводя вечера в общей гостиной в обнимку с Ханой. Они валялись, читали, играли в шахматы. Казалось все проблемы стояли на паузе, судьба подарила им шанс пожить как обычные подростки. Скай и Сэллоу еще неделю ухахатывались с Оминиса, которого пыталась очаровать Крессида Блюм. Последний максимально мягко хотел отвадить от себя девушку, пока не обнаружил в своем стакане приворотное зелье. После этого случая Гонт начал побаиваться встретить ее в коридоре. Старался не ходить один, только с ребятами, поэтому Хана и Себастьян иногда выкрикивали: — Блюм! — и растворялись в толпе. Вид растерянного и напуганного Оминиса вызывал приступ дикого хохота у парочки. Не удивительно, что однажды Сэллоу проснулся с поросячьим пятачком вместо носа. — Для тебя это пока предупреждение, — уточнил Гонт, когда Хана свалилась со скамьи, увидев своего парня. Ничего не происходило. Как плохого, так и хорошего. Время тянулось, Хранители молчали, проклятие Анны и Непреложный обет оставались висеть тяжелыми булыжниками над головами ребят. Но они, понимая свое положение, решили попросту не задирать голову какое-то время. Как в любимых книгах Скай — это было затишье перед бурей. Она знала, что вечно так продолжаться не может. Рано или поздно один из камней упадет и расшибет кому-то мозги. Но вместо падения, послышался тихий перекат…как предупреждение. — Стен прислал письмо, — подсаживаясь к Хане во время обеда, шепнул Сэллоу, — пишет что Пенелопа соскучилась и приглашает на выходные. Хана не оценила честность и прямолинейность парня и только фыркнула. — Ну ты чего? Он сказал, что я могу взять с собой друга. — Оминис будет очень рад. — При чем тут Оминис? Я хочу отправиться с тобой. — Со мной? — глаза округлились, — Ты в своем уме? — Нет, послушай… Себастьян развернулся к девушке, перекидывая одну ногу через скамью. — Я думал…может недостаточно долго, но…это хорошая возможность. — Возможность познакомить свою девушку с невестой? — съязвила Скай. — Это возможность расторгнуть помолвку.