Добро пожаловать в класс превосходства

      — Значит, ты уже знала о новом заключительном экзамене в этом году, не так ли? И предвидела как раз там нашу битву. Но могу ли я рассчитывать на то, что наше сражение будет скрытным от лишних глаз?              — Не волнуйся, Аянокоджи-кун, я могу тебя уверить в этом, — коварно ухмыльнувшись, ответила девушка, стуча своей тростью по земле.              Мне пришлось двигаться медленно, чтобы наши темпы ходьбы были равными. Все-таки из-за своих ограничений Сакаянаги не способна передвигаться, как обычный человек, поэтому не могла бы поспеть за мной.              — Но с чего бы мне тебе доверять? Хорошо, я просто предупрежу тебя, что если ты не выполнишь мои условия, я попросту поддамся тебе и полностью тебе проиграю без всякого сопротивления. Думаю, ты точно не сможешь насладиться нашей битвой.              А Сакаянаги очень жаждет нашей скорейшей битвы против друг друга в шахматной партии. Её желание отчётливо видно, эта девушка прямо-таки нетерпеливо ожидает наступления окончательного в этом году специального экзамена.              — Фу-фу-фу, я уже давно знала, что ты можешь так поступить, если что вдруг тебе что-то не понравится. Не переживай, я постараюсь создать для тебя идеальные условия, точнее об этом позаботится Казуми-кун.              После упоминания его имени я сразу же вспомнил сначала приветливого и доброжелательного друга, а потом коварного и безжалостного человека. Он одновременно отталкивает этим, но в то же время притягивает своей загадочностью.              Надеюсь, я смогу осторожно узнать про него нужную информацию, и у меня уже есть варианты, как это сделать. К примеру, воспользоваться Кушидой, которая обладает за спиной огромный опыт в собирании даже самых секретных тайн.              К тому же она способна очаровать Казуми-куна. Пусть и такой человек наверняка не так легко купится на подобное, но он всё же такой же парень, как и я, и имеет такие же желания по отношению к девушкам.              Поэтому не думаю, что если Кике хорошо постарается, план не удастся и он что-нибудь заподозрит. Так что стоит её немного позже попросить об одной услуге.              — Ну что ж, пока доверюсь тебе, в любом случае я смогу уклониться от твоей лжи, попросту отдав победу. Просто для меня очень важно узнать о своём прошлом, а ты как раз и являешься важным ключом для этого, поэтому мне и хочется самому тебя победить.              — Ну вот, а тобой кстати легко можно манипулировать благодаря твоему прошлому, которое ты настолько сильно желаешь узнать. Но знаешь, я тебя предупрежу в последний раз, ты уверен? Твоё прошлое нелицеприятное и жестокое, честно признаться.              Но даже подобные сомнения не способны завладеть властью надо мной и переменить моё желание что-нибудь вспомнить и узнать из своего детства.              — Уверен.              — Ну что ж, это было последнее предупреждение, дальше уж сам поймёшь. Хотя нельзя быть такой уверенной, что я расскажу тебе про прошлое, ты же ещё не победил меня, да и не думаю, что у тебя это получится.              — Ну что ж, когда настанет тот знаменательный день, когда мы сразимся, как раз и посмотрим, кто сильнее, а точнее умнее и лучше в шахматах. Но ты даже не заметила, почему я даже не говорил насчёт того, что из-за потери памяти могу хуже сражаться и проиграть тебе?              — И почему же? — озадаченно спросила девушка.              — Потому что я с самого начала не видел в тебе соперника.              Улыбка с лица Сакаянаги медленно сползла, но спустя пару секунд стала ещё шире.              — А ты слишком уж самоуверенный, Аянокоджи-кун.              — Даже если я ни разу не брал после потери памяти шахматы и знаю только правила, я всё равно не считаю тебя своей соперницей, для меня ты фактически никто даже в плане шахмат — твоей сильной стороне.              — Не стоит быть настолько самоуверенным, по крайней мере кричать об этом на каждом углу, тем более говорить такое сопернику. Знаешь ли, тогда проигрывать будет ещё больнее и унизительнее, нежели ты скромно молчал.              — Ну, знаешь ли, ты и сама уверена в своей победе, следовательно мы оба самоуверенные с твоей точки зрения, так что это относится и к тебе.              — Аянокоджи-кун, у меня есть основания полагать, что победа за мной, поскольку у меня не было амнезии, да и до нашего сражения я усердно готовлюсь, пока ты ничего не делаешь и отдыхаешь, ни раз даже не беря в руки хотя бы шахматную фигуру. Так что твои слова более безрассудные, нежели мои.              — Так-то да, но если предположить, что я — шедевр Белой Комнаты, как ты и сама говорила, в которой прошёл через адские тренировки, при этом обладая талантом и эффективностью обучения, шансов на победу у меня гораздо больше. Даже потеряв память, я всё равно являюсь лучшим в этой школе, у меня нет сомнений, что никто мне не соперник в Кодо Икусей, в том числе и ты.              — Фу-фу-фу, Аянокоджи-кун, а ты по сравнению с первых дней обучения в школе стал, кажется, более уверенным в себе, или же мне это кажется и ты просто скрывал подобное. Ты на самом деле очень силён и способен, но говорить такие слова.              — Я лишь говорю то, что думаю. Даже с амнезией никто мне не ровня, а если я верну себе память, то наш разрыв в уровнях будет колоссальным.              На мгновение Арису даже была слегка поражена моей неприкрытой самоуверенностью, но после самодовольно улыбнулась.              — Я довольна тобой, Аянокоджи-кун, ты всё такой же, каким был в Белой Комнате. Пусть ты и потерял память, твоё мышление не шибко изменилось. Но по сравнению с прошлым тобой ты не способен доказать свои слова на деле. Да даже если бы ты не потерял память и сражался со мной со своим полноценным потенциалом, я всё равно победила бы тебя в шахматах, что уж там говорить о том, что от тебя прошлого осталась лишь оболочка.              — А ты действительно говоришь глупости, раз считаешь, что могла бы победить меня из Белой Комнаты до амнезии. Знаешь, не стоит зарекаться об этом, а то когда ты проиграешь этой «оболочке» прошлого Аянокоджи, тебе будет гораздо неприятнее.              — Ну да ладно, не хочу с тобой ссориться, как ты и сказал, наше сражение и покажет, кто из нас лучше. Лучше расскажи, как там твоя обычная жизнь на свободе, к которой ты так стремился?              — Всё идёт своим чередом, мне становится легче общаться с остальными и заводить новых знакомых и друзей. Так что я несказанно рад этому. А у тебя?              — Тоже всё хорошо, как никак я свергла Кацураги-куна и теперь обладаю полноценной властью лидера своего класса. Осталось только пару человек за Кацураги-куном, которые пока не примкнули ко мне, но это лишь вопрос времени. Тем более они осознают, что могут быть и похожие экзамены скорым временем, и именно они будут целями, так что мне не стоит их бояться. Да и Кацураги-кун сам скорым временем будет мне прислуживать, ну, по крайней мере просто работать вместе, все-таки делать из него питомца будет достаточно трудно.              Значит, все остальные из её фракции, в том числе Хашимото и Казуми-кун для неё простые питомцы?              Хотя, с Казуми-куном всё по-другому, если он самовольно вытворял такие вещи, то он способен и манипулировать Сакаянаги, как и я Хорикитой, поскольку управлять лидером собственного класса — самое выгодное и лучшее решение.              Не думаю, что Юджи является её питомцем, он наверняка лишь играется с ней, притворяется, как и раньше, надевая на себя маску, скрывая за ней истинное лицо.              — Ну а ты, как я понимаю, отлично живёшь, раз ещё тебя до сих пор никто не поймал, а Рьюэн-кун по загадочной причине оставил кукловода в покое. Даже не думала, что ты перейдешь к таким крайним мерам.              — Ты о чем?              — Не прикидывайся, я же отчётливо понимаю, что это твоих рук дело, что было с Рьюэн-куном, но чтобы отвести от себя подозрения, ты взвалил подобные заслуги на Ишизаки-куна. И все-таки Рьюэн-кун выбрал слишком глупое решение: пытаться выследить тебя и сокрушить. Но ему простительно, у конце концов мальчик Дракон даже не мог представить тогда, на что ты способен.              Арису всё давным-давно поняла. Ну что ж, не буду с ней спорить, у конце концов в этом нет необходимости, если она знает меня даже лучше меня самого из-за случившейся амнезии.              — Сакаянаги, могу я рассчитывать на то, что в следующих подобных случаях, когда попытаются нанести мне вред, ты защитишь меня?              Странная просьба, конечно, выглядит так, будто бы я достаточно беспомощный. Но мне просто не хочется подобных проблем, которые произошли и с Рьюэном.              Не хочется, чтобы всё больше людей начали узнавать мои тайны и секреты.              — Фу-фу-фу, даже неожиданно, что такой самоуверенный в себе человек, к тому же шедевр Белой Комнаты просит у меня о помощи.              Для неё это также выглядело забавно, особенно для то, кто знает меня из прошлого, гораздо более способного и сильного.              Но мне все-таки важны меры предосторожности, на всякий случай, ведь не всегда всё будет идти строго по моему составленному плану, поэтому уберечься от неприятностей дополнительными средствами будет не лишним.              — Ну что ж, конечно да, даже если ты мне проиграешь в шахматах, можешь не волноваться, гарантирую, что я не позволю тебе уйти из этой школы. Все-таки мне и самой трудно понять, каково тебе было в Белой Комнате, там суровые и даже нечеловеческие условия, к тому же для маленьких детей. Пусть и это место создаёт монстров и гениев, оно отнимает самое важное у людей — их детство и понятие «счастье». Это как раз и является побочным эффектом, по которому ты не способен проявлять какие-либо эмоции, по крайней мере не знаешь, как выразить их на лице, мимикой.              Так, общаясь, мы прошли уже сотню метров, прежде чем наткнулись в безлюдном и тёмном месте на неизвестного и чем-то странного мужчину примерно сорока лет.              Мы остановились перед ним, когда тот сам так сделал и внимательно поглядел на нас, точнее на меня.              — Вам что-то нужно? — спросил я, беря на себя инициативу, чтобы не затягивать.              Он действительно странный и мрачный человек. Стоит быть бдительным, а то мало ли что.              — Аянокоджи Киетака-кун, верно? — улыбнувшись, проговорил человек, откуда-то зная меня.              Несмотря на его доброжелательную улыбку, она не выглядела искренней, в особенности глаза, которые оставались такими же пустыми, как у куклу.              Видимо, понимая это, во время своей улыбки мужчина прикрыл глаза, чтобы лишний раз нас не смущать, да и не быть настолько подозрительным.              Хотя он уже кажется мне странным человеком, с которым стоит быть начеку.              — Да, всё верно, а что вы хотели?              — Я тебя как раз искал, когда прибыл в эту школу, — выражая вежливость и доброжелательность, что у него неплохо получилось, произнёс мужчина, — я — новый временный директор, который будет замещать вашего.              — А что произошло с прошлым?              — Кажется, его полиция в чём-то подозревает, говорят, возможно воровство, или даже убийство, не важно, главное, чтобы ученики были в безопасности, подальше от такого человека.              — Понятно. А зачем вы меня искали?              — Потому что меня послал тот человек, — с дружелюбной улыбкой ответил прямо он.              Я тут же напрягся, ещё более внимательно глядя на него, даже немного озадаченно.              — Ты сбежал из Белой Комнаты — её шедевр. Само собой, тот человек не желает, чтобы шедевр Белой Комнаты спокойно разгуливал на свободе, поэтому послал и меня.              — Даже если директора нет, школа всё равно меня защищает, поэтому у вас не выйдет меня выгнать.              Внезапно он выбил трость у Сакаянаги, отчего девушка начала падать, но я быстро среагировал и поймал её, чтобы та не получила травмы из-за падения на землю.              — Отличная реакция.              Мужчина, воспользовавшись моим положением, быстро сократил между нами дистанцию и схватил меня за шею, прибив к стене.              — Только вот думаю о ком-то другом, ты подставляешь себя. Значит тот человек был прав, ты действительно потерял память, а ещё стал ослабевать из-за лишних человеческих чувств, находясь в обществе. Да, ты прав, что находишься под защитой школы, но теперь она ослаблена, поскольку и председателя Сакаянаги, что так горячо тебя защищал, также подставили, как и директора. Поэтому мне не составит труда найти способ выгнать тебя из школы, по крайней мере в следующем году.              Я мог вырваться из хватки и ударить мужчину. Было видно, что он даже нарочно открылся, чтобы его можно было атаковать.              Но я сдержался, поскольку насилие и нападение на директора уже могло послужить причиной моего исключения.              Поняв это, мужчина отпустил меня, позволил наконец-то вновь глотать кислород.              Я скорее отдышался и поглядел на Сакаянаги. Благо, она не пострадала и уже поднялась, взяв трость.              — Меня зовут Цукиширо, я — новый директор этой школы, временный по крайней мере. Должен тебя предупредить заранее, что не я один пришёл. На новом учебном году поступят новый ученики, и среди них как раз будет такой же, как и ты — ученик из Белой Комнаты. Только он пятого поколения, а следовательно, как я считаю, способнее тебя, ведь так? Четвёртое поколение ведь более устаревшее. А если учесть, что у тебя случилась амнезия, против него ты точно будешь беспомощным. Поэтому ожидай своего конца на втором году обучения и радуйся своим последним школьным денькам.              Новый ученик, который тоже из Белой Комнаты, пятого поколения? Что-то я слишком расслабился, раз даже не мог ожидать, что скорым временем этот человек начнёт так активно действовать, чтобы меня исключить.              — Даже если он из Белой Комнаты и из поколения более нового, нежели я, с чего вы решили, что у меня нет шансов? Раз я шедевр Белой Комнаты, у этого нового ученика как раз-таки нет шансов против меня.              Цукиширо вновь резко схватил меня за шею и прижал к стене.              — Ты прошлый шедевр, от которого осталась лишь оболочка, поэтому тебе осталось немного в этой школе, прежде чем ты обратно вернёшься в Белую Комнату. Тот человек лично поручил тебя мне, ведь даже после твоей амнезии не недооценивает тебя, ты должен быть польщён.              — Цукиширо-сан, не стоит этим заниматься.              На плечо мужчины кто-то положил руку. До моих ушей донёсся знакомый голос.              Цукиширо-сан резко обернулся, и я мог также увидеть нового появившегося в этом месте человека.              — Казуми-сан? — на несколько секунд раскрыл глаза от удивления мужчина.              — Ну здравствуйте, давно не виделись, — улыбнувшись, произнёс Казуми-кун.              — Значит, вот чем вы занимаетесь после того, как покинули Белую Комнату. Забавно. Значит, решили от нас защищать Аянокоджи-куна?              Сейчас я много чего не понимал. Значит, эти двое знакомы, а следовательно, Казуми-кун становится ещё более таинственным человеком, раз как-то связан с Белой Комнатой.              Но вопрос: как?              — Может быть, и так.              — Я конечно вас уважаю, но уж простите, Он лично мне поручил исключить Аянокоджи-куна, поэтому извольте мне не мешать, иначе мы поссоримся.              — Вы что-то слишком уверенны, Цукиширо-сан, быть может, это вам не стоит переходить мне дорогу? — сильнее сжав плево мужчины, усмехнулся Юджи-кун.              Послышался хруст, после которого Цукиширо резко сорвался с места и попытался ударить Казуми-куна в челюсть.              Но Юджи-кун не поддался на это и с лёгкостью парировал атаку противника.              Мужчина не остановился. Он будто бы ожидал, что у парня удастся уклониться, и поэтому добавил ногой в висок.              Но даже несмотря на такой резкий, точный и сильный удар, Юджи-кун с улыбкой на лице поставил блок двумя руками, чуть-чуть отшагнув в сторону, и схватил конечность мужчины.              Он отдернул его ногу от себя в сторону, а сам зашёл за спину Цукиширо. Юджи-кун схватил его запястье и завёл руку за спину, тем самым скручивая её, и сильно приставил того к стене, ударяя о неё его лицом.              — Щенок! — вдруг вспылил ранее спокойный мужчина.              — Вы что-то слишком поверили в себя, Цукиширо-сан, неужели вы думаете, что у вас что-то получилось бы против меня? Все ваши попытки против меня тщетны, а если учитывать и ваш возраст, по сравнению с прошлым вы постарели, что и так заметно.              — А ты, я смотрю, считаешь себя повзрослевшим, щенок? Я тебе сейчас покажу твоё место!              Цукиширо-сан сумел выбраться из стальной хватки Казуми-куна и резко обернулся назад, пытаясь зарядить мощным и точным ударом прямо в нос моему другу.              Кажется, он уже не мог терпеть и собирала сломать нос своему сопернику.              Но даже так, Юджи-кун лишь усмехнулся, уйдя в сторону, тем самым уклонившись от удара, и одновременно двумя руками ударил в области висок мужчины.              — Как и учили в Белой Комнате, да и вы сами, что подобным приёмом можно отлично оглушить соперника.              Дальше он добавил два удара в лицо Цукиширо. Мужчина ударился о стену, но остался стоять на ногах.              — А вы стойкий, Цукиширо-сан, но вы же заметили, что я поддавался? Не выводите меня бить вас со всей силы, не хотите же вы с первой вашей важной миссии от отца расставаться с собственной жизнью, или по крайней мере выбывать из игры?              Юджи-кун медленно подошёл к противнику, который гневно смотрел на парня.              — Отец расстроится, если узнает, что его любимого наёмника убьют, но если он узнает, что это сделал я, то постарается замять это дело и скрыть улики. Вы же понимаете, что мне ничего не будет, если я вас убью, а вы расстанетесь с собственной жизнью? Вы же всегда отличались рациональным мышлением, Цукиширо-сан. Или не можете признать, что какой-то сопляк вас унижает?              — Проклятый щенок ты!              — Попридержите коней, Цукиширо-сан, мне кажется, отец не будет рад, если вы будете так со мной обращаться. Хотя, мне и самому неприятно, а вы хотите узнать, каково это расстраивать меня?              Он вплотную подошёл к мужчине, с уверенностью и холодом в глазах глядя на мужчину. Теперь же Цукиширо-сан был напуган, растерянно посмотрев на парня, который только что показательно его унизил.              Должен признать, Цукиширо явно владеет на высоком уровне боевыми искусствами, был отчётливо виден его многолетний опыт в боях, но даже это не помогло столь опытному специалисту одолеть семнадцатилетнего паренька.              — Ах да, разве вы не помните наш разговор? Я же предупреждал, что если вы тронете Киетаку, вам не поздоровится? Знаете, вспоминая это, мне уже не хочется вас щадить.              Юджи-кун схватил за воротник мужчину и слегка его приподнял над землёй, бросив в сторону.              — Да что здесь вообще происходит? — процедила измученная Сакаянаги, которая также, как и я, ничего не понимала в сложившейся ситуации.              Казуми-кун же и внимания не обратил на девушку.              — Откуда ты вообще здесь? — приподнимаясь с земли и отряхивая явно не из дешёвых костюм, озадаченно спросил мужчина.              — Я предполагал, что Он собирается послать тебя, поэтому просто дожидался. Я первее всех выяснил, что директора отстранили от должности, в том числе и председателя. Второй как раз и сам мне поведал, что их подставили. И тут я понял, что скорым временем придёте вы, вот и следил за Аянокоджи-куном, понимая, что вы первым делом собираетесь с ним встретиться.              — Ты как всегда отличаешься от всех остальных своим идеальным мышлением. Ни четвёртое поколение, ни пятое не сможет сравниться с тобой ни в уме, ни в физике. Ты всегда поражал и меня, и того человека. И все-таки не перестаешь удивлять. Значит, всё предвидел, щенок.              — Да, также как и то, что Ягами поступит в эту школу, всё верно? Он как раз идеальный кандидат, чтобы сразиться с шедевром Белой Комнаты.              — Черт бы тебя побрал!              Цукиширо-сан, несмотря на явное доминирование Юджи-куна, побежал на него сломя голову, замахиваясь рукой.              — Глупо-о-о-о! — сообщил спокойно Казуми-кун, ударяя тыльной частью кулака противника по его скуле, сбивая того с ног.              Его лицо уже было всё в крови. Можно отметить сильные удары Юджи-куна, при том, что он сдерживается, если судить по его словам.              — Я же раньше был при всех делах в Белой Комнате, некоторую информацию я знаю даже лучше того человека. Поэтому с чего бы вам удивляться, Цукиширо-сан, что я всё верно подметил? К тому же то, что ты сказал про нового ученика именно из пятого поколения, уже и так всё понятно. Хотя было логично предположить, что он будет из этого поколения, ведь он будет на год младше Аянокоджи-куна, когда в новом году будет поступать, логично же. Кстати, а Шиба-сан с вами прибыл? Или он только на втором году будет?              — Твою ж мать, ты меня начинаешь все больше раздражать. Как же мне не повезло, что ты вместе с Аянокоджи-куном поступил в эту школу, Казуми-сан. Глупо будет связываться с тобой, но знаешь, не думаю, что у тебя получится победить нас всех разом: меня, Шибу-сана и Ягами-куна. Или же ты настолько самоуверенный и глупый, что рассчитываешь на победу?              — Один Аянокоджи-кун победит Ягами-куна.              — С чего такие предположения.              Мне вообще непонятно, кто такой Ягами-кун, а также почему нас сравнивают, но послушать это достаточно интересно будет.              — Знаете ли, Цукиширо-сан, вы ошибаетесь, сравнивая пятое и четвёртое поколения, отдавая предпочтение пятому. Непонятно, почему? Вы многое не знаете. Дело в том, что четвёртое поколение как раз-таки является самым сильным и включало в себя самые жестокие тренировки и жесточайшие условия для обучения для обычных детей. Четвёртое поколение обучалось уже на основе одиннадцатого, которое ещё не начало работу, а только подготавливается.              Было заметно, как глаза мужчины расширялись и расширялись, а рот раскрывался и раскрывался.              — То есть, ты хочешь сказать…              — Всё верно, он не просто шедевр Белой Комнаты, а шедевр самого сильного — четвёртого — поколения среди остальных. Ягами-кун ему не ровня.              — Возможно, ты и прав, но а с чего ты решил, что сейчас у него нет шансов против Аянокоджи-куна? Так как у него случилась амнезия, у Ягами-куна огромное перед ним преимущество, поэтому не стоит сейчас так недооценивать Ягами-куна.              — С вами не поспоришь, но даже после амнезии Киетака с каждым разом становится лучше, узнавая лучше про свои способности. К тому времени он уже сможет дать отличный отпор Ягами-куну. А также ему буду помогать я. Все-таки в таком состоянии против вас всех вместе ему действительно не справиться.              — Ты продумал всё до мелочей, что и следовало от тебя ожидать, хотя ты с каждым разом меня удивляешь и удивляешь, когда я того не ожидаю. Казуми-сан, но почему бы вам не помочь нам? Как раз-таки Аянокоджи-кун и будет в безопасности.              — Пусть Киетака сам будет решать, где ему лучше, он уже не маленький мальчик и вполне самостоятельный, так что вправе сам принимать решения, — ответил Казуми-кун.              С этими словами его голос похолодел, а лицо помрачнело. Взгляд пробирал душу.                            (Этот момент с артом и цитатой можно посмотреть в телеграмм канале: https://t.me/AyonoGod (естественно, я никого не заставляю присоединяться, просто там арт с цитатой, если захотите, можете поглядеть).                            — Пожалуй, ты прав, но ты и сам должен понимать, что у меня нет выбора, мне просто дали поручение, которое я должен выполнить, а именно исключить Аянокоджи Киетаку из этой школы. Так что, к сожалению, мы не сможем подружиться. Пока ты побеждаешь, но не думаю, что это продолжится долго.              — А мне кажется, что долго, и вы сами скорым временем улетите отсюда, а не Киетака.              — Ну что ж, посмотрим, — натянув на лицо прежнюю улыбку, ответил Цукиширо, явно угрожая Казуми-куну. Он поправил галстук, стряхнул пыль с одежды и неспешным шагом покинул нас.              Я провожал его взглядом, пока тот полностью не скрылся. Убедившись в этом, Сакаянаги начала:              — Не расскажешь, что это всё значит?              Юджи устало поглядел на неё