Не|игры

Служба спасения? Спасите-ка Арсения

© "Громкий вопрос" Арсений Попов/Дмитрий Позов

┈┈───╼⊳⊰ ☽ ☆ ☾ ⊱⊲╾───┈┈

      Горячие горькие слёзы стекали по щекам, острые клыки вонзились в шею, вытягивая последние остатки жизни. Глаза сомкнулись, и лишь острая боль всё ещё напоминала, что он жив, до тех пор, пока её утихшие отголоски не пропали без следа. Спасительная темнота, там, где нет боли, где не помнишь кто ты, будто спишь, не ощущая ничего — нет тебя. Ты растворяешься, теряя последние воспоминания. Нет Рая или Ада, есть лишь пустота — ничто. В этом месте нет ни звуков, ни ощущений, ни картинок. Пространство не ощущается, нет конца и нет начала. Можно беспомощно сесть и ожидать, пока пространство поглотит тебя, можно бессмысленно брести в никуда, до тех пор, пока последние остатки разума не покинут, оставляя безликую оболочку. Тут нет других душ — ты один. Нет шанса набрести на кого-то, хватаясь за соломинку, надеясь сохранить себя. И ещё много "нет, нет, нет". Абсолютно ничего и никого.       Арсений, попав сюда, рвано выдыхает, не ощущая тепла своего тела — он умер. Место, называемое загробной жизнью, выглядит так, как он и представлял, размышляя при жизни. А значит, совсем скоро тьма поглотит его, растворяя в своей черноте. Он оглядывается, моргая, старается разглядеть руки, но абсолютное отсутствие света не оставляет и шанса.       Бездельно бредя по пустоте, разговаривает сам с собой, не слыша собственного голоса. Сколько времени прошло? Неизвестно. Тут нет этого понятия, нечем измерять минуты, часы, недели или... года? Он не думает об этом, старается не думать, быстрее надеясь забыть всё.       Мгновение. Грудную клетку пронзает острая боль, откуда не возьмись, вода заполняет лёгкие — Попов задыхается, бьёт себе по груди, пытаясь откашляться. Сколько длилась эта пытка? Он не знает. Мешком упав на пол, издаёт булькающие звуки. Открывает глаза. Яркое солнце редкими лучами светит прямо на него сквозь толщу воды. Резкий пронзительных холод и отсутствие кислорода вызывает панику. Нет. Где он? Беспомощно оглядывается, пуская редкие пузыри, гребёт руками, возвращая себя в вертикальное положение. Размашистыми движениями плывёт наверх, резко выныривая и, заходясь давящим кашлем, гребёт к берегу.       Стоит ногам коснуться берега — падает на землю, пытаясь унять приступ дикого кашля, хватая воздух так, будто сейчас он снова закончится и придётся опять пережить эту боль. Продрогшими пальцами обхватывает себя за мокрую кофту. Ему очень холодно, челюсти заходятся в тряске, стуча зубами друг об друга. Некогда потухшие глаза — снова ярко голубые. Щурится, смотря на рассвет. Нужно несколько мгновений, чтобы понять, где он. Это точно не та сторона, там он был — там ничего нет. Здесь же ярко светит солнце, дует прохладный воздух, ощущаются запахи. Ощущает даже насколько холодная кожа, которая стала ещё более бледной. Ему нужно собраться, вспомнить, осознать и осмыслить всё происходящее. Но, для начала понять, где он, добраться до дома, согреться и прийти в порядок.

┈┈───╼⊳⊰ ☽ ☆ ☾ ⊱⊲╾───┈┈

      Не сразу, но мужчина осознаёт, что действительно умер, а после ожил. Он, блять, действительно умер, его убили, жестоко и беспощадно, надругавшись, запудрив сознание и вдоволь наигравшись, а после лишили жизни. Выкинули тело в реку под мостом, как какого-то бомжа. Это всё не проделки его воспалённого мозга, не он сам пришёл сюда, желая утопиться от горя. Он помнит, помнит то место, ту пустоту и темноту, которые окутывали всё тело. Место — где нет ничего.       Осмотрев себя, морщится, вся одежда насквозь мокрая и липнет неприятно к телу, разводы крови смешиваются с цветом футболки и штанов, благо, на чёрном не видно алых пятен. Выглядит мужчина действительно скверно. Весь промокший, бледный, взъерошенный и грязный. Находится чёрт пойми где, без телефона и возможности нормально добраться до дома. А прохладная погода лишь усугубляет положение. Не хватало ещё свалиться с воспалением лёгких и умереть от температуры, когда судьба только дала ему второй шанс.       Закутавшись сильнее в насквозь мокрую рубашку, желал поскорее убраться прочь с этого места. Выйдя на трассу, вскинул руку, пытаясь словить хоть какую-то мимо проезжающую машину. Никто не хотел подбирать непонятного вида мужчину, который с раннего утра вылез непойми откуда, внешний вид которого явно кричит о том, что если он не маньяк, так точно сбежал из психиатрической больницы. Потому, спустя десятки минут неудачных попыток, Попов, фыркнув и пофилософствовал о том, какие же все "доброжелательные", двинулся вдоль дороги, медленно пресекая путь на своих двух. Холодно, голодно и тоскливо...       Хмуря брови, менее бодро, чем десятки минут назад, передвигая ногами, активно пытается всё вспомнить, но холод, усталость и чувство голода мешают мыслить здраво. Тело содрогается, его трясёт как наркомана без дозы, а взошедшее солнце совсем не греет. Холодный ветер то и дело прорывается под одежду, заставляя ёжиться всё сильнее. Челюсти стучат друг об друга, с явным намерением сломать пару зубов.       Сколько ещё он так шёл, не знает, совсем погрузившись в мысли. Резкий гудок рядом врывается в сознание, мужчина поворачивает голову в сторону звука, видя машину, которая тормозит рядом с ним. Стекло медленно опускается, внутри оказывается Матвиенко. Тот с ужасом смотрит на Попова, пару раз непонимающе открывая и закрывая рот. Вблизи он выглядит ещё хуже, чем тот мог подумать, завидев знакомый силуэт, бродивший вдоль дороги. — Арс? Ты... — снова оглядывает мужчину с ног до головы, — Ты где так извалялся? Весь бледный, мокрый, шароёбишься по обочине. — А? Я? Да... — растерянно оглядывается Попов, не зная, как и обрисовать ситуацию, с трудом выговаривая по букве от холода. — Блять, садись, потом расскажешь, иначе ещё свалишься и сдохнешь прям тут, — разблокирует двери Матвиенко.       Арсений дёргано тянет ручку двери на себя и практически заваливается на сидение, поёжившись. Матвиенко включает печку посильнее и, нервно сжимая и разжимая руль, косится на друга. Внешний вид того вызывает множество вопросов, с ним явно что-то случилось, это читалось в нервном блуждании глаз, по тому, как тот кусает губы, не решаясь заговорить. Сергей молчит, давая мужчине время отогреться и прийти в себя, прежде чем наконец-то задать интересующие его вопросы. Спустя ещё почти десяток минут гробовой тишины, тот не выдерживает, поворачиваясь к Попову: — Может всё же скажешь, какого хуя тут происходит? И почему я подбираю тебя в таком виде посреди дороги? — выпаливает Матвиенко, но после тушуется, когда Арсений, нервно дёрнувшись на его голос, вжимается в сидение и ошалело таращится прямо на него. — Если я скажу, что сам в душе не ебу, что со мной произошло, ты мне поверишь? — чуть нервнее, чем нужно, выпаливает Попов, а после поджимает губы, понимая, что зря вспылил. Он понимает, в какой ситуации сейчас находится друг, встретив его таким при таких обстоятельствах. — Нет, выглядишь так, как будто тебя переехала машина, — тяжело вздохнув, прикрыл глаза, стараясь держать себя в руках. Он знает Арсения, под таким накалом тот точно ничего не скажет. — Не совсем, но ощущения схожи, — заламывая пальцы на руках, отвернулся к окну. — Ладно, подожду, когда ты будешь готов рассказать, — завёл двигатель и двинулся с места.       Всю оставшуюся поездку до дома Попова, Матвиенко не решился спрашивать того о чём-то ещё. Лишь напряжённо сжимал до скрипа кожаный руль, то и дело сигналя другим водителям, которые перегораживали ему дорогу. Втопив по полной, гнал по дороге с превышенной скоростью. Похер, если получит штраф, главное, быстрее доставить Арсения домой. Попов, в свою очередь, отвернувшись к окну, погрузился в свои мысли. Наблюдая за проносившимися видами, даже не обратил внимания, с какой скоростью они ехали, всегда предпочитая ехать медленнее, соблюдая правила дорожного движения. Даже в роли пассажира, в машине вёл себя как дед, вечно вставляя комментарии и требуя водить аккуратнее. Сейчас же, казалось, ему было плевать на всё. Он полностью утонул в мыслях, пытаясь осознать произошедшее. До него ещё не в полной мере дошло всё, что случилось и как он оказался опять тут.       Внутри все чувства проносились ураганом: от щемящего чувства несправедливости, до разгорающейся ярости к тому, кто с ним это сделал. Он всё обдумает, но потом, сейчас ему просто хочется поскорее оказаться дома. Хочется смыть этот противный запах речной воды и песка, а так же сжечь эту одежду, которая явно была не его, а принадлежала тому, кто сделал это всё с ним.       Резко спохватившись, похлопал по карманам, тихо выругавшись. Конечно, на что он надеялся, ни телефона ни ключей от дома с ним не было. Да и толку, техника бы всё равно пришла в непригодность, валяясь с ним на дне, хотя, Антон по любому избавился от такой улики сразу же, как и от Арсения. Чтобы не вводить в панику ещё больше, Попов не подал виду. Продолжал судорожно думать, что же ему делать, пока его будто не щёлкнули по лбу. Точно, он же оставлял запасные ключи у соседки, на случаи, когда уезжал из города на несколько недель, чтобы та приходила поливать цветы. Несчастный фикус и кактусы чуть не пали жертвой своего хозяина, когда он уехал на долгие месяцы, совсем про них забыв. Добродушная женщина, что живет напротив, радушно согласилась приходить ухаживать за ними. Да и это так же спасало всякий раз, когда терял свои основные, наученный уже опытом. Однажды он выронил связку прямо в воду, устраивая себе очередную фотосессию на мосту. После того случая, ему пришлось ночевать у Серёги, а по утру вызывать спасателя, чтобы тот, вломившись ему в окно, открыл дверь изнутри запасными. Не очень умное решение было оставлять вторую пару внутри, когда живёшь один. Теперь же, в подобных ситуациях ломится к этой женщине, которая, очередной раз пожурив его за такую нерасторопность, всегда рада помочь этому парнишке. Лучше выслушать пару шуток с её стороны, чем каждый раз пугать соседей взломом своей квартиры. Научиться быть аккуратнее и не терять ключи? Нет, точно не наш вариант.       К концу поездки Арсений уже всё более нервно отстукивал пальцами по коленям, внутри всё кипело, а тело требовало хорошего душа и сна. Потому, как только Сергей завернул в нужный двор и, ещё не успеЛ толком припарковаться, Попов дёргает ручку на двери, чуть ли не на ходу вываливаясь из машины. — Арс, блять, — резко тормозит, чтобы мужчина не выпрыгнул на ходу, расчесав лицо об асфальт. — Ты чего такой дёрганый? Не мог подождать, когда я полностью остановлюсь? Так и убиться можно. — Меньше блядей, — кривится Попов, его всегда раздражало, когда друг много матерился, хотя со временем привык к этому, но, в силу того, что они давно не виделись, отвык от этого и теперь уши вянут каждый раз, когда тот совмещает его имя и мат. Сам мужчина употреблял подобного рода лексикон не так часто, в силу своей деятельности и желания соответствовать культурному человеку. — Я не блядь. — спорный вопрос конечно, после случившегося. — Ээээ, ты точно в норме? — выгибает вопросительно бровь. Арсений решает, что на этот вопрос не требуется ответ, потому игнорирует.       Попов, наконец-то вывалившись из машины, нервно дёргает руками, поднимая голову вверх и вздыхая. Не прощаясь и не дожидаясь Матвиенко, быстрым шагом направляется к подъезду. — Стой... — Сергей, заглушив наспех мотор, вылазит из машины и пытается догнать мужчину. — Да что? — тормозит, развернувшись, — Спасибо, что подвёз, но дальше справлюсь сам, всё остальное объясню потом, не время... — нервно вздыхает Арсений. Он чертовски устал, хочется лишь попасть домой и провалиться в сон. — Может, я чем-то могу помочь? — Сергей не хотел оставлять друга в таком состоянии, в голову ворвалась бредовая мысль, которую тот отгонял до последнего, подойдя ближе, положил руку тому на плечо и взглянул в глаза. — Чем? — выгнул бровь Попов, — Потрёшь мне спинку? Или споёшь колыбельную? Ибо сейчас я собираюсь завалиться в душ, а после выспаться. — Арс, ты употребляешь что-то? — всё же озвучил свои мысли Сергей, всё состояние Попова кричало лишь об этом. У него обычная ломка, что странно, ранее за другом он не наблюдал таких пристрастий. Арс нервно отмахнулся от друга и его безумной теории и направился в подъезд.             Так ничего не добившись, а так же нарвавшись на срыв друга, Матвиенко цокает, провожая удаляющуюся спину за дверью подъезда долгим взглядом. Тяжело вздыхает и возвращается к машине. Ладно, раз он сейчас не хочет говорить, давить не будет. Но так эту ситуацию не оставит. С Арсением явно случилось что-то из вон выходящее и, как хороший товарищ, тот не может его бросить, как бы тот не противился. Сейчас он уйдёт, оставив того на свой страх и риск, но очень надеется, что с ним ничего не случится, а уже завтра вновь позвонит ему, чтобы всё же добиться ответа.

┈┈───╼⊳⊰ ☽ ☆ ☾ ⊱⊲╾───┈┈

      Арсений уже жалеет, что сорвался, Сергей ведь просто хотел помочь, но он очень устал, заебался и сам ничего не понимает, потому, проигнорировав последние вопросы, мысленно послав того восвояси, нервно набирает код домофона и скрывается за дверью. Приблизившись к лифту, видит табличку, что ведутся ремонтные работы и тот сейчас не работает. Отлично, этот день явно не желает заканчиваться спокойно, доставляя больше проблем.       Быстрым шагом несётся по ступеням, перешагивая сразу несколько, буквально летя на свой этаж. Удивительно, как у него появилось столько сил. До этого он ощущал себя как оживший труп — какая ирония, а сейчас несётся наверх, будто и нет той усталости и боли в теле. Добравшись, стучит в соседскую дверь, зная, что её обитатель всегда дома. Женщина открывает спустя минуту. Растерянный взгляд проходится по мужчине, а лёгкая улыбка меркнет при виде Арсения. Женщина всегда рада его видеть, но на данный момент внешний вид скорее пугает и вызывает много вопросов.

— Арсюша, что произошло, почему ты в таком виде? — озадаченно охает и качает головой. — Тёть Маш, думал, Вы уже привыкли к нерадивому соседу, но нет, — постарался отшутиться мужчина. — Я упал в воду и оставил всё содержимое карманов на дне реки, — растерянно развёл руками в воздухе. Каждый такой раз он озвучивает очередную удивительную историю, почему потерял ключи, что с каждым разом оказывается всё интереснее и интереснее. Женщине бы давно привыкнуть к неуклюжести мужчины. — Какой ужас... Бедный мальчик, — сокрушается соседка, с жалостью смотря на того, —Бросать тебе надо эту работу, найти что-то более спокойное, и обзавестись семьёй, — охая, соседка побрела к тумбочке, выискивая ключи, — Убьёшься так в один день, себя беречь надо. И научиться быть немного аккуратнее, — укоризненно покачала головой. — Всему своё время, тёть Маш, — отмахнулся от неё Попов. — И этому тоже, — имея ввиду слова старушки, что убьётся... Хотя поздно было охать, его чуть и так не убили. — Спасибо Вам большое, с меня причитается, как обычно, — вымученно улыбнулся женщине.       Отделавшись от обеспокоенной соседки, хватает поданную ею связку ключей. На последок ещё раз клятвенно пообещав, что будет осторожнее и подумает над её словами, направляется в дальнюю по лестничной клетке двери. Попадает в замок не с первого и не со второго раза. Руки трясутся сильнее, живот давно воет волком, сжимая будто в тиски. Наконец-то открыв дверь, шустро скрывается за ней, гулко захлопнув и наспех закрыв ключом. Прислонившись затылком, медленно скатывается на пол, поджимая под себя ноги. Резкий упадок сил напомнил о себе. Мозг, почувствовав себя в безопасном родном месте, резко отключился и перестал подавать импульсы адреналина, а долгая раздражительность лишь усилила ощущение усталости. Попов решил, что посидит минутку-другую, давая себе передышку.       Опомнившись спустя десяток минут, вскакивает на ноги, будто включившись, на ходу скидывая с себя прилипшую к телу одежду. Та была больше его размера, но вся грязная и влажная, неприятно обтягивала тело. А запах прелой воды и ставший в носу запах крови раздражал рецепторы. Стягивая штаны вместе с бельём, чуть ли не спотыкается и не протирает носом ковролин. Скомкивает ту в мятую кучу и, нагишом, ступая босыми ногами по полу, выходит на балкон, отправляя ту в полёт.        Он не хочет её видеть на или возле себя вообще, а дойти до мусоропровода нет сил. Потому, понаблюдав за полётом той, и как кофта осталась печально висеть на ветке, отправляется в душ. М-да, дворники будут явно не рады такой находке, зато, возможно, если её найдёт какой-то бездомный, то тот точно обрадуется обновке.       Уличный сток, одежда с примеркой и прям до двери. Арсений фыркает себе под нос от такого каламбура. Но сейчас не время разглагольствовать, нужно смыть этот противный запах воды, песка и заевший фантомными воспоминаниями затхлый запах крови.       Вывернув вентили воды до кипящей температуры, стал под струи, руками облокачиваясь об кафель. Горячие капли расслабляют напряжённое тело, проходясь по забитым мышцам. Немного неприятно проходится по побитым участкам и царапинам, раздражая раны. Мужчина чуть шипит по началу, но после расслабляется. Кожу обжигает до красна, но ему настолько всё равно, что он этого не замечает. Взяв мочалку, растирает всю кожу до ярких следов. Срочно нужно стереть это с себя — не только запах, а воспоминания о прикосновениях. Всё усерднее трёт те места, где его касались чужие руки и губы. Раздражение снова нарастает, а в голову, мимолётными смутными моментами, врываются воспоминания той ночи: губы, пальцы, клыки, усмешка и зелёные глаза. То, что с ним сделали, то, как его касались, то, что в итоге от него осталось.       С тихим рычанием отбрасывает мочалку, нервно ударяя кулаком по кафелю. Не рассчитал силы — плитка идёт мелкими трещинами, а на костяшках остаются сбитые раны, кровь стекает каплями по стене и ушибленной руке, утекая вместе с водой, окрашивая ту в бледный розоватый оттенок. Сейчас в голове вихрь эмоций и мыслей, он и не хочет думать, как смог проломить крепкую дорогую плитку одним ударом.       Стиснув зубы, прикрывает глаза. Выключает воду и вылезает из душа. Нужно обработать. Потому, не тратя время, чтобы вытереться, ступает к зеркалу и открывает дверцу, доставая аптечку. Льёт прямо из бутылочки. Перекись звонко шипит на коже. Тяжёлый вздох, взгляд в зеркало: уставшее осунувшееся буквально за будто мгновения лицо, синяки под глазами стали ещё больше, а губы приняли синеватый оттенок. До того и так бледная кожа стала ещё белее. Он будто призрак, а это всё кошмарный сон и он спит.       Всматривается в глаза, радужка на тех помутнела, принимая блеклый голубоватый оттенок, хотя ранее были насыщенно синими. Поднимает руку и проводит по лицу, волосам, шее. Всматривается во все повреждения. Блеклые следы укусов почти сошли, но ещё пестрят розоватыми пятнами по всей коже. Сколько дней он провалялся на дне? Если прошли всего сутки, почему раны так быстро зажили? Как он вообще выжил и очнулся под водой? Всё ли то, что случилось, было правдой, а не вымыслом его больного разума? Может стоит посетить психотерапевта, попроходить какие-то тесты, поговорить о проблемах... Нет, тогда его точно упекут в психушку и надолго. Или может ему самому позвонить им? Но те навряд ли возьмут трубку, если он сам будет им названивать...       Размышляя и, никак не придя ни к одному разумному выводу, решает, что всё это бред и сейчас он думать об этом не хочет. Всё решит потом, а сейчас... Голод, волком вывший до этого всё это время, вновь даёт о себе знать.       Вытеревшись наспех и одевшись в домашнее, ступает на кухню. Открыв холодильник, глазами пробегается по содержимому. Продукты не пропали, его ведь не было дома всего сутки, вот лежит йогурт, который он купил несколько дней назад. Но сейчас его он не интересует, сейчас хочется чего-то более плотного. Достав кусок мяса, осматривает тот и принимается за готовку. Он хочет стейк. А пока это всё счастье готовится, откупоривает бутылку вина и пьёт прямо с горла. Нужно заглушить эту боль в голове и оттеснить дурные мысли. Также закидывается обезболивающими, хотя мешать те с алкоголем очень сомнительная идея, о которой он пожалеет уже потом, сейчас всё равно. Что мертво — вновь умереть не может. Да, сегодня он мастер чёрного юмора и каламбуров.       Градус сразу даёт в голову, мир немного кружится, но, проморгавшись, возвращает миру чёткость. Взглянув на сковородку, делает огонь меньше, накрывая блюдо крышкой. Не хватало потом ещё отдраивать жирные пятна, как недавно отодрали его самого. Арсений кривится, вспоминая произошедшее снова. Нет, он не гомофоб и не отрицает, что всё это ложь и провокация, ему нравятся парни и девушки, и он не против чего-то, если спутник действительно симпатичен, но тот факт, в каких условиях всё произошло — перечёркивает любые плюсы.       Мужчина садится на диван, закрывая глаза и делает ещё несколько больших глотков. Он не знает на что злится больше — на то, что его убили, но до этого надругались или то, что сам факт того, что его использовали, а после избавились как от ничего не значащей и ненужной вещи.       А может это всё же ему приснилось? И ничего этого не было? А его уставший мозг лишь подбросил ложные воспоминания. Арсений всегда отличался бурной фантазией и данное вполне могло произойти в его уме. А Антон лишь попал под раздачу, тот ведь известная личность и Попов мог зацепиться за его необычную внешность и додумать сюжет невероятных приключений с элементами хоррора сам.       Бутылка стремительно пустеет. Пессимист скажет — наполовину пустая, оптимист — наполовину полная. А Арсений скажет — нужно будет идти за второй. И не зря на такой случай у того имеется целая винная полка, ведь пьёт он редко, но метко.       Прикончив бутылку, ставит ту у дивана и поднимает своё онемевшее тело в вертикальное положение. Мясо призывно шкварчит и рассеивает ароматы по всей квартире. Арсений выключает конфорку. Открывает крышку и вдыхает жаркий аромат обеда. Облизнувшись, откупоривает ещё одну бутылку и наливает в бокал красное полусладкое до краёв. В его планах теперь лишь напиться, поесть и завалиться спать, чтобы забыть весь тот кошмар, чтобы в последствии проснуться и понять, что ничего этого не было. А самое неприятное, что могло с ним случиться — жуткий бодун после импровизированной попойки наедине.       Набрасывается на мясо как хищник, пренебрегая столовыми приборами, а беря то сразу руками, измазываясь в соусе и соках, припадая к бокалу вина. Попов довольно стонет, его желудок испытывает настоящий экстаз, будто тот не ел неделю. А быть аккуратным тому сейчас не для кого, ведь в пустоте квартиры никто не осудит, а фикус, что стоит в углу комнаты, видел и не такое, потому если б и мог осуждать, то молчаливое пренебрежение растения никак не заботит мужчину.       Покончив с обедом, на шатающихся ногах кое как прибирает на кухне, умывается и шагает в спальню, чтобы забыться в спасительном сне на долгие часы. Прохлада подушки и чистые простыни призывно окутывают того в свои объятия, унося Арсения в царство морфея.       Ранее он никогда не ложился спать днём, стараясь всегда придерживаться режима дня, но и ранее с ним никогда не случалось подобного, потому, плюнув на всё, нарушает свои правила.       Сон оказывается настоящим спасением для измучавшегося Попова. Но и даже тут невозможно, чтобы всё было хорошо. Спустя каких-то нескольких часов среди беспробудной тьмы и отсутствия чего либо, в его голову пробираются сны: кошмары того дня сменяются покадрово, вновь заставляя пережить мужчину те моменты, без возможности на спасение.       Тело содрогается, Арсений резво вскакивает на кровати среди мятых простыней и, запутавшись ногами в одеяле, при попытке вскочить, валится на пол, ударяясь головой об пол. И так звенящая в черепной коробке боль добавляется красками от удара, заставляя на несколько долгих секунд оглохнуть. Он потирает ушибленный затылок и шипит.       Придя в себя, на негнущихся ногах босыми стопами идёт в ванную. На часах тикает глубокая ночь, перевалившая давно за полночь, чему так же подтверждают призывно светящиеся на улице фонари и глубокие потёмки, редко семенящие по дороге машины и практическое отсутствие любых других звуков.       Включает холодную воду, на секунду задерживая уставший взгляд в зеркале: бледность на лице стала практически как будто тот искупался в белизне, а лопнувшие в глазах капилляры и вовсе кричат о спасении и может показаться, что тот не спал неделю. Хмыкнув, опускает руки под ледяной поток, прикладывая после к лицу и, будто отключившись на долгие минуты, пока холодные струйки не стали стекать по шее и за ворот, приводя в сознание.       Растерев воду по лицу, встряхивается как мокрая собака, разнося капли по всему полу. Плевать, сейчас не до его педантичной аккуратности, всё равно оно само высохнет, а Арсений слишком уставший, чтобы придерживаться своим же правилам.       Повернув вентиль, идёт в прихожую, где на зарядке стоит забытый им ноутбук, а из темноты угла осуждающе молча наблюдает всё тот же фикус. — Хоть ты не сдох, — цокает мужчина, разговаривая с растением. — Как же это утомило, хотелось бы пояснений произошедшего, но никто не даст мне их, кроме меня самого, — закатывает глаза и плюхается на диван, утащив на колени технику, распахивая тот. — Что же ты такое, Шастун.       Яркость режет по глазам, на несколько секунд ослепляя, и Попов трёт и так до невозможности красные глаза. Устало зевает, набирая пароль. Рабочий стол с минимум ярлыков приветствует того. Арсений сразу же видит кучу сообщений от Серёжи, который выпаливает их ему как из пулемёта, строча чуть ли не каждую минуту:

"Арс, я требую пояснений"

"Попов, блять. Какого ты молчишь? Что произошло? Ты там жив вообще?"

"Попов, нихрена не смешно!"

"Арсений, сука, Попов, если не ответишь, я завтра заявлюсь к тебе. Долбанный ты граф."

      Но мужчина слишком устал, чтобы отвечать на все эти вопросы и возмущения. Он ответит, обязательно, но потом. А на данный момент тот решает посмотреть то, что его действительно интересует. Потому заглядывает на страницы в социальных сетях того самого Антона, чтобы или опровергнуть свои мысли или же наоборот, подтвердить их, убеждаясь, что тот само зло и его нужно сдать в полицию, хотя в такую невероятную историю преступления вряд ли кто-то поверит, а, скорее всего, сдаст его в психушку.       Потому заходит в инстаграм с ноутбука, помня, что собственный телефон или покоится где-то на дне речном, или же находится у него похитителя, который тот, скорее всего уже выбросил из соображений безопасности.       Ловко находит страничку того самого Антона: ничего примечательного. Никакого временного затишья. Стабильно лента того пестрит новыми фотографиями, которые именуются селфи или лифтолуки, а так же парочка профессиональных кадров, которые делали специально нанятые фотографы.       Вот и несколько новых снимков из машины, пара видео поездки того по ночному городу за прошлый день. А случаем это не после того, как парень отправил тело Арсения на дно речное? Хорошо делать вид, будто ничего не случилось. Тогда точно никто ничего не заподозрит.       А вот сам Попов вызывает немного беспокойство у подписчиков, потому что пропал на почти двое суток, не успев ничего выложить, а после будучи мёртвым. Люди заваливают прошлые посты комментариями не заболел ли он, всё ли у него хорошо и почему нет ничего новенького. Неужели настолько занят, что не уведомил об этом свою аудиторию новыми постами?       Сейчас бы в пору выложить что-то, чтобы угомонить разбушевавшуюся ораву, но он настолько устал, потому сделает это потом. Ответа на уже гневные со возмущёнными смайликами сообщения Серёжи у того так же нет сил. Матвиенко видит, что Арсений светится в сети, но такое молчание его напрягает. Попов вызвал массу подозрений и плохих мыслей на счёт своей персоны, а угнетающее молчание спокойствия не добавляет.       Благополучно проигнорировав всё, мужчина отставляет ноутбук на стол и тоскливо вздыхает. Виски всё ещё прошибает пульсирующей болью, а спать хочется до ужаса сильно. Томная тихая ночь так и приглашает его вновь окунуться в непроглядную темноту, как он надеется, больше без кошмаров.       Но судьба не настолько милосердна к нему, играя с мужчиной в свои какие-то игры, а потому остаток ночи Арсений ворочается во сне, нервно постанывая и сжимая с силой подушку каждый раз, когда видит сменяющиеся ужасные кадры происходящего с ним. Но не просыпается, находясь в подобном забвении весь остаток ночи и утра.       Просыпается от трели дверного звонка, а после и гневных тарабаний в дверь. После слышатся маты, крики и угрозы от давно знакомого Матвиенко. — Арс, открывай давай, я знаю, что ты дома, — стучит в дверь с силой. — Попов, скотина, открой эту чёртову дверь, пока я её не выломал, — прикрикивает так, что от подобного точно проснётся весь подъезд. — Попов, мразь. Я же не уйду просто так, — пинает дверь ногой. — Заебал бля, открой дверь, — дёргает ручку двери, да с такой силой, будто норовит вырвать ту с мясом. — Сейчас всех на уши поставлю, если ты не пустишь меня.       Мужчина видимо точно не собирается сдаваться и уходить, даже если Арсений притворится мёртвым. Усмехается от печальных мыслей Попов. Да уж, до чего это смешно, а в то же время пугающе правдиво, если то, что он чувствует правда. Ни живой ни мёртвый — в точности описывает его ситуацию. Забыть факт собственной временной смерти не так уж просто и уж точно одной ночи на осмысление недостаточно.       Раздражённо прошипев, всё же встаёт и идёт к двери: — Да иду я, иду! — прикрикнул, чтобы разбушевавшийся Матвиенко перестал привлекать внимание жильцов к ним. — Я слышу твои шаркания, открывай! — вновь тарабанит и дёргает ручку. — Да угомонись ты... Вот он я, не сдох, — открывает дверь и чуть не впечатывает косяком ту по носу мужчины. — Посмотрел бы на тебя в такой ситуации на моём месте, — шипит и отталкивает Попова вглубь квартиры, закрывая за собой дверь. — Точно бы не стал орать и ломать чужие двери, — усмехается, — чай, кофе? Потанцуем? — Неуместный сейчас твой искромётный юмор, Попов. Ты хоть представляешь, что я успел уже надумать себе после того, как встретил тебя в том виде, а потом когда ты пропал на сутки?! — злится Матвиенко, нервно вздёргивая руками. — А как по мне, как раз к месту. Если не можешь противиться безумию — поддайся ему. Я уже вроде сказал, что ничего не произошло и не хочу это обсуждать? — Твои не хочу меня не волнуют, требую объяснений и без них не уйду. А времени у меня сейчас много, поэтому, жду, — пройдя в комнату, валится на диван и искоса цепляет взглядом открытый ноутбук и открытый канал в телеграмме "Шастун".       Заметив, куда смотрит друг, Арсений быстро подходит и захлопывает крышку ноутбука. — Значит, вместо того, чтобы ответить мне, ты всё это время втыкал в страницу этого парня? И чем же он вызвал у тебя настолько глубокий интерес, что ты игнорируешь других? — Это не то, о чём ты подумал, — цокает Попов, но, видя, ехидную улыбку друга добавляет. — А у тебя мозг только в одну сторону работает? — Ну да, ну да, пизди дальше, — закатывает глаза мужчина. — Ой, сходил бы ты нахрен. Я сам ничего не понимаю, — устало потерев лицо ладонями, Попов садится в кресло рядом и думает пару минут.       Ему бы в пору рассказать всё другу, тот должен понять и поверить в любой бред, какой бы Арсений не сказал. Ведь он же Арсений Попов, от него можно ожидать всего что угодно. Но даже насколько бы близким Матвиенко не был бы ему, тот точно не поверит в эту чушь. — Я всё ещё тут и всё ещё жду объяснений. Не беси меня и давай по-хорошему. У меня терпения осталось вот столько, — показывает двумя пальцами очень малое расстояние. — Иначе потом мы будем говорить уже на другой ноте. — Меня похитил этот парень с ноутбука и после убил меня, выпив моей крови, а после сбросив тело в речку на корм рыбам, — брякает правду, выжидательно смотря на Сергея. — Так, блять, ты издеваешься?! Попов, что ты принимал? — цепляет взглядом пустые бутылки из под вина и открытую пачку таблеток. — Это никак не связано, — косит взглядом туда же. — То, что ты сейчас подумал, бред. Со мной всё нормально и ничего такого я не принимал. — То есть, ты хочешь сказать, что весь тот бред сумасшедшего, что ты рассказал мне, и пустые бутылки с таблетками никак не связаны? — выгибает вопросительно бровь и смотрит на мужчину как на психа. — Именно так, — страдальчески простонал Попов, роняя лицо в ладони. С усердием трёт, надеясь, что как только он откроет глаза, то ни Сергея ни этого разговора не будет. — Да ты издеваешься надо мной! — вскакивает на ноги Матвиенко, раздражённо наворачивая круги по комнате. — Или ты сейчас говоришь всё как есть или я везу тебя в вытрезвитель.       Разговор стал переходить на очень повышенные тона, привлекая соседей за тонкими стенами многоэтажки. Кто-то постучал по трубам, с явным призывом заткнуться в такую рань, ведь все нормальные люди спят. — Да хорошо! Можешь мне не верить... Всё равно, что бы я не сказал, ты не поверишь, — в правду Матвиенко не поверил и стал думать, что Арсений явно подсел на что-то запрещённое, ибо его поведение, слова и внешний вид явно кричат об этом. — Арс, я всего-то хочу тебе помочь, а ты закрываешься и не говоришь ничего, не считая твоего бреда. Ты точно не принимал никакие галлюциногенные препараты? — криком тут не помочь, потому мужчина попытался сыграть в обратную сторону и поговорить спокойно. Как говорят, больными или сумасшедшими стоит говорить спокойно. — Точно-точно, я всё расскажу потом, а сейчас тебе пора, — снова попытался выпроводить друга. Тот ему не верит и не поверит. Да и сам Попов слабо верит во всё это, явно сомневаясь в адекватности и правдивости всего.       Матвиенко обессилено опускает руки. Ничего путного с этого не выйдет, потому, сейчас ему остаётся на свой страх и риск оставить друга одного, чтобы потом попытаться ему помочь в любом случае, хочет тот того или нет.       Весь этот разговор про Шастуна, который, якобы, похитил его и убил, пустые бутылки из под алкоголя, открытая пачка таблеток... Всё это буквально кричит, что тот не в порядке и его странная одержимость тем парнем... Ну тот точно чем-то зацепил его, иначе Попов не стал бы твердить только о нём.       Наконец-то закрыв дверь за Сергеем, Арсений обессиленно оседает на пол. Ему всё ещё нужно будет придумать хорошую отговорку, ибо, зная Матвиенко, тот просто так это не оставит. И то, что сейчас он ушёл так спокойно, не сулит ничего хорошего, ибо он тот ещё стратег. Если удумает что-то, то обязательно сделает это, не сказав никому ничего, а тогда не будет времени импровизировать.       Но сейчас нужно умыться, принять прохладный душ и поесть. Желудок тоской сводит и утробное урчание сигналит о том, что нужно бы и подкрепиться, хотя Попов и привык жить без завтрака, ухватывая что-то лишь под вечер, но на всех этих нервах организм потребляет максимум энергии и потому требует больше калорий для нормального существования.       Мужчина отправляется в ванную, выкручивая вентили до максимума, становясь под струи прохладного потока воды. Тяжело вздыхает, склоняя голову, отпуская любые мысли из головы. Тяжесть в теле и голове звеняще давят. Простояв так десяток минут, неподвижно, будто статуя, закрывает вентили. Бегло вытирается и отправляется на кухню.       Ставит на огонь очередной кусок мяса. Эти дни организм зверски требует мяса, хотя ранее тот мог обойтись и овощами с рыбой или парой бутербродов. Запах разносится по помещению, а урчание в животе усиливается. Попов, не став дожидаться полной готовности, укладывает полусырой кусок мяса на тарелку, завороженно наблюдая, как с того стекает кровь.       Зрачки сузились, а мозг отключился. Носом тяжело втягивает воздух, остро ощущая новый запах, который ранее никогда не мог учуять. Тряхнул головой, пытаясь снять наваждение. Ещё с минуту гипнотизирует еду, после накидываясь на ту, будто не ел неделю, не меньше.       Довольно стонет, облизывая пальцы и тарелку, не упуская и капли стекающего сока. Такого с ним ещё не было, но он подумает об этом потом, не сейчас, да и некому осудить.       Сразу же в организме появилась приятная истома, пуская волны наслаждения по всему телу. Попову захотелось очень пить, но перебивать тот приятный привкус от еды так не хотелось. Неужели у него появляется аппетит к сыроедению, так и до тартар недалеко, хотя он никогда не любил недостаточно приготовленную еду, ведь там могут быть какие-то бактерии.       Похоже на то, что после произошедшего с ним произошёл какой-то сдвиг и его вкусы меняются. Помыв руки, умывается, случайно бросая внимание на своё лицо. Но порозовело и приобрело более здоровый вид буквально за мгновения, хотя десятками минут ранее он напоминал больше живой труп, чем человека, походя на ходячего мертвеца, как раз как в тех сериях этого сериала, когда заражённые только обратились, который как-то захватил его, что Арсений за несколько недель умудрился поглотить практически восемь сезонов, но, отвлёкшись на жизнь, не посмотрел продолжение.       Данное наблюдение пугает и обескураживает его, но тот всё сваливает на просто удачный завтрак и то, что ему просто казалось, что он настолько плохо выглядит из-за недосыпа.       Чувствуя себя лучше и ощущая прилив сил, находится всё же написать Матвиенко, не заставляя того оставаться в нервном ожидании. Потому, открыв ноутбук, заходит в диалог, отвечая: Арсений: "Я не сумасшедший, но и сам до конца не понимаю, что произошло." Сергей: "Оно и видно.."        "Слух, а может ты влюбился в Шастуна?" "И тебе сложно в этом признаться самому себе?" Арсений: "Ты идиот?" "Да и поэтому решил сброситься с моста? Ты же сам видел, в каком виде я был." Сергей: "Да, всё это смахивает на бред сумасшедшего, но твое состояние пугает." Арсений: "Сейчас я вроде бы в норме. Не мог уснуть, поэтому и решил выпить, думал, поможет и хоть как-то получится понять, что произошло. Я в порядке, ты сам видел." Сергей: "По-хорошему, тебе бы посетить больничку, ты знаешь, я не отстану." Арсений: "Хорошо, мам, обязательно." Сергей: "Очень смешно... Всем классом смеялись." Арсений: "Да схожу я, схожу."       Успокоив друга, закрывает диалоговое окно. Отлично, одной проблемой меньше. Да, он хоть и пообещал посетить врача, но делать этого не будет, хотя, если об обмане Сергей узнает, то поведёт Попова как мама за ручку, доводя и заводя в кабинет, следя за процессом и чтобы тот не сбежал. Остаётся лишь уповать на то, что Матвиенко просто поверит на слово.       Вновь открывает канал "Шастун", просматривая новые посты. Тот не выглядит подозрительно, стабильно постя по несколько фото каждый день со съёмок. Тот не выглядит как герой кошмаров и так, как в ту злополучную ночь: хищная ухмылка, яркие кровавые глаза и клыки, явное намерение в взгляде совершить непоправимое.       А может всего этого и не было? Очередной раз задумывается Попов. Никакой информации о снятом ими выпуске так же нет, возможно, он сам это и придумал, поверив в действительности. А у Сергея не удосужился спросить... Возможно, уже после всего того он ударился головой и просто ничего не помнит? А мозг сам подкинул оптимальный для его воображения сценарий. Телефона с фотографиями того дня тоже нет, а синхронизацию с облаком тот убрал, чтобы не засорять память, о чём сейчас же и жалеет. Возможно, он действительно лишь сходит с ума и тот парень попал ему на глаза, став тем самым главным героем больного разума. Нет, нужно это прекращать.       Решив взять отпуск, чтобы дать себе прийти в нормальное состояние, отписывается своему менеджеру, что пропадёт на какое-то время, волноваться не стоит, и нет, он не ушёл в запой или загул, а просто действительно решил так спонтанно отдохнуть.       Последующие несколько днем проходят как в тумане, упадок сил явно стал вновь ощущаться, приёмы сытного почти непрожаренного мяса дают краткосрочный эффект, после которого мужчина чувствует себя ещё хуже. Он отписывается изредка Матвиенко, уверяя, что приезжать не стоит и он в порядке, просто решил сделать мини отпуск и детокс от социальных сетей.       Внешний вид вновь стал желать лучшего, вновь появилась странная даже для него бледность; большие и темные круги под глазами, от которых не спасёт даже десяток патчей для глаз; а вены будто мечта наркомана — просвечиваются под кожей яркими полосами.       Целыми сутками он то и делает, что ест, никак не утоляя свой голод, спит, хотя скорее это нельзя даже назвать сном, ибо всё происходит как в бреду, а сил не остаётся ни на что, даже, чтобы принять душ. Тело бросает то в жар, то холод, заставляя труситься как побитая собака. Даже пытался курить, откопав в залежнях забытую пачку некогда любимых сигарет. Но ничего не помогало.       Запасы холодильника стремительно иссякли, потому, не имея никаких сил выбираться в магазин, решает заказать доставку на дом. Зайдя на один из любимых сайтов быстрой доставки еды, наполняет корзину и указывает адрес доставки.       Проходят долгие часы ожидания, статус заказа меняется на "курьер прибыл", а после раздаётся трель в дверь. На слабых ногах поднимается и идёт открывать. Щелчок замка и на него с уставшей улыбкой смотрит курьер: миловидный молодой парень, яркие глаза, а длинная неприкрытая ничем шея гипнотизирует, а эта бьющаяся вена...       Встряхивает головой, на него явно нашло что-то не то, но в мозгу будто набатом мысли, чтобы тот вошёл, нужно пригласить его, нельзя так просто отпускать. — Проходи, оставь пакеты на столе, пожалуйста, — приглашает пройти в квартиру. — Да, конечно, куда идти? — ничего не подозревающий парень проходит в предложенную сторону кухни. — Может чай или кофе? — предлагает радушно гостю. — Можно, если Вам не трудно, — слегка настороженно косится, но послушно садится на стул. — А то замотался с этой работой. — Я ведь сам предложил, а ты выглядишь достаточно уставшим, — включает чайник и готовит две кружки.              Арсений сам не понимает, зачем пригласил незнакомого курьера к себе, но внешний вид того завораживает, а резко обострившееся обоняние туманит мозг. Он просто решил, что обязан пригласить того и так просто не отпустит восвояси.       Закончив с приготовлением, разворачивается и подходит к тому со спины, глубоко вдыхая носом близко к шее. Невиданное чувство врывается в голову, заставляя зажмуриться от новых ощущений. Дёсны зачесались, а в глазах появилась невообразимая чёткость, приковывая взгляд к пульсирующей венке на шее парнишки.       Попов встряхивает головой, но наваждение никуда не уходит, а лишь сильнее давит. Тяжело сглотнув, садится напротив, отпивая обжигающий чай, совсем не замечая, как тот печёт язык, щёки, горло. Пронзительный взгляд голубых глаз не сходит с парнишки. — Тебе лет-то сколько? А то работёнка у тебя не из лёгких, — вновь первым заводит разговор Арсений, чтобы отвлечься от нахлынувших ощущений. — Недавно исполнилось восемнадцать, обстоятельства вынуждают, — слегка неуверенно отвечает парень. — Обстоятельства, — усмехается мужчина. — Вот и я стал жертвой каких-то непонятных обстоятельств. Нафиг, — вновь задумавшись о своём. — Ох точно, чего же это я, даже не предложил ничего к чаю. — встаёт из-за стола, беря пакеты с едой, распаковывая те и, взяв сыр и колбасу для бутербродов, вновь поворачивается, сгружая всё то на стол. — Кстати, я Вас узнал, Вы же Арсений Попов. Недавно видел посты в каналах о Вашем участии в новом выпуске Неигры. — Да, всё верно, это я, — слегка напрягается при упоминании этого шоу. — Тогда точно не обознался. Я люблю эту передачу, там ещё ведущий классный, ну тот, который высокий — Антон Шастун. Я его фанат. — воодушевляется парень. — Даже так, — напрягается сильнее при упоминании Шастуна. — А вот у меня с ним сложились немного другие обстоятельства, потому не могу разделить твою любовь к нему. По моему мнению, он тот ещё ублюдок. — с силой сжимает рукоятку ножа и смотрит на парня. — Да ладно тебе! Ты чего!? — всё с тем же воодушевлением продолжал парень, совершенно не замечая напряжение Попова. — Я даже на канал в его телеграмме подписан. Это талантливейший чел... — терпение мужчины не безгранично. Арсений не выдерживает и в считанные секунды насаживается острым ножом и отрубает без особого труда кисть курьеру. — Слишком много пиздишь, — парень, находясь в шоковом состоянии, не до конца осознал, что произошло. Отрубленная конечность упала на пол, а из руки захлестала кровь, пачкая стол, пол и одежду. Металлический запах резко пронёсся по рецепторам, раззадоривая мужчину, будоража внутреннего зверя. — Ну вот, всю кухню изгадил, — цокает Арсений.       И только сейчас расширенными глазами от ужаса парень, смотря на Попова, отойдя от шока, заорал от боли, хватаясь за руку. Адская боль охватывала его тело. Он вскочил, не осознавая, что делает, хотел двинуться к выходу, но реакция Арса была куда быстрее. — Не ори, старушку из соседней квартиры напугаешь, — шипит Попов, подскакивая к перепуганному парню, закрывая его рот рукой. — Отпусти, — вскрикивает в его руку и намеревается опять оттолкнуть от себя мужчину. — Тихо, мальчик, — усмехается Арсений. — Скоро всё закончится. Как и сказал ранее, жертва обстоятельств.       Всё происходит будто под пеленой, вкус горячей крови будоражит, а эйфория от наслаждения перебивает любые мысли. Парень с ужасом смотрит на изменения в Попове: некогда голубые глаза застилает кровавый оттенок; а из под усмешки виднеются прорезавшиеся клыки. Так и заканчивается его недолгая жизнь, так и начинается новая жизнь Арсения как монстра, точно такого же, как тот, что погубил его.       Обезумев от вкуса, мужчина с остервенением накидывается на парня, вгрызаясь клыками в шею и пускает горячую кровь по дёснам. Он пьёт так нещадно, изголодавшись, что буквально намеревается осушить того до дна, как какой-то коктейль в баре.       Когда Попов, насытившись, отрывается от дела, уже бездыханное тело мешком падает на пол, глаза которого застыли в ужасе, а рот приоткрыт в немом крике. Арсений отскакивает, туман сходит и он только сейчас осознаёт, что только что натворил.       Забивается в угол, ударяясь больно затылком, но игнорируя это, бездумно шепча: — Нет... нет, нет, нет, — тараторит без перерыву. Взгляд падает на руки и чувствует, как по губе что-то стекает. Ладони нещадно дрожат.       Пальцем стирает каплю с губы и вновь смотрит на свои руки. От вида крови резко мутит, а, бросив взгляд на жертву, и вовсе живот сводит в рвотном позыве. Паника. Ужас. Осознание происходящего. Он вновь вскакивает и несётся в ванную комнату. Распахивает дверь и склоняется над унитазом. Его рвёт нещадно: недавний обед и обилие выпитой крови оказываются снаружи. Тот заходится удушливым кашлем и давится. Привкус металла и желчи оседают в горле и на языке. Морщится и вновь склоняется в очередном подходящем спазме.       Когда в желудке ничего больше не осталось, он откидывается затылком к стене. Мокрые волосы прилипли ко лбу, трясущейся рукой смахивает те, вновь прикладываясь затылком к холодному кафелю. Горло всё ещё саднит, желудок всё ещё сводит от осознания произошедшего. Тяжело поднявшись на ноги, Арсений подходит к умывальнику и выворачивает вентиль холодной воды на максимум. Умывается, нещадно тря лицо ледяной водой, смывая остатки крови и рвоты. Полощет рот и чистит зубы несколько раз, наблюдая за собой: в глазах всё ещё виднеется мутный оттенок красного, который контрастом проходит по некогда голубому; капилляры лопнули, насыщая белки кровавой паутинкой; клыки, что стали более явными, виднеются, сверкая при лёгком свете, а дёсны всё ещё зудят.       Он только что убил человека. Убил, блять, человека, выпив кровь того... Он сделал то же самое, что сделал Шастун с ним. И это уже не бред сумасшедшего, Арсений действительно сделал это. А значит, что и события того дня и ночи не бред его воспалённого мозга, а самая, что ни на есть, пугающая правда. И он стал таким же как Антон...       Арсений стал монстром. Антон сделал из него чудовище... Подобные мысли заполонили мозг. — И что мне теперь делать? — обращается к своему отражению в зеркале. — Я только что убил человека... — хватается за волосы на голове, наровясь их вырвать, — Я монстр. И что мне с этим теперь делать? Сдаться? Скрываться? Убить себя? — отражение лишь повторяет его мимику, понятно, что ответ он не получит. — В кого ты меня превратил?              Успокоившись, выходит из ванной и направляется на кухню. Парень так и лежит на том самом месте, что был, а кровь струйками стекает из его рта и шеи. Арсения снова мутит, но он сдерживает себя. Сейчас нужно думать трезво. И самое, что ни на есть, разумное и логичное, что могло прийти в его мозг — нужно избавиться от тела и отомстить Шастуну. Тот должен поплатиться за то, что сделал с ним. Он наверняка думает, что Арсений давно покоится на речном дне, потому не будет ожидать подобных сюрпризов.       Отбрасывает с силой лежащий на столе нож, и сам валится на пол. Хватается руками за волосы, с болью оттягивая те, будто хочет вырвать себе несколько клоков, пряча взгляд: — Что я делаю? Что я, блять, делаю?! — выкрикивает и вновь смотрит на свои руки и на парня. — Я чудовище... Шастун сделал это со мной! Ты поплатишься за это, мразь...       Рыкнув от нахлынувшей ярости, идёт к ноутбуку, выискивая адрес работы того самого виновника. Он был там, где-то должны сохраниться данные. Немного пошарив по перепискам, находит тот самый адрес, где снимают Неигры. Усмехнувшись, заказывает доставку курьером на имя Антона Шастуна. Упаковав презент, отдаёт прибившему курьеру, с пометкой отдать лично в руки.

┈┈───╼⊳⊰ ☽ ☆ ☾ ⊱⊲╾───┈┈

— Эу, Шастун! Тут к тебе курьер ломится. Выйди забери, — окликивает его Позов. — Ко мне? Я ничего не заказывал, — отзывается Антон вошедшему Диме. — Так иди и разберись, зовут тебя. Говорит, доставить лично Антону Шастуну. А из нас двоих это ты, тебе и разбираться, — плюхается на диван рядом.       Раздражённо цокнув, Антон встаёт и идёт к выходу, где его ожидает доставщик. То стоит и курит перед дверью в здание, нервно теребя пальцами сигарету. — Я Шастун, мне сказали, прибыла доставка, но я ничего не ждал. И почему именно сюда? — Мне сказано было доставить именно на этот адрес и отдать лично в руки, других подробностей не знаю. Распишитесь, пожалуйста, — выкидывает недокуренную сигарету и протягивает посылку вместе с бланком.       Антон расписывается и провожает взглядом доставщика. Вертит в руках небольшую коробочку, осматривая. Нет ни имени ни адреса отправителя. Цокнув, вытягивает пачку сигарет и закуривает. Опять фанатки, наверное, заваливают непонятными безделушками. Но обычно к этому прилагается хоть какая-то информация, а тут ни имён, ничего.       Отходит подальше от входа и раскрывает коробку. Какого же было его удивление, когда там обнаруживает кисть руки. — Какого хуя? — убирает сигарету изо рта, а брови удивлённо ползут вверх. — Что это за хуетень...       Гипнотизирует презент, но когда слышит сзади приближающиеся шаги, захлопывает коробку и поворачивается к источнику звука. Дима вышел так же на перекур, заодно с интересом поглядывает на посылку. — И что там? — Позов встаёт рядом, закуривая, кивает на коробку того в руках. — Да так... очередная фанатка прислала подарок, — убирает коробку подальше от глаз того. — Дай посмотреть, — Дима тянется к коробке, но Шастун ловко уводит ту в сторону. — Нет, — цокает Шастун и затягивается вновь более нервно. — Тебе жалко что ли? Та дай посмотреть, не заберу я у тебя твою прелесть, — хмыкает Позов. — Сказал нет, значит нет! — нервно рычит Антон, выкидывая сигарету на пол и тушит ту подошвой. — У тебя там секс игрушки что ли? Что ты так нервничаешь и скрываешь. Да покажи, поржём. Или что-то прям личное личное? От твоего парня? — издевается Позов. — Совсем охуел? И отвечая на твои вопросы: нет, не игрушки, да, личное, и нет, у меня нет никакого парня. И вообще, отвали, — цокает Антон. — Какие мы нервные, не очень-то и хотелось, — хмыкает Дима и продолжает курить, смотря на нервного соведущего. — Вот и славно, — усмехается Шастун и уходит.       Позов провожает того взглядом и вновь затягивается. Он конечно давно привык к такой смене настроения у парня, который в момент то включается и становится весёлым, то резко становится серьёзным, то злится и нервничает, чтобы в следующее мгновение вновь усмехаться.       Но с этим делом явно что-то не то, да и тот хоть и бывает скрытным, но уж точно не так, чтобы срываться из-за безобидных подколок и прятать посылку. Но разбираться мужчина с этим не будет, зная Шастуна, это просто очередной бзик, который проще проигнорировать. А с психами лучше так и обходиться, чтобы не вызвать ещё больше агрессии в их стороны. Дима знает, ибо он врач, хоть и стоматолог. Часть по психологии в универе он проходил на отлично. Это же ему и помогает в общении с такими вот персонами, находя с ними контакт и выстраивая подобие приятельства и дружбы. Хоть он и считает Антона не от мира сего, но с ним приятно водить дружбу, они знакомы давно. Познакомились ещё в Воронеже, потому с своим соотечественником они быстро спелись.       Шастун заходит в гримёрку, закрывая двери на ключ. Садится на стул и вновь вертит коробку. — И что это за хуйня? Какой-то новый бзик у фанатов? — размышляет сам с собой. Нет, он конечно получал много разных вещей и даже самые обескураживающие, как сердце свиньи или что-то подобное. Но, чтобы кисть руки? Что-то новенькое. — Кто ты и что тебе от меня нужно? — рассуждает в пустоту.       Не став долго гадать, решает забить болт. Не первый и не последний раз он получал что-то такое, что можно ужаснуться, но только не ему. За свои века чего только не видел. Потому закидывает коробку в рюкзак, чтобы в последствии вечером выкинуть куда-то в речку, к давно покоившемуся там Арсению и прочим жертвам, которым не посчастливилось встретиться на его пути, и которые кончили жертвами его желаний и голода.       Испив Арсения, парень утолил свой голод как минимум на несколько месяцев, а потому можно дальше спокойно существовать и заниматься работой, не думая об очередном голоде. Об этом он подумает потом, когда придёт время.

┈┈───╼⊳⊰ ☽ ☆ ☾ ⊱⊲╾───┈┈

      Под покровом ночи Арсений берёт каршеринг. До того упаковывая парня в чехол для одежды, благо такие у Попова имеются. Он выносит того максимально тихо и неподозрительно, насколько это вообще возможно и бредёт к заранее поставленной возле дома машине. Хорошо, что у него имеются права, иначе было бы очень трудно объясняться перед таксистом, а втягивать Серёгу в это он и не думал. Тому незачем вникать во всё это и, тем более, лицезреть труп. Арсений уже попытался рассказать правду, ему, конечно же не поверили. Тело мёртвого парня и укусы на шее, а так же виднеющиеся клыки были бы достаточными аргументами, но он не хочет ломать тому жизнь.       Мужчина справится со всем сам, вывезет всё это дерьмо в прямом и переносном смысле, не внедряя никого. Шастун теперь стал всё более ненавистным. Лучше бы просто убил, чем нарёк на существование монстром. Хотя вряд ли тот преследовал цель обратить Арсения, раз уж выкинул его в реку, а не просто оставил где-то валяться в подворотне. Значит всё это результат ошибки, оплошности, которую допустил Антон, что и привело Попова ко всему этому. Теперь тот ответит за всё.       В размышлениях Арсений проводит всю дорогу, нервничая и с силой сжимая руль до скрипа, но правила не нарушая. Не хватало ещё попасться на дорожные камеры, а того хуже, патрульным. Тогда-то его сразу упекут за решётку за особо тяжкое со зверством.       Доезжает до того самого моста и грузит на руки тело. Не зря Шастун выбрал это место практически на отшибе города. Тут и мыслей не будет искать, если только тело само не всплывёт, а об этом Попов точно озаботится. Он ещё не знает, как работает вся эта схема с обращениями, но ещё одного восставшего мертвеца мир не выдержит. Потому, привязав к чехлу груз и намертво обвязав тот толстым канатом, оттаскивает тело к реке, сбрасывая в тихую водную гладь, наблюдая, как то уходит под воду, навсегда унося эту тайну на дно.