𝒻𝑜𝓇𝓉𝑒-𝓋𝒾𝑜𝓁𝒾𝓃-𝓅𝒾𝒶𝓃𝑜

*･゜ﾟ･*:.｡..｡.:*･' 。。。'･*:.｡. .｡.:*･゜ﾟ･*

      Взгляд упал на девушку. Её лицо удивилось, как и у Хана. Они оба смотрели на Ли с беспокойством. Каждый из них хотел начать разговор, но Минхо опередил обоих.       — Всё же я был прав, да? — голос стал предательски сиплым, и даже слегка дрогнул. — Ты быстро заменил сломанную игрушку.       — Минхо, послушай, пожалуйста… — Хан сделал шаг вперед, пока Нари за его спиной напуганно пряталась. — Мы даже не успели с тобой поговорить. Я очень хочу извиниться, прошу.       Глаза Ли были тёмные, будто померкнувшие. Синяки под ними стали только больше. Мокрые волосы после дождя всё ещё липли к лицу. А взгляд парня был холоден, строг и полон бесчувствия. Джисон совсем не узнавал эти глаза.       — А она здесь что делает? — впервые Ли так грубо говорил о своей подруге.       — Мы… Мы думали пойти к тебе. Минхо, прости, прости пожалуйста, — Джисон делал ещё шаги вперёд и его никто не останавливал.       Нари боялась в это влезать, а потому осталась на месте. Но Джисон двигался дальше. Ли опустил свои глаза в пол, отворачиваюсь от брюнета.       — Ты же понимаешь, что это случайность. И последнее время ты был сам не свой, я так волновался, переживал за тебя, — рука парня стала тянуться к плечу напротив, но по ней неожиданно ударили.       — Нет, не понимаю. Больше нет, — глаза сверкнули злостью, не отрывая взгляд от карих напротив.       — Минхо, тебе нужна помощь. Разреши обнять тебя, разреши помочь и я сделаю всё, обещаю.       — Уже поздно, — Ли толкнул его плечом, направляясь к учительскому столу.       Чёрная скрипка, и всё те же белые струны, приковывали взгляд. Она лежала там, как и всегда. Но вряд ли так будет снова.       В один день Хан всё же рассказал чей это подарок. Это был самый солнечный день тем летом, легкий ветер разгонял тучи, а вся зелень блестела, словно драгоценности. Минхо всё ещё помнит тот поход на пикник. И долгие разговоры.        «Дедушка всегда хотел, чтобы я научился музыке» — пронеслось в голове, словно Ли всё ещё был в том моменте. «Но он умер когда мне было четыре» — прозвучало эхо следом. Минхо встряхнул голову и на гриф легла холодная рука, медленно обхватывая его. Глаза метнулись к карим омутам Джисона. Минхо увидел промелькнувший в них страх. И взял скрипку очень крепко.       — Что ты делаешь? Нет… Минхо, прошу, давай договорим, — Джисон сделал ещё шаги вперёд. Руки тянулись уже к скрипке, не к брюнету. Страх начал душить горло и сжимать грудную клетку. Он боялся. Чертовски боялся.       — Показываю, что ты сделал со мной.       Один взмах руки, удар и дерево треснуло. Неприятный звук тут же прошёлся по ушам. До каждого даже не сразу дошло, что произошло. Только Ли не останавливался в своих действиях.       Перед Ханом рухнул его смысл. Смысл, который позволял ему жить. А на полу лежали остатки скрипки, которую ударяли ногами снова и снова. Джисон только смотрел и не двигался. Время будто остановилось. Нари наконец тронулась с места, что-то крича Минхо. Она схватила того за плечи и трясла его, вытягивая ответы на вопросы. Но оба парня в кабинете молчали. Они привыкли, что музыка говорила за них. Но её больше нет. Больше они не смогут общаться. Теперь на их месте только разбитые сердца.       Нари ещё пыталась объяснить что-то Ли, но тот даже не смотрел на неё. Она говорила и говорила, от большой боли и даже вины. Нари никогда не думала, что увидит друга таким. Он всегда был ярким и солнечным, его глаза всегда светились. А сейчас она смотрела на него со слезами и не понимала. Девушка бегала взглядом по его лицу и не узнавала его. Будто это был совсем чужой человек.       Шевеление за спиной девушки заставило её обернуться. Хан кинулся на колени, пробуя собрать какие-то кусочки инструмента. Парень начал плакать взахлеб, пока не стал попросту задыхаться. Он отвернулся от скрипки, всё также оставаясь на полу, но схватившись за грудь. Там ужасно саднило. Там была пожирающая пустота. Теперь он чувствовал тоже самое, что было в груди Ли.       Нари метнулась к скрипачу, пытаясь поднять его лицо. Но после попытки подняла своё на Минхо.       — Мой друг так бы не поступил. Ты бы так не поступил, Хо. Я не знаю кто ты такой, но ты точно не мой друг.       Прикрытые спавшими прядями глаза немного поднялись на девушку, но Ли тут же ушёл к выходу.       Теперь музыки не было ни у кого из них.

🪞🎐💌

      В кабинете звучала музыка.       Минхо следил за женской рукой, что бегала по клавишам. Глаза Чхве-ним были закрыты. Она полностью отдавалась произведению и совершенно отключилась от мира вокруг.       Вот от кого он этому научился. Вот кто показал Ли мир музыки. Чхве-ним была лучшей учительницей и человеком в его жизни. Разве что после одного парня. О котором теперь Ли не знал ровным счётом ничего. Видел его не чаще репетиций и этого было достаточно обоим, чтобы вытерпеть друг друга.       Произведение подходило к своей развязке. И Ли начал увлекаться за ней тоже. Он впал в музыку также, как Чхве-ним. И почувствовал свободу. Будто чёрный лебедь отпустил его, уступая место белому. Чувство облегчения прошло по всему его телу. Его увлечение было настолько большим, что он, как и учительница, не услышал звук открывающейся двери.       Почувствовав чьё-то присутствие, Ли открыл глаза. Перед ним пронеслась тёмная макушка и человек оставил ноты на столе, на который Ли опирался.       — Ох, Джисон-и, ты принёс ноты, спасибо, — женщина встала из-за фортепьяно и тоже подошла к столу.       — Да, и Сон-ним просила вас зайти к ней, — Хан смотрел строго на шатенку, даже не поворачивая головы в сторону.       А Минхо не дышал. Он вновь почувствовал себя загнанным в угол. Вновь почувствовал панику, и всё то облегчение, что было пару минут назад, быстро испарилось.       — Спасибо, что передал, если это всё, то иди. Не смею тебя задерживать, - тепло улыбнувшись, как Чхве-ним умела это делать, она проводила парня за дверь.       Только закрыв её, взгляд женщины сразу же стал жалобным и она повернулась на своего ученика.       — Милый… — женский голос стал единственным звуком в кабинете.       — Не называйте меня так, — Ли сказал это тихо, почти шёпотом.       — М? Что такое? — как и всегда, женщина положила свою руку на его плечо.       — Не называйте меня так! — Ли ударил левой рукой по столу, но тут же обжегся от боли, так как кисть ещё ныла.       — Минхо, всё хорошо? Аккуратней с рукой, ты должен успеть восстановиться, — женщину никак не смутила резкая агрессия, — Через две недели концерт и выпуск, так что я понимаю твоё волнение, но всё будет хорошо. Ты уже взрослый парень.       В её поддержке и улыбках было столько невинной доброты. Столько, сколько Ли и сосчитать не мог. Этому тоже его научинала Чхве-ним. Бескорыстной доброте и теплу.       — Извините, я должен идти, — Ли выбежал из кабинета, даже не слушая возражений и побежал в другое крыло.       Оказавшись в тёмном коридоре, Ли немного помедлил, прежде чем войти, но переборов страх он открывает дверь.       — Arabesque, девочки! Ну же! Ногу вытяни! — Ли заглянул в зал, боясь, что его увидит тренер, начиная искать взглядом приму.       Нари сидела на полу и мучала ленту пуантов, но та никак не слушалась. Её нахмуренные брови выражали полное погружение в своё дело, поэтому она даже не сразу услышала, как её зовут.       — Нари!… Нари! — Минхо старался говорить тише, чтобы его услышала только девушка.       Не сразу реагируя на шёпот, девушка всё же повернулась. Раскосые глаза посмотрели на Ли также серьезно, как только что смотрели на ленту. Балерина тут же отвернулась обратно, но понимая, что Минхо не уйдёт и тогда прилетит им обоим, тихо выскочила из зала.       Они стояли друг напротив друга и каждый не решался начать разговор, пока девушке не надоело это молчание.       — Что тебе нужно? — голос не выражал никаких эмоций. Нари скрестила руки на груди, показывая, что Ли не был прощён до сих пор.       В коридоре было довольно темно, и наверное в таком полумраке даже проще разговаривать.       — Спор, — Ли смотрел немного сверху вниз и глупо улыбался, уже чувствуя, что Нари была не так холодна.       — Какой спор? — демонстративно выгнув бровь, девушка старалась не улыбаться.       — Ты меня простишь, — совсем по-детски пианист выставил мизинец, надеясь так заключить их перемирие.       Девушка уже протянула примирительный палец в ответ, но неожиданно его отдернула.       — Только знай, что нас ждёт долгий и серьезный разговор, хорошо? — она приблизила руку снова и после кивка парня, заключила с ним мир.       Они немного постояли в тишине и рассмеялись от неловкости, которую захотели прервать.       — Но, Минхо, как же Джисон? Ты с ним не говорил до сих пор, я уверена и вижу это, — балерина начала нервно переминаться с ноги на ногу, наполняя свой взгляд волнением.       — Я… не знаю, просто не знаю. Да, мой поступок был ужасным, но он лишил меня того же. И на самом деле даже большего. Конечно мне стоило поговорить с ним, рассказать обо всём сразу, ведь тогда бы ничего и не было, но я трус. Я видел как он общался с девушками и сделал для себя вывод. Просто ни ты, ни он не знаете, какого это, жить с разбитым сердцем, ни разу не познав любви. И я испугался самого себя. Я испугался чувств, ведь раньше никогда и ничего не испытывал к людям. Он был особенным для меня, понимаешь? Как и я для него, наверное… Но мне всё время было страшно, что он уйдёт, как и все. Мне было так больно от своей же любви, что я стал убегать, лишь бы не показывать этого. И очень об этом жалею… Люди всегда пугали меня, но он учил меня тому, что не все вокруг плохие. Ведь до него у меня была только ты и Чхве-ним. Ни чьей доброты больше я не знал. А он показал, что существует не только доброта и нежность. Он научил меня очень многому, и я правда сожалею о своём поступке.       Ли только сейчас поднял глаза на балерину, которая всё ещё старалась принять услышанное. Сначала она начала говорить что-то невнятное, пытаясь соединить слова воедино. Потом смотрела на Минхо долго-долго и наконец заговорила.       — То есть?       — Да.       — И ты никому не сказал?       — Ага.       — Но чувства были?       — К сожалению.       — А сейчас? — и Ли задумался. Он сам уже не знал наверняка. Но попробовать хоть что-то стоило.       — Уже нет, думаю, — Минхо замешкался с ответом, разглядывая пол под ногами.       — Господи, какие же вы оба глупые. Найди его прямо сейчас и поговори с ним или я за себя не ручаюсь, — балерина стала толкать парня в спину, чтобы тот не вздумал отказаться.       — Но он не станет меня слушать!       — Я ему потом экзамен по сольфеджио устрою. Пусть только попробует.       Пианист по привычке двинулся во второе крыло. Но даже не успев дойти до кабинета Ли увидел его.       Джисон стоял у двери и чего-то ждал. Тихо, с закрытыми глазами, но ждал.       Сначала не решаясь, Ли сделал шаг. И ещё один. Как ранее делал это Хан.       Брюнет знал, что Ли пришёл и никуда не уходил. Стоял и всё ещё ждал.       Новый шаг. За ним второй, третий и Ли осмелился подойти. Он встал напротив парня, боясь поторопиться или сделать неверное движение. Джисон сейчас был как уличный кот - стоит только оступиться и он убежит.       — Ли Минхо, играю с трёх лет на фортепиано, единожды Гран-При и постоянный первый Лауреат. А вот мой первый оркестр, как ни странно, будет с тобой, — Хан произнес это, словно заученное правило, которое никогда не забудет. — Не только твой первый концерт должен быть со мной.       — Что ещё тогда? — Минхо дали зелёный свет. Ему подарили надежду.       — Много вещей, но одну я бы хотел попробовать прямо сейчас, —Джисон всё ещё не открывал глаз, но уже со страху, а не от спокойствия.       — Ты даже не спросишь меня ни о чём?… Я ведь должен извиниться и объяснить всё тебе. Мы должны нормально поговорить, прежде чем…       — Да тише ты. Слишком много думаешь, вместо того, чтобы действовать.       Холодная рука Хана, легла парню на шею и притянула его к себе. У Ли были вишневые губы на вкус. Наверное, после этого Хан украдет у него эту помаду, а может и самого парня.       Обоим было неловко первые минуты, но чувства взяли вверх. Теперь они могли говорить и без музыки. Это было не так сложно, как казалось сначала. Языков существует целое множество, но они выбрали только два из них - музыку и свой собственный.

❤️‍🩹❤️‍🩹❤️‍🩹

      — Нет, я не могу смотреть, — Чхве-ним закрыла лицо руками, поддерживаемая коллегой.       — Красавцы! — Сон-ним одарила двух музыкантов ободряющим взглядом, — Ну, давайте, мы в вас верим.       — Минхо, все помнишь, да? И не волнуйся, только не волнуйся, хорошо? — шатенка неожиданно обняла его и отправила дуэт на сцену.       Прожектора освещали целый оркестр. Волнение теплилось где-то в груди, но этот дуэт придавал сил друг другу.       — Сегодня дождь обещали, — Хан смотрел из-за кулис на сцену, ожидая их выхода.       — Я опять не взял зонтик, — хитро улыбаясь Ли немного выглядывал из-за кулис в зал, полный народу.       — Тогда нам придётся снова пробежаться до кафе, — аккуратно и почти незаметно, но Джисон взял за руку Ли.       — Я буду не против.

*･゜ﾟ･*:.｡..｡.:*･' 。。。'･*:.｡. .｡.:*･゜ﾟ･*