liberty

      В мире существует четыре главных королевства: Южное, Восточное, Западное, Северное. Вся Земля была поделена на 4 части, как и сама природа королевств, и каждое из них было уникальным. В своих званиях они сохраняли простоту бытия, и только лишь одно имело огромное величество. В каждом были свои обычаи и традиции. Поначалу между ними были бесконечные войны и разрухи, но сейчас, наконец придя к взаимному согласию, наступило мирное время между правителями. И вы, наверное, зададитесь вопросом: какое жe из них самое влиятельное?       Северное. Само название говорит за себя. Как и сама природа, правители здесь всегда были суровыми, но справедливы и рассудительны. Силу здесь ценили больше всего и если ты слаб — жить тебе точно придётся не сладко. Только лишь спустя четыре года Джисон понял всю силу этих слов.       Большие замки и бедные люди, проживающие в небольших деревеньках. Знают ли правители своих земель о том, в какой нищете живёт народ? Многочисленные бесчинства в самих столицах и приближённых городах. А что остаётся говорить про восстания во многих городах? Повстанцы, которые устраивали хаос и разруху, запугивали жителей и вербовали к себе. Ненароком, конечно, но в сердце любого простолюдина может зародиться гнев, ненависть, желание опрокинуть трон.       Хан Джисон был одним из сыновей королевской семьи, но обо всех проблемах юноша даже не догадывался. Он не был первым преемником, который по достижению совершеннолетия должен занять место на троне, и совершенно на этот счёт не расстраивался. Его совершенно не волновало то, что будущим его королём станет его старший брат — Хёнджин, и совсем не волновало, что фактически всё внимание уходит ему. Если учитывать тот факт, что всё внимание было сконцентрировано на братце, то Джисон же считал себя почти свободным.       Пусть Джисон и жил в стенах замка, но паренёк всегда мечтал о другом. Он мечтал быть где-то за пределами замка, за пределами города и там, где не будет назойливых матушки и отца, придворных и слуг. Мечтал почувствовать свободу степей, свободных рек и полей. Он всегда стремился к свободе, ведь его мало волновали политические дела. Оставался благодарен судьбе за то, что родился вторым по счёту, и все эти беды свалились не на его пустую головёшку, а на голову братца.       Три года назад, Хан Джисон, ещё будучи неопытным мальчишкой, который считал всё забавой, даже подумать не мог, какие сложности его могут поджидать в будущем. И если быть честным, то до сих пор парень мечтал вернуться именно в те беззаботные времена, когда мог просто провести время в эго компании, будь это ребячливые мгновения или кропотливая тренировка в фехтовании. С того момента и вправду прошло достаточное количество времени, но Хан всё ещё помнит и безумно дорожит каждым моментом в памяти.       В те времена Ханни был беззаботным шестнадцатилетним мальчишкой, не знающим бед и ужасов этого мира, жившим в стенах замка, но так отчаянно желавшим выбраться оттуда и почувствовать, ощутить новые вещи. Обо всех прелестях знал никто иной как Хёнджин, ведь это его готовили к коронации. Ох, нет, он не завидовал ему (ну может, совсем малую капельку), а наоборот: сочувствовал.       Тогда в его жизни был один особенный человек. Человек, благодаря которому юноша мог спасти себя от скучной жизни в замке и, даже иногда, найти веселье. Он был ровесником Хёнджина, но по воле судьбы и лучшим другом Хана. Наверное, день, когда Джисон познакомился с ним, был особенным, ведь тогда вся его жизнь сменила курс направления. Но и день, когда он вдруг внезапно пропал, тоже остался в памяти и воспоминание о нём всегда отдавало чем-то пресным в груди, столь колюче неприятным, как все неудобные одежды для встреч важных людей в замке. В юношеском возрасте Хан думал, что испытывает глубокую привязанность к хёну, но время шло, а чувства в груди с каждым днём становились жарче, как огонь охватывает лес — быстро, стремительно, беспощадно. В голове стали проноситься, словно ураганным вихрем, моменты прошлого. Он помнил их так, будто бы они были вчера.

События трёхлетней давности

      — Хён, ты как всегда победил, — уныло вздохнул мальчишка, отбрасывая тренировочный меч и сложив руки на груди, посматривая на рядом стоящего друга. Тёплая весна — прекрасное время года, когда не сильно холодно и не жарко. Это лёгкий ветерок, что обдувал разгорячённое тело после тренировки, тёплое солнце, что не давало замёрзнуть от ветра. Это золотая середина природы.       — Хани-я, ты же ведь даже не старался взять нормально меч, как же ты хочешь победить своих врагов и в первую очередь меня? — возвращая тренировочное оружие в ножны, мягко произнёс парень, с тёплой улыбкой на губах посматривая на младшего.       — У меня нет врагов и я не собираюсь ни с кем драться, зачем мне тренировки? Это Хёнджин должен уметь за себя постоять, потому что он — будущий король, — обидчиво надув губы, отвернулся Джисон от старшего. У него не получалось не то, чтобы исполнять простые техники фехтования, а даже просто держать меч в руках.       — Ты должен уметь за себя постоять, Ханни, — не переставал держать самообладание Ли, пытаясь пойти на компромисс с младшим сыном королевской семьи. В конце концов, Минхо был единственным, кого этот непоседа слушался. Единственный, с кем Джисон мог пойти на тренировку по фехтованию.       — И я могу за себя постоять, ты видел себя и меня? — выгнув бровь и развернувшись на пятках к Ли, жестикулировал парень, словно сверял разницу в их комплекции.       Хан пристально смотрел на старшего, наблюдая за его мимикой и следующими действиями. Паренёк пытался откосить от тренировок через жалость, ведь у них была большая разница в возрасте. Хан Джисон — младший сын королевской семьи, не является наследником престола, всего на три года младше самого Минхо. Ли Минхо — приближённый друг старшего брата Хана, которому вот-вот исполнится девятнадцать и которому нужно думать о своём будущем, но вместо этого проводит свободное время с этим щекастым пареньком.       Старший же лишь театрально закатил глаза, доставая тренировочный меч из ножен и, становясь в боевую стойку, направил его на юношу. Джисон буквально удивился, насколько же он был величественен: длинные ноги, упругие бёдра, крепкие руки и грудь. Да его физическая подготовка заставляет пялиться, открыв рот и точно пуская слюнки!       — Возраст не помеха. Ты можешь одолеть противника, который обходит тебя по телосложению и возрасту, если приложишь к своим стараниям ум, хитрость и смекалку. Поднимай меч и переходи в атаку, — словно как наставник вторил Ли Но, терпеливо выжидая действий от юноши.       — Ну хё-ё-ё-ё-ён, — страдальчески протянул Хан, поглядывая на серьёзно настроенного продолжить тренировку Минхо. — Я не буду продолжать тренировку. Я устал и уже обед, самое время пойти спать.       — Тогда королю и королеве я скажу, что случайно побил тебя на тренировке, ведь ты не защищался, — издевательски улыбаясь, Ли Но пожал плечами, прежде чем не замахнуться мечом в сторону Джисона, сделав рывок в его сторону, тем самым совершая атаку.       Джисон сперва подумал, что Минхо блефует, но вот чёрт! Он ведь и вправду настроен серьёзно!       — Хён! — увернувшись от удара, скорее пискнул, чем вскрикнул юноша.       Ли Но и вправду был настроен решительно: парень продолжал целиться ударами то в ноги, то в руки юноши. Хан едва успевал отпрыгнуть от одного удара, как тут же был замах на следующий. Создавалось впечатление, словно тут тренировка не на умение владеть мечом, а на выдержку — либо тебя побьют тренировочным мечом, либо ты изворачиваешься от ударов.       — Минхо — хён! — отпрыгнув в сторону от рубящего удара и ныряя под руку, пытался вразумить старшего Джисон.       Вот теперь это больше не было похоже на обычный тренировочный бой между «друзьями». Хо с полной силой наступал на мальчишку, явно не рассчитывал силу и делал это с такой улыбкой на лице, словно это была забавная игра для него. В какой-то момент младший и впрямь стал теряться в пространстве, но быть побитым и потом же от этого скулить пару тройку деньков — не хотелось, ой как не хотелось.       Джисон, путаясь в ногах и уже готовый вот-вот позорно «столкнуться» носом с землёй, распластаться по ней, однако вовремя вернувший себе равновесие и власть над телом, выравниваясь, хватается за лежащий без дела меч. Не успев отдышаться, паренёк разворачивается и отвечает на удар, защищаясь от удара в плечо.       Послышался звонкий лязг лезвия об лезвие, а затем ещё и ещё. От оружия время от времени исходили искры, сразу же потухая в песочном грунте. Джисон только и успевал защититься от напирающих ударов. Похоже, что своими капризами ему удалось раззадорить Ли, только как всегда не в свою пользу.       — Если бы это был настоящий бой, то тебе бы уже давно пустили кровь по горлу, — совсем не запыхавшись от частых атак, спокойно прокомментировал наставник. Уголок губ был слегка вздёрнут вверх, освещая лицо старшего в противной, самоуверенной ухмылке, ведь они оба знают, что Минхо прав.       Но у Джисона вовсе не лежит душа к фехтованию на мечах.       В конце концов, терпение Минхо лопнуло. Старший нанёс сильный удар на кончик меча Джисона, специально ударяя и тем самым заводя паренька в заблуждение, а затем ловким движением руки выбил оружие из рук. От неожиданности Хан потерял равновесие, с глухим стуком падая на мягкое место. Тренировочный меч Хана отлетел на добрые три метра, ударяясь о землю с глухим звоном.       — Ты снова проиграл, Ханни, — направляя оружие на младшего и победоносно улыбаясь, подытожил Хо.       Джисон раздражённо цыкнул, отводя конец оружия от себя и вставая с земли, стал отряхиваться.       — Мог бы и поддаться, — буркнул тот, совершенно не желая принять тот факт, что его трижды сделали в сухую.       — Но ведь ты даже не стараешься победить. Знаешь, от такого моя победа не несёт никакой сущности, потому что Хани-я ленивый «бельчонок», — лукаво подшучивал Минхо, с добрым блеском в глазах смотря на младшего.       От прозвища «бельчонок» Хан и вправду готов был взорваться, но вовремя вспомнил, что старший только этого и ожидает. Юноша фыркнул, подбирая свой меч и возвращая его в ножны.       — Хён, когда-нибудь мы с тобой сразимся в полную силу, вот увидишь, и тогда в сухую тебя «сделаю» я, — огрызнулся он, высоко поднимая голову и делая такой вид, словно это не его только что трижды победили.       — Ох, я буду ждать этот день с превеликим удовольствием, — снова пытается подшутить, улыбаясь так, что младший больше не смог обижаться на него.       Какое-то время Хан просто пытался выровнять своё дыхание, привести себя в порядок.       Юноша украдкой смотрел на своего друга. В их дружбе разница была не большой: всего лишь четыре года, но тем не менее это всё равно удивляло Джисона. Минхо, которому было почти 18, не считал младшего маленьким ребёнком и, что больше заставляет изумиться, так это то, что он действительно любил проводить время в его компании. Для него Ли Но был образцом свободы, ведь по другому не назовёшь. И, как бы это не было досадно признавать, Джисон и вправду с каждым днём ждёт их встречи. И даже если он чертовски не любит фехтование, ради времени, проведённого рядом с Ли, он и вправду готов потерпеть изнуряющий труд, ведь в таких мгновениях что-то было.       В этом дне было что-то такое: прекрасная весенняя погода, тихое пение птиц и шелест деревьев от лёгкого ветерка. Это была чудесная музыка природы для ушей. Младший хотел было вновь что-то сказать, но раздавшийся голос позади него прервал мысль.       — Ли Но, вот ты где, — махнув ладонью в знак приветствия, окликнул его приближающийся Хёнджин.       Если бы Джисон мог прямо сейчас громко прокричать от досады, то несомненно он бы так и поступил. Ну серьёзно, чего этот напыщенный принц забыл тут? Шёл бы своей дорогой, но нет! Наверное, между ними должна была быть братская любовь, но что-то пошло не так. Они не были родными братьями, а лишь сводными, поэтому спустя время Хан и вовсе не считал того за брата.       — Ваше Величество? — с явным подколом, но точно без уважения, произнёс Минхо с лёгкой усмешкой на губах. Наверное, Ли единственный человек, с которым Хван Хёнджин ведёт себя более менее с теплотой, уважением.       Джи никогда не нравилось, когда Хёнджин приходил именно к ним. И что хуже всего, заканчивалось это погоней младшего «по делам». И наверное сегодняшний день даже не исключение.       — Ты стал няней для моего младшего брата? — Джисон явно расслышал усмешку в вопросе, а Хёнджин говорил так, словно самого Хана здесь и не было. Хван всегда считал Джисона ребёнком и удивлялся чистым помыслам Ли Но. Как он может проводить время в его компании? Он же ведь старше его на три года. Либо он преследует свои определённые цели, либо светловолосый даже представить не сможет.       Джи внимательно взглянул на Ли. Казалось, вот он шанс! Сейчас Хан увидит, как старший засмущается компании мальчишки, начнёт отпираться и уйдёт из компании Хёнджина, но нет. Минхо лишь незаинтересованно пожал плечами, совсем не реагируя на подкол, и был твёрдо уверен, как непоколебимая стена.       — У тебя забавный младший брат, — не поддаваясь насмешке, вымолвил Минхо, пожимая плечами.       — Да, вместо того, чтобы заняться историей королевств, он прохлаждается тут с тобой, — а вот сейчас Джисон почувствовал сильное давление в свою сторону. Хёнджин наконец-то обратил на него внимание, заставляя младшего поежиться от пристального взгляда. Наследный принц не понимал своего друга, не понимал его стремления быть в компании Джисона, ведь он же совсем ребёнок.       — А тебе какое дело? — не выдержав, подал голос Хан впервые за то время, пока тут находился Хван, кидая злостный взгляд на старшего. Серьёзно. Он его бесит. Бесит тем, что постоянно врывается в моменты, когда они с Минхо наедине.       — Никакого, если бы не меня отправили на твои поиски. Почему твоя прислуга не рядом? Отцу это не понравится, нужно попросить его сменить тебе прислугу, если он не исполняет своих обязанностей, — Хёнджин прищурился, окидывая холодным взглядом младшего.       Их разговор обретал серьёзные обороты агрессии и Джисону не нравилось то, что этот напыщенный индюк приплетал сюда Феликса. Старший падок на упрёки по поводу слуги, ведь не воспринимал эту странную дружбу с прислугой.       — Я отправил в его покои отдыхать, — уже не так смело пролепетал Джи, осознавая свою слабость перед старшим. Ему пришлось отступить в этом споре, потому что этот сумасшедший и вправду может доложить отцу про Феликса и тогда будет не сладко обоим.       — Похоже тебя следует научить, как нужно обращаться с прислугой, — отчеканил Хван.       Юноша прикусил язык, только бы лишь не ляпнуть чего-нибудь со зла. Не важно, что скажет Джисон — Хёнджин всё равно найдёт к чему придраться, прямо как отец. И не важно, как себя будет вести Джисон — Хёнджин всё равно будет воспринимать его как глупого ребёнка. Он перевёл нечитаемый взгляд на Минхо, в надежде, что тот за него заступится, но Ли Но строго соблюдал нейтралитет, не желая вступать в одну из сторон.       — Я тебя понял, — сжав кулаки, Хан в последний раз окинул Минхо грустным взглядом, разворачиваясь в сторону дворца.       Он снова убегал от старшего брата, поджав хвост и уши. Его снова прогнали от Минхо. От внутреннего разочарования Хан хотел выть.

******

      — Так ты говоришь, что упражнялся в фехтовании с Ли Но-хёном, а потом пришёл твой брат? — не удивлённым голосом задал вопрос щуплый паренёк, стоя позади Джисона и массажируя плечи.       — Да! Этот напыщенный индюшоныш! Я боюсь представить, что будет, когда он займёт престол! Ох, как бы я хотел пару раз пройтись кулаками по его лицу, да только вот этот трус быстрее доложит отцу про наши ночные вылазки из дворца, — жестикулировал руками Хан, гневно выражаясь всеми ругательствами на сводного брата. — Ё-ё-ё-ёнбо-о-о-ок, — жалобно протянул Джисон, оборачиваясь к Феликсу.       Феликс и был прислугой для Джисона, вот только сам паренёк так считать не мог. Для него тот был словно братом, не то чтобы лучшим другом. Он мог рассказать веснушчатому всё, довериться во всём. Несомненно Джисон ценил его на равных с Минхо-хёном, ну, может быть старшего чуточку больше.       С того дня прошла неделя и за всё это время Джисон не виделся с Ли Но. Лёгкая тоска окутывала его изнутри, хоть юноша старался не показывать. Ёнбок пытался всячески подбодрить его, принося с кухни любимое блюдо Хана — чизкейки, предлагал сходить в королевские конюшни, и Хан это правда ценил, но всё равно вновь и вновь возвращался к мыслям о старшем.       — Мне кажется, что твой брат любит и оберегает тебя по своему. Я думаю, если бы на нём не лежала такая большая ответственность, он бы не был так резок со словами, — Ли аккуратно подбирал слова, ведь знал каким Хан бывает вспыльчивым.       — Но он постоянно огораживает меня от хёна, где бы мы не находились. Неделю назад он сам предложил поупражняться в фехтовании, а я согласился, потому что мне было скучно, — попытался себя оправдать Хан, разворачиваясь обратно и всматриваясь в отражение зеркала.       — Правда? А не потому, что тебе нравится Ли Но-хён и ты бы хотел проводить с ним больше времени? — Ёнбок перевёл взгляд на зеркало, встречаясь со взглядом парня, всё так же массажируя плечи. Джисону понадобилось долгих десять секунд, чтобы догадаться, о чём говорит друг.       — Нет! Ты что! Просто мне нравится то, какой он свободный. Он может быть где угодно и тесно знаком с моим братом. И тем более, он единственный, кто заботится тут обо мне… — пытался убедить самого себя Джисон, чувствуя, что чем больше думает о Ли, тем сильнее его сердце начинает биться.       — Джисон, ты очень сильно привязался к нему, — вздохнул толи от досады, толи от тоски Ли. После всего напряжённого дня, прежде чем уйти в свои покои, Феликс всегда делал массаж сыну королевской семьи не потому, что он прислуга, а потому, что желал этого сделать сам. Он был благодарен судьбе за то, что удостоился чести быть прислугой для Хана, ведь тот относился к нему с почтительным уважением. И, наверное, во всём замке больше не найдётся столь заботливого человека, как Джисон.       Хан же на это ничего не смог ответить. В его голове был полнейший хаос. Действительно он был просто привязан к нему и стремился быть в его компании только лишь потому, что хён хорошо о нём заботился? Не может же он просто взять и влюбиться в него? Или может? Он совсем запутался…       Феликс не стал больше расспрашивать и говорить на эту тему, видя удручённый вид Джисона. Только лишь пару раз похлопал по спине, призывая об окончании действия. Достаточно было только одного взгляда, чтобы понять, что не так творится с Ханом. Пока остальные думают, что Хан видит в Ли Но старшего брата, Ёнбок же был убеждён в обратном.       — Ёнбок, о чём ты мечтаешь больше всего? — переводя тему, поинтересовался Хан, явно желающий остаться в компании прислуги ещё подольше.       — О чём я мечтаю? Ох… у меня есть всё, о чём могут только помечтать другие: крыша над головой, мне не нужно беспокоиться о работе, еде и у меня есть друг. Я думаю, мне не о чём больше мечтать, ведь у меня есть всё, — выпалил всю правду Феликс, от чего Ханни удивился такой простоте желаний. Тогда выходит, Ёнбоку многого не нужно?       Феликс потянулся к туалетному столику, беря гребень для волос. Расчёсывать немного отросшие волосы Хана — тоже своеобразная идиллия перед окончанием дня.       — И ты не мечтаешь выйти куда-нибудь за пределы дворца? — искренне удивился Хан.       — Нет. Такому человеку как я не свойственно об этом думать, ведь что же мне делать за пределами дворца? Королевская семья кормит меня и даёт крышу над головой, а во внешнем мире у меня даже куска хлеба не будет. Я благодарен им, — пояснил Ликс, бережно проходясь гребнем по волосам.       Джисон и вправду задумался в слова Феликса. Юноша осознавал, насколько же они разные, ведь Хан всегда мечтал сбежать из дворца. Жизнь во дворце была похожа на заточение в темнице и каждый раз, когда этим двоим удавалось под покровом ночи выйти из дворца, дабы увидеть город своими глазами, Джи запоминал каждый миг. Конечно это было не по правилам, ведь Джисону запрещено покидать дворец, но паренёк каждый раз продумывал план, чтобы эти правила избежать.

******

      Приветственный банкет. Мероприятие, на которое съезжаются другие королевские семьи, чтобы обсудить экономические, территориальные проблемы. Событие, которое Хан Джисон больше всего ненавидел, потому что в такие дни во дворце становилось слишком суетливо. Могут и его припахать к работе, чего он особенно не любил. Но в такие дни шанс увидеть Ли Минхо, хоть Джисон и не проведёт время в его компании, был велик.       Вечер очередного такого дня был весьма необычен. Каждый раз для Хана эти дни заканчивались одинаково: парень сидел в одном и том же деннике, находясь в компании его любимого жеребца по кличке Метеор. Когда в определённые моменты всё шло набекрень, Джисон всегда приходил в конюшню к Метеору. Парень сидел на застеленной сеном кормушке и наблюдал, как животное не спеша поедало корм.       Тихое хрумканье сеном и редкое фырканье успокаивало младшего.       — Вот ты где, я тебя ни где найти не могу, — Джисон дёрнулся, пугливо поднимая взгляд в сторону дверцы денника и потом же, выдыхая с облегчением, потому что это был никто иной, как Минхо-хён. — Ты себе не изменяешь: как только во дворце разные банкеты, ты прячешься в конюшне.       — Ага, — с мнимой печалью выдохнул Джисон, возвращая свой взор на гнедого жеребца.       Нет, Вы не подумайте! Джи очень сильно рад видеть старшего.       Просто сейчас в голове юноши так много мыслей и, что самое главное, от них не скроешься.       Минхо сел рядом с пареньком, поглядывая то на животное, то на опечаленного Хана.       — Хочешь выехать верхом за пределы дворца и увидеть заход солнца? — вдруг спросил старший, окончательно переводя свой взгляд на младешго.       — Что?! Шутишь?! — он и вправду не ожидал такого от Ли, потому громко изумился предложенному занятию. — Конечно хочу! Но получится ли? Отец запрещает покидать дворец, а солнце скоро вот-вот сядет… Джисон колебался. Это было видно по нему: паренёк кусал губы, нервозно дёргал ногой. Он мигом оживился и Хо это не могло не радовать.       — Седлай Метеора и, быть может, тогда мы успеем, — в заключение бросил тот, прежде чем не встать с кормушки и уйти.       Младшему больше слов не нужно было, ведь он и так всё понял. Он знать не знает, каким способом Минхо хочет провернуть вылазку из дворца и, к слову, его это мало волновало, потому что Хан доверял ему.       Юноша впопыхах смахнул с жеребца пыль, проверяя копыта и, удостоверившись в их чистоте, побежал за амуницией. Через пару минут Метеор был готов к выезду. Джисон радовался, словно маленький ребёнок. Все его печали и тревоги мигом ушли, стоило старшему предложить выехать за пределы дворца.       — Одень на себя это, — вернувшись к готовому пареньку и бросая ему в руки чёрный плащ, скомандовал Ли, и замечая вопросительный взгляд Хана, пояснил: — Ты как никак являешься принцем и я не знаю, как простой народ может на это отреагировать. Можешь снять его с себя, когда будем в безлюдной местности.       Джисон кивнул, натягивая на себя тёмную ткань, накидывая капюшон на голову. Глаза светились от радости, и, если признаться честно, внутри разыгрывалась целая буря из нетерпения и предвкушения чего-то. Хотелось скорее запрыгнуть в седло и погнать лошадь прочь от тошных стен, придворных слуг. Ощутить ту самую свободу, о которой младший грезил во снах.       Жеребец нетерпеливо стукнул копытом об пол, призывая к скорейшему действию. Нетерпеливое фырканье побудило младшего перекинуть поводья через шею и вслед за старшим вывести лошадь из конюшни.       — Но хён, как ты провернёшь вылазку из дворца? — не понимал тот, поглаживая лошадь по шее, тем самым успокаивая взбудораженное животное прогулкой.       — В любом замке всегда есть слепые зоны, где нет стражи. И тем более, король настолько уверен в благополучии своего королевства, что ослабил охрану по периметру замка. Сейчас все собраны в главном зале, дискуссируют по поводу будущего всех четырёх королевств, так что я сомневаюсь, что им есть дело до нас двоих, — пояснил Минхо, поправляя путлища и, перебрасывая через шею поводья, ловко взобрался на серого в гречку мерина. Джисон невольно засмотрелся на образ старшего верхом на лошади. Ровная спина, высоко поднятая голова, упругие бёдра, что плотно прилегали к седлу. Его чёрная накидка и повисший на бедре меч только прибавляли всей картине шарм. — Чего стоишь? Садись или твой Метеор сейчас без тебя уйдёт провожать солнце.       Джисон растерянно кивнул, закусывая губу и растерянно отводя взгляд, неуклюже вскарабкался на высокое животное. С его растяжкой всегда всё было плохо и чего только стоит вставить ногу в стремена. Вовсе нет, он умеет ловко и грациозно взбираться на лошадь, просто сейчас засмотрелся на старшего и на мгновение задумался. Как говорится: поспешишь — людей насмешишь?       — И куда мы направляемся? — поинтересовался Хан, направляя жеребца вслед за Минхо, придерживая небольшую дистанцию, но так, чтобы старший слышал собеседника.       — К берегу моря, — услышав это, Джисон ещё больше воодушевился. Чувство свободы окрыляло его: пронизывало сквозь каждую клеточку, забирая тягостные муки и думы о «будущем».       Ли украдкой взглянул на младшего, тут же ухмыляясь столь счастливому виду.       Хан молча разглядывал спину старшего, в тайне восхищаясь его сноровкой и подготовкой. Рядом с ним, невольно, чувствуешь себя в безопасности. Он вспомнил слова Феликса. Ох, чёртов лис Феликс… Знает же, как взглянуть правде в глаза и перестать заблуждаться…       Правда ли это только «привязанность» к старшему?       Правда ли он к нему чувствует только «братскую» и «дружескую» любовь? Кто же для него «Ли Минхо»?       Из-за своих мыслей, Джисон и не заметил, как они выехали далеко за пределы дворца, сошли с главной дороги и уже скрылись в лесу.       — Ханни, мы скоро будем на месте. Нужно прибавить ходу, если мы хотим увидеть заход солнца, — на этих же словах Ли Но пару раз прижил икры ног к боку лошади, одновременно причмокивая губами, тем самым побуждая лошадь бежать лёгкой рысцой.       Джисон не успел дать команду «рысью», как Метеор активно двинулся вперёд за старшим, фыркая под ноги.       — Хён, скоро ли мы приедем? — проныл Джисон спустя десять минут активной рыси, догоняя и равняясь со старшим.       — Уже, — выезжая из леса, заключил Минхо, переводя серого мерина в шаг.       — О-ого!.. — удивлённо воскликнул Хан, наблюдая, как густой лес плавно перешёл в прибрежный берег моря. — Я и подумать не мог, что неподалёку от дворца есть такое прекрасное место.       Ли снова усмехнулся, разглядывая удивлённого младшего. Тот выглядел как маленький радостный щеночек, готовый от переполняющих его радостных чувств взорваться.       Лёгкий порыв ветра дул с моря, неся за собой свежие нотки бриза, путаясь в волосах парней и даря неописуемое чувство свободы. Младший вдохнул полной грудью, улыбаясь и разглядывая местность вокруг. Лес заканчивался небольшим крутым обрывом, переходя в прибрежный берег, который простилается на огромное расстояние вдаль. Морем, которое манило своей свободой. Оно было до того огромным и бескрайним, что невольно чувствуешь трепет в груди, предвкушение чего-то невероятного.       Метеор плавно передвигался по песку, будто бы плывя — Джисон это ощущал, движения лошади были плавными, словно парень был не в седле, а прямо сейчас покачивался на волнах. Хан удивлялся: насколько же это место было огромным?       — Эй, Джисон-и, догоняй! — подъезжая почти вплотную и легонько толкая младшего в плечо, задорно воскликнул Минхо, прежде чем не пустить лошадь в галоп, устремляясь вперёд по линии берега.       Всё произошло до того резко, что Джисон сперва не отреагировал, всматриваясь на удаляющегося вдаль старшего. Однако Метеор понял предложение Минхо и, заметив, как серый мерин рванул вперёд, стал активно топтаться на месте, прося движения.       — Скачки решил устроить и, не предупредив, рванул? — усмехнулся Джисон столь ребяческой ситуации, слегка прижимая ногу к боку лошади для команды. — Воуу-воу, дружище, тише…       Гнедой жеребец резко рванул вперёд, импульсивно отталкиваясь задними ногами и единственная его цель: догнать Минхо. Хан немного отпустил поводья и, лишь придерживая их у края седла, дабы они не свалились под копыта, дотронулся рукой до шеи, поглаживая и придерживаясь за гриву для равновесия.       Ветер пронизывал насквозь, а скорость и вовсе будоражила юношескую душу. Джисон смеялся, поглаживая мускулистую шею животного и давая ему полную свободу действий, ведь он знал, как Метеор любил набирать скорость, сливаясь с ветром воедино. Стук копыт и стук собственного сердца в ушах сливались в прекрасную мелодию. Он нёсся по воде, от чего брызги воды разлетались в разные стороны, от чего Джисон и сам немного взмок, но даже это приносило душе огромное удовольствие.       — Мы почти его догнали, ты молодец, Метеор, — Джисон шептал жеребцу слова поддержки, от чего лошадь только больше набирала скорость, теперь уже стараясь сравняться с серым мерином.       И когда ему это удалось, младший повернул голову к Ли, пытаясь словить зрительский контакт. Минхо, заметив это, мягко улыбнулся, протягивая руку и не сводил глаз с Джисона. Хан на пробу коснулся ладони, другой рукой всё так же держась за гриву, а в другой момент хватаясь за руку и переплетая пальцы с чужими. От такого действия по всему сердцу разливалось странное тепло, которое согревало юношескую дружбу.       На долю секунды для Джисона перестало существовать в этом мире всё, кроме Минхо и кроме несущихся вдаль лошадей. И будто бы время на долю мгновения притормозилось, позволяя Хану рассмотреть прекрасное лицо старшего. Позволяя ощутить поднявшийся пульс и ускоренный стук сердца, и это явно не от скорости движений. Он чувствовал себя странно, но, что самое главное, это не казалось чем-то неправильным. Это точно не чувства младшего брата к старшему. Это нечто большее.       Джисон счастлив находиться с Минхо здесь и сейчас, нестись вперёд на огромной скорости по берегу моря и держать его за руку.       Минхо ещё раз улыбнулся, крепко сжав, а после разжимая руку, возвращая её на поводья и останавливая свою лошадь. Хан поспешил сделать так же, переводя дыхание и успокаивая взбудораженного движением Метеора.       В тишине они прошагнули минут 10 и ни один из них не смел нарушить это мгновение. Время, когда мозг переваривает все недавние события и время, когда рождаются новые вопросы. Но что самое главное: оба парня были счастливы находиться в этой тишине, иногда переглядываясь друг на друга, а потом, как ни в чём не бывало, смотрели вдаль горизонта.       — Остановимся на малое время тут, дадим лошадям время перекусить и передохнуть, — первым осмелился нарушить тишину Минхо, останавливая серого мерина и наклоняясь к шее лошади, поспешил спешиться.       Хан кивнул, останавливая и слезая с Метеора. Парень оглянулся вокруг, замечая, что остановились они не так далеко от моря, но достаточно, чтобы прибрежный песок сменился зелёной травой.       Это была небольшая лужайка с не сильно высокой травой. Джисон поспешил расслабить подпруги, дабы в дальнейшем не возникло проблем при перекусе. Минхо же и вовсе снял седло, уздечку, полагаясь только лишь на доверие между ним и серым мерином. И если признаться, то Джисон был удивлён этой решительности.       — Отпусти и ты его, — послышалось от старшего, от чего Джисон сперва усомнился: а правильно ли он всё расслышал? — Сними седло, уздечку, позволь ему на мгновение быть лошадью, — повторил Минхо, замечая явные вопросы на лице младшего. — Просто доверься ему.       Джи ещё какое-то время колебался, поглядывая то на поводья в руках, то на лошадь Минхо. В конце концов он кивнул, снимая седло и уздечку, вынимая железо из-за рта Метеора и пару раз погладив по морде, отошёл на шаг назад.       И младший ожидал, что Метеор помчится вдаль, убежит, но жеребец только лишь фыркнул, опуская голову вниз и принялся беззаботно щипать траву.       — Видишь? Что я тебе и говорил, — одобрительно кивнул Минхо, располагаясь у поваленного дерева.       — Где ты этому научился? — поинтересовался тот, присаживаясь рядом с Минхо, но придерживаясь мнимой дистанции.       — Я этому не учился. Я просто делаю то, что велит мне моё сердце. Я прислушиваюсь к лошадям, разговаривая с ними через язык тела. Я просто это делаю. Не знаю, как объяснить тебе, — озадачился старший, потирая рукой затылок.       — В любом случае, хён, со стороны это выглядит очень круто! Я думал, что Метеор помчится вперёд, а он просто остался кушать траву, — признался Джисон. — Минхо-хён, почему ты стремишься быть при дворце?       — Потому что только так я смогу обеспечить свою семью материальным достатком. Я стремлюсь попасть в королевскую гвардию, тренируюсь день изо дня, потому что я должен быть сильным. Я должен суметь постоять не только за близких мне людей, но и за себя, Джисонни, — Минхо звучал более чем понятно, и Джисон на каждое его слово понимающе кивал головой.       Пока один стремился быть при дворце, второй же мечтал оттуда сбежать.       — Когда я буду близок к совершеннолетию, мой отец наймёт мне телохранителей. Хён, ты можешь стать одним из них и тогда ты достигнешь своей цели! — Джисон воодушевленно повернулся к Минхо, улыбаясь, от чего его пухлые щёчки казались ещё милее. — И тогда мы сможем каждый день видеться!       Минхо не смог сдержать смешок, приглушая его в кулаке. Хан сперва не понял, что в его словах могло быть смешного, поэтому в недоумении поднял бровь вверх.       — Хён, что смешного-то?       — Ханни, ты такой милый, когда тебе в голову приходят какие-то идеи, — он до сих пор не сдерживал смех, поглядывая на младшего. Джисон расслабился, улыбнулся, и уже в другое мгновение задорно смеялся вместе со старшим. В конце концов, смех Хо был слишком заразен. — Но если серьёзно, то я подумаю над твоим предложением, честно, обещаю.       — И мы всегда-всегда будем вместе? — со всей чистотой в душе, спросил Джисон, отводя взгляд от старшего на подошедшего к нему Метеора, поглаживая мягкий, розоватый нос.       — Всегда-всегда… — повторил Минхо, будто бы пробуя слова на вкус. — Но тебе нужно будет немного подождать, чтобы это всегда-всегда наступило.       Джисон в недоумении взглянул на Минхо, встречаясь с многозначительным взглядом старшего. Обычно, он мог понять Ли, но сейчас нет.       — Что? Что ты имеешь ввиду? Хён, я немного не понимаю. — Джисон встревожился, ведь это неопределённое чувство в его груди с каждой секундой укреплялось. — Хён?       — Не бери в голову, Джисонни. Смотри, солнце садится за горизонт, мы успели к закату, — Минхо перевёл взгляд в указанном направлении, стараясь смягчить это ощутимое напряжение в разговоре.       Закат и вправду был прекрасен. Солнце медленно опускалось за границу моря, окрашивая небо в алые краски, словно там на небесах кто-то пролил свою кровь. Облака окрашивались в мягкий розовый цвет и последние лучи солнца попадали на волосы Минхо, от чего те будто бы блестели в последнем солнечном свете.       — Вау, это очень красиво, спасибо, Минхо-хён… — выдохнул Джисон, будучи полностью увлечённым заходом солнца.       Пока Хан рассматривал алое небо, Минхо же неотрывно смотрел на младшего. Старший разглядывал его пухлые щёки, губы, нос, кончики волос, что самую малость прикрывали глаза. Почувствовав на себе чужой взгляд, Хан повернулся к Ли, замечая, как тот широко улыбается, а в глазах точно звёзды сверкали.       — Хён? Ты чего?..       — Джисон, пообещай мне, что к нашей следующей встрече ты будешь сильным, научишься держать оружие в руках и сможешь постоять не только за себя, но и за своих близких, — Минхо говорил со строгостью в голосе, от чего Джисон снова задавался мнимыми вопросами.       — К нашей следующей встрече? Хён, что ты этим хочешь сказать? — Хан заметно напрягся, нахмурив брови.       — Ханни, доверься мне. Пообещай мне, пожалуйста, что к нашей следующей встрече ты будешь сильнее, чем сейчас.       Джисон выдохнул, понимая, что спорить бессмысленно, просто потому что не переспорит его. Он не любил тренировки, но Минхо вынуждает на обратное.       — Ладно, я обещаю. Хён, я обещаю, что к следующей нашей встрече я смогу постоять за себя, буду хорошо сражаться и смогу защитить близких мне людей, — младший поднял руку рядом с собой на уровне своей головы, от чистого сердца толкуя обещание.       И, услышав это обещание, Минхо успокоился. От строгости и серьёзности след простыл, теперь старший выглядел умиротворённым, расслабленным.       — Спасибо, Ханни. Храни в своей душе это обещание.       Ли встал с земли, отряхивая подол плаща и подзывая к себе серого мерина, присвистывая. Лошадь оторвалась от травы, медленно подходя к своему хозяину. Джисон понял, что пора возвращаться домой, хоть этого и не хотелось.

******

      И с того самого захода солнца Минхо больше не появлялся во дворце. Джисон не замечал его первую неделю, потом вторую, третью. Никто о нём не вспоминал, словно бы этого человека и не существовало в этом мире.       Минхо ушёл в неизвестность, оставив младшего с одним обещанием. Хан ничегошеньки не понимал, а юношеское сердце воспринимало всё совсем болезненно.       С момента его ухода, Джи по истине ощущал себя во дворце одиноким, не своим. Его желание наконец-то отсюда сбежать только возрастало. Отношения с семьёй с каждым днём ухудшались, всё больше и больше. В конце концов в него летели разного веса оскорбления, и теперь Хан старался соответствовать их словам.       Ему пришлось тренироваться день изо дня, игнорировать боль и ломоту в мышцах. Не сказать, что он был рад тренировкам с Хёнджином, но техника боя брата чем-то напоминало технику Хо.       Всё что осталось - это воспоминания о минувших годах и чёртово обещание от старшего. Обещание, которое вроде и тянуло вниз, а вроде и наоборот: было смыслом не опускать руки и идти вперёд.       Жизнь будто бы вернулась в нормальное русло, словно ничего и не было. Словно такого человека, как Ли Минхо, никогда и не существовало. Порой даже казалось, что Хан сам выдумал себе друга, и впрочем, это похоже на поехавшую катушку.       Джи даже не смог понять всех своих чувств к Ли, а сейчас он чувствовал злобу в перемешку с тоской. Злобу от того, что Минхо внезапно пропал из его жизни, так и ничего не объяснив.       Но Вы наверное скажете: а как же надежда?       О да, надежда и вправду существовала.       Прошло четыре года и Джисон каждый раз прокручивал эту ситуацию у себя в голове. Он помнил, как Минхо говорил про "следующую встречу". Каждый раз, вспоминая эти слова, в его наивной юношеской душе зарождалась непоколебимая вера с надеждой.       В нашу следующую встречу...       Верно.       Он появится.       Нужно просто подождать.