Промысел звезд. (часть I) Волею Судьбы

      «Что это за место?» – преисполненный ужасом задавался вопросом Джим Райнор, пытаясь подняться с холодного основания, напоминающего землю родной планеты, на которой он уже давно не был. Тяжело, словно на нем были пудовые гири, он начинал приподыматься, медленно вставая на колени. Одет он был в черную мантию, похожую на одежды, в которые обычно облачались лорды миротворческого альянса центральных рубежей. Левая рука его имела странный вид. Внешне казалась обугленной. Черные сосуды вместо привычных вен, рельефно возвышались на мускулистой конечности, тревожа своим видом. Первым делом, на что обратил внимание Джим: это на местную атмосферу, которая сильно на него давила, причем не сколько физически, сколько психологически. В воздухе витало нечто пугающее, пронизывающее холодом его существо. Джим ничего не понимал и не слышал, однако мысли в его голове предупреждали о какой-то надвигающейся опасности. Джим, преодолевая невидимые силы гравитации, сумел подняться на ноги и осмотреться. То, что открылось взору, заставляло его недоумевать.       Мерцающее фиолетовое небо, усеянное звездами, имело, как и все вокруг, матовый темный окрас, с незначительными пурпурно-алыми пятнами, похожими своей формой, а точнее бесформенностью, на облака. Приглядываясь более внимательно в небо, Джим, словно, каждой клеточкой своего сознания чувствовал силу, которая не отпускала его ни на мгновение. Небо было удивительно красивым. Ничего подобного, завораживающего дух, Райнор не встречал никогда, и даже не представлял себе подобного. С открытым ртом он продолжал всматриваться в вечность, находясь в здравой памяти, но при этом ничего не понимая. После того, как таинственное небо немного отпустило его внимание, затем глаза устремились на бескрайние просторы вокруг, постепенно привыкая к их враждебному отношению к себе. Пейзаж стоял жутковатый. Сумрак, в котором мало что различалось, кое-как поддавался глазам Райнора. Всюду преобладал мрачно-синий цвет с различными холодными оттенками. Синяя равнина с единичными, похожими на растительные кусты, туманными предметами, уходила далеко за горизонт, на котором возвышались три огромные горы, причем одна из них имела необычный вид, а именно, выглядела неестественно, напоминая собой больше сооружение, сотворенное каким-то зодчим, нежели природой. Джим присмотрелся вдаль. Безмолвное пространство ничего не говорило, лишь намекало на присутствие тайны.       Не зная почему, но Райнор пошел вперед, сквозь пелену ночи, к горам. Именно прерывание гармонии равнин, переходящих в нечто зовущее величием над горизонтом гор, влекло его к себе. С трудом он начал переставлять ноги, направляясь к цели, которая как будто начинала взывать к себе. Взывать голосом, идущим, откуда-то не снаружи, а изнутри; изнутри его сознания. Не задумываясь, Джим шел, все больше и больше преодолевая силу сопротивления планеты. С каждым шагом глас взывал к нему все громче. Джим не понимал, как он все это мог слышать и зачем подчиняется. Но, так или иначе, он шел, поддаваясь зову. Он проходил холодную землю метр за метром, пробирался через камни и густые, словно паутины огромных пауков, заросли, листва которых больше походила на сгущенные клубы чуть светящейся энергии, проникающей сквозь его тело. Когда Райнор перешел на бег, то у него в мозгу возникало ощущение, что за ним идет погоня. Нечто преследовавшее его обладало невероятной энергетикой, дающей сознанию понять только одну вещь: что останавливаться было нельзя. Джим ускорялся, ощущая, как зловещий дух ускоряется наравне с ним. Могильный холод пронизывал человека, но он продолжал бежать к горе.        Бег, казалось, был вечным, Райнор начинал отчаиваться, безнадежно глядя на спасительную для него гору, которая преображалась. В синем сумраке Джим смог разглядеть легкое мерцание центральной горы, словно легкие волны энергии проходили по ее поверхности. Джим заметил, что гора точно была ничем иным, как чьим-то творением. Это было что-то вроде огромного храма, который бесконечно возвышался в глубину тяжелого неба, касающаяся его своей заостренной верхушкой. Не зная, почему, но Джим был уверен, что там, в храме есть нечто, что ожидало его приход.        «Зачем я туда бегу? Чтобы спастись или спасти?.. Чтобы убить или погибнуть самому?» – спрашивал человек, боясь узнать ответа. Сумбур происходил в его голове, он начинал теряться.       Джим продолжал бежать, выбиваясь из сил. Когда силы покинули его, гравитация вдруг перестала сокрушать своей мощью, и сознание планеты стало благосклонным. Становилось легче с каждым мгновением, и в его голове поселилась мысль, что он сможет дойти до таинственного храма, безустанно взывающего к себе. Но эти мысли были лишь мгновение. Нечто, гнавшее его вперед, с невероятной силой врезалось в него со спины. Пронзающая боль охватила его тело, каждая мышца, кость, сустав, каждая клеточка его материи содрогнулась от боли. Нечеловечной боли, от которой было невозможно скрыться. Райнор завопил что было мочи, и, рухнув на землю, стал биться в судорогах. Все смешалось. Вдруг он захотел проснуться, понимая, что все, что происходит это всего-навсего сон. «Но, как же эта невыносимая боль?» – спрашивал он, отчетливо ощущая ее реальность. С истошным криком Джим поднялся на ноги и остатками здравого сознания обратился к храму. Его подсознание ударило в самое сердце каменного массива, после чего верхушка вдруг озарилась ярким светом. Свет начал разрастаться, ослепляя Джима. Потом, световой поток в виде тонкого луча оторвался от верхнего кончика горы, ударяя потоками вибрирующей энергии в небо, пронзая собой всю встречающуюся на пути тьму. Тьма мгновенно стиралась под ярким свечением храма, исходившего бесконечным световым потоком, покрывающим все вокруг. Спустя мгновения, ослепительная энергетическая волна пронеслась во все стороны от храма, касаясь земли и неба одновременно, достигнув и Джима, не способного уйти от столкновения. Свет рассеял его. Он чувствовал, как его руки, ноги, голова и тело стираются под напором энергии, подобно тому, как стирается дым, от воздействия на него сил ветра. Чувствуя, как организм начинает исчезать в лучах яркого света, не в силах сдерживать боль и ужас, Райнор издал последний вопль, который быстро поглотился гулким шумом. Осознавая, что это конец, Джим переставал сопротивляться, целиком растворяясь в энергии, силе которой не было конца…              Подпрыгнув, Райнор резко соскочил с кровати. Тяжело дыша, покрытый холодным потом, ничего не понимая, фактически, в паническом состоянии он начал разглядывать место своего пребывания. Ничего не узнавая, испуганно, он продолжал вертеть головой из стороны в сторону, постепенно привыкая к освещению и странной расплывчатости перед глазами, которые сильно болели.       – Спокойней, спокойней… – вдруг послышался нежный женский голос, где-то совсем рядом.       – Где я! Что со мной!? – барахтаясь в одеяле, отбиваясь от нежных рук медсестры, спрашивал Джим.       – Вы в госпитале, недавно только переведены с палаты интенсивной терапии, – продолжала объяснять женщина, не поддаваясь напору воина, все еще продолжая его укладывать на прежнее место.       – Что за бред! Я ничего не понимаю! – продолжал протестовать Райнор, вырываясь от благодетельницы.       – Успокойтесь, – продолжала медсестра, – Вами было получено тяжелое ранение в левое плечо. Помимо этого, у вас сотрясение мозга.  К нам вы поступили без сознания в очень тяжелом состоянии и большой потерей крови. Ваш организм был истощен. Мы спасли вам жизнь. Вам нечего бояться здесь…       – Здесь – это где? – постепенно начиная различать предметы, спросил Райнор, всматриваясь в абрис медсестры.       – В военном госпитале на космической станции ПМ-1.       – Что!?       – Давайте я сделаю вам успокоительного?       – Нет!! – вырывался Райнор, пытаясь встать.       Соскочив с кровати, оторвав при этом от крепкого тела провода и некоторые медицинские аксессуары, Джим дернулся в сторону, тут же врезавшись в стену. Продолжая размахивать руками и совершать необдуманные рывки в стороны, нащупывая таким образом выход, он никак не хотел идти на контакт, находясь в неадекватном состоянии.       – Ну, успокойтесь же вы! – уже начинала нервничать медсестра. – Я вам даю слово, что никто вам не навредит…       Сказанные медсестрой слова вдруг вразумили Джима. Что-то знакомое в ее фразе, шевельнуло его сознание. Он замер, начиная что-то припоминать. Быстрым потоком в его голове стали проноситься недавно пережитые моменты жизни. Ему вспомнились последние дни на МАР_САРА, ожидание и долгожданный прилет помощи, сражение, смерти, разговор с магистром…       Вспомнив все, Джим присел на одно колено, покрываясь потом, и чувствуя, что сил у него пока недостаточно.       – Вспомнили? – прозвучал голос женщины.       – Кажется, да, – ответил Райнор, уже почти различая все перед собой довольно хорошо.       Увидев перед собой приятную женщину медсестру лет тридцати, а потом то, что он стоял перед ней абсолютно голый, он резко одернул одеяло с кровати, чтобы прикрыться. Медсестра неловко улыбнулась. Джим Райнор начал наливаться краской.       – Простите, – произнес тихо он, не зная, что делать.       – Ничего страшного, – более легко улыбнулась медсестра, начиная подходить к Джиму, – побочный эффект от наркоза и восстановительных процедур.       Подойдя к Райнору, она потрогала его лоб, чтобы убедиться: нет ли у него жара. Райнор чуть вздрогнул от ее прикосновения, но больше не стал сопротивляться.       – Вы еще слабы. Необходимо немного полежать… – глядя медовыми глазами в голубые глаза Джима, сказала женщина.       Почувствовав тепло и запах женщины, сам от себя не ожидая, Джим утихомирился, замечая, как ужас после его пробуждения начинает улетучиваться. Вернувшись в кровать, Джим позволил медсестре восстановить все проводки, проходящие от него к медицинским датчикам. Попутно она сделала ему несколько уколов, от которых сонное состояние возвратилось.       – Я не хочу спать, – недовольно ответил он, еще не забыв прошлый кошмар.       – Вам надо набираться сил. Сон – лучший врач… – мило улыбнувшись, ответила медсестра.       – Не знаю, – выдохнул Джим, после чего вдруг заметил одну вещицу на форме медика, выполненную в черных и красных тонах. – Нас спасли силы Доминиона?       – Да, – сразу ответила женщина, заканчивая процедуры с телом Джима.       – До последнего не верил, – чувствуя, что начинает засыпать, иронично улыбнулся Джим.       – Отдыхайте…       Джим проводил женщину взглядом, начиная замечать, что в глазах начинает темнеть. Звуки медицинских приборов заглушались. Тело становилось тяжелым. Спустя мгновения Джим снова спал…       Уже через сутки Джима Райнора выписали. Собираясь на выписку, он внимательно рассматривал свою левую руку, которую восстановили после ранения. Было удивительно, но никаких следов старого ранения не было видно вообще. Провернув рукой несколько раз в плечевом суставе, Райнор с удивлением посмотрел на лечащего его врача и медсестру.       – Мы полностью заменили вам поврежденную сторону. Уверяю вас, что протез будет совершенно не хуже прежнего естественного плеча, – любезно объяснил врач.       – Все прекрасно… – задумчиво ответил Джим, замечая, что протез совершенно не ощущается. – Большое вам спасибо!       Солдат и врач пожали руки, искренне улыбаясь друг другу.       – Простите, что ничем не могу вас отблагодарить, – произнес Райнор, обнимая женщину медсестру, которая не сильно сопротивлялась объятиям крепкого мужчины.       – Ничего страшного, – улыбнулся врач, – лучшая благодарность – это, когда пациент здоров.       – Да, я здоров, – вдруг тихо сказал Джим, ловя себя на мысли.       Чувство какой-то перемены посетило его сознание. Джим смотрел на людей Доминиона, спасших его, и впервые за всю свою жизнь он не видел в них врагов. Довольный и несколько удивленный, Джим с благодарностью в глазах и сердце, смотрел на своих спасителей, каявшийся внутри за убеждения прошлого. Будучи человеком слова и чести, он понимал, что теперь, как минимум, перед этими людьми, он останется в долгу, который ни за что нельзя будет забывать.       Распрощавшись с госпиталем, Райнор отправился исследовать таинственное место, носившее название ПМ-1. Как и все прочие до него, Джим сильно был поражен тем, что открылось его взору. Фактически, технологическое Чудо Света, пренебрегающее всеми правилами логики, внутри которого теплилась жизнь, представало перед глазами человека, доселе не видящего ничего подобного.       Легкий трепет охватил его сознание, когда он узнал, что это такое. Уважение и одновременный страх стал возникать у Райнора перед доминионцами, наглядно доказывающими истинное величие человеческого развития. А с учетом того, что Джим последний десяток лет проводил на отшибе дальнего рубежа Конфедерации, забывшей о том, что время имеет такое понятие, как неустанное движение вперед, так данность ПМ-1 для него была ничем иным, как фантастикой, сумевшей стать реальностью.       Очень долго Райнор бродил по коридорам космической станции, заходя то в одни, то в другие, разрешенные людям его статуса, помещения, каждый раз удивляясь все новым открытиям, которым, как он обратил внимание позже: не было счета. Проходя очередной сектор станции, Райнор повторял словосочетание: «Быть того не может», начиная где-то в глубине души даже радоваться тому, что стечение обстоятельств распорядились сделать так, чтобы он наконец-то покинул эту вечную зону отчуждения – колонию МАР_САРА.        Джим обратил внимание на то, что его передвижению по территориям ПМ-1 никто не мешал. Фактически его взору были доступны многие объекты на станции, за исключением единиц, которые, попросту сами по себе не привлекали его внимания. Райнор конечно подозревал в этом некоторый подвох, связанный с тем, что, будучи человеком, сильно отсталым от науки и цивилизационного развития, он все равно ничего не поймет, даже если увидит, но с другой стороны – откуда это могли знать доминионцы?       Возможно такой эффект вседозволенности был открыт благодаря его новой одежде выданной Доминионом, которая сильно раздражала в первое время, возможно, чем-нибудь другим. Ясно было одно – к людям с колонии МАР_САРА относились ни как к пленникам, ни как к беженцам, а именно, как к гостям, которым позволялось и доставалось все только самое лучшее, или приближенное к этому. Лишним доказательством умственных рассуждений Райнора было питание, выделенные модули для проживания, в которых было все, чего душа желала, начиная от необходимых, и закачивая всеми остальными, по сути мало необходимыми вещами.        Встреча капитана Райнора со своей командой произошла в одном из тренировочных помещений спортивных секторов станции. Радуясь факту выздоровления своего командира, весь отряд, за исключением гиганта Клифа, бросились к нему в объятья, не переставая расспрашивать и делиться своими впечатлениями. Шумно поприветствовав друг друга, когда эмоции чуть поутихли, Райнор обратился к Клифу, сидящему за тренажерным аппаратом, со стороны, хмуро наблюдая за происходящим.        Не спеша Джим подошел к гиганту, смотря своими голубыми глазами в его темные, скрывающиеся за хмурыми бровями.       – Рад тебя видеть, Клиф, – улыбнулся Райнор, протягивая руку к двухметровому гиганту.       – Здравствуй, кэп, – пряча взор, приветствовал Клиф, приподнявшись, пожимая руку в ответ.       – Извини, что не уберег наших, – сказал расстроенный Джим, не спуская глаз со здоровяка.       – И ты меня прости… – ответил Клиф, расстроенно посмотрев в глаза визави.       – С любым может случиться, это война… – кивнул Джим, приобняв друга, начав похлопывать его по могучей спине.       – Это был первый и последний раз, больше подобного не произойдет…       – Я знаю, – уверенно кивнул Джим, доверяя словам своего брата по оружию.       – Наконец-то громоотвод пожаловал, – смотря со стороны, вдохнул Скарт. – Думаю, теперь наши дела не будут столь неопределенными, как раньше…       – Да, Джим ему не даст спуску, – усмехнулся Макс, глядя на друзей.        – Остается теперь только определиться с целями, – неоднозначно сказал Самир, стоя в стороне от всех.        – Что ты имеешь в виду? – спросил Макс, с некоторым удивлением смотря на воина-призрака.       – Капитан так и не сказал, почему решил переменить свое мнение относительно стратегии магистра, – ответил призрак, не спуская глаз с Джима.       – Думаешь, в данный момент: это так важно? – спросил Макс, не довольно поглядывая на темнокожего солдата.       – Для меня очень важно, – ответил Дюран, сверкнув своими черными глазами.       – Давай, пока подождем, – предчувствуя что-то неладное, попросил Макс, вставая на пути Дюрана к Райнору.       – Мы уже несколько суток ждем, сколько еще можно? – не похоже на себя, говорил призрак.       – Я прошу еще немного, – вежливо протянул Макс.       – Ладно, – выдохнул призрак, чувствуя какое-то неприятное чувство, не дающее ему покоя. – Думаю, время еще есть.       – Есть, друг, – ответил Макс, положив свои ладони на плечи призраку.       – Как знать, – ответил Дюран, находясь явно не в настроении. – Так или иначе, а магистру я бы все равно не доверял…       – Я ему тоже не доверяю, – раздался голос Джима, – однако, этот человек спас нам всем жизни. Неприятно это осознавать, но это факт…       Никто не стал противоречить. Самир недовольно вздохнул.       – Ладно, с магистром все ясно, – махнув рукой, сказал Джим Райнор. – Давайте лучше подумаем, чего от нас хочет император Менгск? Как мне известно, его на станции до сих пор нет…       – Так точно, – кивнул Макс и все остальные следом.       – Я пока находился наедине с собой, ломал голову, какого черта императору, сумевшему создать это (показывая руками на все, что окружало его и его отряд), нужны какие-то задрипанные жители с какой-то забытой колонии? Вы бы видели, как там, в госпитале, меня обхаживали! Я себя, реально, почувствовал личностью дворянских кровей!       – Ну что, сестренку-то какую-нибудь там… – подмигнул Скарт Джиму.       – Скарт! Прекрати! – одернула своего мужчину Джен, не дав договорить предложение.       Райнор хитро улыбнулся, так и не ответив.       – А! молодец! – рассмеялся Скарт, толкая товарища в плечо.        – Шутки в сторону, – присоединился к разговору Самир, лицо которого становилось все более напряженным, – кэп, дело говорит. Какое может быть объяснение всему этому, какой от нас толк?       – Магистр, судя по всему, ничего не обсуждал с вами, – подытожил Джим, глядя на свой отряд.       – Почему не обсуждал – обсуждал, только толку? – ответила смуглянка Джен.       – Сказал ничего не делать, абсолютно, – добавил Дюран.       – Да, – усмехнулся Клиф, – сказал, что все сделает сам. Никому, сказал, никуда не вмешиваться!       – Ага, при этом добавив, что ответственность за каждого берет лично на себя! – усмехнулся Скарт.       – За двоих уже взял, – тихо добавил Клиф, сжимая огромные кулачищи.       «Гончие» расстроенно посмотрели в его сторону, разделяя с ним потерю.       – Странный он человек… – качнув головой, сказал Райнор, вспоминая разговор с ним с глазу на глаз.       – И не говори, – улыбнулся Макс. – Мы снова вернулись к нему…       – Ага, – улыбнулся Джим.       – А меня он бесит! – прогремел Клиф, направляясь к тренажеру со штангой. – Вы бы знали, как я себя сдерживаю, чтобы не накатить ему!       – Ты уже пробовал – ничего не вышло… – сказал шепотом Самир, которого услышал только Джим, тут же показавший жестом, чтобы призрак не совершал провокации.       Ухмыльнувшись, Самир кивком головы, дал добро Джиму, направляясь к беговой дорожке.       – Тем не менее, вопрос остается животрепещущим, – выдохнул Макс, ударяя о пол небольшой мячик, чередуя руки для совершения упражнения.       – Это точно, – выдохнул Джим, начиная делать легкую разминку. – У меня даже мыслей нет никаких. Хотя нет, есть одна, но она абсурдная!       – Делись, – улыбнулся Скарт, не освобождаясь от объятий Джен, полностью игнорирующий какие-либо тренировки, собственно, как и она сама.       Джим немного медлил, что-то соображая.       – Ну? – продолжал настаивать Скарт.       – Есть одно объяснение, и оно связанно с тем, что кто-то из нас всех является очень важным агентом Доминиона, жизнью которого ни в коем случае нельзя было рисковать там на колонии.       – Мысль хорошая, – улыбнулся Макс.       – И, в самом деле, абсурдная, – добавил Дюран, начинающий набирать обороты на беговой дорожке.       Джим неловко улыбнулся.       – Видимо, в самом деле, придется ждать ответов от магистра. Как бы нам неприятно от этого ни было бы, – произнесла Джен.       – Да, – выдохнул Джим, продолжая разминать руки и плечи.       Клиф, выжимающий двухсоткилограммовую штангу, начинающий покрываться потом, посмотрел на капитана, вспоминая, как безответственно он производил бомбардировку неприятельских войск, рискуя жизнью своих людей, в том числе и человека, стоящего напротив. Огромные мускулы, из которых вылезали, не менее большие, вены, пульсирующие кровью, с каждым выполнением упражнения, становились все объемнее, в местах изгибов, буквально, распирающих ткани, напоминающих надувные шары из плотного материала. Громко выдыхая, Клиф заканчивал упражнение, весь красный и разгоряченный. Спортивная майка гиганта была вся мокрая. Когда Клиф производил глубокие вдохи, швы на ней сильно потрескивали.       – Как плечо? – спросил Клиф Джима.       – Очень хорошо, как не странно, – улыбнулся тот, напрягая мышцы. – Меня здорово подлатали в госпитале.       – В самом деле? – удивленно спросил Скарт, искренне радуясь.       – Да, даже шрамов не осталось, – ответил Райнор.       – Ну-ка покажись, – произнес Скарт, заставляя капитана раздеться по пояс.       – Да ладно тебе, что так не веришь?       – Конечно, не верю, показывай, свое тощее тело, – лез на рожон Скарт, которого поддерживали «гончие».       – Дай, я так покажу, – улыбнулся Джим, освобождаясь от притязаний товарища.       Очень легко Райнор встал на руки, почти не пытаясь поймать равновесие.       – Не плохо! – воскликнул Скарт, видя, что лидеру никакие боли больше не доставляют неудобства.       – Ага! – горя взором воскликнул Макс.       – А теперь, попробуем, как в молодости! – улыбнулся Джим, на покрасневшей голове которого, в области висков и лба, начали раздуваться вены.       – Кэп, может не стоит? – щурясь, спросила Джен, тревожась за лидера.       – Все в норме! – ответил Джим, начиная не без труда отжиматься на одних руках, продолжая очень искусно держать баланс поднятыми в воздух ногами.       – А ты по-прежнему силен, кэп! – не без восторга заметил Самир, удивляясь силе обычного человека, недавно отошедшего от старой травмы и недавних смертельных ранений, полученных в бою.       – Ага! – выполнив двадцать отжиманий на одних руках, ответил Райнор, вставая обратно на ноги.       Разминая пальцы, Джим сам восхищался совершенной работой. Сердце билось сильно, но в целом по всему организму растекался приятный жар.       – Теперь верю, – кивнул Скарт, похлопывая друга по плечу, которое было когда-то большой проблемой того.       – Как давно я не ощущал подобного, друзья, – загоревшись взором, произнес Джим.       – Мы рады за тебя, кэп! – улыбнулись Джен и Скарт.       – Да, судьба штука непредсказуемая, – выдохнул Клиф, выдохнув с некоторым облегчением, глядя на капитана.       – Я не верю в судьбу! – улыбнулся Джим, произведя несколько акробатических пируэтов.       – Понесло! – обрадовался Скарт.       – Пускай, он давно себе не позволял подобного, – сказала Джен, на глазах которой, проступили капельки слез.       – Пускай теперь наслаждается…       – Пускай, – улыбнулась Джен.       Самир видевший насколько хорошо восстановился лидер, сошел с дорожки, направляясь к нему.       – Кэп…       – Да, Самир, – повернулся Джим к призраку.       – Может, вспомним былое? – с намеком спросил Самир, хитро улыбаясь.        – Это было бы не плохо, но пока еще рано, – улыбнулся Райнор, зная, на что намекает призрак.       – Да ладно кэп, чего такого! Уверен: ты его сделаешь! – вспоминая состязания, которые проводились между призраком и Джимом в прошлые годы, хихикнул Скарт.       – Скарт, ты не перегибаешь палку? – как-то встревожилась Джен. – Он только что из госпиталя…       – Его починили. Смотри: лучше прежнего! Блин, он единственный из обычных людей, способный на равных биться с призраками!       – Дети… – выдохнула Джен, понимая, что с азартом мужчин ей одной бороться бесполезно.       – Не знаю, – не решался Джим.       – Давай, не в полный контакт? – улыбнулся Самир, соскучившийся по настоящей схватке, которую на колонии МАР_САРА в свое время мог обеспечить ему только человек, стоящий напротив, опровергающий все известные правила и гипотезы, касаемо обычных людей.       – Эх, искусители! – улыбнулся Джим, чувствующий внутри себя огонь, томивший его душу и который теперь рвался наружу.       Взяв тренировочные мечи оба воина, одним из которых обычный человек, а вторым воин-призрак, готовились к спаррингу. Смотря друг другу в глаза, воины некоторое время настраивали дух, готовясь к схватке. Взор призрака горел, как никогда за последнее время. Райнор был тоже взведен, но все-таки немного меньше своего оппонента. Еле заметная грусть все равно проскальзывала через его голубоглазое выражение лица.       – Только без фокусов, – улыбнулся Джим.       – Постараюсь, – ответил Самир и сразу же, не изменяя себе, помчался на соперника.       Никто даже глазом не успел моргнуть, как Дюран уже производил свой коронный прием: «прикосновение смерти», нацеленный точно в область сердечной мышцы. Только из-за того, что Джим очень хорошо знал своего оппонента и, особенно знал его, как отличного спарринг партнера, успел блокировать разящий удар, который, если не считать намеренно сбавленной скорости, был выполнен безупречно. Давно Райнор не ощущал такой трепет в душе и столь непривычную, сильную отдачу от удара, больно бьющую по рукам.       – Это ты называешь в пол силы? – выдохнул Джим, глядя на призрака.       – Да, кэп, давно ты не фехтовал, – улыбнулся призрак. – Продолжим?       – Погнали! – сказал Джим, теперь, сам начиная атаковать.       Люди отбросили все свои дела, с удовольствием начиная наблюдать за поединком. Джим Райнор агрессивно бросился на призрака, атакуя его по самым необычным траекториям, какими когда-то и славился, когда занимался искусством меча. Очень азартно, улыбаясь, горя взором, Самир отбился от всех атак, переходя в контрнаступление. Атаки Самира были куда прямолинейнее, но при этом более акцентированными и быстрыми. Джиму не без труда приходилось отбиваться и блокировать выпады, кое-как поспевая за не совсем обычным человеком.       На первых же секундах стало видно, что, даже обговорив правила, оба соперника не могли перебороть чувство азарта, которое невольно переводило их тренировочный спарринг в полный контакт. Если со стороны Джима Райнора это было вполне нормально, то со стороны призрака данность являлась тревожным звонком. Каждый, смотрящий за поединком, понимал, что если на мгновение Самир потеряет контроль над собой – все может кончиться трагедией или как минимум, серьезной травмой для их лидера.       Тем не менее, поединок продолжался. Оба соперника не без труда выполняли сложные выпады, контрудары, уклоны, не уступая друг другу. Лишь по внешнему виду соперников можно было сделать выводы, кому приходилось нелегко. Если Самир только периодически переводил дух, то Джим быстро покрылся испариной, чувствуя, что его организм просто полыхает от непривычного перенапряжения. Дыхание человека сбивалось.       – Кэп, мне кажется, что вы обманывали, по поводу того, что не занимались фехтованием, после того, как получили травму, – во время очередной паузы сказал Самир, абсолютно серьезно обращая внимание на свое замечание.       – Тебе это только кажется, – отвечал Джим, производя очередной выпад, удивляя все больше наблюдателей и самого Дюрана, заметившего довольно сильные перемены в атакующем потенциале своего старого соперника.       – Ну-ну! – отбиваясь, улыбался Самир, ловящий себя на мысли, что Джим бьется, нисколько не уступая своему оппоненту.       Легкое удивление охватило призрака, толком не понимающего, как такое было возможно. Естественно, пока призрак сдерживался, но сдерживающая сила была на пределе и гляди того была готова рухнуть под неистовым натиском Джима. Как только Самир позволил себе на мгновение отвлечься, Джим неумолимо стал перехватывать инициативу, угрожая каждым последующим ударом сокрушить оппонента. Данная возможность была полным нонсенсом, но так или иначе, а это было реальностью. Призрак не в шутку напугался, когда лезвие тренировочного меча, дважды едва не угодило ему по лицу. Однозначно Джим стал фехтовать лучше прежнего.       – Это невозможно! – восхитился Макс, глядя на то, как проходило сражение.       – Офигеть! – поддерживал Скарт, больше получающий удовольствие от зрелищности и эмоциональной составляющей схватки, нежели от ее технического исполнения.       – Их надо остановить, – поперечно всем, твердила Джен. – Они угробят друг друга…       Производя одну из своих сильнейших атак, Райнор кончиком меча сумел задеть шеи и плеча Самира, что повергло всех в шок. Впервые на глазах людей, призрак получал условное ранение от обычного человека в битве на мечах, пусть даже учебных. Дэ-факто Райнор мог уже считаться победителем, так как рана в шею вполне могла расцениваться за смертельную. Но, поддавшись эмоциям, Дюран, вдруг, потеряв контроль, все-таки нарушил поставленные перед поединком правила, невольно применив силу призрака в полной мере. Защитные инстинкты, выработанные с годами, также поучаствовали в срыве Самира, который совершенно механически, ускорившись так, что Джим просто не успевал этого заметить, контратаковал; еще и одним из любимых своих приемов, носивших название «дуга ярости». Выждав нужный момент, на невероятной скорости для обычного человеческого организма, призрак произвел этот размашистый удар, проходящий по горизонтальной дуге, от левой стороны своего пояса до верхнего отдела тела своего соперника.       – Черт! – успел только произнести Макс, как все было закончено.       Джим, невообразимым образом сумел удивить своего соперника еще раз. На скорости, которой не было объяснения, так, как даже сверхреакция не смогла бы заставить его уйти от подобного, он сумел уйти от удара, не позволив мечу Дюрана прикоснуться к себе. Однако в его мыслях успело пролететь только слово: «Успел…» – как вдруг, неожиданно в область груди обрушился второй удар, которого никак было не ожидать, и уж тем более, увидеть..       Джима отбросило в сторону на несколько метров от призрака.       – Самир, ты что спятил!? – побежал на помощь своему лидеру Макс, а за ним и все остальные.       Самир стоял молча в ступоре. В глазах читался испуг.       – Кэп! Ты как? – в одон голос кричали «гончие», тормоша того.       Откашливаясь и корчась от боли, Джим пытался встать.       – Ох, – выдохнул он, чувствуя, что его грудная клетка ходит ходуном, – Самирка, ты сломал мне ребра…       – Тебе надо в госпиталь, срочно! – тревожно кричал Макс.        – Согласен, – улыбнулся Джим, кое-как подымаясь на ноги. – Вот смеху то будет! Не успел выписаться, как снова возвращаться!       – Идиоты! – буркнула Джен, недовольно глядя на обоих воинов.       – Что есть – то есть, – улыбнулся Джим, после чего повернулся к призраку, испуганно смотрящему на него. – Хороший бой. Мне понравилось! Прямо, как в старые, добрые времена, да?       Самир только растерянно кивнул, не зная, что ответить.       – Кэп, ну как же так? – причитал Макс.       – Все нормально, – махнул рукой Райнор, – через сутки буду, как новенький!       – Вот черт! – усаживая Джима на одно из сидений тренажеров, продолжал злиться Макс.       – Извини, кэп. Не знаю, как такое вышло… – отбросив меч в сторону, произнес Самир, подходя к Джиму.       – Нормально, – улыбнулся Джим, – Это хороший знак.       – Какой к черту знак? Он едва твои внутренности не выбил наружу! – тревожно говорила Джен.       – Милая, спокойней, – шептал ей на ухо Скарт.       – Какое спокойствие, они едва не убили друг друга!       – Все нормально, еще раз говорю, – добро, но устало говорил Джим. – Если рамки призрака были взломаны, значит, я не зря старался. К тому же, если бы все было по-настоящему, то полученное ранение было бы смертельным для Самира. Истек бы кровью, засранец!       – Вы бы могли победить без потерь, будь немного по решительнее, – вдруг прозвучал голос из конца зала.       – Что? – изумленно спросил Самир, узнавший голос магистра, как и все остальные, но при этом, как и все, абсолютно не заметивший его псионического излучения.       – Магистр? – спросил Джим, глядя на стоящих в конце тренажерного зала человека в черном и его верной спутницы.       Магистр почтительно поклонился, приветствуя «гончих», начиная ступать вперед. Райнор искренне рассмеялся, абсолютно точно показывая, что не верит в слова, сказанные магистром. Но, несмотря на настрой Джима, магистр продолжал движение, игнорируя недовольные взгляды, исходящие от «гончих», особенно от Клифа. Милиса следовала за своим господином.       – Вы мне не верите? – спросил магистр, склоняясь над Джимом.       – Конечно! Это абсолютная глупость считать, что человек может одолеть призрака! – ответил громко Джим.       – Обычный человек?        – Да… – неоднозначно ответил магистр, тем самым сильно задев Самира и удивив всех остальных.       – Что вы имеете в виду, магистр? – спросил Макс, морща лицо.       – Ничего, – улыбнулся магистр, переводя тему. – Такие подготовленные бойцы, как ваш лидер, могли бы составить хорошую конкуренцию призракам Конфедерации.       – Чушь! – фыркнул Клиф, отходя прочь.       Магистр спокойно посмотрел в сторону гиганта, ничего не ответив. Клиф занял прежнее место, продолжая прерванные упражнения. Звуки скрежещущего металла и ударов блинов штанги заполнили тренировочный зал.       – Что вам надо, магистр? – морщась и тяжело дыша, спросил Джим.       – Собственно ничего, – ответил магистр, смотря то на воина-призрака, то на Джима. – Однако ваш поединок был весьма занимателен и, скажу честно, мне он очень понравился, даже несмотря на ваши фатальные ошибки… – после чего магистр заострил свое внимание на Самире. – Сказать честно, он меня заставил кое о чем вспомнить. О чем-то давно минувшем. Ваш стиль фехтования немного староват и прямолинеен, однако вы весьма эффективно с ним управляетесь. Кто был вашим наставником, не скажете?       Воин-призрак недовольно нахмурил брови и ничего не ответил, устремляя свои карие глаза на магистра. Он ничего не ответилТолько чувство вины перед Джимом не позволяло ему высказать все, что он думает на счет слов человека в черном облачении. Магистр словно читая своих оппонентов, продолжал медленно, но верно идти к своей задуманной цели. Джим только усмехнулся, совершенно точно не желая никаких разборок.       Призрака начинало трясти от негодования, вызванного фактической насмешкой в его адрес со стороны магистра. «Гончие» не решались вступать в возможный спор. Самир, после некоторого молчания встретился с Джимом взглядами, которые сразу же поняли друг друга без лишних объяснений. Недовольно выдохнув, Джим кивнул своему товарищу, давая тому волю действий.       – Фатальные ошибки со стороны кого, магистр? – спросил призрак, уже понимая кого имел тот в виду. Псионический всплеск вырвался от Самира в направлении магистра.       – Со стороны обоих, – произнес спокойно магистр, с совершенным безразличием воспринимая негативный посыл призрака. После чего выдержав паузу, решил добавить. – Но, со стороны вашего лидера это простительно, так как он только что из госпиталя и не является призраком. Чего нельзя сказать о вас…       – Даже так? – удивленно протянул Самир.       «Гончие» насторожились, немного отступая от призраков.       – К сожалению, да, – жестко ответил магистр, глядя точно в глаза призрака, начинающего сильно нервничать.       – В таком случае, может, подскажите, в чем была моя ошибка? – с усмешкой спросил Дюран.       – Пожалуйста, – кивнул магистр, делая пригласительный жест рукой. – Во-первых, ваша техника безупречна – спору нет, но она прямолинейна – это минус. Во-вторых, вы в очень хорошей форме, что не может не радовать, однако, на фоне господина Райнора это сделало вам медвежью услугу, вы слишком самоуверенно подошли к поединку, переоценив себя. В-третьих, вы довольно смелый человек, но не контролируете своих эмоций, а для призрака это смерти подобно. И в-четвертых, не каждый рискнет выполнять дуплетом две свои сильнейшие атаки, грозящие всего лишь малым недочетом с вашей стороны – лишить вас жизни.        Все, включая Дюрана насторожились, пытаясь понять, к чему клонил магистр.       – Это невозможно, – ответил уверенный в себе призрак.       – Это факт, – мгновенно парировал магистр. – Господин Райнор совершил всего лишь одну ошибку, которая в бою стоила ему жизни. Будь на его месте боевые призраки уровнем больше шестого, они бы не позволили себе этого…       Джим, как и все остальные призадумался, вспоминая бой с Самиром. Он понимал, что магистр намекал на последний эпизод, который как раз-таки фактически не запомнился ему, в связи со слишком быстрым исполнением. Дюран же, помнил все. И разбираясь в глубинах своего сознания, начинал бледнеть, опуская голову.       – Хотите сказать, что кэп должен был парировать удар, а не уклоняться? – вдруг спросил Макс, единственный, кто пытался думать не предвзято.       Магистр медленно кивнул.       – Бред! – прозвучал бас Клифа, бросившего после слов тяжелую штангу.       – Согласен, – кивнул Джим, полностью поддерживающий своих людей. – Это невозможно сделать. Удар чрезвычайно быстрый.       – Вы просто давно не выходили за пределы колонии и сильно отстали от жизни, – улыбнулся магистр.       – Хотите сказать, что мою «дугу ярости» возможно остановить? – недовольно спросил Дюран.       – Вместе с комбинацией «прикосновения смерти», – спокойно ответил магистр, разминая движениями шею.       – Что? – прозвучал вопрос Скарта и Джен.       – Удивительно, – не веря продолжал Самир, – и каким же это приемом?       – Обычным приемом «обезглавливания», с небольшим изменением в исполнении, которым является обратный хват, – ответил магистр, при этом пристально посмотрел на воина-призрака. Такое беспардонное вглядывание в оппонента было очень неоднозначным. Словно магистр пытался что-то прочесть на нем. Или что-то припомнить.       – Что это? – спросил Джим у призрака.       – Обратным хватом меча остановить мой прием?! – Насмешливо спросил Самир, не веря, что подобное возможно. – Вы слишком самоуверенны, магистр. Не желаете подтвердить ваши аргументы практически?        – Это уже давно прожитый этап, – ответил магистр, все еще продолжая что-то высматривать в призраке. Фактически сразу после легкого смешка в свой адрес, магистр продолжил, – Однако я буду не прочь его продемонстрировать вам…       Все насторожились. Даже Клиф снова присоединился к товарищам, зная, что такое зрелище упускать уже будет точно нельзя.       Самир заколебался, посматривая на лидера, который сам точно не мог знать, как поступить. Спустя некоторые мгновения размышлений, Самир дал магистру добро, понимая, что инициатива была все-таки с его стороны, и отказаться: было бы непозволительно.       Оба призрака вышли на центр зала, внимательно смотря друг на друга. Впервые Самир за последние годы почувствовал легкий страх, пробирающий его нутро. Еще никогда не перед кем он так не боялся, как перед человеком в черном облачении.       – Думаю, обойдемся этим оружием? – пошутил магистр, принимая тренировочный меч от своей помощницы.       – Поддерживаю, – неуверенно ответил Дюран, толком не зная, как реагировать.       – Ну, что, начнем? – спросил магистр, замечая, как Самир тут же произвел рывок вперед, только в несколько раз по силе превосходящий тот, что он демонстрировал Джиму.       Сразу же после первой атаки Самира Дюрана по магистру, все ахнули. Совершенно не видимым глазу образом, магистр уже держал свой меч у горла Самира, что обозначало поражение того.       – Давайте еще раз, но только без глупых ребячеств? – предложил магистр, отступая назад, при этом продолжая присматриваться к призраку еще внимательнее прежнего. Никто не видел перемену во взгляде магистра и уж тем более не понимал его цель, однако, действия магистра имели вполне логичные и объяснимые действия. Которые понимал исключительно только он.       Самир недовольно посмотрел на своих друзей, которые в свою очередь выглядели растерянными.       – Ты видела? – шепнул Скарт на ухо Джен. – Вот это скорость, я даже понять ничего не успел.       – Случайность, – ответила Джен, – Он сделал выводы из сражения его с кэпом. Не засчитывается…       – Тем не менее, он его поймал…       После первой оплошности, Самир собрал все силы в кулак, чтобы показать все, на что был только способен. Магистр невозмутимо ожидал, постепенно следуя к своей цели.       Совершенно не похоже, как было до этого, два призрака вступили в схватку. Крайне агрессивно Дюран взялся опровергать сказанное магистром, наращивая силу и ярость атак в сравнении с тем, что он показывал с Джимом. Магистр терпеливо и весьма умело (визуально без особых усилий) сопротивлялся напору призрака, большей частью уклоняясь от ударов, нежели парируя или контратакуя.       – А он хорош, – заметил Джим, совершенно точно определяя потенциал магистра.       – Да, уж… – согласился Макс, замечая, что, как бы это не казалось странным и не желанным, но магистр был куда сильнее и мастеровитее оппонента.       – Нет, – выдохнул Джим, внимательно глядя на битву двух призраков, – у меня точно не было шансов против него…       – Возможно… – задумчиво ответил Макс, оборачиваясь в некоторых раздумьях на своего товарища.       Тем временем Самир продолжал атаковать, постоянно держа в голове контрприем, который должен был провести магистр, в случае выполнения своей коронной комбинации. Магистр терпеливо ожидал, не показывая никаких сверхъестественных выпадов, с каждой атакой со стороны Дюрана, совершая провокации, чтобы призрак так или иначе, но применил свой прием «дуга ярости».       – Он его провоцирует, – улыбнулся Макс, прекрасно понимая обстановку складывающегося боя.       – Да, – кивнул Джим, не спуская глаз с призраков. – Интересно, поддастся или нет?       Самир не поддавался, сдерживая свои порывы проучить Магистра. Дюран понимал, что перед ним стоит необычный соперник. Он также чувствовал силу, исходящую от своего оппонента, с сожалением для себя понимая, что магистр намного превосходит его по навыкам владения мечом. Но, даже свыкаясь со своим более низким уровнем, он продолжал сопротивляться, надеясь победить магистра как-нибудь иначе.       Магистр в свою очередь все прекрасно понимал и чувствовал, совершенно не давая воли действий своему оппоненту, все более изощренно и рискованно заставляя того делать то, что надо было ему. Очень достойно складывался бой, и постепенно всем стало ясно, что Дюран не поддастся трюкам призрака в черном облачении, из-за чего магистр сильно начал обороты, фактически, прекращая вести поединок. Дюран все прекрасно видел и понимал, все еще не решаясь провести прием. Видя, что Самир все еще не уверен в себе, магистр пошел на совершенно отчаянный шаг – начиная в прямом смысле слова подставляться под удары. Дюран не принял правила игры на первый раз, Второй… Третий… Но, когда магистр уже откровенно перешел на игру в поддавки, Самир не выдержал…       «Значит так, да?» – подумал призрак, совершенно точно видя перед собой абсолютно незащищенную жертву, отпустившую меч, перед которой нельзя было сдерживаться. Концентрируя на открытом оппоненте всю свою силу и внимание, Дюран, все-таки, произвел коронный прием, разворачивая свою атаку неистово быстро, видя перед собой только беззащитную цель, которая никак бы не успевала отреагировать на выпад.       – Молодец! – воскликнул Скарт, видя только начальный момент атаки своего друга.       Все замерли. Атака Дюрана пронеслась за доли секунды. Раздался скрежет учебных мечей, после чего тишина. Когда все замерло, «гончие», полные удивления, включая самого Дюрана, открывши рот, смотрели на итог сражения, в котором магистр снова держал перед горлом призрака лезвие своего учебного меча.       – Как это возможно? – поднимаясь с места и разводя руки в стороны, спросил Клиф.       Тяжело дыша, темнокожий призрак, полный удивления смотрел в глаза своего соперника, почувствовав настоящий кошмар, обволакивающий его существо холодом все больше.       Магистр внимательно смотрел на Самира, продолжая держать меч у его горла. Удивительным было то, что в отличие от вспотевшего и тяжело дышащего призрака, магистр был совершенно свежим и, только теперь, приходящим в прежний невозмутимый покой. Как заметила Милиса, тревожные мысли отпустили ее господина. Тут она сама успокоилась.       – Ну? – спросил магистр, не отрывая глаз от призрака.       Самир ничего не ответил, медленно отпустил свой меч, признавая поражение.       – Нечестно! – воскликнул Клиф, лицо которого стало наливаться кровью. – Магистр все знал заранее!       – Тем не менее, Клиф, все было решено по обоюдному согласию, – произнесла Джен, поворачиваясь к гиганту.       – Все равно я не согласен! Это было нечестно! – упорствовал Клиф.       – А на войне вообще бывает что-нибудь честно? – вдруг спросил магистр, медленно поворачивая голову в сторону Клифа.       Увидев взор призрака, Клиф от чего-то ничего не смог ответить.       На некоторое мгновение воцарилась тишина. Все задумчиво глядели на призраков, в то время, как призраки, словно прислушиваясь к чему-то, смотрели друг на друга. Спустя некоторые мгновения, магистр и Дюран одновременно повернулись к выходу, в дверях которого стояло три едва заметных силуэта. Примеру призраков последовали «гончие», устремляя взгляды на пришлых.       – Здравствуйте, – небольшим поклоном поприветствовал магистр.        Только он произнес слова приветствия, как на него и Самира обрушились сильные псионические импульсы призраков. Совершенно спокойно магистр воспринял форму знакомства с людьми Доминиона; Дюран, изможденный двумя поединками, слегка дрогнул, не без труда принимая напор гостей.        – Весьма не дурно, – сказал один из троицы, делая шаг вперед, открывая свою наружность «гончим», магистру и его помощнице.        Псионическая атака стихла, давая Самиру немного восстанавливать силы. Смуглый человек в костюме призрака подошел к конфедератам. Следом за ним шли еще двое: один – светловолосый парень лет двадцати шести, и, другая – девушка, того же возраста.       «Гончие» настороженно рассматривали гостей, которые  точно также рассматривали их. Магистр, как и прежде, совершенно спокойно смотрел на призраков Доминиона, словно знал до мельчайших подробностей чего ожидать от каждого из них.       – Меня зовут Боск Горну, – поклонился магистру призрак.       – Думаю, нам представляться не стоит, – тактично поклонился призраку магистр.       – Думаю, вы правы, – улыбнулся смуглый призрак с блестящим взором. – Это мои коллеги: агенты Питер Краис и Сара Керриган…       «Гончие» недовольно окинули взглядом призраков. Магистр напротив, весьма уважительно, поклонился каждому из них.       Отличным взглядом от всех остальных выделялся Джим. Застывши на месте, Джим Райнор смотрел на женщину-призрака, и в глазах его стала читаться какая-то необъяснимая заинтересованность. Макс, словно знающий, что происходит, тревожно посмотрел на лидера, тяжело вздыхая.       – Какая красотка… – прошептал Скарт, невольно сравнивая ее со своей спутницей.       Джен ничего не отвечая, недовольно взглянула на своего друга, который резко одернулся от зрелища впереди. А смотреть на самом деле было на что. Женщина-призрак с изумрудными глазами в облегающем упругое тело костюме призрака, подчеркивающим ее изящные формы, спокойно стояла перед конфедератами. Очень чистое и красивое лицо, с небольшой надменностью во взгляде, невольно притягивало на себя взоры всего мужского состава. Темно-русые волосы, собранные в косу, со спины свисали почти до ее тонкой талии. На ремне, подчеркивающего ее и без того красивый стан, размещался пистолет ЭПШ-5 «Штурм» и ножны, в которые был вложен псионический меч. На груди ее, которая, не смотря на обтягивающий костюм, все равно была хорошо заметна, висела цепочка, на которой был закреплен странный брелок, напоминающий своими размерами маленькое колечко. С безразличием глядя на гончих, она, видимо, просто являлась сопровождающей.       Светловолосый призрак, вооруженный винтовкой и псионическим мечом, ничем не выделялся от себе подобных, каких было тысячи в Конфедерации. Стоял он позади Боска, также как и женщина-призрак, не вмешиваясь в события.       – Очень приятно, – произнес магистр, после приветствия устремляя свой взор на улыбающегося призрака. – Вы к нам по делу, я полагаю?       – А вы и в самом деле очень проницательны, магистр, – заметил Боск, не спуская своих горящих глаз с магистра. – Вы правы – мы по делу…       Все замерли, ожидая ответа.       – Император Арктурус Менгск ожидает вас… – добавил призрак, после чего среди конфедератов прошелся возбужденный шорох.       Не медля ни секунды, магистр бросил на пол тренировочный меч, направляясь к призракам. Милиса последовала за ним. «Гончие» кроме Райнора и Макса нахмурили лица.       – Эй, а как же мы!? – прогремел голос Клифа, поднимающегося на ноги.       – Император говорил только о магистре, о вас ничего не было сказано, – спокойно произнес Боск, отворачиваясь от удивленных солдат.       – Не понял? – делая несколько шагов вперед, прогремел басом Клиф.       На пути к Боску и магистру перед Клифом вдруг вырос призрак Питер Краис. Вид у светловолосого призрака был более чем уверенный. Глубоко вдыхая воздух, Клиф очень недобро посмотрел на стоящего перед собой человека, достающего ему кое-как до мощной груди.       «Гончие» замерли. Магистр и Боск повернулись, глядя на то, что происходило позади. Женщина-призрак, совершенно игнорируя происходящее, уже была снаружи тренировочного зала.       – Лучше не надо здоровяк… – предупредил светловолосый призрак, своей самоуверенностью приводя Клифа в бешенство. Он смотрел на него снизу вверх, но внешне он так переворачивал ситуацию, что все как будто было с точностью да наоборот.       Клиф хотел что-то возразить, но его остановил Райнор:       – Стой, Клиф!       Гигант, вздрогнув, повернулся к лидеру.       – Пусть идут… – корчась от боли, но вставая с места, ответил тот, смотря на магистра и призраков, что были у него в сопровождении.       – Но…       – Клиф… – покачал головой Райнор, не давая даже слова сказать.– Он прав, здоровяк. Лучше успокойся, – нагло улыбнулся Питер, после чего направился к своим.       Клиф, преступая через себя, отступил, рухнув от негодования на скамейку.       – Про вас, наш император тоже ничего не говорил… – остановив рукой Милису, сказал Боск.       Милиса удивленно посмотрела на своего господина, который в свою очередь спокойно смотрел на нее. Ничего не говоря ей, он слегка качнул головой, полностью объясняя одним жестом все, что было необходимо.       – А вот это уже интересно, – произнес Скарт, видя, что путь к императору открыт далеко не каждому.       – Это точно, – кивнул Самир, провожая недобрым взглядом уходящих призраков.       Магистр и доминионцы исчезли. «Гончие» и Милиса Виртет, в некотором удивлении, остались на месте.