Возрождение Водоворота

— Ну что же, вот мы и дома. — Расслабившись после того, как вся группа прошла через линию обороны непосредственно убежища, проговорила Акане. Когда последняя преграда в защищенное подземное убежище открылась, их уже встречали. — Вижу, зря времени не теряли, пока меня не было? — Да, Акане-сама, все делали в точности по плану. — Кивнула встречающая вернувшихся членов клана Марико, невольно улыбаясь, смотря на обилие красных волос среди пришедших. — Пойдемте, покажу где вам разместится. — Судя по тому, что я видела по дороге, внешний сигнальный контур на острове уже начали восстанавливать? — Спросила глава клана, поравнявшись с главным медиком оного клана. — Да, кое-какие работы велись, но только по периметру убежища. — Кивнула на ее слова та, мило улыбаясь детям, которые с живым интересом осматривали все по дороге. — Карун-сан сейчас руководит всеми работами на острове. Без вас он не решался приступать к работам по восстановлению центральной защитной печати острова. Да и к тому же он еще и ответственность за обучение молодых на себя взвалил. — Много? — Не очень. — Грустно произнесла та, тяжело вздохнув при этом. — Прямо сейчас нас двадцать восемь человек. Подготовку шиноби прошли все, но до звания чунина дотягивает шестеро, включая меня и Изао. Еще это звание можно дать Карун-сану, но он уже не молод, да и старые раны… — Понятно. Кстати, где сейчас Изао? — Он возглавил боевые силы клана… если их можно так назвать. Четверо вместе с ним занимаются выполнением миссий и доставкой припасов для нас. Как раз на днях планировал вернуться. — Как у тебя самой? Как Карин? — Хорошо, уже начала ее более активные тренировки. По медицине… тут все несколько сложнее, но проблем пока не было. Да и мой полноценный госпиталь сейчас простаивает по большому счету. Вы же знаете, я единственный подготовленный и обученный ирьенин. Взяла себе одного ученика, усердный и усидчивый, через пару лет из него вылеплю ирьенина С-ранга, а там глядишь и до В дорастет. — Понятно, что по остальным? — Кивнула Акане на полученную информацию и продолжила диалог уже после того, как расселили всех прибывших. — Какой у нас состав получается? — Два ирьенина, пятеро боевиков во главе с Изао, трое специализируются на барьерных печатях, один оружейник. Остальные пока не имеют четкой направленности, а часть из них… не сказать, что однозначно гражданские, но звание генина для многих из них потолок. — Ну, я бы не был столь категоричен. — Сообщил уже сидящий в кабинете главы клана Корун Узумаки, который тут работал за отдельным столиком сбоку от стола хозяйки кабинета. — Их можно натаскать, но… тут все же оно того не стоит. Рад вашему возвращению, Акане-сама. — Да, я тоже. — Сказав это, она прошла за стол и начала быстро просматривать бумаги, которые накопились за ее отсутствие. — Есть что-нибудь срочное для меня? — Нет, ничего особенного. Я разобрался с окончанием строительства убежища, отчеты у вас на столе. Отчеты по миссиям от Изао тоже там, я просматривал мельком, но ничего требующего немедленного внимания нет. По медицине, я думаю, вы уже все и так знаете. Можете кратко рассказать про тех, кого вы привели? — Шестеро боевиков, один мастер печатей со специализацией в барьерах, остальные взрослые и дети не имеют особых предрасположенностей. По крайней мы их не пытались выявить. — Покачала плечами глава клана, проверяя и уточняя отчеты по состоянию дел. Все-таки одно дело краткий устный доклад, и совсем другое полная картина. — Единственное исключение это один мальчик, Инами. Все же он на половину Учиха. Вполне возможно пробуждение шарингана. — Это… неоднозначная новость. — Тихо проговорила Марико, которая, как и Корун, прекрасно поняла, чем это может им грозить. — Вы ведь понимаете, что если в клане Учиха узнают об этом, то это может серьезно осложнить наше положение. Все же Учиха один из сильнейших кланов мира, к тому же один из кланов-основателей Конохи. — А учитывая то, что от Сенджу осталась одна их химе… — Покивал на ее слова Корун, переводя напряженный взгляд на главу. — Акане-сама, принимать их очень большой риск. На данном этапе ссориться с Конохой было бы крайне нежелательно. А учитывая то, что нам на восстановление понадобится минимум тридцать-сорок лет относительного мира, тем более. — Да все я понимаю, но нельзя сейчас по-другому. — Устало и даже слегка злобно проговорила та, переводя свой взгляд на двух членов совета клана. — Кен полноценный джоунин, его жена Мирухи мастер фуиндзюцу. Они нужны нам позарез. Понятно, что их светить нельзя, но даже так они принесут много пользы клану. — Я этого и не отрицаю. — Приподнял руки, в примирительном жесте, вверх, Карун, с легкой улыбку смотря на главу клана. — Просто лично я считаю, что риск слишком велик, но спорить не буду. Ты глава клана, тебе лучше знать, что сейчас нужно Узумаки, а что нет. — Вот и хорошо, не хотелось бы начинать пересуды по этому поводу. — С явным облегчением вздохнула та, растирая и массируя виски. — Нас и так слишком мало, а тут еще и внутренние конфликты… Ладно, идите пока знакомьтесь получше между собой. Когда Изао вернется проведем общее собрание клана, там и решим, что делать дальше. Общие планы и идеи я уже имею, но их надо еще проработать. Идите, я пока займусь отчетами и войду в курс дел. — Хорошо, мы пока пойдем и поможем с обустройством прибывшим. — Кивнул на ее слова Корун, направляясь на выход. — Только пожалуйста, тоже отдохните и не перенапрягайтесь. — Заботливо проговорила Марико, тоже выходя из кабинета вслед за Коруном. — Если вы сляжете от переутомления, то лучше уж точно никому не будет. — Да, спасибо. Постараюсь побыстрее закончить с бумагами. — Кинула та уже закрывающейся двери, полностью погружаясь в мир бумаги и чернил.

* * *

Уже ближе к вечеру Акане спустилась в общий зал, где сейчас собрались все те, кто сейчас составлял клан Узумаки и жителей острова Водоворота в целом. Прямо сейчас они просто разбились на небольшие группки по интересам и занимались своими делами. Больше всего, естественно, внимания привлекали играющие дети. После ее появления, те облепили ее со всех сторон и стали наперебой рассказывать какие-то свои бытовые мелочи. От подобной картины на душе у всех присутствующих взрослых становилось теплее. — Ладно-ладно, сейчас… — Проговорила та, когда дети таки уговорили ее что-нибудь спеть. Кто им вообще сказал, что она хорошо поет и вообще, кто был инициатором идеи? Уже неизвестно, но сама глава клана просто сдалась и, взяв в руки гитару прошлась по струнам, подгоняя их. — Хм… что бы такого сыграть… Думала она минут пять, как раз за это время успела настроить инструмент, а потом, неожиданно для всех присутствующих и для себя самой, заиграла песню, которая тронула души всех присутствующих без исключений. Именно эта песня Узумаки Акане в будущем станет известна как «Баллада Обреченных».

На ступеньках старинного храма В лабиринте прошедших эпох Мы стояли, нас было так мало Мы стояли и ждали врагов. Нам бежать бы, забывши о чести, Вроде ж нечего больше терять, Но сказал кто-то: "Мы еще вместе! Им нас не взять!" Спина к спине, плечом к плечу. Жизнь коротка, держись, приятель, Своею кровью заплачу, За то чтоб вы смогли остаться. Пускай сегодня день не мой Пока друзья мои со мною Мы справимся с любой бедой: Чертями, богом и судьбою. На донжоне старинного замка В лабиринте интриг и идей Мы стояли, до слез было жалко, Что не вывести даже детей. Только кто-то сказал: "Веселее! Мы друзьям дали слово дожить! Люди чести, дав слово, сильнее. Нас не сломить! " Спина к спине, плечом к плечу. Жизнь коротка, держись, приятель, Своею кровью заплачу, За то чтоб вы смогли остаться. Пускай сегодня день не мой Пока друзья мои со мною Мы справимся с любой бедой: Чертями, богом и судьбою. На опаленной адом высотке В лабиринте второй мировой Мы стояли, и рвал тайчо глотку, Чтобы брали побольше с собой. Он кричал: "Если есть еще силы, Чтоб не смели беречь для себя! Эй, братишки, вы, что там уснули? Смерть лишь одна!" Спина к спине, плечом к плечу. Жизнь коротка, держись, приятель, Своею кровью заплачу, За то чтоб вы смогли остаться. Пускай сегодня день не мой Пока друзья мои со мною Мы справимся с любой бедой: Чертями, богом и судьбою. На брусчатке заплеванных улиц В лабиринте больших городов Мы стояли, мы снова вернулись. Наши знания, честь и любовь. И сегодня, как лет через двести, Ад ли? Рай? Или там еще где? Кто-то скажет кому-то "Мы вместе! Спина к спине!"