Вихри юной гриффиндорки

Последние месяцы в школе выдались напряжёнными. Все выпускники этого года активно готовились к сдаче экзаменов. Времени оставалось не так много, а при этом надо было ещё успевать и за основной программой обучения. Больше всех волновалась Гермиона. Она была сама не своя после каникул Ведь едва увидев своего горячо любимого профессора, она поняла, что сердце её колотится так сильно, будто оно жаждет вырваться наружу и выпустить все накопившиеся внутри эмоции. Она видела его за столом в большом зале, видела в коридорах и, конечно же, на уроках. При каждом его появлении она чувствовала как температура её тела повышается, она краснеет, сердце бьётся чаще, руки начинают дрожать. И, что хуже всего, она теряет способность нормально разговаривать и доносить свои мысли. Она не может разговаривать столь же непосредственно, как до этого. Она начинает задумываться, правильно ли она говорит, не глупо ли это звучит, какие слова подобрать. Это происходит каждый раз, и даже тогда, когда он вдалеке и явно не может услышать её. Но концентрация её внимания сразу же резко падает. Язык заплетается, руки начинают нервно перебирать сначала волосы, потом одежду на себе. Гермиона осознавала все эти изменения, происходившие в ней при виде профессора Снегга. И она жутко боялась, что окружающие тоже это заметят. Поэтому Гермиона начала придумывать способ искусственно скрывать все эти знаки, которые контролировать она, увы, не могла. Она просто опускала глаза и начинала более энергично заниматься тем делом, которое в данный момент было с ней. Например, если она писала в тетради, то при виде Снегга Гермиона начинала более усиленно это делать, не поднимая головы и не глядя ни на кого вокруг, дабы не выдать своё волнение. Один раз это сыграло с ней злую шутку. Однажды Снегг заменял заболевшего преподавателя травологии. Он, как опытный специалист по всевозможным волшебным растениям, знал свойства многих ценных пород разных видов трав, которые не входили в школьную программу. И именно такую внеклассную, так сказать, лекцию Снегг и надиктовывал на замещённом занятии. Сердце Гермионы также сильно билось от волнения, как обычно. Он совсем не была готова к встрече с профессором в этот день. К слову, она стала замечать, как невольно стала слегка прихорашиваться перед занятиями по зельеварению. А тут, понятное дело, она этого сделать не сумела, и потому была ещё более растеряна из-за этого. Чтобы не выдавать своих чувств, девушка стала просто водить пером по бумаге тетрадного листа, делая вид, будто что-то пишет. Она углубилась в свои мысли и сильно увлеклась. К тому же, на днях у неё произошёл крайне неприятный разговор с Роном, который всё-таки добрался до неё, дабы обсудить тот вопиющий случай на Рождественском балу. — Гермиона, я так и не понял, объясни мне, что это было?! Почему ты согласилась танцевать со Снеггом? И почему потом ты сразу же сбежала с бала, ничего не сказав?! Что произошло? Он тебя обидел, что-то сказал тебе? И какого чёрта вообще он полез к тебе?! — Рон, я не могу тебе ответить на твои вопросы! Профессор Снегг подошёл ко мне и очень учтиво пригласил меня потанцевать. Ты в это время пошёл за напитками, а я хотела ещё покружиться в танце, вот и согласилась, - Гермиона пыталась говорить максимально непринуждённо, но внутри себя она ощущала необыкновенное чувство волнения и отторжения. Ей хотелось уйти и не вести больше этот разговор. Уж с кем-с кем, а с Роном обсуждать свои "отношения" со Снегом она точно не хотела, даже притворяясь, что он ей совершенно безразличен. — Вообще-то перед этим ты мне сказала, что устала и "хочешь перевести дух". Потому я и отправился за напитками, а ты должна была занять нам место. Почему ты обманываешь меня? - Рон уже был в отчаянии. И тут он осознал, - скажи, ты просто хотела отвязаться от меня? Я тебе надоел, или ты изначально не хотела идти со мной на этот бал? Гермиона не знала, что ей сказать. Ведь в чём-то Рон был прав. Девушка действительно не хотела идти на бал с Роном. Вернее, не хотела ни с ним, ни с кем либо другим. Она втайне мечтала о том, чтобы прийти на какой-нибудь величественный бал под руку с... Но тут её мысль оборвалась громким голосом Рона: — Я понял всё. Гермиона, но неужели я так плох, что ты ради того, чтобы отделаться от меня, согласилась танцевать с этим уродом? Неужели ты не могла прямо сказать мне всё? — Рон, конечно же, нет! Я не хотела от тебя отделаться! И я правда очень ждала этого бала. Просто.. Я не могу тебе всего рассказать. У меня сейчас сложный период, куча всего... — Только не надо снова заводить свою любимую песню об учёбе, - прервал её Рон, отчаянно пытаясь докопаться до истины, и, возможно, даже переходя границы, - ты ведь вовсе не из-за неё так переживаешь. Ты очень изменилась за последнее время. Но ты совершенно ничего не говоришь нам, своим друзьям. И мне. — Рон, я понимаю твои чувства и твоё негодование. Но, пожалуйста, дай мне время. Мне правда надо разобраться кое с чем. Я тебе обещаю, что я тебе всё расскажу, но только позже. У меня трудное время... — У тебя вечно трудное время, когда дело касается нас с тобой. Ты никогда не пыталась сблизиться. И даже мои попытки ты отвергаешь на корню, - с этими словами Рон встал с дивана, на котором сидел всё это время, и быстрым шагом пошёл к лестнице, направляясь в свою комнату в башне. Гермона была подавлена этим разговором. Как она может объяснить Рону, что воспринимает его всего лишь как друга? Да, было романтическое влечение у них обоих друг к другу, но это скорее была подростковая любовь. Такая чистая и нежная, и она оставила приятное послевкусие. Но это было и прошло. А Рон всё ещё испытывает к ней чувства... Это как будто метание меж двух огней на причале. Ты не знаешь, к какому из огней подойти и маешься между ними двумя, хотя перехватить обоих. Но придётся сделать выбор. Такие вот неспокойные мысли крутились в голове Гермионы, пока она сидела на уроке травологии и намеренно пыталась отвлечься от происходящего. Внезапно он снова почувствовала, как чей-то локоть (а именно, заботливой Джинни) сильно пихнул её, и Гермиона сразу услышала грозный голос, несколько раз повторивший её имя. — Мисс Грейнджер, Вы совсем голову потеряли? Может быть соизволите осчастливить нас хотя бы своим ментальным присутствием на уроке? Или вы так активно конспектируете мои слова? - Снегг раздражённо посмотрел на её тетрадку. Он выглядел явно сильно недовольным. Мало кто из студентов осмеливается вот так в открытую игнорировать присутствие Снегга, да ещё и не в первый раз. Гермиона, словно маленькая девочка, испуганно посмотрела на Снегга и лишь выговорила: — О нет, сэр, прошу прощения я просто отвлеклась и хотела кое-что пометить для себя... — Что же Вы там такого интересного для себя отметили, позвольте взглянуть, - и Снегг ловко выхватил тетрадку из рук Гермионы, которая попыталась было его остановить, но не вышло. Гермиона густо покраснела. Сейчас она испытает такое чувство стыда, какое до сих пор ни разу не испытывала. Снегг смотрел на её бессмысленные каракули в тетради и затем недоумённо уставился на Гермиону: — Мисс Грейнджер, уж такого я от Вас точно не мог ожидать, - при этих словах он кинул тетрадь Гермионы ей на стол и пошёл далее вдоль парт, продолжая свою речь о растениях. Гермиона неудомевала: "Почему профессор не оштрафовал Гриффиндор? Почему не высказал ей всё, что он о ней думает, как это обычно случалось ранее. Может быть, он внезапно подобрел или просто устал от всего? Но нет, вчера он жёстко отчитал Парвати Патил за испорченное зелье для снятия аллергии ядовитого гриба. А позавчера умудрился застукать Дина Томаса за шпаргалкой на контрольной, за что тот так же жёстоко поплатился. Нет, Снегг оставался прежним всё это время Но сейчас почему-то повёл себя странно". Вот так и проходили последние месяцы учёбы у Гермионы. Метания её души никуда не делись, как и чувства к человеку который, по её мнению, никогда не будет с ней. Джинни с Гарри в это время наслаждались друг другом, много проводили времени вместе. Они обсуждали планы на будущее, в том числе и свою будущую свадьбу. Теперь, когда война окончилась, можно было спокойно планировать подобные мероприятия и наслаждаться свободой и безмятежностью. Рон же теперь стал более замкнутым. После того разговора с Гермионой он пытался найти причину, породившую неопровержимую трещину в их отношениях. Гарри говорил ему, что Гермиона просто испытывает сильный стресс перед окончанием года и что для неё превыше всего сейчас достойная сдача экзаменов и поступление на работу. Хотя сам Гарри, конечно, понимал, что дело тут не в этом. Или, как минимум, не только в этом. Но как бы он и пытался выведать информацию у Джинни, та надёжно хранила все секреты, доверенные ей её лучшей подругой. Не меньше других героев терзался и сам Снегг. Он осознавал, что питает к Гермионе Грейнджер некое запретное влечение. То есть, не просто как к хорошему человеку, с которым хочется пообщаться и подружиться. Нет, это было давно забытое им чувство влечения к молодой интересной девушке. Но как же это было нелепо. Она отличница с блестящими перспективами на успешную карьеру. К тому же она красивая, общительная и привлекательная. Конечно, она найдёт себе достойного парня. Он будет также успешен и умён. А ещё он будет хорошо обеспечен. Да, такой девушке, как Гермиона, нужен достойный мужчина. "Старый, никчёмный, отработавший своё", как он сам себя называл, находится настолько низко по отношению к блестящей девушке, что даже думать о ней было бы для неё оскорблением. В общем, он просто отработанный материал, место которому разве что на утильзаводе. Но мысли о прекрасном просто так не прогнать. Снегг мечтал ещё раз поговорить с девушкой, но уже один на один. Прикоснуться к ней, взять за руку, как тогда на балу, наклониться и поцеловать.. Что это такое?! Разве может он такое думать?! Нет, надо бы уже отвлечься от этих нелепых фантазий и заняться действительно полезным делом. Но Снегг и не подозревал, что вскоре мечты его начнут исполняться..