Вихри юной гриффиндорки

Вечер перед выпускным экзаменами был нелёгким для сдающих. Большинство школьников предпочли не закидывать себя новыми знаниями накануне экзамена, а спокойно отдохнуть и набраться сил. Некоторые пошли погулять, чтобы проветриться и взбодриться. А может и просто, для настроения. Кто-то проводил время, как обычно, - сидя в гостиной или большом зале и общаясь с друзьями. Ближе к ночи большинство студентов стали расходиться по своим комнатам в общежитии. Не была исключением и Гермиона. Она сначала долго разговаривала с Джинни об их планах на лето, о том, как они вместе пойдут на работу в министерство. Правда, каждая своей дорогой. Гермиона больше симпатизировала политике и защите прав людей и разных видов существ. А Джинни также, как и Гарри, хотела наяву бороться со злом, и предпочитала судьбу воина-мракоборца. Девочки весело болтали, и Джинни как бы невзначай с хитрой улыбкой спросила у Гермионы: — А что же там у тебя с твоим "неподражаемым мужчиной"? Гермиона любила разговаривать с Джинни о своих чувствах. Но сейчас она толком даже не знала, как их выразить. — Джинни, честно говоря, даже не могу описать то, что думаю. Мне так стыдно за свои чувства... — Почему тебке за них стыдно? - прервала её речь Джинни. - Ты совершеннолетняя самостоятельная девушка, и это нормально - испытывать чувства к мужчине. Забудь уже, что он преподаватель, а ты студент, тем более что студентом тебе осталось быть недолго. Так что пора действовать! — Но ведь он такой непонятный. Может быть, его женщины вообще не интересуют. И если я начну что-то делать, он вообще придёт в шок. — Вот заодно и узнаем, интересны ему женщины или нет! Тем более, повторюсь, даже если ты попадёшь впросак, то всё равно ты скоро уйдёшь из школы и больше его не увидишь. Так и было решено, и Гермиона начала думать, как же ей предпринять попытки поговорить с профессором. Решив всё обдумать, Гермиона вышла из комнаты и пошла по направлению открытого коридора, из которого можно выйти на внутренний двор. Обычно там никто из преподавателей не ходит и не проверяет его ночами на предмет нахождения там полуночно гуляющих студентов. Гермиона решила, что подышать свежим воздухом ей не повредит. Она стояла около ограждения и смотрела в раму. Вдруг раздался громкий холодный голос, быстро приближаясь к ней: — Минус 20 баллов с... Мисс Грейнджер?! - Снегг явно был удивлён увидеть в ночных коридорах прилежнейшую ученицу Хогвартса и пример для подражания. Его охватило жаркое волнение от такой непредвиденной полуночной встречи. Кажется, едва ли ни впервые в жизни Северус Снегг растерялся. Тут смешивались вместе 2 фактора: и его чувства, которые он изо всех сил старался игнорировать, и их встреча в ночи, которая как с неба свалилась. Почему именно Он и именно Она столкнулись именно сейчас? Он же могли запросто разминуться даже в минуту. И тут при этой мысли у Снегга заиграл в душе некий страх. Но не от слова "страшно", а скорее в значении "сожаления".. Он продолжил говорить, пытаясь соответствовать своему строгому учительскому статусу, - Вы нарушили одно из главных правил школы. Вы что, первый раз вошли в эти двери и не знаете о них?! - Снегг слегка издевательски отчитал Гермиону. Гермиона тем временем была в некоем ступоре. Профессор стоял перед ней грозной фигурой, но она даже не испугалась его. Она захотела поговорить с ним, но не о строгих правилах школы. Она так хотела бы побеседовать с ним, как с человеком, узнать его поближе, понять, что за трагедии пережил этот человек. Она так хотела побыть с ним как женщина с мужчиной. И прямо сейчас она так порывалась просто подойти к нему и... Но Гермиона сдержала себя в руках и лишь произнесла: — Я виновата, профессор. Мне не спится, и я решила прогуляться и нагулять сон. Снегг замер в безмолвии. И Гермиона тоже. Они оба словно потеряли дар речи в один миг. Они просто стояли и смотрели друг другу в глаза. Наконец, Гермиона, мельком прокрутив в голове все свои размышления, разговоры с Джинни и разумные доводы, сама себя не контролируя, сделала шаг почти вплотную к профессору, приподнялась на носочках и, уже робче приблизившись к лицу профессора, нежно и едва уловимо прикоснулась губами чуть правее губ Снегга и почти беззвучно чмокнула губами. Она ощущала необыкновенное волнение в этот момент, и после поцелуя задержалась своими губами рядом с местом поцелуя, не сразу отпрянувши назад. Потом она также медленно опустилась с носков и встала, робко посмотрев на профессора. Его лицо было так близко, но считать по нему что-либо было необыкновенно сложно. Однако Снегг не выглядел злым или удивлённым. Внезапно он слегка наклонился, а затем быстрым движением положил правую руку на талию Гермионы и резко притянул её к себе. Гермиона даже не успела опомниться, как снова оказалась в опасной близости от губ профессора. Такое сближение, казалось, длилось целую вечность. Но тут Снегг так же резко отпустил её, отпрянул на несколько шагов назад, а затем развернулся и быстро пошёл прочь. Казалось, что он хотел сбежать. Но сбежать от чего? От Гермионы или от того, ЧТО он мог сделать с ней в такой момент? Мысли Северуса были разбросаны. Он вошёл в свою комнату в подземелье и присел на кресло. Мысли крутились, чувства переполняли его. Он сидел, взявшись руками за голову и обдумывая всё, что с ним только что произошло. Снегг не верил ни своим глазам, ни ощущениям. "Почему она поцеловала меня? Что это значило? Как это могло быть? Поцелуй был такой сладостным и такой... чувственный. Что она хотела этим сказать? Неужели она тоже что-то испытывает ко мне... Нет, этого просто не может быть! Она не может испытывать ко мне чувства! Но тогда почему она так сделала? Какое объяснение может этому быть? Может быть, она поспорила с кем-то? Но тогда она бы просто чмокнула без лишних эмоций. А здесь.. Здесь была нежность и.. Любовь?! Нет! Я не верю! " - и Северус снова погрузился в свои разбросанные по всей голове мысли, стараясь собрать их воедино. Он был ошеломлён этим происшествием. И он даже пожалел, что взял под контроль свои чувства и не сделал то, что собирался... Была прекрасная возможность сделать наконец то, что он так долго желал. Это был шанс, упущенный навеки. Снегг не мог успокоиться всю ночь и на утро вышел на завтрак совершенно опустошённый и обессиленный.