Сердце рая

Будильник, да будь бы он проклят. Каждый день, каждое утро он дребезжит без пятнадцати восемь, словно в школу, мешая досмотреть сладостный сон. Бледная ручка тянется к звонко пищащему телефону. Такая худая и бледная... А ведь у больных сердечной недостаточностью наоборот должна быть прибавка в весе и отёки. Но он, скорее, исключение из правил? «Сердечная недостаточность» – как гром прозвучал приговор врача, когда Яори было всего тринадцать. Однако из многих симптомов достались лишь немногие: невозможность зевнуть, аритмия, повышенная усталость, одышка, редкие боли в лежачем состоянии. Поэтому иногда чернушка обкладывался подушками и спал полусидя. Да, неудобно, но лучше так, чем кукожиться полночи от немеющей ломоты в теле... Рука тычет в телефон, не попадая с первого раза, и черноглазка что-то сонно бормочет в подушку. Его чёрные локоны растрёпаны, раскиданы по подушке. В ведь их потом приходится расчёсывать.... — Боже... Я так месяц или несколько хорошо не спал, а тут опять... вакансия, которую не примут... На секунду Яори закрыл глаза, мечтательно воображая вновь заснуть на манящей мягкостью сонливой подушке. Но у него нет возможности, хотя сейчас тело, слава богу, не болело. Врачи говорят, что повезло: редкие боли, редкая аритмия, «всего-то» сонливость и неспособность зевнуть. Но лечить даже такие лайтовые симптомы, чтобы те не переросли во что-то более серьёзное, было весьма недёшево, и появлялась потребность постоянного заработка. Сегодня Яори проверит вакансию в элитную офисную компанию... Быть может, ему сказочно повезёт оказаться хоть где-то нужным? — Хочу спать... Лаваш, омлет, помидоры и сыр. Завернуть и обжарить — получается вкусная диетическая шаурма, хотя по сути лишь лаваш с начинкой. Кто-то из одноклассников Яори сейчас бы засмеялся, если бы тот не ушёл из девятого класса четыре года назад. Простой завтрак под рассказы телевизора. Опять кого-то сбили, обокрали, отметили какой-то день. А Яори слушает да ест, глухо хрустя обжаренным лавашом. На языке приятно теплилась нежность текстуры маслянистого авокадо, свежесть томатов и солёный, утончённый по вкусу сыр. Ведь даже в самой незамысловатой, казалось бы, еде можно найти вкус ярче и приятнее, чем в некоторых популярных за границей блюдах. Вода плещет по керамической тарелке, тонкие пальцы медленно ведут по внутреннему краю. На секунду черноволосый представляет, что это не тарелка, а... Что за мысли, пубертатный период прошёл несколько лет назад... Вода стекает по изношенным серым бинтам, что скрывают за собой запёкшуюся кровь. «Нужно поменять их... Скоро на выход» — пронеслось в мыслях, оставляя за собой цель. Из аптечки руки вытаскивают коробку с бинтами и спиртом. Тонкие руки осторожно, с неким страхом снимают затвердевшие бинты, что скрывают вскрытую вену полугодовой давности. Честно, Яори не мог вспомнить, из-за чего он тогда вскрылся, но рана осталась до сих пор. Иногда зудела, иногда болела, и каждый раз при смене бинтов чернушный с ужасом смотрит на тёмно-бордовый продольный разрез, глубокий до обморока. Осторожно, чтобы не задеть глубокий шрам, белые бинты обматывают руку. Моток за мотком, и Яори вздохнул с облегчением. Белоснежные красивые бинты смотрелись приятнее и эстетичнее старых, да и плюсом те стали неудобными и грязными... Яори едет в трамвае по городу. Дышит медленно и спокойно, вглядываясь в однообразие пейзажей за окном. Словно кто-то пролил серую акварель на разноцветную гуашь, именно так рисовались пейзажи старых дворов, поломанной плитки, облезлых крыш и домов. И всё это пахнет ночным дождиком так прекрасно, что на собственных, слегка затвердевших после сна губах появляется улыбка. Сколько уже вакансий перебрал бедный Яори? Две? Четыре? Страшно предположить, но, быть может, десять?.. На самом деле, он уже два года ищет работу. Ищет способ решить проблему, жить здоровой жизнью. И сегодня он снова поедет проверить вакансию. Быть может, несмотря на слабую надежду, чернушному сегодня повезёт? На станции входит масса людей, а Яори выходит. Медленно вдыхая свежую прохладу мая, паренёк улыбнулся своим мыслям. — Какая же сегодня прекрасная погода. Здание офиса было небольшим, усеянным синими стёклами. На секунду представил, как там будет работать... Хотелось бы верить вплоть до настоящих ожиданий, а не просто пустых фантазий. Лестница, со стеклянными перилами и ступенями из белой плитки. Нужно было подняться на второй этаж, ибо там говорили о выдаче вакансий. Подниматься черноглазому было действительно тяжело, из-за чего тот быстро устава уже ступени на седьмой из двадцати. Да, подъём бы составил меньше минуты, но ситуацию нагружала до ужаса низкая выносливость. Каков был шок, когда Яори очнулся от забвенного полусна. Потеряв надежду, он едва услышал тихое: — Вы приняты. Сердце с недостаточностью сжалось, а руки похолодели. Но это был столь неожиданный... Восторг? Да, восторг, ибо наконец-то появится постоянный стабильный доход, позволяющий эффективнее лечиться!.. — ...На последнюю должность. Ах, чёрт. Бесплатный сыр только в мышеловке, как же Яори мог забыть. Грустно, конечно, но хоть что-то. Пусть ему и меньше платят, но зато он наравне со всеми остальными, теми, кто служит боссу. Столовая шумела переливчатым звоном дешёвой посуды, тарелок, вечным шумом говора людей, который словно наполнял это место жизнью. Рука ныряет в карман белых брюк. Наконец-то Яори хоть куда-то взяли спустя несколько десяток попыток, да и не куда-то, а в офис на весьма неплохую должность! — Алло, мам, здравствуй, — произнёс парень, ставя тарелку с пюре и котлетой на стол и садясь на своё место. Как удачно он сел: рядом никого и в помине не было. — Да, сынок, что случилось? Ты нормально себя чувствуешь? — голос женщины приобрёл оттенок беспокойства, отчего черноволосый пустил смешок. Так некстати волноваться за него, когда он наконец-то получил работу. — Я получил работу, мам! Мне будут наконец-то платить хорошие гонорары в размере больше семидесяти тысяч! Женщина на другом конце провода удивлённо воскликнула. — Ба, не может быть! Поздравляю тебя, сынок!! Желаю удачи освоиться на новой работе, не перенапрягайся сильно! — Хах, ладно, хорошо. Спасибо, пока. — Пока. Радостную улыбку пришлось попридержать, чтобы нормально съесть обед, а потом нужно было вернуться домой. Однако сегодняшний день ярко и чётко говорил Яори о том, что наступил новый этап в этой жизни. *** Наконец-то после минутного ожидания принтер подал признаки жизни, засасывая бумагу и начиная печатать последний, титульный лист. Так уж вышло, что Аз печатал титульные листы в самую последнюю очередь, дабы не налажать и сделать максимально точно, с учётом всех изменений. В кабинет прошёл Оширо. Зеленовласый жизнерадостный паренёк с тёмным прошлым, чем-то отдалённо напоминающий местного бармена Чепика. — Привет, Аз. Ты уже знаешь, что на последнюю роль наняли новенького? Парень с длинными апельсиновым волосами отодвинулся от монитора и вопросительно взглянул на веснушчатого толстячка, вскинув брови. — Да ладно? И кто же это? — Ну, в подробностях не знаю, но говорят, что представляет из себя тихого и неуверенного человека. Больше ничего не знаю, к сожалению, но согласись, он очень любопытен! Аз с удивлением смотрел на Оширо, вскинув брови, однако после на его губах появилась лёгкая ухмылка. — Интересно. Я хочу с ним познакомиться.