Нейроменеджмент

«Иногда твоя влиятельность становится бессмысленной.» Такие мысли пришли к Ибаре, когда его глаза пересохли. Несмотря но то, что его очки были с навороченными компьютерными линзами, а глазные капли были дорогие с завидным для телемагазинов набором полезных свойств, в экран уже было смотреть тяжело. Он достиг своего биологического предела. Еще раньше он достиг ментального: после случая с самоубийством одного из айдолов в старпро, другие, будто проснувшись, начали покидать и старпро, и другие агентства. «Слишком плотный график.» «Мне некуда идти, но здесь дорога только в могилу.» «Устаревшие методы борьбы с психическими расстройствами.» Тему психических расстройств Саегуса всегда старался пропускать мимо ушей. Он считал это слабостью, которой не должен проявлять ни при каких обстоятельствах. В принципе, у него были на это (у него кончались) моральные силы. Почему же их нет у других? К тому же, в ЕС, технически, есть закрепленные за агентствами психологи. Все о них знают. Но мало кто ходит. Вроде бы, взрослые люди… Ибара потер переносицу. Если ему придется организовывать регулярные обследования айдолов, то участвовать в них нужно будет и ему тоже. Ибара у психолога. Звучит смешно. – Саегуса-кун! О, я смотрю, ты сегодня веселый. Есть хорошие новости? Цумуги с его парадоксально дежурной и искренней одновременно улыбкой подсел рядом, поставив перед ним кружку с кофе. Отлично, Ибара как раз чувствовал, что он слишком устал, чтобы злиться на нарушение его покоя столь оскорбительными предположениями. Может, кофе это исправ… – Это цикорий?! – Ибара чуть не подавился. – Саегуса-кун, ты тут сидишь уже вторые сутки. Знаешь о том, что мозг становится невосприимчив к кофеину после такого длительного отсутствия отдыха? Если бы я дал тебе обычный кофе, на тебя бы подействовал теобромин, который, наоборот… – Стойте-стойте, подождите… – он выдохнул, отставив приторную кофеподобную жижу в сторону – с каких пор от вас такой умный поток слов, Ваше Величество? – А, это… – Цумуги вынул из сумки на стол две толстые книженции примерно смежных специальностей: нейрохимия и… психология, – В последнее время многие в нашем агентстве жалуются на то, что им душевно плохо. Чтобы помочь, мне, как вице-президенту, необходимо изучить предмет ментальных расстройств. Вот эти вот… нейронауки, честно говоря, ощущаются как иностранный язык, а вот книжка по психологии очень полезна! Я слышал, что у вас схожие проблемы, поэтому принес их тебе. – Его величество Цумуги же помнит, что вопросом ментального состояния айдолов занимаются не вице-президенты, а специалисты? – А, это, ну… – он неловко улыбнулся – У нас в агентстве неделю назад сократили последнего психолога. Президент сказал, что я с его задачами справляюсь лучше. Выматывает, но я рад, что могу помочь. Ибара принялся обрабатывать услышанное. То есть, когда встал такой острый вопрос, реакцией президента NewDi было… уволить, блять, психолога. – После того самого случая финансирование агентства сократилось, и… – Сколько вам нужно на психолога? – О, этот вопрос лучше обсудить с президе… – Ваш президент - конченый долбоеб, Ваше Величество! Я не планирую иметь с ним дело. – розововолосый не заметил, как вошел в состояние аффекта. Зато Цумуги, начитавшийся своих книжек, был скор на распознание. Только вот слова все равно подбирать выходило с трудом. – Саегуса-кун, может, мы продолжим завтра, ты в яро… тебе, то есть, необходимо обдумать свои дальнейшие действия более подробно. Если у тебя нет других задач, то тебе… и нам обоим необходим сон. Ибара глянул на документы. Работы было еще много, но каждый раз, когда он пытался продумать свои дальнейшие действия, у него попросту не получалось. Что надо и где писать, мозг уже не мог ему ответить. Агрессивное чувство, не находя выхода, плавало в пучине усталости и постепенно в ней задохнулось. Влиятельность оказалась бессмысленной даже по отношению к собственному организму. – Саегуса-ку-ун, мы продолжим завтра. Приказ Его Величества!~ Стратег позволил себе более устало, чем обычно, отдать честь. – Слушаюсь… По дороге в общежитие он почувствовал, что свежий воздух позволил ему задействовать еще немного ресурсов на размышления. Благо, они шли в полной тишине. Все же, может, организовать общий для ЕС штат мозгоправов… это не такая уж и плохая идея. После прогулки уже и спать было, как ни странно, тяжело. Тело, которое до этого было не особо вымотано, пришло в тонус, а мозги уже не варили совершенно. Господи, какое же паршивое состояние. – Где же этот твой теобромин, когда он так нужен? Было слышно, как Цумуги подскочил на соседней кровати. Ну да, Ибара все таки лежал до этого неподвижно пол часа. Интересно только, почему синеволосый сам не спал. Ибара повернулся к нему. Точно. Снова ломает глаза о книги. – Саегуса-кун? Каким образом ты еще не спишь? – Не знаю, может, стресс… – О, нет, что за признания вырываются из его уст? – Я чувствую некоторое физическое напряжение, которое скоро пройдёт. Не стоит беспокоиться, Ваше Высочество! – Ммгм… я могу попробовать одну штуку отсюда, чтобы помочь тебе. Она нетрудная. Ты ведь не против, Саегуса-кун? Не дождавшись ответа, Цумуги сел на пол напротив края кровати Ибары. – Закрой глаза.~ *** Прилив сил ощущался как должное. Ибара снова взялся за проблему, которую вчера пришлось оставить. Господи, какие же все они жалкие. Никакого самоконтроля. Их уязвимости - то, по чему можно было бы бить, получая выгоду. А если они поймут, как с их уязвимостью работать, Ибаре будет тяжеловато. Только вот если он не предпримет никаких действий, для некоторых особо умных будет слишком очевидна его стратегия. Ибара сидел и пытался убедить себя, что он ублюдок, которого состояние айдолов не волнует, пока не встает вопрос эффективности. Только вот он вырос, и мозгов у него, к сожалению, прибавилось. Как и эмпатии. В CosPro работали те, кто был близок с тем человеком. В CosPro работали и те, кто лично видел… Их подавленность расплылась по всему агентству. Только Ибара пытался держаться, получая на себе неодобрительные взгляды. Вот Хиери, например, был щедр не только на взгляды: – Какой же ты аморальный. Боже, фу! – Ваше Высочество, я не могу дать отпуск почти половине агентства. Они задействованы в ближайших важнейших мероприятиях. Если я их отпущу, последствия будут гораздо более катастрофичными. – Ну так сделай что-нибудь! Это все в твоих силах. Ну, посмотри, вот тут вообще конкурс «Признания без лица». Ты не можешь найти им подмены?! – Это огромный риск и лишние расходы. – И поэтому ты решил пустить в расход не средства, а своих айдолов! – Всплеснул руками Томое. – Гигант мысли, Ибара-кун! Всю тираду Хиери Ибара смотрел на книгу, лежащую в углу стола. Судя по обложке, это был какой-то научпоп. Он невольно потянулся, чтобы провести по ней кончиками пальцев, пытаясь ощутить разницу между покрытым глянцем рисунком мозга и матовой белой обложкой. – АаааХА! – Хиери наклонился над правым плечом Саегусы, поднимая книжку со стола, чтобы разглядеть её. – Неужели в тебе все-таки есть капля совести?~ Ибара хотел поспорить, но в таком случае его собеседник точно не отстанет. – Да. Видите, я делаю все возможное. Ваши беспокойства тут совершенно ни к чему. – Мне ну о-очень не хочется доверять тебе. Но я так же не хочу спугнуть твой… внутренний прогресс, поэтому, так и быть, оставлю тебя в покое. Надеюсь, благодаря ней ты поймешь, насколько все плохо. Хотелось запульнуть этой книгой вслед уходящему Хиери, но Ибара не спешил портить то, что из искренних побуждений одолжил ему его коллега. Он не был уверен, нужна ли ему самому эта книга: в конце концов, специалисты все еще существуют. Но, может, психологические знания дадут ему некоторые стратегические преимущества… Информация ведь никогда не бывает лишней. Заполнив оставшиеся со вчера срочные документы, он думал, все же, над тем, как можно растянуть сроки. Некоторые вещи, в принципе, можно перенести… – Что за шум снаружи? – Бляяяяять… Саегуса-сан, взгляните! – А?.. Снаружи и правда были слышны какие-то крики. Кто-то стоял на крыше. Ну наверняка Ватару. Он же каждый раз там свои поэмы читает. Зачем столько паники? Только вот длинных волос у стоящего не было. И тирада была, скорее, истерическая. Он не слышал. А еще тот человек полетел вниз. – Пиздец, еще один… Саегуса-сан, из какого он агентства? – … – Саегуса-сан? *** Цумуги не было в общежитии до сих пор. Поздно. Он часто задерживался допоздна, но Саегуса все равно не привык приходить раньше него. Он чувствовал волнение. Мицуру и Мидори, уже привыкшие к их позднему возвращению, тоже были на нервах. Они знали о сегодняшнем происшествии и о том, что Цумуги могли занять по этому поводу. Мицуру все не унимался, катаясь по кровати в обнимку с плюшевым хлебом: – Ну ГДЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ… Ай! Его падение смягчила плюшевая морковь, которую Мидори предусмотрительно запульнул в него ранее. – Успокойся. Если с ним что-то случилось, то мы никак на это не повлияем. – Мне не лучше от твоих сло-ов… Ибара лежал с той злосчастной книгой. Может ли её содержимое предотвратить подобные инциденты? Черт знает. Она действительно была интересной… человеческий разум - очень сложная машина. Наверное, и про нейронауки стоит почитать. Голоса его соседей затихли, сменившись на мирное посапывание, которое он заметил, наверное, прочитав уже четверть книжки. Час ночи. Отложив книгу, Ибара подошел к окну, пытаясь разглядеть из общежития здание ЕС. Краем взгляда он заметил болтающуюся желто-черную ленту и суетящихся вокруг места происшествия людей. Почему Ибара вообще ушел вовремя сегодня? Теперь, когда он видел свет в офисе NewDi, его гложет трудоголическая совесть. Он на автомате провел в офисе вторую половину дня. Держался, конечно, молодцом, по его мнению. Может, еще и выразил достаточно обеспокоенности ситуацией, чтобы не прослыть совсем уж бессердечным. В принципе, он мог выразить слишком много. Судя по всему, тот несчастный был именно из NewDi. Бедный Его Величество. Будет очень плохо, если такое случится в CosPro. Здесь очень сильная нагрузка на айдолов. Они, конечно, отличаются тем, что держатся на энтузиазме, которым их заражает Ибара и Эден в целом. Но все же книга целыми параграфами гласила: «Ментальные ресурсы имеют свойство кончаться». (Какая ненаучная формулировка.) Он вернулся на кровать, уткнувшись взглядом в потолок и переваривая прочитанные главы. – Синдром Вертера*, значит… Настоящий пример того, что беда не приходит одна. Если такой феномен существует, то действовать надо было быстро. Он наметал в заметках телефона заявку на финансирование штата психологов. А еще психотерапевтов. И психиатров. Чтобы наверняка. *Синдром Вертера - волна подражающих самоубийств после одного массово освещенного. *** – Семпай! Семпай! А Цумуги-сан не приходил? – Понятия не имею. Я спал. – Уаааааа….. Ибара не успел свалить до их пробуждения, и теперь расплачивается. Такое чувство, будто он был тем самым работающим родителем, которого впервые оставили с детьми. Очень сентиментальная мысль. Надо бы навестить Его Величество, чтобы предъявить претензии. *** – Саегуса-кун! Я так рад, что ты зашел… Цумуги выглядел очень жалко. Если его шевелюра, в принципе, была всегда одинаково раздолбанной, то мешки под покрасневшими (от слез?) глазами значительно потемнели. Тем не менее, для Ибары он нашел силы на улыбку. – Прекращайте этот напускной фарс, Ваше Величество. У вас явно какие-то проблемы. – Да вот… Цумуги рассказал, что тот человек, конечно же, был из NewDi. После этого к ним пришла проверка, которая и выявила их недавнее нарушение. Президента официально допрашивали, и Цумуги теперь полностью заменял и его, и себя. И еще, как обычно, нескольких людей. – Саегуса-кун… – Да? На едва открытых, уставших глазах Цумуги навернулись слезы. – Я не смог… – Идиот, я же говорил, что ты физически не можешь обеспечить помощь всем. – … Он выглядел так, будто пытался заставить себя плакать уже намеренно, чтобы высвободить оставшиеся эмоции. Но слезы не лились. Он, в итоге, просто смотрел в одну точку. – И все же, я здесь потому, что ваша помощь нужна мне. – Только не говори, что ты тоже… – Нет. Дело в том, что я с утра подал заявку на учреждение психиатрического центра на территории ЕС… – Оооо! – Цумуги просиял, – Саегуса-кун, ты гений! –…Но её отклонили. – А… – Сияние чуть поубавилось, но само осознание того, что обычно индиффирентный Ибара озаботился этой проблемой, не могло не радовать. – Необходимо, как минимум, больше заявок от других агентств, чтобы выше поняли, что нам всем это нужно. Тц, как будто им недостаточно двух самоубийств… – Высшим инстанциям не важно, что происходит в головах у айдолов, Саегуса-кун. Им важна лишь эффективность. Ибара здесь на секунду замолчал. – В любом случае, я все подпишу! – Нам еще нужны Хасуми-сан и Его Высокопреосвященство. – Высокопре… Эйчи-кун? Ох… – Аоба принял задумчивый вид. – С ним есть какие-то проблемы? – Я видел его только один раз еще с первого инцидента. Он был словно живой труп. К тому же, StarPro теперь… организовали для всех айдолов строгий режим. Иными словами, они уже нашли свое решение проблемы и вряд-ли рассмотрят твою мысль. – Режим? – Ибара удивленно склонил голову, – Как интересно. – Угум. Эйчи-кун, конечно, тоталитарист, но я бы удивился гораздо меньше, если бы такой режим установил ты. – Мне едва хватает ресурсов, чтобы устанавливать такой для одного человека. Если делать это для целого агентства айдолов, будет катастрофически страдать качество. Это недопустимо. – Ты такой предусмотрительный, Саегуса-кун.~ – Моей предусмотрительности хватит на нас двоих. То есть… – Саегуса только что понял, что ляпнул. – …Ладно, Пойдем искать Хасуми. В Rhythm Link все было гораздо размереннее. Кейто пусть и был на нервах, но, по крайней мере, его разум не был затуманен травмами. Услышав план Ибары и выдвинув пару своих условий, тот согласился. Рей, оказавшийся с ними в офисе, и вовсе расхвалил Ибару за «Инновационный подход». Ирония, конечно. – Однако, Ибара… думаешь, никто до тебя не шел на подобную авантюру? – О чем вы? Сакума сделал страшный голос: – Те несчастные, кто пытался донести до нашего руководства богохульную мысль о том, что айдолы - люди… – Рей! Это серьезная тема! – Рявкнул Кейто. – Да, да, прости. В любом случае, следите за своими действиями. Они могут обернуться против вас. – Спасибо за беспокойство, Рей-кун!~ Это вопрос жизни и смерти, поэтому мы обязательно справимся. – Вперед, Цумуги! Вы оба - наша последняя надежда. – Лукавое благословение Сакумы заставило Кейто закатить глаза. – Итак… – они вышли в коридор, – Остался только Эйчи-кун. Цумуги, скрепя сердце, отправил сообщение Цукасе, чтобы тот последил за агентством. Их путешествие явно затягивалось. – Добрый день, вы к Теншоину Эйчи? – Верно. Нам необходимо… – На какое время у вас запись? Оба в недоумении: – Запись? – А, вас не уведомили… – секретарь StarPro выдал им текст указа и бланк для заполнения. – Теперь Теншоин принимает только по записи согласно графику. Все бизнес-предложения, отправленные на электронную почту, просматриваются раз в день по два часа. Но если вы хотите больше шансов, рекомендую вам заполнить форму и вас уведомят, когда вы сможете подойти к нему с вашими вопросами и предложениями. – Твою мать… – Ибара раздраженно уставился на выданную ему макулатуру. Туда же заглянул и Цумуги. – А вы не могли бы подсказать, когда примерно мы сможем рассчитывать к нему попасть? – Неделя. Вы, между прочим, успели довольно рано. – Ага… – Ибара пытался быть сдержанным. Черт возьми, у них не было недели на то, чтобы ждать встречи с тем, кто не обязательно примет из предложение. Можно, конечно, понадеяться на чувство долга Эйчи перед Цумуги… да, наверное, на это они и будут давить. В этот день они вдвоем вернулись вовремя. Обстоятельства, в конце концов, сделали их более осознанными к собственному психическому и физическому здоровью: не хватало еще, чтобы и их подкосило. Мицуру сбил их с ног первыми, а Мидори, отвлекшись от игры, искренне улыбнулся. – Сегодня, наверное, особенный день. – САЕГУСАОБАЧАНСЕМПАИ! Тенма, обняв их вместе на мгновение, начал бегать вокруг, крича что-то нечленораздельное. Останавливать его не хотелось: в конце концов, это они заставили ребенка чувствовать себя одиноко. Мидори тоже лениво подполз и обнял старших соседей. Как радикально за это время перевернулось их восприятие, оказывается. Буквально недавно Ибара вообще не позволил бы никому к себе прикасаться. Мидори тоже не отличался тактильностью. Но, видимо, тяжелые времена не позволяют быть привередливыми. Так же, как и обретение некоторой психологической грамотности. Мицуру вновь напал на всех троих, обвив их руками и ногами. Вот, кому меняться точно не пришлось. Все еще закопанный в объятиях, Ибара поднял глаза. Да, точно, что-то было неладно. Не было беспорядка. – Саегуса-семпай, а мы прибрались, как вы и просили! Теперь ничего не будет вас зрически психологительно нагружать! – Зри-чего?… ах, вы… – Кажется, они тоже добрались до этой книги, Саегуса-кун. Мидори слегка смутился. – Да, прошу прощения. Мои товарищи просто… начали сильно беспокоиться, когда все это началось. Я больше не хочу никого волновать, вот и решил, что это будет полезно. – Ты большой молодец, Такамине-кун. Помни, что тебе не обязательно проходить это в одиночку. Если ты вдруг почувствуешь себя плохо, и мы, и товарищи из твой группы, будем рядом.~ Это была слишком выученно-шаблонная фраза из той книги, но Цумуги все же вложил в нее достаточно искренние чувства. И Такамине это, кажется, рассмешило. Цумуги понял, что обниматься стало… слегка тяжелее, а с его плеча уже давно не исчезает тепло. – Саегуса-кун? Ты… уснул? – Аоба перешел на шепот. – О… – Подметил Мидори. Мицуру хотел завизжать, но зажал себе рот. Они, наконец, расцепили объятия, и Мидори вместе с Цумуги донесли Ибару до кровати. Сев рядом на край, Цумуги осторожно поправил прядь, умилившись с его, как показалось, условного теперь рефлекса на утоление тактильного голода. Прямо как вчера… Он упал рядом с ним, потому что его вчера, на самом деле, было уже позавчера. Организм больше не позволил ему ни одного лишнего движения. Вновь зажав себе рот, Тенма погасил свет в комнате. – Спокойной ночи, семпаи.