Звёздное небо.

Олег ушёл и оставил Диму совсем одного, тот начал одеваться. Сердце стучало слишком быстро, но он взял свой телефон в руки и набрал уже давно забытый для него номер... - Ого, Дима, как давно ты мне не звонил,- говорил голос в трубке, руки Димы вздрогнули. - Я думаю, ты знаешь, зачем я звоню, - говорил Матвеев, а голос дрожал. - Я тебя понял, тогда, там где обычно, жду тебя, - ответил человек и сбросил. Дима буквально пулемётом начал выходить из своей квартиры и пошёл пешком до нужного ему места. Это был гараж, который был в далеке от дома Матвеева, но хотелки были важнее, поэтому чернокнижник быстро пришёл туда, он постучал и ему открыли. - Давно я тебя не видел, как жизнь? Чего так резко? Ломает? - спрашивал его достаточно молодой парень. - Всё отлично, Тим. Возможно и ломает, но просто хочется, что по ценам, все как раньше? - расспрашивать парня Матвеев. - Для тебя все так же, братик, будешь переводить или у тебя наличные? - спросил парниша, а Дима указал на телефон и начал переводить деньги. Тима отдал ему что-то запокованное, тот поблагодарил, спрятал в карман толстовки и ушёл домой. Но перед этим зашёл в аптеку. Когда он был уже дома, он зашёл в ванную, закрыл дверь и прямо над раковиной, начал делать то, чего так жаждил. А именно разводить свою дозу. Дима делал это слишком аккуратно, чтобы не осталось ни одного следа, в его голове это хранилось вечность, он никогда не забывал, что нужно делать. Перед глазами всплывали моменты, где он видел отца, который делал точно так же. Матвеев начал отбрасывать свои мысли в сторону, совсем позабыв о том, что обещал Олегу вести себя хорошо, он достал шприц из упоковки, вздохнул на последок, наполняя шприц наркотиком. - Прости меня, - сказал Матвеев и закатав рукав кофты, аккуратно ввёл в свою вену иглу, с запрещенными веществами. Он понимал, скоро начнётся и нужно все убрать, но он уже не мог. Он скатился по стене на холодный пол и смотрел куда-то. Впервые за все время он чувствовал себя пустым. Всю свою жизнь, он употреблял наркотики когда как, но знал достаточно много, что-то заставляет его быть слишком радостным, а что-то помогает избавиться от мыслей и просто сидеть, чувствуя себя слишком расслабленно, именно от иглы он ощущал полное опустошение его души и просто беспомощность и расслабление, для него это состояние. Он чувствовал некую эйфорию, которая уже была достаточно слабой, потому что он не новичок в этом деле. - Жизнь прекрасна, - кое как произнёс парень, потому что язык заплетался. У этого человека уж точно не было любви к жизни, но под эффектом казалось что она была прекрасна. Он начал аккуратно подниматься. Говорят, что те кто употребляют становятся счастливыми, пока не наступают отхода, но в случае Димы, даже капли этого счастья не было. Он чувствовал лишь облегчение, а голова слегка кружилась и в глазах все немного поплыло, он чувствовал себя больше алкоголиком, чем наркоманом. Кое как открыв двери, он вышел из ванной, направляясь в сторону своей кухни, держась руками за стены квартиры. Всё было бы хорошо, если бы просто обдолбанный Дима сейчас просто валялся где-то, но он не валяется и он у себя дома. Телефон звонил, но отвечать ему не хотелось. А вот в то время, ему как раз звонил Олег, но почему-то Олег не чувствовал беспокойства за него. - Бля, ну ладно, может обиделся, - сказал Шепс, и зашёл в здание. Саше нужно было помочь в его мастерской, что-то перетащить, Олег конечно же помог и проводил все время там, пока его брат не устроил ему допрос. - Че ты у Димы делал два дня? - спрашивает голубоглазый. Олег немного занервничал, но решил не договаривать. - Скажу честно, мы пили и смотрели битву экстрасенсов с тобой, - ответил младший, а Саша удивился. - Ничего себе, - сказал Саша. - Сань, мне нужно тебе кое что сказать, я надеюсь ты меня не будешь за это осуждать, - начал младший и присел, Саша вопросительно посмотрел на него. - Я кажется влюбился, так сильно.. Что все неправильное для меня, разрушилось. Понимаешь, я кажется так сильно полюбил человека, что теперь не могу жить без него, без его голоса, без его прикосновений... Я не знаю, взаимно это или нет, потому что прямо мы об этом не говорили. Я люблю Диму. - сказал парень и тяжело выдохнул, Саша просто обомлел. Они оба молчали. - Олег, это твой выбор, если ты так чувствуешь, то наверное, так нужно. Я буду рад за тебя всегда, - ответил Александр, спустя неловкое молчание. Олег обнял брата и долго молчал. А вот Дима уже сидел на холодном кафеле и пел песню. Смотря на нож который принёс с кухни и кинул на пол. - Среди тревог и вечной грусти, стань мне антидепрессантом, - пел невнятно Дима, сам не зная эту песню, услышал, где-то в соц сетях. - Боже, я долбаеб, - сказал он про себя и взялся за голову. Он начал потирать свои веки, а потом его сильно затошнило. Он сам не понимал, что с ним происходит, ему стало очень плохо, он уже лёг в этой ванной на полу, где валялся тот самый нож, шприцы и разорванный пакет и ещё какие-то непонятные лекарства. - Приди ко мне, - сказал чернокнижник и закрыл глаза. А тем временем Олег стоял в обнимку с Сашей, но уже отстранился от брата и улыбнулся ему. Он начал доставать свой телефон, чтобы позвонить Диме. Один гудок. Второй. Третий. Дима сладко спит на холодном полу, потому что все это начинает проходить, он не слышит звук телефона. - Он что реально обиделся? Может что-то случилось, блять, - говорил медиум, смотря на контакт Матвеев. Шепс сразу вышел из мастерской и поймав такси, направился к Диме. Уже поднявшись на его этаж, он начал долбиться в двери. - Матвеев, сука, я знаю, что ты живой,- продолжал стучать в двери младший, пока Дима только начал все слышать. Он открыл глаза и услышал громкие звуки, он не понимал где он и что с ним, в горле пересохло. Он начал рассматривать собственную ванную. - БЛЯТЬ! - сказал Матвеев и начал вставать с пола, пытаясь все куда-то спрятать по тумбочкам, он натянул рукав кофты и пошёл открывать двери. - Блять, Дима, какого черта ты не отвечал? - спрашивал Олег и только сейчас посмотрел на Матвеева. - Извини, я спал,- сказал чернокнижник, как внезапно он услышал, что в ванной что-то разбилось. - Ты не один? - сразу спросил младший. - Я один.. Там кажется что-то просто упало, - спокойно говорил парень. - Дима, что у тебя с глазами? Почему они красные? Чем ты занимался? Почему ты такой бледный и от тебя так пахнет... Словно уксусом. С тобой все нормально? - начал допрашивать его Шепс и изучал всего Диму, в том числе и его запах. Тот растерялся, если скажет правду - будет очень плохо. - Всё нормально, я.. Я убирался, устал и вот уснул, - с неловкой улыбкой говорил Матвеев, врать он совсем не умел. - Ты врешь! Дима, только не говори, - начал зелёноглазый, а Дима его перебил. - Да блять. Да! Доволен? - сказал темноволосый и его глаза были наполнены гневом. - Матвеев, я тебя щас ебну за такое, не смотри на меня так, - спокойно продолжал зелёноглазый, понимая, что сейчас у чернокнижника будет полный всплеск эмоций. - Попробуй, - ответил тот, а глаза все так же горели, словно сейчас он вспыхнет. - Боже, ты такой идиот тупой, я тебя просто ненавижу за эту хуйню, которую ты делаешь, просто терпеть тебя таким не могу, но знаешь, Дим, моё сердце принадлежит тебе. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы отказаться даже от тебя объебанного, - говорил младший, смотря за реакцией Матвеева. Глаза того вновь стали пустые, стали матовые, словно без отражения. - Почему ты любишь меня даже таким? Я ужасен, я просто отвратительный человек, я ненавижу себя, - говорил парень, смотря тому прямо в глаза. - А я тебя люблю, даже таким, Матвеев, ты такой идиот, но видимо, я полюбил, чтобы спасти тебя, иди ко мне, - продолжил Шепс, а Матвеев просто подошёл к нему ближе на шаг и обнял. - Помоги мне, - последнее, что сказал Дима и закрыл глаза. - Эх, Димочка, куда ж тебя несёт, родной, - говорил Олег, поглаживая старшего по голове. - На дно, Олеж, на чёрное дно, - ответил ему темноволосый. - Я вижу, - сказал Шепс. Он так устал видеть Диму таким, он не мог понять, что ему нужно делать, чтобы тот стал счастливым, боялся за него, что вновь убьёт себя, вновь вставит в себя иглу, понимая, что это тяжёлая зависимость и что они столкнутся с этой ужасной иглой ещё много раз, но что делать дальше? Неизвестно. Он любил его таким, а это уже значит, что по настоящему влюблен, он не знает, что чувствует Дима сейчас, но ему нужен человек рядом. Даже просто потому что Матвеев очень тактильный и не может без объятий...