Звонок

Эй, брат, привет, с того света шлю тебе привет! Я на связи, жду ответ, говори скорее, времени нет!

Со дня их встречи прошло какое-то время. Андрей всё не решался позвонить. То занят был, то время неподходящее, мол: вечер уже поздний Миха либо спит, либо не в совсем адекватном состоянии чтобы отвечать. Тянулись дни, пошли недели...

***

Телефонный звонок вырывает из обыденного течения дня в разгар обеда. Группа Княzz разошлась кто куда, а Андрей думал где бы поесть, но увидел входящий вызов от Оли и прилично так офигел от жизни. Сто лет с ней не виделись и не переписывались. Если Агата ещё как-то поддерживала связь, то Андрей просто мельком интересовался через неё, как дела у Оли, а следовательно и у Миши. – Да, я слушаю. – Андрей, Миша... – Ольга говорила отстранённо, как будто в трансе. – Что? – Андрей судорожно перебирал все возможные варианты в голове, но один всё никак не уходил. Оля бы не стала звонить по пустякам, а значит произошло что-то действительно плохое. Князь просто надеялся, что это не самое плохое из того что может быть. – ...Миши не стало, Андрей... – Оля задушено всхлипнула, а Андрей приземлился на ближайшую горизонтальную поверхность и болезненно зажмурил глаза. То самое плохое... Я НЕ УСПЕЛ. Я БЛЯТЬ ОПЯТЬ НЕ УСПЕЛ. Дальше было как в тумане. Куча новостей пестрили заголовками о кончине панк-легенды. Организация похорон... Господи, как же отвратительно это звучит. Его о чем-то спрашивают корреспонденты, он что-то отстранённо лепечет, не выражая эмоций. Их уже не было. Последние дни в бессонных ночах. Миша всю жизнь готовил своих близких к своей смерти. Говорил о ней, рассуждал и ставил перед фактом. Но пьяный Горшок, затирающий про то, что нужно жить ярко и умирать молодым – это одно, а Миша, лежащий в гробу это совсем другое... Андрей настолько устал за неделю без сна, что Морфей всё-таки утащил его в своё царство после похорон.

***

Море ласково облизывало белый прибрежный песок. Ветер подвывал и трепал зеленую листву деревьев, а где-то в стоге сена спал смельчак, что устал его разгонять. За песчаным берегом наступал влажный лес таящий в себе множество опасностей и приключений. – Андро, Андрюха, подъём! Ё-маё, вставай давай! – кто-то дёргал Андрея за ярко разрисованную рубаху. – Отстань, Мих! Дай ещё полежать, я как будто вечность не спал... – сонно пробормотал Андрей, лениво отбиваясь от настойчивых рук. – Не вечность, но почти. Я тебя неделю блин жду здесь! – Да не мог я нормально спать, похороны там... – до Андрея резко доходит, как пуля, пущенная из пистолета, добирается до сердца. Он тут же принимает более-менее вертикальное положение, садясь напротив собеседника. Максимально быстро протерев глаза, Князь уставился на Мишу. Не на того потрёпанной жизнью седеющего волка, а на молодого резвого, горящего глазами, Миху. Волосы ещё не такие длинные, а торчащие во все стороны, зубы не вставлены на законное место, а на худых плечах мешком свисает рубашка в бело-черную полоску. Прищурив от яркого солнца один глаз, Мишка расплылся в улыбке. А что Андрей? А Андрей в ахуе. Он неверяще посмотрел на Горшка, потом вниз на себя и понял, что тоже подозрительно молод и худ. Но всё же его больше интересовал Миша. Посмотрев секунд десять, Князь протягивает подрагивающую руку, касаясь чужого плеча. Теплый, твердый, живой... – Ну, чё ты культяпку свою протягиваешь? Иди обниматься, блин. – договорив, Миша сам потянулся и обнял, всё ещё находящегося в ступоре, Андрея. Князь первые секунды сидел и боялся пошевелиться, но все же подумал: ну всё, моя крыша съехала. Агата сдаст меня в психушку. И крепко прижал к себе костлявое тельце. Глаза предательски щипало, пелена заволакивала глаза, но слезы так и остались не пролитыми. Андрей только сейчас понял, как он устал. Как чертовски устал за последнее время. Здесь было тихо, спокойно. Он слышал только мерное дыхание Миши и стук его сердца. Сейчас не хотелось ничего, кроме этого. – Ну, всё всё, харэ сопли размазывать, утри нос, Андрюха, а то так и просидим всё время, а его у нас не так много, – Миша аккуратно похлопал Князя по спине и слегка отстранился. – Миш, как... – это был единственный вопрос, что был у Андрея на уме. – Не знаю, Княже, не знаю... – Миша оглянулся по сторонам, – Вот это вот всё само как-то. Тут столько всего есть! Помнишь песни наши с тобой? Так вот тут они все! Джокер, лесник, колдуны и ведьмы. ВООБЩЕ ВСЁ. Ты только приходи почаще, Андрюх, я тебе всё покажу. Ты всё это придумал и вот оно, – Горшок развел руками, стараясь объять необъятное. – Мы, – поправил Андрей, – Мы всё придумали, – он улыбнулся и от этого одна слеза всё же скатилась по его щеке.