Тот, кто...

«Иногда самое храброе — не спасти мир, а позволить себе жить в нём дальше.»

Нил Гейман

Считающееся вечным существо впервые за последнее время снова позволило мирозданию сузиться до границ дивана. Кастиил лежал на спине, размышляя обо всём произошедшем и одновременно считая трещинки на потолке. Одни напоминали очертания созвездий, другие — срез столетнего дуба, в третьих ангел находил что-то знакомое лишь ему. За окном уже давно рассвело, а птицы, вернувшиеся с юга, щебетали на своём языке, обмениваясь впечатлениями от ежегодного путешествия. Казалось, что мир снаружи впервые решился спокойно вдохнуть и просто жить, не ожидая конца этому мгновению. В отличие от него. Некоторые ранения затягивались дольше остальных, но сейчас это казалось мелочью на фоне того, что ещё несколько часов назад он сражался на небесном поле боя со старшим архангелом. И победил. Кастиил вздохнул, думая о том, всё ли он сделал правильно. Возможно, следовало пытаться переубедить снова и снова. Возможно, всё могло сложиться иначе. Как и всегда, он отказывался верить, что смертельный удар был единственным выходом. — Если ты вздумал впадать в депрессию, то я повешусь первой. Рядом с ним оказалась протянутая ему кружка, от которой исходил тонкий запах кофе и жженого сахара. Кастиил искоса посмотрел на неё, а потом поднял взгляд. Тэс стояла над ним, склонив голову набок и улыбаясь так, будто все проблемы мог решить утренний кофе. — Ангелам не может навредить удушье. — Хочешь проверить? — поставив кружку на пол, Джонсон присела рядом с ним, вынуждая чуть подвинуться. — Кас, нельзя постоянно во всём винить себя. Ангел слегка сощурился, внимательно посмотрев ей в глаза. — Мне ты запретила читать мысли. — А мне и не надо, у тебя просто лицо с субтитрами. — Тэс коротко и тихо рассмеялась, заметив, как он поднял взгляд наверх видимо в желании проверить. Вскоре её улыбка смягчилась, и девушка положила ладонь на его сложенные на животе руки, возвращая на себя внимание. Она видела это в его глазах и даже не пыталась понять сполна, что именно он чувствует. Тем не менее, будучи когда-то человеком, Джонсон могла представить, куда подобные мысли могут затянуть. — Знаю, тебе гадко, — начала она, чуть сильнее сжав пальцы на его руке, — и было бы лицемерно сказать, что так было правильно. Мы не знаем, как правильно. Никто не знает. В этом и смысл. Но, знаешь, если благодаря тебе этот чёртов мир может сделать хотя бы ещё один вдох, то всё не так уж и плохо. Девушка ещё какое-то время молча смотрела в глаза Кастиилу, наблюдая за тем, как грозовые тучи едва заметно светлеют. Наклонившись, она коротко поцеловала его, заставив вздрогнуть, и поднялась на ноги. — Советую приниматься за утренний кофе прямо сейчас, иначе рискуешь пить холодную мерзость. Не предоставляя возможности ничего ответить, Тэс снова убежала на кухню, что-то бормоча себе под нос про бардак. Ангел скосил взгляд в сторону пола, будто рассчитывал траекторию, и медленно сел на диване. В крыльях ещё чувствовалась тянущая усталость, какую обычно чувствуют люди после усердной тренировки, правая рука отзывалась покалыванием — нанесённая рана в плечо задевала нерв, а они восстанавливаются медленнее других тканей. Спустив ноги на пол, Кастиил замер на несколько секунд, возвращаясь внутренне к телесному состоянию и решая, сколько сил надо приложить, чтобы встать. Кружка с кофе оказалась в его руке, и первый глоток разлился по телу приятным теплом. Тэс уже давно пыталась его научить не различать каждую молекулу, а сам вкус, и иногда это всё-таки удавалось. Вспомнив о её словах о ремонте, Кастиил осмотрелся вокруг, будто где-то на стене мог оказаться подробный план действий, и посмотрел в сторону кухни. Раз уж мир решил не разваливаться сегодня и просто дышать, он должен был поступить так же. На кухне Тэс гремела посудой, складывая её в две отдельные стопки на столе. Возле одной заняла своё место кружка с овечкой, другая пестрила росписью и позолоченными каёмками в утренних солнечных лучах. Оказавшись на пороге с чашкой в руке, Кастиил посмотрел в окно и отметил для себя, сколько времени прошло с его возвращения. Снаружи было подозрительно живо и спокойно, будто ему не верилось в то, что такие дни всё ещё могут существовать. Девушка фыркнула сама себе и отправила старинную супницу к пёстрой стопке с почти раздражённым звоном, возвращая его внимание. — Что ты делаешь? — Чтобы обзавестись новым, люди обычно избавляются от старого. — Тэс повертела в руках десертную тарелку с росписью в виде ангелочков. — Нет, ну ты видел? Кошмар какой. Тарелка отправилась к подобным. Джонсон не оборачивалась, увлечённая процессом и мыслями о том, что её родители слишком любили чрезмерную для неё роскошь. Было это чертой характера или последствием жизни в интернате, но ей было проще пить кофе из бумажного стаканчика, чем из позолоченной чашки. — Ты говорила об обустройстве. — Кастиил помолчал, теряясь в том, что и как именно хочет узнать. — Что я должен делать? — А ты уже нормально себя чувствуешь? — она подозрительно глянула на него и, получив в ответ уверенный кивок, вернулась к полкам с посудой. — Во-первых, ничего ты не должен, точно не здесь и не со мной, ясно? Это и твой дом тоже, я это решила ещё тогда, когда ты был человеком и тебя подстрелили. Подумай, чего бы ты хотел и что тебе нравится. Но учти, если это что-то будет уж слишком попахивать старшим Винчестером, я всё-таки найду способ придушить тебя. Тэс остановилась, когда почувствовала в повисшей в воздухе тишине вместо ответа слишком много растерянности. Её глаза скользнули по его лицу и задержались, тёплые и спокойные, как у существа, которое видит уязвимость и не считает её слабостью. Кастиил бегло осматривал комнату, будто от него ждали решения прямо сейчас, и в небесно-синих глазах постепенно нарастала тихая паника. — Я не… знаю. — Кас, выдохни, пожалуйста, — ласково сказала она и улыбнулась. — Мы можем хоть сто лет решать, в какой цвет покрасить стены. Я просто хочу, чтобы это место стало домом и для тебя. Чем-то таким же «твоим», как этот плащ, как телефон, на который ты ворчишь глазами. Ну, и как я. Ангел посмотрел на Тэс удивлённо, будто та впервые в жизни сказала, что любит его. Та только кивнула и достала из-под стола пустую коробку, куда стала складывать всю отложенную чересчур яркую посуду. Керамика и фарфор обиженно звенели, будто пытались нажаловаться предыдущим владельцам за такое обращение. — Начнём с того, что избавимся от всего лишнего, а там уже как пойдёт. — Тихо покряхтев, она подняла коробку и отдала её Кастиилу. — И это очень даже по-человечески. Принимая коробку, он опустил голову и вперился взглядом в ту самую, насмешливую сейчас, десертную тарелку. — Мне кажется, такими темпами нам понадобится грузовик, — хохотнула она, возвращаясь к столу. — Оставь пока на крыльце, потом разберёмся, что со всем этим богатством делать. А ещё надо бы придумать, во что тебе переодеться, потому что плащ, в отличие от нашего брака, явно не переживёт этот ремонт.

***

В отличие от шумного Бруклина, Бофорт никогда не торопился. Старые дома с ухоженными садами, кричащие чайки на пристани, неспешно идущие по своим делам люди, приветливо кивающие друг другу при встрече — всё это оставалось неизменной визитной карточкой города на протяжении многих лет. Незнакомый мужчина в костюме и плаще вызывал у горожан, обычных плотников и рыбаков, слегка настороженные взгляды — так местные обычно смотрят на взявшихся из ниоткуда агентов по недвижимости, которым здесь делать нечего. Кастиил с опаской в глазах замечал эти взгляды, забывая о своей благодати и способности рушить континенты, ведь человеческое недоверие всегда ранило его сильнее любого клинка. Колокольчик на стеклянной двери приветственно звякнул, впуская пару внутрь магазина с одеждой. За столом сбоку от входа сидел немолодой мужчина в очках, неспешно потягивая кофе и вчитываясь в политическую колонку газеты. Оторвав взгляд в сторону первых за сегодня покупателей, он оценивающе осмотрел Кастиила, который инстинктивно подтянул крылья от этого. Продавец неслышно хмыкнул сам себе, посмотрел на девушку рядом с незнакомцем и вдруг прищурился. — Быть не может, — протянул он буднично, будто у него не сошёлся ответ в кроссворде. — Дочурка Джонсонов? — Она самая, — Тэс улыбнулась и кивнула, подойдя ближе. — Привет, Харви. Не думала, что узнаешь. — Я хоть и стар, как та доисторическая баржа на пристани, но эти зелёные глаза, которыми твоя мать в своё время полгорода с ума сводила, узнаю сразу, — усмехнулся мужчина и снова глянул на Кастиила. — А это что за хмырь с тобой? Ты что, дом собралась продавать? — Это Кас, мой муж, — девушка показательно приподняла руку, сверкнув кольцом на безымянном пальце, и оскалилась. — Челюсть подбери, не то выпадет ещё. Он не местный, как ты уже заметил, но это не повод жрать его с потрохами. Иначе я вспомню, где папа дробовик прятал. Харви довольно хмыкнул, будто весь этот разговор был традиционной проверкой на вшивость. Переведя взгляд на ангела, он приветственно кивнул и снова посмотрел на Тэс. — Нужна будет помощь — зовите. — Не думаю, — ухмыльнулась она и стащила из вазочки конфету перед тем, как развернуться. Подойдя, девушка потянула за рукав Кастиила, для которого за одну минуту прозвучало слишком много странных формулировок. Тесно стоящие стойки с одеждой шуршали тканью, пропуская их вглубь магазина, а ангел не переставал хмуриться. — Этот мужчина, — начал он тихо, — он разве не человек? — Обычный старик. А что? Тэс наконец остановилась и развернулась к вешалкам, скорее для вида просматривая содержимое. — Ты сказала, что ему не стоит… — он привычно помолчал, будто всегда спотыкался на подобных словах, —- «жрать» меня. И пригрозила оружием. — Не вникай. Здесь просто не очень любят приезжих, а я намекнула, что тебя обижать нельзя. — Джонсон отошла на шаг, отклонилась бедром на стойку с обувью и коротко кивнула на вешалку. — Вперёд. Настало время выбирать персонажа. Кастиил завис ещё ненадолго, снова обдумывая всё, что она сказала, и посмотрел на одежду, висящую на плечиках. Обычная ткань, местами слишком яркая и наоборот, которая никогда не имела значения. А когда-то людям и вовсе хватало только листьев инжира. Издав неслышный и короткий вздох, ангел шагнул ближе и стал перебирать варианты руками по примеру того, как это только что делала Тэс. Как и с клинком, он ждал какого-то знака или отклика, но ничего не происходило. Ткань оставалась тканью, не светилась и не прыгала на него, и где-то в глубине это начинало совсем немного злить. Взгляд скользнул к показавшейся знакомой кожаной куртке, но рука так и не успела потянуться от голоса рядом: — Никаких Винчестеров, помнишь? Тебе надо самому решить, что тебе нравится. — А если мне нравится это? — Что-то я сомневаюсь, — усмехнулась Тэс и сразу же смягчила тон. — Не торопись. Это не замена плащу. Просто вариант, каких будет много. Ангел кивнул и, задержавшись немного взглядом на вешалке, посмотрел в окно. К его несчастью, это была та самая пора, когда погода менялась каждые полчаса: кто-то всё ещё ходил в куртке, а кто-то уже перешёл на футболки и майки. Не найдя подсказки среди прохожих, Кастиил всё-таки смирился, что в этом сражении он по-настоящему один. Почти. Пальцы зацепились за ткань — что-то плотное и мягкое на ощупь. Такое, в чём, по человеческим меркам, будет достаточно тепло, но при этом практически не чувствуется кожей. Моргнув, он опустил взгляд на кофту без капюшона, тёмно-серую, ближе к чёрному. Без рисунков и надписей — ничего лишнего, только практика. Казалось, это была единственная вещь здесь, которая не требовала быть кем-то. Проследив за этим взглядом, Тэс молча подошла и проверила бирку. — Должна подойти, — спокойно проговорила она и, не глядя, стянула с вешалки заранее присмотренные джинсы. — Иди мерять. Если понравится, сможешь сразу в этом и пойти. А я пока найду обувь. Тэс с умилённой улыбкой, но без издёвки, отметила для себя, что ангел, переодевшись, первым делом посмотрел на неё, а не в зеркало. Выбранная кофта была простой, но именно поэтому посчиталась для неё одним из лучших вариантов, хоть и рукава совсем немного были длинноваты. Джонсон искренне считала, что какого-нибудь лозунга вроде “Be Brave” её психика бы не выдержала. Она кивнула в сторону зеркала, заставляя Кастиила развернуться к своему отражению. — Ну что, тебе нравится? — Мне… — он нахмурился, подбирая слово, — удобно. — Зачастую это главное. — Девушка отклонилась назад и посмотрела через плечо. — Харви, можно тебе только бирки притащить? Или ворчать будешь? — Мне-то что? Неси. Отложив обувную коробку, она шагнула к ангелу с таким видом, будто собирается проводить операцию. Ценник на петле для ремня отвязался без усилий. Кастиил слегка поёжился от неожиданности, когда её холодная рука скользнула за шиворот за биркой — та держалась на пластмассовой нити. — Не шевелись, — буднично проговорила она и встала на носочки. Тихий щелчок зубами избавил его от того, что оказывается всё это время кололо в шею. Тэс сложила ценники, взяла коробку и пошла к столу — пробивать и оплачивать. На пути в строительный магазин пришлось сделать короткую остановку — Джонсон, бурча себе под нос, завязывала шнурки после того, как чуть не запуталась в них и не упала. Настороженные взгляды не исчезли полностью, но стали реже — в основном от настоящих старожилов города. Небольшой сквер, который опоясывал ряд магазинов, заполнился собаками и их хозяевами. Кто-то кидал фрисби своим любимцам, кто-то собирался в группки и обсуждал последние новости. Кастиил всегда с интересом наблюдал за людьми, но сейчас это было иначе — он был не просто свидетелем, а таким же участником. Чуть дальше, под деревом, пожилые мужчины играли в шахматы и делились байками. Кто-то копался под капотом и тихо ругался сквозь зубы на ни в чём неповинную деталь. Молодая пара с рюкзаками и папками шла через сквер и делилась переживаниями о грядущих экзаменах, держась за руки. Ангел чуть улыбнулся, вспоминая, как почти так же держал Тэс, когда та, вынашивая их дочь, порывалась начать есть немытую клубнику. Девушка выпрямилась, сдувая непослушные локоны, и собралась идти дальше, как почувствовала, что её рука оказалась в руке Кастиила. Чуть улыбнувшись, она шагнула вбок навстречу родному теплу и продолжила путь.

***

Инструменты были рассортированы и аккуратно разложены на кухонном столе — по размеру и назначению. Тэс с улыбкой наблюдала за тем, как ангел с абсолютно серьёзным видом листает инструкцию к перфоратору, и потягивала очередной кофе. Такая ответственность даже в мелочах покорила её с самого начала, хоть она долго и не признавалась в этом сама себе. — Знаешь, среди людей считается, что такие педантичные мужчины часто оказываются маньяками. — Девушка шкодливо хохотнула, встретившись с Кастиилом взглядом. — Но меня всё устраивает. Кружка с овечкой рядом с инструментами, которая теперь была полностью присвоена ангелу, отпускала пар и грозилась остыть раньше, чем инструкция будет изучена. Он вспомнил о ней не сразу — взял в руку, не отрываясь от чтения. Его взгляд бегло перемещался по строкам, цеплялся за схемы и примечания так, будто он собирался нажать на кнопку ядерного реактора. Тэс уже открыла рот, чтобы сострить снова, как входная дверь бесцеремонно открылась, практически ударяясь о стену. Делая глоток, Кастиил успел только поднять голову, вырываясь из размышлений и слегка ошарашенный. — Все живы, отлично. — Дин с довольной улыбкой остановился на входе в кухню, отклоняясь на дверной косяк. — Могли бы хоть позвонить, что ли. Мелочь, это к тебе претензия, если что. — Винчестер, я клянусь Богом, — Тэс нахмурилась с поистине серьёзным видом, — ещё раз ввалишься без стука, и застанешь нас на полу. Голыми. Ангел вдруг вспомнил, что секунду назад собирался глотнуть кофе. И подавился. Старший Винчестер сохранял невозмутимое выражение лица и только спустя несколько секунд поднял руку. — Я этого не слышал, — он ткнул пальцем в подругу и, скривившись, посмотрел на отдышавшегося Кастиила так, будто тот драматизирует. — С каких пор ты умеешь кашлять? — При определённых обстоятельствах, — буркнул тот и посмотрел на Тэс, которая в ответ приподняла руки в примирительном жесте. Справедливости ради стоит сказать, что Дин всё же решил для себя на будущее больше не входить в дом ангелов без стука. В прямом смысле от греха подальше. Сложив очередную стопку на выброс, Тэс ушла на крыльцо — сортировать и решать, что из вещей стоит передать на благотворительность, а что уж точно отправится на помойку. Легче было смотреть на коробки с посудой и цветастым декором, тяжелее — на те, где была сложена одежда родителей. Жаль было расставаться с вещами, всё ещё отдалённо пахнущими их духами и воспоминаниями, но она твёрдо для себя решила прощаться с прошлым ради возможного будущего. Дин посмотрел в окно с лёгкой тревогой, мельком подумав о том, не станет ли она мстить ему с помощью машины, и снова посмотрел на друга, вернувшегося к инструкции. — Кас, не морочь голову себе и окружающим. — Подойдя, Винчестер взял в руку перфоратор и просто нажал на кнопку. — Видишь? А ты стоишь с таким лицом, будто бомбу обезвреживаешь. Кастиил посмотрел на него с таким возмущением, словно это действие вызвало новое землетрясение где-нибудь в Японии. Тонкая книжка была отложена на стол не сразу, стоило ему мысленно признать, что скорее всего охотник прав. — Сэм не с тобой? — спросил он, коротко глянув в окно. — Остался в мотеле, вроде нашлось дело в паре часов езды отсюда. Весь мозг мне вынес и читал нравоучения, чтобы я вас оставил в покое хоть на пару дней. Наглость, скажи? — усмехнулся Винчестер, и что-то в его лице изменилось. — Рад, что ты жив. Ангел только кивнул с едва заметной улыбкой и снова повернулся к столу, теряясь в догадках, с чего ему стоит начать. Оценив сложившуюся ситуацию, Дин снял куртку и, закатив рукава, подошёл ближе. — Каков план? — Не имею представления, — Кастиил покачал головой, не отрывая взгляда от инструментов. — Может, проще снести дом напрочь и построить новый? — Технически, это действительно проще. Но Тэс не позволит. Более того, она запретила пользоваться силами, так что всё должно быть сделано вручную. — Я бы назвал это формой тирании, но в этом и правда есть смысл, — пробормотал Винчестер и, моргнув, практически высунулся в окно. — Эй, мелкое исчадие хрен пойми чего! Хватит греть задницу на солнышке, иди ищи чертежи дома, если не хочешь потом искать нас под обломками! С трудом найдя нужные бумаги, Тэс выклянчила ключи от Импалы и под страхом жестокой смерти уехала в город за материалами. Дин долго рассматривал планировку, сверялся с тем, как дом выглядит сейчас, и время от времени щёлкал костяшками пальцев, будто мысленно примерялся к стенам. Особое внимание он уделял местам, где линии на чертеже не совсем совпадали с реальностью. — Ну что, пернатый, — усмехнулся охотник, не поднимая головы, — где ставим бильярдный стол? Кастиил в привычной манере склонил голову набок, нахмурившись, и тоже посмотрел на бумаги, будто где-то там должно было быть указано, что это действительно необходимо. — Зачем он нам? Дин хмыкнул, наконец отложил чертежи и поднялся. — Вот это я и хочу понять. Он сделал шаг в сторону коридора, решив начать обход, а Кастиил последовал за ним, уже отмечая про себя, где пол чуть пружинит под ногами, а где дом словно задерживает дыхание. В прихожей они остановились почти одновременно. Дин поднял голову первым — привычка, выработанная не одним обвалившимся потолком и не одной ловушкой, спрятанной «просто так». Он прищурился, сделал шаг в сторону, потом ещё один, встал так, чтобы видеть лестницу под нужным углом, и коротко ткнул пальцем вверх. — Вот это, — сказал он без всякой шутливости. — Видишь балку над лестницей? Кастиил проследил за жестом. Дерево выглядело старым, потемневшим от времени, с едва заметной трещиной, уходящей вдоль волокон. Ничего кричащего — именно из тех деталей, которые человек может не замечать годами. — Она держит нагрузку, — ответил он после паузы. — Пока что. — Ага. Ключевое слово — «пока», — Дин скривился. — Эта зараза не сегодня-завтра решит, что больше не хочет быть частью архитектуры. И угадай, куда она полетит. Он постучал костяшками по перилам, обозначая траекторию падения. — Прямо сюда. На голову. Или, как в твоём случае, — он покосился на друга, — на нимб. Кастиил нахмурился сильнее и шагнул ближе к лестнице. Не трогая балку, он просто остановился под ней, словно прислушиваясь. Дом отзывался тихо и неохотно, как старый механизм, который ещё работает, но уже устал. — Вероятность обрушения при… — начал он. — Не начинай, — перебил Дин. — Мне плевать на проценты. Если есть шанс, что это свалится на Тэс или на вашу мелкую, значит, мы это чиним. Сегодня. Кастиил опустил взгляд. В этом аргументе не было логической дыры — только факт. — Тогда её нужно либо усилить, либо заменить, — сказал он наконец. — Полностью. — Вот, — удовлетворённо кивнул Винчестер. — Уже разговор. Значит так: ты держишь, я лезу. Если что-то пойдёт не так — орёшь. — Я не кричу. — Тогда… громко и тревожно сообщаешь, — ухмыльнулся Дин, снимая с пояса рулетку. — Поверь, после всего, что было, я не собираюсь объяснять ей, почему тебя пришибло куском потолка. Кастиил бросил ещё один взгляд вверх — теперь уже иначе. Не как ангел, оценивающий конструкцию, а как настоящий хозяин дома, который грозится его убить, пусть и неэффективно. — Хорошо, — сказал он. — Я буду… сообщать. Где-то за дверью скрипнула калитка. На крыльце послышался тихий грохот, затем сказанное сквозь зубы «твою мать», и только после этого дверь открылась. Тэс остановилась на пороге, держа в руке картонную упаковку с пивом, и с интересом уставилась на мужчин, готовящихся что-то делать с перекрытиями. — Уже развлекаетесь? — усмехнулась она и, распечатав покупку, поставила рядом с ними две бутылки. Джонсон мельком скользнула взглядом по потолку, подмечая ту же трещину. — Это кстати конечно, — Дин сделал глоток и снова посмотрел наверх, — но только не говори, что это всё, что ты купила. — Ну что ты, все сидения залиты краской и побелкой. Винчестер посмотрел на неё с искренней обидой несмотря на уверенность, что она шутит. — Не хочешь балку подержать вместо Каса? — Нет уж спасибо, — хохотнула Тэс, сунув руки в карманы. — В отличие от него, я не дам гарантий, что в случае чего буду тебя ловить. — Гадина, — тихо пробурчал охотник, потянувшись за инструментами. Девушка протиснулась между ними, собираясь наверх, не взирая на тревожный взгляд Кастиила. Такой, будто он теперь считал, что конструкция просто обязана рухнуть именно ей на голову. Оказавшись в спальне, Тэс хмуро осмотрела комнату, решая для себя, от чего именно здесь стоит избавиться, а что позволительно оставить. Опустевший шкаф из тёмного дерева был простым и практичным — мысленно она уже повесила туда бежевый плащ, который пока что покоился в картонном пакете из магазина. Она посмотрела на туалетный столик с зеркалом, подумав о том, что у неё нет стольких кремов и парфюмов, как у матери. Подойдя ближе, она открыла шкатулку с украшениями и подцепила пальцами одно из ожерелий. Тэс поднесла его к своей шее и впервые растерянно посмотрела на своё отражение. В голове пронеслись воспоминания о званых вечерах с соседями, накрытом столе, тихих беседах о благоустройстве города и последних новостях. — А я смогу так же? — прошептала она и, помедлив, спрятала украшение обратно в шкатулку. Развернувшись, она подошла к кровати и привычно провела пальцами по узорам на дереве. В детстве, когда родители бывали в отъезде, она разваливалась на ней, слушая плеер, а потом аккуратно застилала обратно, чтобы скрыть своё присутствие. Они всё равно узнавали. — Что у нас здесь? — в комнате послышался голос Дина. Джонсон коротко глянула на мужчин в дверном проёме, чуть усмехнувшись. Винчестер деловито осматривал пространство и видимо уже полностью включился в процесс. Ангел же цеплялся взглядом за стены и пол, увлёкшись переживаниями за безопасность архитектуры. — Вот это, — она указала на кровать, не глядя на них, — мы убираем точно. Дин уже собирался сделать шаг вперёд, а заодно и сострить что-нибудь о прочности дубовой мебели, как та в мгновение исчезла прямо на глазах. — Эй, — он нахмурился и возмущенно посмотрел на подругу, — а как же «никакого колдовства»? — Отстань, — фыркнула она. — Я не хочу оставшиеся полдня слушать, как ты орёшь, пока вы выносите этот гроб на ножках. — Женщины, — обречённо подытожил Винчестер и посмотрел на Кастиила, но так и не нашёл в его взгляде поддержки и отвернулся. — С кем я разговариваю вообще?..

***

Пока Винчестер готовил всё к укреплению потолочной балки над лестницей, Тэс нашла ангела на крыльце. Слишком сосредоточенный, чтобы заметить чужое присутствие, он подбивал гвоздь в половице, о который она и перецепилась ранее. Движение было спокойным и точным, как если бы они давно жили в этом доме, а он, как настоящий глава семейства, устранял мелкие неполадки в свой выходной. Почувствовав тепло от этой мысли, девушка решила повременить с вопросом о вывозе хлама и просто побыть рядом. Гвоздь занял положенное ему место, и Кастиил выпрямился, задержавшись взглядом на домах соседей вдалеке. Так, будто черепица их крыш могла бы оценить его работу. Повернувшись, он посмотрел на свою жену, прислонившуюся плечом к дверному косяку, слегка улыбнулся в ответ на её улыбку и подошёл ближе. Чуть помедлив и наконец решившись, он мягко обнял её свободной рукой и поцеловал в висок, так и задержавшись в таком положении. — Ты устала? — У нас с тобой, вроде, одинаковые батарейки, — Тэс прикрыла глаза, склоняя к нему голову. — Я говорю не о физическом состоянии. Ты устала. — Есть немного, — выдохнула она, сдавшись и опуская плечи. — С таким прошлым оказалось сложнее прощаться. Столько лет этот дом был для меня «запасным вариантом», и я считала, что вернусь сюда, только если будет совсем паршиво. А сейчас, наоборот, всё хорошо, и это место для отступления собирается стать домом. Я должна быть счастлива, но пока что просто в ужасе. Отложив молоток на подоконник рядом, Кастиил обнял её второй рукой, прижимая крепче к себе. В нём не было тревоги сейчас, только понимание и даже немного облегчения. — Сегодня утром ты сказала, что я ничего не должен. Не здесь и не с тобой, — тихо начал он, опуская подбородок на её макушку. — Ты не должна тоже. Мы здесь вместе. Тэс ничего не ответила, только обвила руками его талию и уткнулась лицом в плечо. Как и всегда, мир вокруг переставал тревожно гудеть и замолкал, но в этом не было ни капли ангельской магии. — А я надеялся, что мы уже прошли тот этап, когда вы зажимались по углам, как подростки! — из дома послышалось ворчание Дина. — Кас, хватит прохлаждаться! Иди сюда и тащи перфоратор. Зря что ли ты инструкцию наизусть выучил? — Иди, — встав на носочки, она поцеловала ангела в щёку и отпустила. — Это чудище без тебя точно навернётся ещё. А нам потом лечить. Кастиил с лёгкой тревогой заглянул внутрь и кивнул ей, забирая инструмент с подоконника. Тэс вернулась на кухню к распаковке купленных продуктов. Сдобренное специями мясо отправилось на сковороду, овощи — в раковину. Девушка поёжилась и дёрнула плечами, вспомнив обжигающий вкус кайенского перца в фирменном блюде охотников. Эта приправа осталась нетронутой на столе — каждый добавит, как посчитает нужным. Она посмотрела на тарелки, прикидывая, хватит ли оставшейся посуды. — Семейный ужин, — буркнула она себе под нос и усмехнулась, — обалдеть можно… Кухню заполнил аромат сливочного масла, жареного мяса и специй, и всё вокруг чувствовалось до неприличия правильным. Треск сковороды, тихая ругань и команды из коридора, припаркованная машина за окном, розовеющее небо. Будничная рутина, от которой раньше Джонсон хотелось выть, теперь вызывала хрупкое благоговение. С таким люди обычно задерживают дыхание, когда им на руку неожиданно присаживается бабочка. Из прихожей коротко и пробно пожужжал перфоратор, вынуждая Тэс выйти к ним, пока не стало слишком шумно. — Винчестер, ты же останешься на… Что-то под стенами хлопнуло — дом моментально погрузился во тьму и затих. Кастиил замер со странным для него ужасом в глазах и инструментом в руке, торчащим в стене. Первым шевельнулся Дин, звучно ударив себя ладонью по лбу. — …ужин… — договорила Джонсон наконец и, сверкнув глазами, посмотрела на двух нашкодивших мужчин. — Какого чёрта? — Кажется, мы задели проводку, — Дин виновато улыбнулся и посмотрел на ангела. — Кас, да отомри ты уже! Ангел дёрнулся и забегал глазами, опуская руки. Спустя минуту его взгляд остановился на глазах Тэс, чьё спокойное выражение лица могло означать вообще что угодно. — Я… — Ну, ужин всё равно будет, — она пожала плечами, разворачиваясь к кухне. — Вспомнить бы, где у нас свечи… Да уж, романтика с ангелом и Винчестером. Всегда мечтала. Кастиил остался стоять на месте, всё ещё с инструментом в руке, пока не понял, что она не ждёт объяснений. Только ужина. И его рядом.

***

С наступлением ночи Дин внезапно вспомнил про оставленного в другом городе брата и уехал помогать с охотой, пообещав вернуться — оказывается, Сэм понимает в электрике куда больше старшего брата. Заводясь и отъезжая, Импала как-то по-человечески виновато охнула выхлопной трубой, будто извинялась за своего владельца. Держа широкую свечу в руках, Тэс нашла своего ангела в кабинете — место на ковре у камина чем-то приглянулось ему, иначе он бы не оказывался там так часто. Кастиил неотрывно смотрел на переливания языков пламени и искры, отбрасываемые трескающими дровами. Снова в его взгляде сгущались тучи, видимые только ей. Качнув головой, девушка подожгла свечу от камина и присела рядом, не говоря ни слова. Оставленный без света дом отзывался тихими скрипами. Без насмешек и упрёков, с мудростью старика, который предупреждал, но не был услышан вовремя. Ангел опустил голову, хмуро уставившись на свои ладони. Способные сражаться на грани пространства, они не справились с человеческим инструментом. — Быть может, — тихо заговорил он, — это моё предназначение? Тэс посмотрела на него с едва скрытым возмущением, будто только что её лично оскорбили. — Я не способен строить, потому что был создан уничтожать? После её тихого фырка Кастиил вернулся из своих размышлений, когда на его плечах оказался плед, а девушка подлезла под его руку, устраивая голову на плече. Стало теплее, внешне и внутренне. Укрываясь и сама, она коротко глянула на огонь, вспоминая то, что ей рассказывал ангел, присматривающий за Райским Садом, о серафимах. О том, как пламя может рушить, но и исцелять тоже. — Дай руку. — Тэс мягко, но требовательно потянула его за запястье и приложила ладонью сначала к своей щеке, потом спустила на шею. — Видишь? Я всё ещё целая. Кастиил внимательно посмотрел в её глаза, спокойные и ясные, и впервые задумался о том, когда она успела так измениться. А может и была такой всегда, но вот теперь, когда их жизни лишь условно может угрожать только хлипкое балочное перекрытие и старая проводка, это стало заметно. — Твой пульс, — он коротко глянул на свою руку на её шее, — участился. — И это далеко не значит, что я сейчас свалюсь в инфаркте, — Тэс ухмыльнулась, а искры в её глазах вторили искрам в камине. — Ещё раз услышу от тебя про предназначение, и твоим станет пожизненный сон на диване. — Даже если бы я нуждался во сне, от кровати ты избавилась. — Кажется я разучилась понимать, когда ты констатируешь факт, а когда язвишь. С таким-то выражением лица, — она сощурилась. — Но это не значит, что я сдамся. Будто кошка на охоте, девушка рванулась вперёд, бесцеремонно взъерошивая его волосы. Не ожидая такого выпада, Кастиил отпрянул назад и упёрся лопатками в стоящее позади кресло. По кабинету разлился её звонкий смех и шутливые угрозы, пока ангел пытался хотя бы сообразить, что с ним пытаются сделать. Они замерли одновременно, стоило ангелу всё-таки поймать Тэс за руки. Кастиил попытался восстановить цепочку движений — и не смог вспомнить момент, когда она оказалась так близко. Её широкая и почти хищная улыбка медленно сползла, задержавшись где-то в уголках губ, глаза смотрели на него сверху-вниз из-под полуопущенных ресниц. Тэс наклонилась первой. Её лоб коснулся его, дыхание скользнуло по щеке, и только тогда ангел понял, что всё это время держал её руки слишком крепко. Поцелуй вышел неосторожным. В нём не было той замершей и почти святой паузы, как в Чикаго. Он был живым — неровным, тёплым, с едва ощутимым напором, будто она наконец разрешила себе быть здесь и сейчас. Кастиил вздрогнул от неожиданности, но не отстранился. Его ладони сдвинулись сами, оказавшись на её рёбрах, будто тело вспомнило что-то быстрее разума. Он ответил — не осторожно, а честно, так, как не позволял себе уже очень давно. В груди что-то сжалось и тут же расправилось, как крыло, которому вдруг дали пространство. Через секунду — или через вечность — Тэс отстранилась первой. Она посмотрела на него внимательно, чуть прищурившись, будто оценивала результат одной ей известного эксперимента. Потом мягко усмехнулась. — Ого, — выдохнула она. — Оказывается, ещё не всё потеряно. Кастиил смотрел на неё так, словно только что осознал, что даже не они, а весь мир научился делать это снова. Его губы приоткрылись, но слов так и не нашлось. — Я… — Да-да, — она легко коснулась его щеки большим пальцем и встала, забирая плед с собой. — Вот с таким лицом и оставайся. Мне нравится. Она ушла на кухню, оставив за собой тепло и тихий треск камина. Кастиил остался сидеть у камина, чувствуя, как медленно возвращается дыхание. Пламя трескалось так же, как и минуту назад, дом всё ещё был погружён в полумрак. Только теперь он почувствовал, что сердце бьётся слишком быстро для существа, которому это не было необходимо. — Держи. Перед ним возникла его чашка, пахнущая шоколадом. Придерживая свою, Тэс снова накинула плед на его плечи и, сев рядом, умостилась под руку. Ангел убедился, что ткань закрывает её спину и прижал её чуть крепче. Он сделал глоток, не сразу распознав вкус — только тепло, которое медленно растекалось внутри, будто подтверждая, что всё это происходит на самом деле. Тэс молчала, глядя в огонь, и время от времени шевелилась, устраиваясь удобнее, как если бы они сидели так уже сотни вечеров подряд. Кастиил поймал себя на том, что больше не прислушивается к дому — ни к скрипам, ни к треску дров, ни к тишине между ними. Всё это перестало требовать внимания. Он просто был здесь. С ней. В этом полумраке, в этом тепле, в этом странно уцелевшем покое. Пламя в камине осело, стало ниже, ровнее. И вместе с ним — всё внутри. Кастиил опустил подбородок ей на макушку и закрыл глаза, позволяя этому вечеру остаться именно таким — без смысла, без предназначения, без необходимости быть кем-то большим, чем он был сейчас.