"А все могло быть по-другому..."

Как пожалела она, что не взяла с собой Джали! Она не знала, куда бежать. Завернув за угол и пробежав по улочке, она увидела стену, ранее не заметную в темноте. Тупик. Эсмеральда ринулась было обратно, но двое солдат уже остановились на перекрестке перед ее носом, смотря пока что в другую сторону. И в последний момент, когда один из солдат начал оборачиваться, девушку схватила и потянула на себя властная рука. Цепкой хваткой фигура в плаще затащила ее в узкую улочку между двумя домами. Вторая рука незнакомца зажала ей рот. - Не кричи, - услышала она тихий шепот у самого уха. Ей ничего не оставалось, как подчиниться и не шевелиться больше. Но звук бубенчиков, когда незнакомец дернул ее за руку, привлек внимание. Солдат медленно начал идти по улочке в сторону тупика. - Ну где же ты, куколка? Хочешь поиграть? – цедил он сквозь зубы. Воротник у него был в крови. Это был тот самый, которому Эсмеральда двинула по носу. Вглядываясь вперед, солдат, казалось, вынюхивал, как ищейка. Пальцы незнакомца отцепились от руки Эсмеральды, быстро что-то достав под плащом. Ладонь все еще зажимала ей рот, но бедняжка и так не собиралась кричать, прижатая к этому человеку в узком пространстве. Ее учащенное дыхание заставляло ее грудь вздыматься, она смотрела на солдата, который был очень близко. Что-то сверкнуло в руке человека в плаще, и он сделал резкое движение броска. Легкий перезвон отозвался за спиной солдата, и тот, резко сорвавшись, побежал обратно к перекрестку и свернул куда-то. Эсмеральда все еще чувствовала дыхание незнакомца около своей шеи. Он наклонился ближе и повернул голову, зарывшись носом в ее волосы. Страстно вдохнул. Она оцепенела, мурашки побежали по коже. Она затаила дыхание и, зажмурив глаза, взялась обеими руками за кисть незнакомца, которая все еще зажимала ей рот. Рука как- будто обмякла и потяжелела под ее нежными пальцами. - Они ушли – сказал низкий бархатный голос. Аккуратно подталкивая девушку в спину, он вышел за ней. Она вышла, не помня себя от страха, все еще плохо соображая. - Кто вы? – спросила она, обернувшись. Глаза ее вглядывались в капюшон. Резким движением руки он скинул его, и вот уже на нее смотрел священник. Она попятилась, но он нежно схватил ее за кисть. - Нет, не бойся, я не обижу тебя. Я здесь, чтобы спасти тебя. Эсмеральда немного успокоилась, но что-то в этом человеке все же её настораживало. -Послушай, тебя ищут. Пошли со мной, я спрячу тебя в соборе. Они не посмеют нарушить право убежища, – Фролло протянул ей руку – ты должна мне поверить, это единственный шанс спасти тебя, - его голос стал настойчивым, даже требовательным. Цыганка смотрела на своего спасителя задумчивым взглядом. Как он оказался здесь? Откуда он узнал, что она в беде, что ей нужна помощь? И откуда в складках его рясы взялась вещь, напоминающая звон ее браслета? Она не знала ответ ни на один из этих вопросов. Однако, солдаты могли вернуться и поймать ее, а значит, она никогда не увидит своего Феба, свое солнце… Идти обратно к кабаре тоже было бессмысленно – там ее ждали, она знала это. И она решилась. Решила поверить этому странному священнику, невесть откуда взявшемуся в момент опасности. Она немного робко протянула руку и вложила холодные пальцы в ладонь Клода. Тот слегка улыбнулся, глаза его сверкнули. Он накинул капюшон и повел девушку за собой через темные переулки, выводя к собору. Подойдя к нему (собору) откуда-то сбоку, он открыл небольшую дверь, скрытую плетеным заборчиком, просто наваленным на стену. Рядом валялись горшки, стояла лестница. Никто не разбирал этот хлам, это никому не было нужно. И кто бы мог подумать, что все это находится здесь не случайно! Открыв дверь, он поманил рукой. Эсмеральда в последний раз обернулась на улицы, туда, где шастали солдаты. Шагнула за порог, архидьякон зашел за ней. Скрип закрывающейся двери, потом тьма… Она не видела ничего, света не было. Священник стоял рядом. Она почувствовала, как он нежно провел по ее руке от плеча до кончиков пальцев, взял ее за руку. -Здесь лестница, - сказал он и начал подниматься, потянув ее за собой. Она обеими руками схватилась за его кисть, боясь споткнуться и остаться без опоры в кромешной тьме. Сердце бешено билось, в висках стучало. Каких усилий стоило сдерживаться, чтобы получить то, что ему нужно было больше всего – доверие. Там, в темной улочке, прижав Эсмеральду к себе, он готов был молиться, чтобы время остановилось. Он, нежно прижимающий ее к себе, и она, трепещущая от страха, и нашедшая спасение в объятьях незнакомца… Он чувствовал запах ее волос, пьянящий и возбуждающий. Он чувствовал, как дрожит ее тело, видел, как вздымалась ее грудь от учащенного дыхания. Сладострастный момент , заставивший все его существо просто неистово желать… Как ему хотелось в этот момент прижать ее к себе, провести рукой по ее бедру, затем выше, по талии, потом по руке до оголённого плеча… Как ему хотелось припасть губами к её горячей шее, целовать ее… Но, с трудом сдерживая себя, он все-таки решился лишь вдохнуть аромат ее волос… Снова этот запах, о, любовное зелье! Пьянящий букет сладострастья! И сейчас, ведя ее за собой по лестнице, он упивался мыслью, что она в его власти, подальше от этого чертового капитана. Когда она схватилась за него двумя руками, чтобы не упасть, все его тело дрогнуло, но он продолжал целенаправленно идти наверх. Как же ему хотелось прямо сейчас, пока они вдвоем и никто их не видит и не слышит, прижать ее к стене, властно держа в объятьях, целовать ее не переставая, овладеть ею… Этим манящим телом… О, грехопадение! Но… Нельзя. Он понимал, что терпение даст ему больше плодов. Ведь он добился того, чего хотел – доверия.