"А все могло быть по-другому..."

Сбиваясь с одной мысли на другую, Фролло не заметил, как они уже поднялись в башню. Слабый свет из окна освещал небольшую полукруглую комнату, из которой вела одна дверь – для перехода на другую сторону собора. Честно говоря, комната больше походила на чердак. Балки, подпирающие потолок, деревянный пол, одно небольшое окно… Священник вытянул с последних ступенек девушку, уставшую от подъема по длинной винтовой лестнице. Эсмеральда села на пол, подобрав под себя ноги. Она уже устала идти. Ноги ныли. Опустив голову, она сидела, пытаясь отдышаться. Фролло стоял над ней, не отрывая глаз от ее опущенной головы и голых плеч. В свете луны её волосы блестели, затмевая его разум. Он встал на одно колено, пальцами поднял ее голову за подбородок. Клод приблизился, проводя тыльной стороной ладони по щеке Эсмеральды. Не понимая его действий, цыганка от страха начала отползать назад, но его натиск был неудержимым. Он встал и стал шаг за шагом приближаться. Пару подтягиваний на руках… и спина девушки уперлась в стену. Она вжалась в нее, боясь священника. Он приближался спокойно и сосредоточенно, как тигр, загоняющий жертву в угол. Взгляд бархатный, в самих глазах огонек желания. Маниакальный такой взгляд… Вроде бы спокойно приближаясь, он внушал дикий страх. Поднявшись, она одной рукой задрала юбку до бедра, пытаясь нащупать нож, но его там не было. Видимо, она выронила его еще в переулках… О, нет же! Она оставила его на столе в своей маленькой комнате, где-то во дворе чудес, далеко отсюда… Пожалев еще и об этом, она лишь сильнее прижалась к стене. Именно этот момент, когда она оголила свою ногу до бедра, стал последней каплей, Фролло не смог больше сдерживаться. Он прижал ее к стене, впившись губами в ее губы, одной рукой взяв ее за талию. Она вырывалась, пыталась отвернуть голову и тем самым спастись от его страстных поцелуев. Она смогла отстранить его голову и плюнула ему в лицо. Он отскочил немного назад, вытерев рукавом лицо и глядя на нее просто бешеными глазами. Она стояла перед ним, растрепанная, рукав ее платья был опущен ниже обычного, ее горящие от страха глаза, полные решительности к сопротивлению, пробуждали в нем еще более властное, животное желание, которое он так долго сдерживал. - Я спас тебе жизнь,- задыхаясь, говорил он властным голосом – ты моя должница. Он снова кинулся на нее, схватив за запястья. Лишившись возможности отбиваться руками, она извивалась, пыталась бить ногами, но священник одерживал верх. Обессилев, она стала выворачиваться не так яро, но сдаваться не собиралась… Видя, что она ослабла, он отпустил ей руки, схватил ее под спину и прижал к себе. Покрывая ее шею и плечи обжигающими поцелуями, он пальцами пытался расшнуровать корсет, но она билась, как пойманная птица, не давая ему сделать это. Он продолжал ласкать ее тело, властно держа ее в объятьях. Он вел рукой по ее бедру, поднимая юбку, целуя ее губы. Отчаявшись, она начала сползать вниз по стене, отчего Фролло пришлось прижать ее к себе, и, развернувшись от стены, мягко положить на пол. Он навис над ней. Властный, неудержимый. От страха и отчаяния она даже не могла закричать. -Пожалуйста, перестаньте! – срывающимся от плача голосом шептала она, закрываясь руками, пытаясь упереться ладонями в его лицо, но это только раззадоривало. Власть и желание одержали верх над всем его существом. Вот же! Эти прелестные плечи, нежная грудь, прекрасный, нежный животик, эти ноги… Пошло к чертям все! Она была его Богом и Дьяволом, его Адом и Раем. Он резко дернул рукав платья, отчего тот порвался, полностью обнажив руку. Эсмеральда сделала последний рывок и оцарапала ему щеку. Вскрикнув, Клод схватился за лицо. Воспользовавшись этим моментом, он столкнула его с себя и побежала к двери. Дернув на себя ручку, она выбежала по переходу на другую сторону. Священник ринулся за ней. Ветер трепал ей волосы, она судорожно бегала взглядом, пытаясь найти выход… Первая дверь! Закрыто. Он уже бежал за ней, он был близко. Перебежав дальше, она увидела еще одну дверь. Дернула ручку, но та была заперта. От отчаяния Эсмеральда навалилась на нее и буквально ввалилась в комнату, закрыв дверь перед самым носом священника. Задвинув щеколду, она сползла вниз по другой стороне и заплакала. Ее колотило от страха, она была в ловушке. С той стороны послышался требовательный стук и резкий голос Фролло: - Открой дверь, чертовка! Ты принадлежишь мне! - Оставь меня, сатана! Уходи прочь! – крик девушки срывался плачем. - Если бы не я – спокойным, вкрадчивым голосом говорил архидьякон – ты бы сейчас была на пути к виселице! – он снова сорвался на крик. Упустил!!! - О, лучше б так, слышишь! – кричала она, яростно стуча изнутри по двери – её я боюсь меньше, чем тебя! Эти слова заставили Фролло встрепенуться, словно выбили из транса, мысли его протрезвели. - Боишься меня? – он сглотнул, понимая, насколько чудовищно поступил, - знаешь ли ты, сколько я вытерпел из - за тебя? Что я пренебрег всеми обетами и клятвами, ради тебя послал веру к чертям! Я рисовал тебя в подсознании и на бумаге, ты мерещилась мне везде! – выкрикивал священник. Эсмеральда вспомнила про рисунок, который подобрала на улице. Неужели это его рисунок? - Я думал, что если из-за тебя попаду в Ад, то вместе с тобой он будет Раем для меня… Пойми, только в тебе я нашел смысл своей жизни, своих стремлений! Ты стала для меня библией и Богом! Ты караешь меня и тут же протягиваешь руку помощи! – голос его был глухим и полным горького отчаяния, мольбы… На этот раз его пылкая страсть сменилась смесью страха и бессилия. О, что наделал, глупец! Она, следы которой он готов был целовать вечно, боялась его, как огня! Что может быть хуже для сгорающего от любви мужчины? Осознание того, что он натворил, приводило его в ярость. Дикая ненависть к себе и чудовищный гнёт вины жгли его душу языками пламени. Почему влечение тела одержало верх, лишило рассудка человека, спокойствию и холодности которого завидовали все священники, многие даже боялись… Человек, самообладание которого рухнуло, как карточный домик, от легкого женского дыхания… Ему хотелось прыгнуть вниз головой с башни. Готов был выть, как раненный зверь. Теперь статус жертвы был уготован ему. Фролло стал жертвой собственных желаний и страстей, затуманивших разум, а затем и чувства вины, заковавшего сознание в тиски. - Тебе некуда идти! Выходи, я клянусь, что не трону тебя… - умоляющим голосом сказал он, прислушиваясь. - Я не выйду, уходи! Ты ненавистен мне! – ее всхлипы просто разрывали сердце бедного священника. - Рано или поздно ты все равно выйдешь оттуда. Я завоюю твою любовь. Ты слышишь? – она, конечно, слышала. Обхватив колени, Эсмеральда ткнулась в них головой. Почему именно на нее свалилось столько несчастий? Она разбита, сломлена, заперта. Но тот факт, что священник находился за закрытой дверью и не мог добраться до нее, давал ей крупицу надежды. Произошедшее с ней крутилось перед глазами. Эта беспомощность, и никто не смог бы помочь, никого не было рядом! От этих мыслей ее лихорадило. Она побледнела, еще сильней сжав руки. Холодок пробежал по коже. Как она могла быть такой наивной? Дать руку этому человеку, поверить ему, позволить увести себя! Ее колотило от страха, она захлебывалась слезами, как ребенок. Стены давили, а она находилась на крохотном клочке пола рядом с деревянной дверью, служившей опорой и защитой. Сама мысль о Фролло вызывала у нее смесь ужаса и тошноты. Он целовал ее тело, он дотрагивался до нее своими руками. Она чувствовала его дыхание, его обжигающие, словно клеймо, поцелуи. Униженна. Отчего еще больше хотелось плакать… - Будь ты проклят! Я люблю другого человека! – ее голос звучал отчаянно и гордо. Она знала, что говорила. Ему было больно слышать такое, больно осознавать… - Посмотрим, что ты скажешь через пару дней!- взревел священник, последний раз стукнув кулаком по двери. Он развернулся и пошагал к себе в келью. Закрывшись там, Священник сел на стул и замер. Мысли его все еще были там, у двери, с другой стороны которой плакала, сжавшись, его Эсмеральда…