_______
25 апреля 2023 г., 14:33
— Стоп, стоп, стоп, стоп. Я сказал стоп, черт возьми!
Еле спасшись от неуклюжего тайфуна, Вульфвуд тихо выругался, легонько помассировав свои отдавленные ноги лодыжками.
— Дерьмо, чувак, я не ожидал многого, но даже сказать, что у тебя две левые ноги, было бы слишком большой похвалой!
Другой мужчина вздрагивает, прежде чем ссутулиться, переводя взгляд на деревянную доску рядом с правой ногой Вульфвуда.
— Извини… — сдавленно произнес Вэш.
Двое, рука об руку с протезом Вэша, мягко лежащим на бедре священника, стояли посреди маленькой потрепанной комнаты гостиницы.
По правде говоря, им обоим было трудно вспомнить, как они оказались в таком положении. Важно лишь то, что они пили и в итоге, как позже выяснилось, всеми печально известный охотник за женщинами, великий Вэш Паникер, даже не умел танцевать. И сейчас, после внушительной череды колкостей, «раб божий», Николас Д. Вульфвуд, силой танца спасал заблудшую душу.
Как только взгляд Вульфвуда вернулся к, словно побитому, щенку перед ним, мужчина озадаченно вздохнул, передвигая смятую сигарету в другой уголок рта.
— Нет-нет, это… — слегка нахмурился Николас, — ...не твоя вина. Мне не следовало так торопить тебя, — коротко вздохнув, Вульфвуд снова выпрямляет спину, — так, ладно, давай попробуем снова, шаг за шагом.
Он выравнивает свои ноги, ставя их немного параллельно ногам Вэша.
— Видишь, какое расстояние сейчас между нашими ногами? Независимо от того, как я буду двигаться, убедись, что когда я остановлюсь, это расстояние останется прежним. Ты понял меня, Иглоголовый?
Вэш робко поглядывает вниз, отчаянно пытаясь запомнить расстояние до миллиметра.
— Д-да, я понял, наверное…
— Отлично, давай попробуем снова.
Он медленно отводит левую ногу назад. Суетясь, Вэш делает шаг следом за ним, опасаясь того, что расстояние между их стопами может мгновенно увеличиться, при этом, его нога с грохотом опускается вниз, сотрясая под собой деревянное покрытие. Вэш обеспокоенно смотрит на человека перед ним. Он отчаянно ищет в каждой мельчайшей детали на лице Вульфвуда хоть малейший признак недовольства, но выражение лица мужчины остается неподвижным — его взгляд прикован к их ногам внизу.
Вскоре он снова слышит скрип подошвы от возобновленных движений. Правая нога священника теперь двигалась назад, в то же время увеличивая расстояние от того места, где стояла его левая нога. Его робкий партнер следует за ним, заставляя свои ноги расслабиться, пытаясь повторить темп Вульфвуда. И на этот раз его дрожащая нога осторожно ступает вниз, щадя скрипучие половицы.
Священник продолжает свои движения, Вэш внимательно следует за ним. Каждый шаг становится чуть более выверенным, чем предыдущий, пока двое мужчин, наконец, не останавливаются, возвращаясь к тому месту, с которого они начали.
— Ха! Да разразит меня Господь, — слышится, наконец, грубый голос, — подумайте только, наш гуманоидный тайфун действительно способен к улучшениям!
Уголки рта Вульфвуда изгибаются, когда он снова смотрит на Вэша. Ну а тот, получив внезапную волну уверенности и смущения, усмехнулся и, дерзко выпятив грудь вперед, напыщенно провозгласил:
— Так и есть! Я очень быстро учусь! И да будет тебе известно, для Вэша Урагана, знаменитого гуманоидного тайфуна, нет ни одной задачи, с которой он бы не справился!
— … ну конечно, — очевидно, что священника жалкое выступление его друга никак не тронуло, — а почему бы нам немного не ускориться, м?
— Ускориться? — нервно, — ха-ха… ой да ладно, может, просто оставим все на том же уровне? Ну… еще на некоторое время? Знаешь, на самом деле ты не можешь ожидать от меня того, что я буду все знать после всего лишь одного...
— А разве кто-то только что не вещал о том, что он весьма способный ученик и быстро учится?
— Я СПОСОБНЫЙ! ЗАХЛОПНИСЬ!
Тем не менее, любые признаки возражения исчезают. Взгляд решительных изумрудных глаз устремился вниз, на их ноги, готовый к любой атаке, которую может бросить его противник.
Откровенно развлекаясь, Вульфвуд коротко хихикнул.
— Ну что ж, я знаю, что тебе это не нужно, но как насчет того, чтобы я отсчитывал темп? Ну, знаешь, только для себя, чтобы я не сбился с пути из-за твоего великолепного мастерства.
— ...
— Ну, так что, м? Могу я пригласить Вас на танец?
Вэш, пытаясь проигнорировать очередную провокацию, фыркает сквозь раздутые ноздри и ненадолго бросает на своего партнера раздраженный косой взгляд.
— Благодарю Вас, любезный сэр.
Получив ответ, Вульфвуд начинает движение.
— Раз... два... три...
Темп движений ускорился, и Вэш, хоть и спотыкался в попытке не отставать, все же умудрялся следовать за Николасом.
— И раз... два... три...
Они продолжали, и с каждым кругом область движения увеличивалась, а шаги становились все более плавными и легкими. По крайней мере так бы оно выглядело ровно до того момента, пока, в конце концов, кому-нибудь из посторонних не посчастливится увидеть это жалкое подобие танца. В этом случае их поприветствовала бы парочка спотыкающихся и кружащихся по всей поверхности тесной комнатушки пьяниц, один из которых повторял одни и те же цифры снова и снова, словно отчаянно пытаясь вспомнить, что должно следовать дальше.
В конце концов, количество выпитого ранее алкоголя взяло верх.
Странно, но то ли из-за прохладного воздуха, который кружился вокруг них через открытое окно, то ли из-за намека на табак, который щекотал его нос, или же из-за закрытых глаз священника, обнажающих темные ресницы, блестевшие на лунном свету, либо просто из-за выпивки, но в какой-то момент Вэш вообще забыл, что танцует...
Единственное, что он мог чувствовать на тот момент, было тепло грубых, но бережных рук Вульфвуда и бедро, которое было на удивление худым, учитывая его мускулистое телосложение.
В конце концов, даже эти ощущения начали угасать — размеренный голос священника, мирно раскачивающегося взад-вперед, погружал Вэша в состояние, похожее на сон.
— Раз... два... три...
— Раз... два... три...
— Раз... два...
______________________
— Ах, Мерил, ты такая глупенькая~, — хихикнула Милли, перебрасывая свою едва находящуюся в сознании спутницу через плечо, словно та была мешком с картошкой. — Мааааааа опусти меня на землю! Я и сама могу идтиииииии!!!!..... — Мерил небрежно пинала ногами воздух в попытке вырваться. — Ха-ха, ну что за зрелище? — усмехнулся Вэш, — если бы я знал, что ты такой легковес, я бы вместо этого заказал тебе детское шампанское! Ха-ха-ха! Мерил бросила убийственный взгляд на эту хихикающую лису и, стиснув свои комично острые зубы, рявкнула: — НЕ ДУМАЙ, ЧТО Я С ТОБОЙ ЗАКОНЧИЛА… НЕГОДНИК! ТЫ, НИ НА ЧТО НЕ ГОДНЫЙ…. Б-БУЭЭЭЭ!... МЕТЛОГОЛОВЫЫЙУУЭЭЭЭ!... ТВОЯ-ГХА…. ТВОЯ ПРИЧЕСКА НЕЛЕПАЯ!!! — Ну лаадно, будет Вам, пойдемте домой, Мерил~, — Милли весело похлопывает девушку по бедрам, прежде чем повернуться к двум мужчинам с широкой улыбкой, — будьте осторожны по пути в отель, хорошо? — Вы тоже, дамы, — Вульфвуд отвечает с теплой улыбкой, кладя в рот третью за вечер сигарету. Другой рукой, свободной от Карателя, он ищет в кармане зажигалку. — Спокойной ночи, мальчики!~ — произносит Милли, уходя вприпрыжку с Мерил под боком, чей свирепый взгляд все еще был направлен на Вэша, извергая при этом бессвязную череду оскорблений, варьирующихся по диапазону ее голоса. — Метлоголовый?... — пробормотал Вэш, ощупывая свои волосы, словно пытаясь понять, в чем проблема, прежде чем обиженно вздохнуть, — что, черт возьми, это должно было значить? Я не похож на метлу! Верно ведь, Ник? Верно? Верно?! Вэш взметнул головой туда, где стоял его попутчик, отчаянно ища утешения, на что священник, закрыв глаза, отводит взгляд и разворачивается в сторону гостиницы. Однако Вэш успевает заметить, как его щеки слегка надуваются в попытке стянуть обратно чуть скривленные губы. — Эй-эй-эй, чего это ты лыбишься?! — воскликнул Вэш, топая ногой, чтобы привлечь внимание того, кого он до этого момента считал своим хорошим другом, — да будет тебе известно, эта прическа очень модная и крайне удобная в плане ухода! — А?... Не понимаю, о чем ты говоришь. — Не прикидывайся, я вижу эту чертову ухмылку на твоем лице, паршивец! — напыжившись, ворчит Вэш, — тц, с другой стороны, чего мне ожидать от человека, который принял сознательное решение сделать себе дурацкие бакенбарды… Вульфвуд издает легкий смешок. — Ооо, ты имеешь в виду, что есть тип бакенбард, которые не выглядят глупо? — держа сигарету во рту, мужчина глядел на улицу впереди, — и я ни разу не говорил, что мне не нравится твоя прическа, знаешь ли. После небольшой перепалки, оба продолжили идти бок о бок уже в тишине. Вокруг них вблизи и вдалеке слышались музыка, смех и периодически возникающие звуки каких-то разрушений в результате бесконечных драк. Солнце уже село, но слабая линия оранжевого градиента все еще выглядывала из-за горизонта, упираясь в постоянно тяжелеющее ночное небо над головой, пытаясь продлить день. Но как бы оно ни старалось, прохладное сияние лун вместе с резким падением температуры было неоспоримым свидетельством того, что ночь, наконец, наступила. Несмотря на весь шум и идущего позади Вульфвуда, Вэш мог слышать отчетливый звук медленно тлеющей сигареты среди прохладного ветра, который время от времени отодвигал воротник белой рубашки священника, маняще оголяя его шею и затылок. Да... вот он... этот момент. Это была любимая часть Вэша. Конечно, мужчине нравилась шумная обстановка переполненного салуна. Он любил подшучивать над Мерил и слушать рассказы Милли. Как ни странно, они были гораздо более философскими, чем можно было бы ожидать от человека с ее веселым нравом. Любил веселиться с другими пьяными земляками и время от времени ввязываться в драки с вооруженными разбойниками, сопровождая свои победы фразой «Мир да любовь!». Да... он любил все эти вещи, но больше всего ему нравились вот такие незначительные моменты. Только после того, как все расходятся, когда эйфория ночных гулянок начинает стихать, но все еще ощущается приятная тяжесть от выпитого, Вэшу удается мельком увидеть Его. Только в течение этих нескольких минут, между салуном и любым другим дешевым трактиром, в котором им перед этим удавалось снять номер, Вэш мог увидеть Ника. Не мистера «Я ношу темные очки даже в закрытом помещении», не угрюмого, расчетливого и циничного священника, который без слов пускает в ход своего Карателя, если того требует ситуация, а просто Ника. С острым, но нежным взглядом лазуритовых глаз, которыми он имел привычку смотреть куда-то вдаль, за горизонт, слегка покачиваясь на месте, что, в конечном итоге, придавало ему важный вид. Несмотря на это, во всех своих делах он оставался крайне решительным и даже немного грубоватым, но в каждом его поступке прослеживалось ясное чувство тихой меланхолии. — Знаешь, это довольно забавно, — произносит Ник, — несмотря на то, что это единственная жизнь, которую я когда-либо знал, я все еще не могу привыкнуть к внезапным перепадам температуры ночью и днем. — О, ха-ха, да... наверное... — Вэш смеется, почесывая затылок, — было бы неплохо, если бы у нас здесь было что-то среднее для разнообразия, хах? Ну, в конце концов, они все-таки находились на пустынной планете — песок плохо удерживает тепло, поэтому без помощи растений и облаков окружающая среда не могла сохранять надлежащую влажность и удерживать тепло, что по итогу приводило к быстрому охлаждению и нагреванию пустыни. Растения и облака... Вэш вдруг вспомнил те дни, когда Рэм брала его и Найвза в биом. И хотя Рэм всегда говорила, что это и близко не похоже на Землю, он до сих пор помнит, как был очарован зелеными долинами, которые, казалось, простирались до бесконечности, и сопровождались шелестом деревьев, шорохом кустов и песнями фауны... Интересно, как бы Ник отнесся к такому зрелищу? Какое выражение лица бы он принял? Что бы сказал? Впрочем, ответы на эти вопросы были очевидны — скорее всего, Ник сохранил бы невозмутимое выражение лица и произнес что-нибудь ехидное, прежде чем переключить свое внимание на что-то другое. Но Вэшу все равно хотелось бы это увидеть... Ему хотелось быть рядом, когда тот впервые увидит этот пейзаж, держать его за руку, ступая по мягкой траве в поисках цветов, и лежать вместе в прохладной тени гигантского дуба, наблюдая, как мимо проплывают мягкие облака. Может быть, когда ситуация с Найвзом наконец уляжется... — на секунду представил Вэш — ...может быть, он сможет наконец построить «Еву», о которой всегда мечтала Рэм. И, может быть, тогда, когда этот день, наконец, наступит, Ник сможет дополнить собой это великолепие. — Мм, да, было бы неплохо, для разнообразия. Щелкнув ржавым ключом и приложив немного силы, чтобы открыть заклинившую дверь, они, наконец, вернулись в свой номер. Несмотря на то, что комната была небольшой, состоящей всего из одной кровати, дивана, журнального столика и рабочего стола, который стоял напротив всей остальной мебели, для ночлега этого было более чем достаточно. — Хаах... я разбит — первым делом Вульфвуд приставил своего Карателя к ближайшей стене и начал раскладывать все те мелкие вещи, которые у него были, — эй, я сегодня в духе, так что позволю тебе принять душ первым. — Душ? — Вэш наклонил голову и принюхался к воротнику своего красного плаща, — от меня не так уж и плохо пахнет, я думаю. Брови Вульфвуда нахмурились в замешательстве. — Меня не волнует, что ты там думаешь. Ты весь день пробыл снаружи на солнцепеке, так что мне совсем не хочется, чтобы этот зловонный запах пота стоял в комнате. Моргнув на секунду, Вэш с улыбкой делает шаг к нему и, оттянув немного свой воротник, весело произнес: — Давай, иди сюда и понюхай меня. Вульфвуд запоздало отступает. — Чего?... Нет. Вэш снова делает шаг навстречу. — Так ты сможешь убедиться, что от меня вовсе не дурно пахнет. Шаг назад. — Не собираюсь я тебя нюхать, пьяница! Шаг вперед. — Да ладно тебе, ты слишком драматизируешь. И когда Вэш со зловещей ухмылкой стоит всего лишь в футе от него, терпение Вульфвуда лопается — священник сграбастал пьяного идиота за воротник и силой потащил в ванную, заталкивая его туда пинками по многострадальной пояснице. — Я. СКАЗАЛ. В ДУШ. ЖИВО! — припечатал Николас прежде, чем захлопнуть дверь. Оскорбленный до глубины души, гуманоидный тайфун, был вынужден принять «душ поражения» вкупе с новоприобретенной болью в пояснице. Надев относительно свежие домашние штаны, Вэш уселся на диван и начал бездумно ковырять протез руки. Вскоре, услышав звук открывающейся двери, он повернул голову и увидел выходящего из душа Вульфвуда, одетого в свободную рубашку и брюки. Николас в свою очередь, лишь мельком взглянул на тело Вэша прежде, чем быстро перевести взгляд в другую сторону. — Ну что, алкоголь уже выветрился из твоего организма? — Знаешь, не обязательно было меня так пинать, — пробормотал Вэш. — Хм, — Вульфвуд направился к рабочему столу, чтобы подготовиться к техническому обслуживанию Карателя. Какие бы звуки ни исходили из полуоткрытого окна и возни Вульфвуда, в комнате стояла относительная тишина. Вэш глядел на сидящего к нему спиной священника и размышлял о его взгляде. Конечно, Ник видел их и до этого. Откровенно говоря, учитывая, что они частенько делили одну комнату на двоих, было бы странно, если бы Вульфвуд так и не увидел его шрамы. Тем не менее, Вэш все равно чувствовал себя довольно неловко в таких ситуациях. Вообще, Вульфвуд никогда особо не комментировал его внешний вид, однако воспоминание о его искаженном выражении лица, когда он впервые увидел их, прочно засело в его памяти. Поначалу тайфун пытался не обращать на это внимание, но когда позже стало ясно, что Вульфвуд старался не смотреть на него всякий раз, когда тот был без верхней одежды, он уже не мог избавиться от неприятного чувства беспокойства. Неужели ему было настолько отвратительно? — Сколько нам еще идти до Тоним-Тауна? — в попытке начать разговор и избавиться от навязчивых мыслей, спрашивает Вэш. — Несколько дней?... Но, учитывая сомнительные передряги, в которые ты вечно попадаешь, будет чудом, если нам удастся пройти хотя бы 10 айлов за день. Вэш виновато усмехнулся, после чего в комнате снова становится тихо. Некоторое время спустя, задумчиво сжимая руки, Вэш резко выпрямляет спину, отмахиваясь от глупых мыслей, снова притворяясь жизнерадостной личностью. — Эй... сколько раз тебе приходится чинить своего Карателя? Над чем ты там постоянно работаешь? — улыбаясь, спросил Вэш, подходя к Вульфвуду, кладя при этом руку на край стола, заглядывая ему через плечо. — Это не твое дело, Иглоголовый, да и ты в этом ничего не понимаешь, — не отрываясь от ремонта одного из своих оружий, пренебрежительно ответил Вульфвуд. — А знаешь, я тут подумал, может, вместо пуль ты мог бы использовать снотворное или что-то в этом роде, м? Так, ты все еще сможешь выполнять свою работу и при этом следовать одной из заповедей – «Не убивай», понимаешь? — не унимался Вэш, — О! Можно даже придумать какую-нибудь крутую фирменную фразу, например: «Будь готов встретить Бога… во сне!!» Пиу-пау! Будучи в боевой позе, размахивая своими конечностями во все стороны, Вэш принял выражение лица, которое было не столько угрожающим, сколько комичной мордой разъяренной лягушки. Вульфвуд откладывает свои инструменты и встает со своего места, слегка отодвигая внезапный объект современного искусства, чтобы дотянуться до следующего пистолета. — Да, но я не думаю, что выстрелив в чью-то голову, я получу тот эффект, о котором ты думаешь. С нервным смешком Вэш принимает нормальное положение. — Хээй~ ну что ты так... можно ведь не целиться сразу прямо в голову… В этот момент Вэш ловит взгляд, проходящего мимо него священника. И вот опять. Вэш хватает Вульфвуда за запястье, на что тот рефлекторно поворачивает голову в удивлении. Спустя, казалось, минуту Вэш произносит слова, застрявшие комом у него в горле — Мое тело действительно доставляет тебе такой дискомфорт? — Что?... О чем ты? Вульфвуд в замешательстве хмурит брови, затем отводит взгляд, пытаясь стряхнуть руку Вэша, но тот упрямо сохраняет свою хватку. — Если тебе так не нравится, я могу с этого момента надевать рубашку. — Меня не волнует, что там на тебе. Пусти. — Тогда посмотри на меня... Вульфвуд на мгновение замер, прежде чем раздраженно вздохнуть и снова повернуть голову к Вэшу, посмотрев прямо в глаза тайфуна. — Доволен? Теперь отпусти. Вэш молчит. Взгляд изумрудных глаз непоколебим, и Вульфвуд, в конце концов, уступает, проигрывая эту игру. — Прекрати придуриваться, Иглоголовый, мне нужно вернуться к работе. Но хватка Вэша только крепнет. — Ник. Прошу, поговори со мной. — Нам не о чем разговаривать. Отвали. — Посмотри на меня, пожалуйста. — Вэш. Просто отпусти. — Я хочу помочь. — Перестань. — Ник... — Это отвратительно, ясно?! Это ты хотел от меня услышать?! — Вульфвуд вырывает руку, — как кто-то вроде тебя может продолжать нести чушь про «Мир да любовь» и ставить нужды других выше своих, в то время как… Осознавая свою глупость, Вульфвуд прижимает руку к лицу, прислоняясь к стене позади него. — Я просто не понимаю. Я вообще не могу тебя понять. Сколько раз… Вэш смотрит на руку, от которой оторвался Вульфвуд. — Прости... — Нет, это… я…, — вздыхает Вульфвуд, — почему я не могу просто... Скрип половицы. — Ник… Вэш осторожно подходит к мужчине. На этот раз их ноги едва параллельны друг другу, левая рука нежно касается предплечья Вульфвуда, свисающего вдоль его бедра. Как ни странно, священник не оттолкнул его руку, а просто сильнее сжал ее. Николас с обидой во взгляде смотрел на грудь Вэша сквозь ладонь. — Я не… я не понимаю, как… после всего... как ты можешь вот так просто... — Но ведь со мной все хорошо, не так ли?... — виновато улыбаясь, — ...конечно, я могу попасть в некоторые неприятные ситуации, но кто знает, кому я в конечном итоге помогу. В конце концов, такова моя натура, и с этим ничего не поделаешь. Голова Вульфвуда устремляется к Вэшу. — В этом то и проблема! Как ты этого не понимаешь?! Когда же это, наконец, дойдет до твоей чертовой головы?! Если ты продолжишь так опрометчиво себя вести, то, в конце концов, ты не сможешь…, — привычный грубый тон срывается, переходя на всхлип, — я не смогу… Улыбка Вэша исчезает, сжимая рукава рубашки Вульфвуда. — Ты не причинишь мне вреда, Ник. — Нет, ты не понимаешь, я…, — Вульфвуд морщится, сжимая переносицу, чувствуя, как из глаза потекла первая капля, — ...блять. Как только он потянулся вытереть слезу, Вэш мигом останавливает его, мягко убирая ладонь Вульфвуда. И, несмотря на его попытки опустить голову и хоть как-то спрятаться, Вэш уже не мог оторвать пристальный взгляд на стоящего перед ним человека. Осознать, что слезы могут быть так прекрасны... — Черт подери, вот это да, — осторожно пытается шутить Вэш, — теперь я знаю, что священник действительно умеет плакать. — Заткнись, — рычит Вульфвуд. Чувствуя слабую дрожь в ладони Николаса, Вэш отпускает его рукав и медленно подносит другую руку к линии подбородка мужчины. Несмотря на колючую щетину, из них двоих только Вульфвуд вздрагивает от этого прикосновения. — Ник..., — шепчет Вэш, медленно поднимая голову Вульфвуда. Слабо хмурясь, мужчина отводит тяжелые глаза в сторону, но не отталкивает. Вэш проводит большим пальцем по скуле Вульфвуда, ловя драгоценный камень, катящийся по его щеке. — Забудь..., — Вульфвуд кладет руку на подбородок, обхватывая запястье Вэша и легонько отталкивает, — ...это бесполезно. Сколько бы раз я ни пытался, ты никогда не будешь слушать. Смутившись своего ребяческого порыва, Вульфвуд закрыл усталые веки, чтобы успокоиться. Однако не успел он снова открыть их и отойти от стены, как почувствовал пару теплых мягких дуг, прижавшихся к его щеке, заставив его подпрыгнуть. — Вэ...! — Вэш на мгновение отводит голову, частично приоткрывая глаза, прежде чем снова их закрыть, чтобы поймать еще одну слезу, — что ты, черт возьми, дел… ! — Все хорошо, — шепчет Вэш. При этих словах Вульфвуд лишь сильнее сжимает запястье Вэша, чувствуя, как к горлу вновь подкатывает комок, а его лицо принимает болезненное выражение. Он легко мог оттолкнуть его — все, что ему нужно было сделать, это убрать чужую руку. Но он этого не делает. — Все хорошо… Вэш продолжал успокаивать нежными поцелуями, ловя каждую из сверкающих драгоценностей Вульфвуда. И с каждым ласковым шепотом Вульфвуд ощущал множество болезненных эмоций, прежде чем осознал, что он больше не в силах сдерживать слезы, которым не было конца... Разум Вульфвуда затуманился с потерей контроля над своими эмоциями. Он хорошо держался все это время, так почему сейчас? Почему перед ним? Почему он был таким? Почему все не могло быть иначе? Почему он не может быть таким, как он? Зачем они вообще встретились? Почему из всех людей это должен был быть именно он? Почему... — — Вэш, мне нужно тебе кое-что сказать. Я... — Шшш... тебе не нужно ничего говорить, — прошелестел Вэш, целуя уголок рта Вульфвуда, — все будет хорошо. Они не были детьми — они оба знали, что это ложь. Но это уже не имело значения. Что бы Вульфвуд ни сказал или ни сделал, это ничего не изменит. То же самое касается и Вэша. Поэтому они были готовы притвориться, хотя бы на эту минуту, на эту секунду, в этот момент... что все действительно будет хорошо. С этими последними словами, все еще держа Вульфвуда за руку, Вэш мягко оттягивает нижнюю челюсть мужчины и скользит рукой под его рубашку, кладя ее на талию священника, мышцы которого вздрагивают в ответ. Язык тайфуна проходит мимо слегка потрескавшихся губ другого мужчины, и Николас с коротким вздохом встречает его. Несмотря на то, что Вульфвуд почистил зубы, Вэш все еще чувствует вкус табака во рту. Но было ли это из-за прохладного воздуха через открытое окно, из-за запаха дешевого шампуня во влажных волосах священника или просто из-за выпивки, Вэш мог поклясться, что чувствовал не горечь, а привкус сахарной глазури. Отстранившись, Николас с тихим стоном обхватывает руками шею Вэша и отчаянно хватается за волосы на затылке тайфуна, принимая его приглашение на это жалкое подобие танца...______________________
Двое мужчин лежали на маленькой скрипучей кровати. Руки Вэша обвились вокруг талии Ника, голова покоилась на его груди — он грелся в тепле священника. В их головах не было ни единой мысли, они просто слушали тихий ветерок, который время от времени дул сквозь оконные шторы. И пока Вэш лежал там, он слушал ровный стук сердца, который начал постепенно растворяться в задремавшем сознании мужчины. Лишь усилив свою хватку, он уткнулся носом в грудь Ника, пытаясь удержать это чувство. — Эй…, — прохрипел Ник, — ...твои волосы колются. Но протесты Ника остались без внимания — Вэш был полностью околдован. Прилагая все силы, чтобы запомнить ритм его сердца, он с каждым ударом считал: Раз… два… три… Раз… два… три… Раз… два… — Я вхожу! Вэш лежал на маленькой кровати с металлическим каркасом, обхватив руками нижнюю половину подушки, на которой лежала его голова. С тихим стоном Ваш приоткрывает один глаз, который не был прикрыт простыней и все, что он мог увидеть, это лишь зеркало и раковина. Тусклая полоса солнечного света ложилась на потертую бежевую стену через соседнее окно. Щелчок. Взглядом мужчина медленно прослеживают трещину в стене перед ним, ведущую к двери, где стояла женщина с короткими волосами с подносом в руках, на котором было что-то похожее на миску с супом. — Доброго утречка! Было бы обидно, если бы великий Вэш Ураган проспал такую прекрасную трапезу, разве я не права? Вэш посмотрел на Мерил, прежде чем перевернуться с подушкой в руке на другую сторону кровати, зарываясь в нее лицом так глубоко, как только мог. — Все, что я хотел, это танцевать под ритм твоего сердца… — Хм?... — Мерил с любопытством склонила голову набок, — ...ты что-то сказал?
