Стальная бабочка

Оттачивать движения в одиночестве — не тоже самое, что спарринг с Натаниэлем. Это тяжелее, ибо твой противник невидим, нарисован твоим воображением… и ты всегда проигрываешь ему, считая, что тебе не достаёт силы, ловкости и скорости. Амелия ударила кулаками в пол, когда неловко запнулась и упала на колени. Злость растекалась по венам и заставляла девушку вновь вставать и тренироваться, даже через усталость. Незримая мишень отодвинулась на дюйм, не позволяя Браун сделать чёткий удар без дрожи в руке. Она повторила попытку, но на этот раз нож выпал из разжатой ладони. Ами заскрипела зубами. С такими слабыми способностями ей за себя не постоять. Пот катился с неё градом, а волосы неприятно липли к коже. Девушка провела ладонью по лицу, убирая капли, и отбросила косу за спину. В такие напряжённые моменты из состояния равновесия могла вывести любая мелочь, будь даже те же самые волосы, что упрямо лезли в глаза. Подняв нож с пола, она несколько раз подбросила его в руке. То ли за прошедшую минуту могла позабыть его вес, то ли привыкая к лёгкому холоду лезвия, а может и элементарно копируя своего спарринг-партнера. Веснински частенько делал именно так, когда брал нож в руки — манеру, которую успел перенять от покойного отца. Тьфу. Амелия словно наяву почувствовала металлический привкус крови на языке. Нож со звоном выпал из рук. — Ты отвлеклась, — раздался спокойный голос со стороны входа. Ами застыла на коленях, так и не подняв оружие. Рене говорила ровным тоном, словно происходящее её вовсе не удивило — покой отражался в её словах, а нескрытое волнение укутывало в пушистое одеяло. — Это опасно, когда имеешь дело с оружием. Хотелось ответить резко и колко, но язык едва мог ворочаться во рту. Браун, как проказный котёнок, сидела на полу с опущенной головой. Нутро разрывалось надвое: от желания вновь наслаждаться тяжёлым одиночеством или узнать сокомандницу получше. Ники всегда говорил что Рене «ангел», от чего в голове Амелии сложилась мысль о невинности этой девушки. Выглядит хрупкой и миловидной. Как она попала в команду Лисов? Что могло твориться в её жизни и где она нашла столько сил, чтобы не превратиться в мрачную тень? Уокер — неоднозначная личность. Она загадка, которую Браун хотелось бы разгадать. — Я знаю… не могу сосредоточиться, — тяжело вздохнула Ами, отвечая больше из вежливости, чем из искреннего желания делиться переживаниями. Тринадцатое октября мозолило ей глаза с самого утра. От озлобленности то ли на дату, то ли на завтрашний матч девушка не могла собраться, всё шло из рук вон плохо. Посуда вдребезги разбивалась, во время тренировки путались ноги и споры с таким же нервным Кевином. Не заметить напряжение бывших Воронов было проблематично и, вероятно, именно поэтому Ваймак закончил тренировку раньше обычного. Амелии этого было мало — энергия била через край и даже не давала сомкнуть глаз. Но сейчас тело уже изнывало от желания отдохнуть и расслабить каждую мышцу. Рене подошла сбоку, так что Ами могла легко заметить её боковым зрением. Плечи только расслаблено опустились, когда на одно легла женская ладонь. От Уокер тянуло теплом, домом и чувствовался тонкий цветочный аромат вперемешку с домашним печеньем. Она присела рядом с Амелией. — Изнурять себя тренировками перед завтрашним матчем не лучшая идея, — она говорила с укоризной, но Браун не чувствовала от этого тяжести и накатывающего страха. Скорее наоборот от девушки ощущалась безопасность, сталь, поддержка… как это только могло находиться в нежной оболочке? Девушка-загадка. — Тренер специально отправил нас пораньше отдохнуть, чтобы мы были спокойными и бодрыми завтра, — от внимательного взгляда Рене негде было прятаться. У Ами мелко задрожали ладони от накатывающих эмоций. Волнение, стыд, неловкость, усталость — всё смешивалось внутри и тяжело давило на неё. — Пойдём в общежитие? Браун помотала головой. Вернуться в общежитие — значит, что она плотно застрянет в своих мыслях и переживаниях. И на игре не сможет показать Воронам на что способна вне их корта, продемонстрировать свои силу и ловкость, доказать, что она не просто так входила в королевский корт. Рене была старше Ами, имела больший жизненный опыт и знала об окружающем мире куда больше той, чьё виденье мира не выходило за рамки университета Эдгара Аллана. Но тем не менее Уокер смотрела на неё со спокойствием, пониманием, без поиска в ней ущербности. Не превозносила себя за её счёт. — Мы можем заняться чем-нибудь вместе до отхода ко сну, если хочешь, — её предложение льстило и казалось нереальным. Она действительно хочет потратить своё время на неё? — Ты ведь любишь сладкое, как насчёт того, чтобы приготовить печенье? «Она запомнила такую мелочь?», — мысли в голове Браун проносились одним сплошным потоком и заставляли её путаться и сомневаться в реальности происходящего. Ами кивнула раньше, чем успела понять, что сделала. А осветившая лицо Рене улыбка не давала сопротивляться и подавляла любое возражение. Мгновенно обезоруживала. Покидая спортивный зал, Амелия постаралась оставить в нём все свои переживания. Это было сложно, но может это станет очередным шагом к тому, чтобы жить свободным человеком? Если это маленькое действие послужит началом тому, чтобы вытравить Воронов изнутри? Браун очень надеясь, что у неё получится отпустить прошлую жизнь и начать жить заново. По крайней мере, попытаться. В компании Уокер даже молчалось лучше, чем разговоры с кем-то. Браун просто наслаждалась небольшой прогулкой до общежития, чувствуя безопасность и свободу. Хотелось, чтобы время тянулось медленнее, а не летело, — но только у времени были свои планы, и тянуться оно явно не было намерено. Амелия быстро заметила знакомое здание и чересчур быстро оказалась у двери в комнату. Чуть дальше, в комнате с Сетом и Мэттом, Жан вероятно дремал или читал, пытаясь отвлечь себя от будущего матча. А из комнаты Монстров доносились тихие вскрики и замечания, что наталкивало на мысли, что Кевин просматривает крайний матч Воронов и делает пометки по их технике и стратегии. Каждый отвлекался по-разному. Например, Ами сейчас готова попробовать себя в новом деле и едва ли подавляет зародившиеся внутри интерес и восторг. Рене — хороший учитель, но Амелия — плохой ученик. Попробовав приготовленное тесто для печенья, девушка с разочарованием вздохнула. Губы невольно изогнулись. Тесто испорчено. — У меня не получается, — она помотала головой и посмотрела на Уокер большими глазами. Перед ней не хотелось представляться слабой и негодной, но продукты не бесконечны и терпение тоже. — Оно настолько солёное, что зубы сводит. — Ничего страшного. Сегодня сделаем из моей заготовки, а потом, если захочешь, попробуем снова, — лёгкая улыбка тронула её губы. — А если снова не получится? Или я испорчу всё ещё больше, чем сейчас? Рене положила свою руку на стол, накрывая ею ладонь Ами. Её кожа в муке, шершавая и мозолистая от тренировок, но она тёплая и мягкая. А её касание пропитано нежностью и заботой, отчего Амелия опешила. — В ошибках нет ничего катастрофического. Если ты хочешь научиться что-то делать, то придётся ни один раз испортить тесто, — отозвалась она, словно и не сжимала её руку, даря ощущение заботы и уюта. Хотя может это касание значило что-то только для Ами?.. — Тебе ли не знать, что нужно много тренироваться для достижения результата. Опустив голову, девушка тяжело вздохнула — конечно, она знает, что ничего не даётся просто так. Ей пришлось работать, чтобы просто доказать, что у неё есть цена. Это цена равнялась свободе, которой она лишилась взамен на спортивную репутацию, громко звучащее имя и любимое дело. Рене убрала руку, но Амелия всё ещё ощущала то лёгкое фантомное касание. Казалось, один этот момент вытеснил из сознания все волнения и переживания, заполняя мысли только ей. Только Рене. Её позитив и внутренний стержень было чем-то невообразимым и неповторимым. Вопросы «а что будет завтра?» так и остались нерешёнными, пока девушка наносила на печенье разноцветную глазурь. М-м-м, уже выглядит аппетитно. Ами никогда ничего готовила, ей это было не по душе, да и не было достаточно времени, чтобы так расходовать его. Десерт, который украшала она, выглядел, мягко говоря, непривлекательно и криво, из-за чего хотелось верить, что вывезет вкус. — Выглядит замечательно, — произнесла Рене, заглянув ей через плечо и рассматривая цветные печеньки. — Ты слишком добра ко мне. — Я просто добра, без «слишком», — девушка взяла ближайшее к себе печенье и попробовала. Она улыбнулась, отчего у Ами внутри всё затрепетало. Неужели это так вкусно? — Для первого раза ты справилась очень хорошо, Лия.

***

Утро тринадцатого октября Амелия встретила более бодро, чем ожидалось. Вероятно вчерашние посиделки с Рене значительно снизили её волнение, и девушка поняла, что боятся просто бессмысленно. Рико не станет возвращать её в Гнездо, ему всё равно и в ней он видит не более, чем развлечение — это доказал его приезд на её первую игру в составе Лисов. Ярко-оранжевая джерси более не вызывала ощущения ущемлённости, наоборот девушка с гордостью надевала всё оранжевое упрямо показывая свою принадлежность к Пальметто. С ними — командой Лисов — дышалось легче, пусть их конфликты и не исчерпались. Тяжелее всего было контактировать с Элисон, но Ами давно воспитали так, чтобы ничего из личного не выносить на поле. Поэтому она могла только вздохнуть и промолчать, если дело шло к конфликту с Рейнольдс. Зато, на удивление, с Сетом удалось подружиться, хоть тот и часто ворчал на неё (что ж, это взаимно). Сегодня Ваймак отпросил Лисов с последних пар и собрал на стадионе в три часа. Хоть матч и начинался только в семь вечера, тренер хотел уберечь команду от безумия, творившегося в университете из-за предстоящей игры. Дэн включила телевизор и нашла какой-то фильм для просмотра. Аарон, Мэтт и Жан ушли в фойе, чтобы в тишине заняться домашней работой. А Кевин вышел во внутреннюю зону и просто молча сидел на скамейке. В пять тридцать доставили заказанную Ваймаком еду в огромном количестве. Лисы сели кружком и взялись за ужин, по-прежнему в молчании. Ами сидела между Жаном и Сетом, и старалась не думать о том, что время до игры катастрофически убывает. Гордон даже не выдал никакой колкой фразы на этот счёт, как можно было ожидать от него в обычное время — ясно, тоже волнуется, пусть и показывает, что внешне ему всё равно. Девушка подняла голову и осмотрела каждого товарища по команде, кажется, единственный кто действительно не переживал был Эндрю, он сидел со спокойным выражением лица чуть в стороне со своей семьёй. Когда с ужином было покончено, Дэн начала зачитывать список стартового состава Воронов. Фамилия Натаниэля звучала, как издёвка, но Ами не дрогнула. Знала, что брат в порядке и не даст себя в обиду. Он своего отца пережил, Рико и Тэцудзи в сравнении с ним мошки! Охрана стала впускать зрителей за час до начала игры. Амелия переодевалась под приглушённые голоса десятков тысяч людей и пыталась подавить возникающую моментами дрожь. Только она зашла в фойе, где уже была вся остальная команда, к ней подошла Эбби. Женщина выглядела обеспокоенно, отчего сердце в груди Браун сделало кульбит. — Ами, как ты чувствуешь себя? — девушка стояла на месте, едва раскрыв рот. Переживание Эбигейл захлёстывало её с невообразимой силой — раньше о ней волновались только братья, но никто, кто бы хоть немного мог сойти за родителей. Ваймак переживал, но держался в роли тренера и давал место мягкости, что не скажешь о ней. Эбби положила ладонь на плечо Ами. — Сможешь играть? — Она жива. Значит выйти может, — отозвался подошедший к ним Кевин. — Это наша игра. — Какой ты безжалостный, Кевин, — хихикнул Эндрю. Ваймак хлопнул в ладони для привлечения внимания, а затем жестом велел построиться. — Всё хорошо, Эбби, — Браун быстро улыбнулась женщине и прошла на построение. Тренер в очередной раз объяснял тактику игры, иногда добавляя новые комментарии. Амелия жадно впитывала каждую деталь и подкрепляла это своими знаниями. — Девочки, — наконец Ваймак обернулся к Ами, Дэн и Элион. — На сегодня забудьте о линии нападения, чтобы там не происходило — вас это не касается. Вороны быстрее и сильнее нас, поэтому будем сдерживать их атаки. Ваймак закончил давать указания с воем сирены, обязывающей игроков явиться на поле через минуту. У Браун заметно участилось дыхание, отчего она нехотя приложила ладонь к шее и немного оттянула воротник формы. — Дыши помедленнее. Не хватало ещё, чтоб ты паничку словила перед игрой, — тихо проговорил Аарон, проходя мимо неё. Казалось это был первый раз, после той давней поездки в Колумбию, когда «нормальный» Миньярд не избегал её, а говорил. Это было уже что-то. Следовать этому минимальному совету от Аарона было тяжеловато, но идя к стадиону она действительно пыталась дышать медленнее. Шум стадиона перешёл в оглушительные вопли и визги, когда «Лисы» наконец показались. «Лисички» замахали помпонами в приветственном танце, а студенческий оркестр «Оранжевые нотки» заиграл командный гимн, однако его звуки потонули в общем шуме. За этим шумом Браун могла пропустить выход Воронов, если бы не знала наизусть эти тяжёлые басы из гимна. Эта мрачная, гнетущая музыка наводила страх, символизировала угрозу, напоминала о смерти — Вороны относились к своему образу всерьёз. Трибуны взорвались. Зрители в оранжевом принялись выкрикивать оскорбления, сопровождая их презрительным свистом. Фанаты в гостевом секторе ответили боевым кличем. Те же, кто просто приехал насладиться зрелищем, бурно поддерживали и Лисов, и Воронов. Команды отправились на разминку. Внутреннюю зону Ваймак уступил Воронам — их было больше, — а свою команду вывел на поле, заставив бегать по кругу вдоль борта, а уже после приступив к упражнениями. Амелия старалась концентрироваться лишь на себе и своём состоянии, но когда на поле вызвали капитанов не смогла сдержаться и не бросить взгляд в сторону Рико. Тот постарался изобразить с Даниэль дружеское рукопожатие и спокойно принять право первой подачи. — За команду «Лисов» сегодня в стартовом составе играют… — объявил диктор, заставив команду вздрогнуть. Ами не слушала его и работала над дыханием. Благо, сегодня ей не придётся столкнуться с Натом, что небрежно забросил клюшку себе на плечи и вглядывался в их игроков. Ей не хотелось выступать против брата. Перед тем, как развернуться и выскочить на корт вместе со всеми, Браун почувствовала лёгкое сжатие плеча. Даже через защиту она могла понять насколько заботливым было касание Рене. В животе затрепетали бабочки, а спокойствие накрыло с головой. — Номер одиннадцать, Амелия Браун! «Сегодня только защита», — Ами не думала ни о чём, кроме этой установки. Да, они скорее всего проиграют, но этот проигрыш будет таким же достойным, как их недавняя победа над Черепахами. Когда объявили Рико, публика взорвалась. Появившись на поле, Морияма вместо того, чтобы пройти к своему месту, прошёл к ней. Во рту появилась горечь. Сняв шлем, парень смотрел на неё с высока, почти как в день её ухода, ни капли раскаяния и понимания ошибки. — Рад видеть тебя, Ханагоори, — проговорил он на японском. Браун удержала дрожь внутри, как будто немая поддержка Уокер перед её выходом была успокоительным. Аккуратно стянула шлем и посмотрела на него тёмным взглядом. — Не могу ответить тем же, — отозвалась она на том же языке. Элисон рядом напряглась, боковым зрением Амелия обратила внимание, как та поворачивалась сначала на Кевина и Жана, а затем на домашнюю скамейку. Это было лишним. При таком огромном количестве зрителей Рико и рукой не пошевелит причинить ей вред, если это не игровой момент, разумеется. — Жаль, — он поджал губы, как если бы его правда задели её слова. — Я надеялся на тёплую встречу… — Так перенадейся, — девушка пожала плечами, после чего её резко притянули за них в объятия. Толпа взорвалась. — У меня клюшка. Я могу сломать тебе руку, если не отпустишь. — За ошибками следует наказание, не забывай, — сказал Рико. Через рёв толпы Браун едва уловила резкий стук клюшки о стену. Эндрю. — Какая забота, — фыркнул в его сторону Морияма, отстраняясь от неё. Он развернулся и пошёл на свою позицию, на ходу надевая шлем. Ами тоже не стала терять время и закрепила защиту. А затем вскинула клюшку, показав, что готова к игре. Главный судья вручил Воронам мяч и покинул поле. Арбитры заперли оба выхода. «Сейчас имеет значение только матч», — подумала Браун, делая глубокий вдох и слушая стартовую сирену. Девушка не сразу заметила, что мяч летит в стену вблизи их ворот, но тем не менее это не помешала ей словить его на рикошете и сделать бросок на Эндрю. Он поймал его быстрым и ловким движением, как будто и не он некоторое время назад со скучающим лицом опирался о клюшку. Миньярд послал мяч обратно через всё поле. Кевин и Сет помчались вслед за мячом. Сердце Ами ёкнуло, когда она обратила внимание на игровой номер защитника, переградившего путь Кевину. Три. Натаниэль Веснински. Рико забавлялся, делая такую расстановку? Он намерено поставил Ната против Кевина! Натаниэль явно играл не в полную силу, а только делал вид, что матч его интересует. Нет. Против семьи он не пойдёт, даже если на кону будет его безопасность. Дэй легко обошёл его, из-за чего Веснински пожал плечами, мол: «Я старался». И как раз вовремя, ведь Сет, превозмогая свою неприязнь, сделал бросок на Кевина, ибо сам оказался заблокирован. Дэй поймал его и сделал кривой бросок по воротам. Мяч ударился в стену. После за мячом, мелькавшим между Воронами, стало слишком трудно следить. Сначала он попал к Рико, потом — к полузащитнику, после — к другому нападающему и наконец снова вернулся к Морияме — в ту самую секунду, когда он переиграл Ники. Рико сделал одно неуловимое движение, и лампы за спиной Эндрю загорелись красным. Сирена подтвердила забитый гол, трибуны загрохотали. Вороны с торжествующим гиканьем вернулись на исходные позиции. Амелия на ватных ногах обернулась к воротам и Эндрю, что стоял вполоборота и смотрел на мигающие красные огни. Прошло только две минуты. Так быстро Эндрю ещё никто не забивал. Дождавшись, пока сигнальные лампы окончательно погаснут, Эндрю снова развернулся спиной к воротам. Ами посчитала, что этот гол лишь позабавит Эндрю, хоть и была хрупкая надежда, что он увидит в Воронах серьёзного соперника и станет играть серьёзно. Гудок сирены вновь сорвал всех с мест, команды опять схлестнулись. Быстрый гол застал Браун в замешательство, отчего та старательно пыталась избавиться. Лисы добавили мощи, но это не помогло. Рико забил во второй раз через пять минут. Ами не могла сдержать дрожь, когда Рико направился не к своему месту, а к Эндрю. Что ему от него нужно? Они встретились лицом к лицу ровно на границе зоны ворот. Чтобы Морияма не говорил, Миньярд только небрежно отмахнулся. Амелию отпустило только, когда Рико развернулся и потрусил к центру поля. Лисы рвались к воротам соперника, но Вороны отбрасывали их назад. Ами оставалось только смотреть, как мяч летает от одного Ворона к другому — отчего у неё сердце обливалось кровью. Рико поймал мяч и нанёс удар по воротам, но Эндрю мощно отбил удар. Браун шумно выдохнула. В следующие пятнадцать минут Вороны ни разу не забили, зато создали кучу опасных моментов. Амелия испытывала стыд — ей казалось, что она резко упала уровнем, отчего не могла угнастся за бывшими товарищами. С их жёсткой игрой было слишком тяжело тягаться. Единственное, что придавало Лисам сил был Эндрю, который насмерть стоял на воротах. После третьего забитого гола Вороны сделали две замены: выпустили свежего нападающего вместо напарника Рико и нового полузащитника. Ваймак воспользовался паузой, чтобы поменять Ники и Жана на Аарона и Мэтта. Задачей Аарона была опека Рико и Ами крепче сжала древко клюшки, чтобы унять беспокойство. Она быстро обернулась к домашней скамейке и поймала подбадривающую улыбку Рене, от неё тянуло таким позитивом, что Ами не смогла не отразить её улыбку. Игра приняла агрессивный поворот, чего явно не ожидали Вороны. По правилам голкиперу не запрещалось выходить из зоны ворот, хотя, учитывая их размеры и высокую скорость перемещения мяча, делать это настоятельно не рекомендовалось. На подобный риск вратарь шёл в самых крайних случаях. За мяч боролись Аарон и Рико, но Эндрю оказался ближе и проворней. Плоская сетка на клюшке вратаря предназначалась для отбивания, а не удержания мяча, поэтому подобрать его Эндрю не мог, зато мог перенаправить. После его удара, короткого и жёсткого, мяч отскочил от паркета, срикошетил от стены и взмыл под потолок. Как следует размахнувшись, Миньярд запустил его к полузащите. Амелия не успела поразмышлять, когда осознала, что мяч летит к ней. Девушка старалась быстро собраться с мыслями. Поймать мяч она не успеет — к ней уже мчится второй нападающий Воронов — зато она может сделать передачу на Кевина. Она отправила мяч в стену к Дэю. При идеальном рикошете мяч должен был не просто попасть в сетку нужной клюшки, но попасть в неё под правильным углом, чтобы нападающему не пришлось целиться. Кевину оставалось лишь послать мяч в ворота ударом наотмашь. Это приём из арсенала Воронов. Кевин впечатал мяч в прямоугольник ворот. Лампы за спиной голкипера Воронов вспыхнули красным. Поднялся рёв трибун. Боковым зрением Ами уловила радостно подскочивших запасных и затанцевавших «Лисичек», но смотрел она лишь на Натаниэля, который отсалютовал ей двумя пальцами. Внутри поднялись гордость и восторг. Завоёванное очко воодушевило всю команду. При следующей попытке Рико ударить по воротам он столкнулся с Аароном. Они сцепились в драке, отчего арбитрам пришлось остановить игру, чтобы их разнять. Миньярд получил жёлтую карточку, как зачинщик, но Браун понимала, что потасовку спровоцировал Морияма. Сердце ускорило темп. Что такого мог сказать Рико, чтобы вывести из себя Аарона? Судьи засчитали фол и назначили штрафной в ворота Лисов. Команды выстроились посмотреть, как Рико будет бить. Эндрю не дотянулся до мяча всего на какой-то сантиметр. После этого удара дух честной игры покинул поле. Сколько раз игроки падали на паркет в последние двадцать минут тайма было и не сосчитать. К сорок пятой минуте, когда Сета ударили по лицу, жёлтые карточки были у всех, а одного из Воронов и вовсе удалили с красной. Игру приостановили, игроку Воронов влепили жёлтую карточку, а для Сета вызвали Эбби. Уинфилд выглядела очень тревожно, когда промакивала кровь Гордону на верхней губе. Её вызывали на поле уже в пятый раз. Когда она закончила, то в сопровождении арбитра покинула поле. Сету полагалось пробить пенальти. Это был самый лёгкий способ получить очередное очко, в этом матче было бы глупо отказываться от такой возможности. Для разбега разрешалось сделать не более двух шагов, чем Сет благоразумно воспользовался. Он сделал резкий удар и чётко отправил мяч в нижний угол ворот. На радостях Бойд так хлопнул Гордона по плечу, а после рассмеявшись, побежал обратно на линию первой четверти. Буквально в следующее мгновение первый тайм завершился, и команды потянулись с поля под крики возбуждённой публики. Ами подняла голову на табло. Три — шесть. Могло быть и хуже. Второй тайм неумолимо приближал их к провалу. Браун едва могла устоять на месте, видя, что Вороны ускорили процесс, пытаясь загонять вратаря Лисов до полусмерти. Как Рене держалась, Амелия совершенно не понимала, но старалась быть спокойной, наблюдая со скамейки запасных. — Громко думаешь. Я отсюда слышу, как у тебя мозг напрягается, — проговорил Эндрю позади. По спине побежала волна дрожи, которую девушка в ту же секунду уняла. — Я просто переживаю за Рене. Они наносят слишком резкие удары по ней, — Амелия села на скамейку рядом с ним. — Рене не такая мягкая, как тебе кажется. Она не зря в Лисах и единственное, что они могут ей сделать — физически измотать. Браун кивнула, хотя эти слова и не могли её успокоить. Она продолжила беспокойно наблюдать за матчем. Игра завершилась победой Воронов со счётом тринадцать — шесть. В статистике Лисов впервые за три года появился такой огромный разрыв между забитыми и пропущенными голами. Разочарование трибун было ожидаемо и вполне понятно. Двери, ведущие на поле, распахнулись, и запасные могли выйти на площадку. Эбби и Ваймак стояли в проёме и молча наблюдали за ними. Лисы направились к воротам, у которых сидела Рене в попытке отдышаться. Ами села перед ней на колени. Пусть они и проиграли, девушку переполняла гордость. Лисы сделали очень много, чтобы добиться этого результата — выстоять против действующих чемпионов — невероятно. — Лисы, — негромко окликнул Рико. Он и ещё несколько Воронов собрались за их спинами. Все обернулись к нему, — Должен признаться, я в растерянности. Не могу поблагодарить вас за игру – называть игрой сегодняшнее избиение младенцев не поворачивается язык. Я примерно представлял, чего от вас ожидать, но мне все равно за вас стыдно, — он поочерёдно посмотрел на Кевина, Жана и Ами. — Как низко вы пали. Не стоило вам позориться… — Я вполне доволен, — произнёс Кевин, заставив Жана и Амелию вздрогнуть от неожиданности. — Не счётом и не статистикой Лисов, а их командным духом. — У них огромный потенциал, — удовлетворительно покачал головой Моро. — Я более чем уверен, что вместе мы придём к победе. — Сколько раз вы сегодня получили мячом по башке? Браун не обратила внимания на насмешки от Воронов, сейчас её более чем интересовала Уокер. Она помогла ей подняться, чувствуя, как та мелко дрожит от напряжения. Даниэль подняла упавшую клюшку Рене. — Спасибо за игру, — неожиданно сказал до боли знакомый голос. Нат. Он стянул шлем и подошёл к Эндрю, доброжелательно протягивая ему ладонь для рукопожатия. Вратарь медленно перевёл взгляд с протянутой руки на лицо парня. — Ты великолепен. Миньярд не пожал руку и лишь кивнул, но Веснински не расстроился и не растерялся, а только улыбнулся уголком губ. — Уходим, ребята, — тихо сказала Дэн своей команде и те покинули поле под крики возмущённых зрителей. Ваймак тут же прервал общение с репортёрами и направился к команде. Не дожидаясь тренера, Ами повела Рене в раздевалку. Не хотелось её сейчас отпускать и оставлять одну. Девушки зашли в помещение и устало повалились на скамейку. Некоторое время Браун слушала шумное дыхание Уокер, пока та неожиданно не подала голос: — Ты справилась и я очень тобой горжусь. Амелия вздрогнула. Гордиться? За что? Водоворот вопросов затягивал её со стремительной силой. Но одновременно с этим внутри стало распространяться приятное тепло. И пусть Лисы проиграли, для неё сегодняшний день — однозначная победа.

***

Время осеннего банкета неумолимо приближалось, отчего Элисон всё больше налегала на Амелию, поторапливая её с поиском пары. Та не стремилась к этому, после отношений с Рико она почувствовала свободу и боялась, что это может уйти по щелчку пальцев. Если она и поедет на банкет, то одна. Девочки примеряли купленные наряды к мероприятию, когда в дверь их комнаты постучали. Они напряглись — парни зачастую заходили, с порога заявляя, что это они, а кто-нибудь из компании Монстров и не стремился заходить. Даниэль посмотрела на соседок, немо спрашивая ждут ли они кого-то, но в ответ получила только отрицательные кивки. Она прошла к входной двери и… Ами словно парализовало от звука знакомого голоса. Поднявшись с кровати, прошла к Дэн и увидела, как та разговаривает с Джастином. Джастин Рэй входил в состав Воронов, но год назад он, наконец-то, закончил обучение, чем был беспредельно счастлив. Продолжать спортивную карьеру более не хотел, поэтому ударился в изучение медицины (он говорил, что раз помогал Ами и её братьям с травмами, то стоит попробовать поучиться в этом направлении). Всё та же широкая улыбка с ямочкой, потрёпанные каштановые волосы и глубокие карие глаза. Она помнила каждую черту его лица детально, слишком близок ей этот человек. Не понимая ничего, кроме как радости от его приезда, Браун напрыгнула на него с объятьями. Она слышала шуршание пакета, выпавшего у Джастина из рук, и его тихий смех, от которого на душе становилось теплее. Неужели он здесь? Неужели приехал в Пальметто, чтобы увидится с ними? Амелия была так погружена в эмоции, что не могла толком сориентироваться или что-то сказать. Рэй приподнял её и аккуратно покружил, словно ей не восемнадцать лет, а пять. — Ты приехал, серьёзно? — слова едва складывались в предложения и не позволяли добавить больше смысла в сказанное. — А Кевин с Жаном знают? Ты их видел? — Стоп-стоп, Ами, — с улыбкой остановил он её бормотание. — Решил заехать, потому что было по дороге и потому, что Нат отправил тебе подарок, мы виделись на игре и он попросил. А Кев и Жан ещё не вкур… — В курсе, — перебил его единый хор из двух голосов. Дэй и Моро стояли около противоположной стены от двери в комнату девочек и поглядывали на них с широкими улыбками. Рэй ответил им тем же, а после выпустил Браун из объятий и поднял упавший пакет. Подарок от Натаниэля. Сердце Ами глухо ударилось о рёбра, готовое в этот же самый момент выскочить из груди. Карий взгляд скользил по подарочному пакету, выкрашенному в однотонные белый и оранжевый цвета, как её новая игровая форма. Её принадлежность к Лисам. Руки тряслись, когда девушка взяла подарок. Джастин в компании Кевина, Жана и девочек прошёл в комнату к Мэтту и Сету. А сама Ами не могла сдержать любопытства и желания поскорее открыть подарок. Только закрыв дверь, она вернулась на свою кровать и стала с трепетом доставать свёрток из пакета. Он был ужасно запакован, что сразу шло понимание — да, подарок действительно от Веснински. Его руки были выучены держать нож или клюшку, но никак не завязывать аккуратный бант из ленточки. Но от этого было так хорошо на душе, что улыбка отразилось на губах мгновенно. Бумага зашуршала, когда Браун отбросила её в сторону и отдала всё своё внимание содержимому. Это было вечернее платье. Белое. Без чёрных и красных элементов, что присуще однообразным образам Воронов. Платье сшито лёгкой и нежной ткани, отчего Ами опасалась к нему даже прикасаться, чтобы расправить и осмотреть полностью. Свободные рукава вплоть до самых запястий, но движения явно не сковывают. А небольшой вырез и средняя длина добавляли нежности и романтичности. Амелия не могла им налюбоваться. Это так сильно разнилось с её прошлой жизнью, что даже пугало. «Вы им больше не принадлежите — я позаботился об этом. p.s. Не говори, что у меня паршивый вкус, я старался!

Нат»

— У тебя не паршивый вкус. Мне очень нравится. Слёзы накатили сами собой. Она не знала, как будет ощущать себя, если в один момент ей скажут, что она больше не плата чьих-то догов, что она свободный человек и может делать то, что ей заблагорассудится. Сделать спокойный вдох не получалось, дыхание было рваным и беспокойным. Тише. Спокойнее. Амелия не могла поверить, что всё это происходит наяву. Счастье навалилось на плечи.

***

По жребию, разыгранному в июле, принимать осенний банкет выпало университету Блэквелла. Для Лисов этот вариант был относительно удачным — Блэквелл располагался всего в четырёх часах езды. Сам банкет — двухдневное мероприятие, чтобы участники, добиравшиеся издалека, не зря потратили деньги и время. Лисы же единогласно решили уехать в субботу вечером. Шести часов в обществе команд, которые регулярно и грубо высмеивают их перед журналистами, более чем достаточно. Даниэль уверено говорила, что вряд ли кто из спортсменов рискнёт затеять потасовку на официальном мероприятии — таких отморозков просто не найдётся, — но Ами это не утешало. Кевин и Жан, после того, как Амелия показала им записку от Натаниэля, долго не могли прийти в себя. И если Моро не подавал вида, то Дэю понадобилась значительная помощь — пусть она не знала каким образом «нормальный» Миньярд смог успокоить его. Но зато Рене обняла её с мягкой улыбкой и тихонько говорила о том, какое это прекрасное событие. Блэквелл появлялся на горизонте слишком быстро, Браун уже могла различить очертания двух стадионов. Футбольный стадион и стадион для игры в экси высились на противоположных концах кампуса, словно два гигантских краеугольных камня. Лисы прибыли не первыми, но и не последними, как выяснилось по быстрому подсчёту автобусов. Взгляд Ами зацепили три чёрных автобуса, стоявших посреди парковки. Единственным цветовым пятном в этой черноте была тёмно-красная клякса вокруг силуэта ворона. Ваймак благоразумно припарковался подальше от Воронов. — Какого это не быть на привязи? — раздался рядом насмешливый голос Эндрю. Конечно он знал, что произошло. Амелия не могла этого скрыть, особенно после реакции Кевина. Миньярд тогда лишь окинул записку незаинтересованным взглядом и промолчал. Браун постаралась вдохнуть поглубже, немного судорожно, но лучше, чем в общежитии. — Странно. Непривычно. У меня не выходит чувствовать себя свободно. Дожидаться ответа от Эндрю она не стала, поэтому прошла сразу же за Эбби, которая открывала багажное отделение, куда Лисы сложили одежду для банкета. Женщина аккуратно отдала Ами её платье, а та старалась относиться к нему со всей бережливостью. Тренер дождался, когда все заберут одежду, и запер автобус. Двое охранников, с интересом наблюдавших за прибытием Лисов, проверили всех по списку. После этого один остался за входными воротами, а второй проводил их в комнату для переодевания. Поскольку домашняя раздевалка была занята командой университета Мэдисона, Лисам пришлось тащиться в гостевую на другом конце стадиона. Когда Лисы переоделись, оставили свои личные вещи в одной из инвентарных кладовок с табличкой: «Университет Пальметто», а тренер пересчитал подопечных по головам, они вышли на стадион. На стадионе Блэквелла царила зловещая тишина. Все прибывшие уже собрались на поле. Толстый настил защищал гладко отполированный паркет от царапин, которые могли оставить ножки столов и стульев. Здесь ярко светили все прожекторы, и только экраны электронного табло под потолком оставались тёмными. Ваймак придержал дверь и жестом пропустил Лисов вперёд. Ами не удержалась, чтобы благодарно склонить голову, когда проходила мимо него. Сразу за входом стояла небольшая группа тренеров. Один из них в рупор объявил о прибытии команды Пальметто. Оживлённый гул разговоров немного стих, заскрипели стулья — кое-кто из гостей обернулся. Ваймак посмотрел на Дэн, дёрнул подбородком в безмолвном приказе двигаться дальше, а сам направился к коллегам, чтобы обменяться приветствиями. Эбби пошла за ним, напоследок улыбнувшись команде. Места рассадки гостей были закреплены заранее. На спинках стульев имелись бумажные таблички в цветах команды с изображением соответствующего талисмана. Найти короткий ряд, отмеченный оранжевым, не составило труда, увидеть места Воронов оказалось ещё проще. Команды усадили за одним столом, друг напротив друга. — Это шутка какая? — чуть оскалилась Элисон, резким движением отбрасывая на спину волны золотистых волос. Браун ощутила, как сердце начало сильнее биться о рёбра. Как предвестник плохого. Да и что может быть хорошего в том, чтобы сидеть напротив бывших сокомандников? — Как банально, — фыркнул Аарон, чётко следуя за Даниэль, что не сбавляла шага по дороге к столу. — Может, наконец-таки, повеселимся, — донёсся голос Эндрю. — Рико, — поздоровалась Уайлдс, отодвигая свой стул, расположенный точно напротив стула Мориямы. — Дэн Уайлдс. Рико протянул руку с такой надменной снисходительностью, что у Амелии ком встал поперёк горла. Она надеялась, что Дэн проигнорирует этот наглый жест, однако она вложила пальцы в ладонь Рико и легко пожала её. Когда она отпустила его руку, он улыбнулся. Дэн заняла свое место, а остальные последовали её примеру. Но к сожалению, выяснилось, что Рико сидеть на месте не собирался. Едва Лисы расположились, как он встал и приблизился к девушке, сидевшей напротив Ами. Он молча подошёл к ней, и этого оказалось достаточно, чтобы она поспешно поднялась и пересела на освободившийся стул, уступив место напротив Браун ему. Как только он это сделал, все остальные Вороны словно бы ожили и как один откинулись на стульях. С прямой спиной остался сидеть только Рико. — И снова здравствуй, Ханагоори, — проговорил он. — Кевин, Жан. Парни по обеим сторонам от неё напряглись. Она ощущала это даже на эмоциональном уровне — себя она чувствовала не лучше. Прошло лишь несколько минут от начала, а она уже жаждет убраться отсюда. — Я Амелия, Рико. Рико поддался вперёд и всматривался в её лицо, как будто видел её впервые. У Браун перехватило дыхание. Он что-то задумал. Она видела это в его тёмных глазах, что сомнений не оставалось совершенно. — Это имя тебе не очень подходит. Не думаешь? — Все претензии к моим родителям. — Не трогай моих ребят, Рико, — раздражённо бросила Даниэль, как будто уловила напряжение в воздухе. — Это просто банкет, где нам следует отдохнуть, — невозмутимо произнесла Рене, давая поддержку словам Дэн. — Зачем его портить? — Почему бы нет? — фыркнула одна из Воронов, чьё лицо Ами видела впервые. — Вы плохи во всём. Серьёзно, неужели выставлять себя на посмешище так весело? — Нам явно живётся веселее, чем вам, — произнесла Рене. Браун не могла подавить восхищение. Уокер была настолько спокойна и дружелюбна, что ей (Ами) хотелось укрыть её от всей этой грубости. Хотелось сделать так, чтобы она не слышала всех этих грубых слов. — Веселье – для детишек, — заявил Рико, снова переводя взгляд на Амелию. У неё в желудке всё свернулось от его взгляда, а эта насмешка и жёсткость никогда не покинут её воспоминаний. — На этом уровне уже оценивается мастерство, которого у вашей команды, увы, нет. Вы не имели права играть против нас. — Тогда нечего было менять округ, — подал голос Мэтт. — Вам тут не рады. — Вы забрали то, что вам не принадлежит, — продолжил он. — И в этом сезоне хороните себя собственными руками. — Мы ничего не забирали, — возразил Сет, удивив команду, что постаралась скрыть свой шок под обыденностью. — Они, — он указал на Браун и парней. — Хотят быть с нами. Ворон, сидевший напротив него, расхохотался: — Только не говори, что вправду в это веришь. Они с вами только потому… — Потому что, что? — вытаращился на него Эндрю. — Не перебивай меня, сиротка Доу. Ники, сидевший рядом с близнецами, издал короткий негодующий возглас, а Аарон пусть и не издал ни звука, сминал в руках белоснежную салфетку, вот только Эндрю в ответ на это странное оскорбление лишь ухмыльнулся. — Молодец, попытка засчитана, но прибереги своё красноречие для другого раза. Хочешь подсказку? Нельзя ещё больше унизить того, кто и так в самом низу. Так что не трать зря время, ни своё, ни моё. — Хватит! — Дэн сердито щёлкнула пальцами. — Прекратите. Мы на официальном мероприятии, здесь одной администрации человек двадцать. Мы собрались для того, чтобы отдохнуть, а не чтобы лезть в драку. Если не можете сказать ничего хорошего, лучше совсем молчите. Обеих команд касается. — Ами, почему же ты так притихла? — улыбнулся Рико, вернув к ней своё внимание. — Оставь её в покое, — глухо произнёс Натаниэль. — Всё-таки как же трогательно это выглядит. Семья воссоединилась, — продолжил Морияма, который никак не отреагировал на замечание Веснински. Он хищно улыбнулся. — Надеюсь, ты счастлива, Миньярд. Взгляд Рико мог бы заморозить адское пекло, однако Ами была так расстроена, что не боялась ничего, вплоть до реакции близнецов. Нервный срыв накроет её позже, она уверена. — Ну, конечно. Счастлива, очень счастлива, — девушка постаралась выдавить из-за себя яркую усмешку, что ей удалось вполне успешно – Воронов учили держать лицо в любой ситуации. Она подняла голову. Мир разрушился за секунду, а предательство ощущалось на языке горьким вкусом. — Тебе никогда не понять, что значит «семья». Мой отец хотя бы заметил во мне ценность, в отличие от твоего, который и смотреть на тебя не желает. Жан аккуратно коснулся её руки, намереваясь успокоить, но одного касания не хватит, чтобы унять всё, что копилось годами. Боковым зрением Ами посмотрела на Лисов: Рене смотрела на неё с неприкрытым беспокойством; близнецы, пусть и сидели с каменными лицами, явно держали шок внутри, который к слову по всей красе показал Ники; а Дэн, спрятав лицо в ладонях, обратилась к Мэтту, что в момент поднялся со своего места — он ушёл за тренером. Голос Ваймака, загремевший рядом с их столом, заставил Амелию вздрогнуть от неожиданности и немного перевести дух: — Что вы тут устроили, мать вашу? Тренер стоял рядом со стулом Дэн. Мэтт подошёл к своему месту, но за стол не сел. Ваймак махнул рукой Лисам: — Поднимайтесь. Эбби договаривается с администраторами, чтобы нас пересадили за другой стол. Ваймак остался уладить вопрос с Воронами; Лисов из-за стола как ветром сдуло. Направляясь через всё поле к Эбби, они привлекали немало любопытных взглядов, однако им было не до этого: вся команда не сводила глаз с Браун и близнецов, подразумевая, что сейчас их будет ожидать ещё один не очень приятный разговор. Эбби и тренер блэквеллцев препроводили Лисов к новому столу, который изначально отводился тренерам. Сменив дислокацию, команда оказалась на задворках мероприятия, однако Лисы этому только рады. Они расселись в прежнем порядке, только теперь близнецы сидели ближе к Ами. Ладони мелко задрожали, а сама девушка проглотила страх. Терять уже и нечего. Рико резко и подло преподнёс обоим командам информацию, что Амелия — дочь Гарри Брауна и Тильды Миньярд, то есть младшая сестра Эндрю и Аарона и кузина Николаса Хэммика. — Теперь ясно почему ты, клон, от неё так шарахался, — с лёгкой наигранной насмешкой протянул Эндрю, немного поворачиваясь к девушке для удобства. — Она ж её копия. Да, теперь я точно это вижу. Да, верно. Видя фотографии матери, Ами ловила себя на нелучшей мысли, что черт от Тильды в ней куда больше: взять хотя бы каштановые волосы, карие глаза или маленький рост, что резко бросалось в глаза. От Гарри ей досталось разве, что небольшая, едва заметная на бледной коже россыпь веснушек. — Ты, вообще, собиралась нам говорить? — обратился к ней Аарон, словно закрывая уши на слова брата. — Нет. Амелия отвлеклась, тренер направлялся к Лисам, лицо его было чернее тучи. — Миньярд, сядь нормально, — прорычал Ваймак, появляясь за спиной Дэн. Эндрю и Аарон с поразительной синхронностью взглянули на тренера. — Ну, тренер, вам следует быть точнее, — в своей манере отозвался Эндрю, глядя на Ваймака с хитринкой и раздражением в глазах. Он сел прямо и откинулся на спинку стула. — Теперь здесь три Миньярда. От его тона внутри Браун что-то надорвалось, а в уголках глазах защипало. Она сжала подол платья, тем самым скрыв дрожь в руках под столом. — Что за чепуху ты мелешь? — гаркнул Ваймак. — Это не чепуха, тренер, — голос Аарона не отражал ничего. Абсолютно. Это било не меньше насмешек Эндрю. — У нас тут сестра оказывается есть. Ваймак только открыл рот, дабы задать логичный вопрос, что за сестра, откуда и что в общем происходит. Но Амелия не хотела терпеть это представление дальше. Она поднялась на своём месте довольно резко, отчего стул со скрипом отодвинулся назад. — Амелия Крис Миньярд, — отозвалась она. Фамилия колола язык, когда девушка произнесла её, но стало легче. Она как будто, наконец, приняла ту истину, которую долгое время отталкивала от себя и своего понимания. Взгляд Ваймака изменился. — Тренер, можно пока не задавать вопросов? Позже. Я объясню всё позже. Мужчина вздохнул и в очередной раз призвал Лисов к спокойствию. А Ами медленно опустилась на свой стул. После того как собрались все четырнадцать команд, тренер Блэквелла произнёс короткую речь о текущем сезоне. Официанты подали угощение, и все принялись за еду под звуки приглушённых разговоров и редкого смеха. Сейчас, когда на спортсменов не давило напряжение игры, общение складывалось легче. От всех требовалось лишь не поднимать опасных тем и избегать стычек с соперниками. Тринадцать тренеров перешли за стол к Воронам. Занявшим их места Лисам пришлось вести светские беседы со второй половиной тренерского состава. После трапезы все столы убрали. Они были складные, поэтому их составили один на другой по три штуки вдоль длинной стороны поля. Из стульев соорудили башни — такие высокие и шаткие, что они грозили опрокинуться. Освободив место, организаторы банкета постарались сделать обстановку менее формальной — так, чтобы каждый нашёл чем заняться. Команды перемешались, и все разошлись кто-куда. На другом конце включили динамики: заиграли популярные композиции, и половина поля превратилась в импровизированный танцпол. Ами вскочила со своего места раньше, чем кто-либо другой. За её спиной послышался шорох — вероятно, Жан остановил Кевина, чтобы не идти за ней — она слышала французскую речь. Девушка обошла толпу, выйдя в домашней раздевалке блэквеллцев. Она была такой большой, что могла целиком вместить раздевалку Лисов в Пальметто, и диваны в ней имели соответствующие размеры. На полу лежали декоративные коврики с эмблемой команды Блэквелла — ушастым зайцем, на стенах висели фотографии команды. Когда Амелия рассматривала фото, то вздрогнула от скрипа двери и шаркающих шагов. Рико стоял с улыбкой на пороге, отчего внутри у неё всё похолодело. Он и так всё испортил, что ему ещё нужно? — Ну, видишь? Всё, что я говорил тебе оказалось правдой, — Рико говорил ровно, словно и не он в этот вечер предал данное ей обещание – молчать о письме Гарри, в котором он говорит о том, что Тильда не выскажет сопротивления, чтобы отдать дочь Мориямам. — Ты им не нужна. Морияма знал куда бить и, видя уязвимость в лице Браун, усмехнулся и вздохнул. — Всё было хорошо, пока ты не решил во всеуслышание заявить, что я – Миньярд. Всё шло хорошо, я была рядом, хоть и не сближалась с ними. А теперь ты всё испортил! — У меня есть предложение, как загладить свою вину, — Рико приблизился, Ами забыла как дышать. — Я приглашаю тебя на День Благодарения в свой замок. Ты едешь в Эвермор, — жёстче проговорил он последнее предложение. Рико целую вечность сверлил её взглядом, а потом ощетинился. Он наклонился к её лицу и проговорил так тихо, что ей пришлось напрягать слух. — В противном случае, твоих братьев может навестить старый знакомый. И поверь, их встреча Эндрю не понравится, — он разжал один кулак Амелии и вложил в ладонь бумажку. Билет. — Увидимся. Он ушёл, оставив Браун в звенящей тишине. Ей нужно вернуться в Эвермор… ей придётся. Она не знает, что Рико задумал, но он ясно дал понять, что стоит на кону в случае её отказа. Эндрю и Аарон. Да, они её не признали, да и вряд ли признают. Но это не значит, что она должна бросить их и ждать, что Морияма приготовил. Сил не было абсолютно. Понимание, что за чувство ограждало её от поездки на осенний бал, держало за горло. Вот оно предчувствие. Амелия закрыла лицо руками, делая рваные вдохи и выдохи. Слёзы застряли где-то в горле и не выходили лишь потому, что «нельзя». Стараясь успокоиться, она не услышала глухой стук каблуков и не увидела нависшей над собой тени. — Ами? — мягкий голос Эбби донёсся до неё, как сквозь твёрдый купол. — Натаниэль сказал, что тебе нужна моя помощь и… «Так вот, как она нашла меня. Нат обратился к ней», — мельком подумала девушка, падая в её объятия. Она тёплая и мягкая, а руки, гладя каштановые пряди, казались такими заботливыми, что Амелия невольно посчитала, что растает в ту же секунду. Слёзы потекли, обжигая щёки. Эбигейл не говорила ей успокоиться, позволяя плакать на её плече столько, сколько потребуется. Женщина ласково прижимала её к себе, давая ей всё чего сейчас хотелось: защиту, спокойствие и понимание.