Me and the Devil | Я и Дьявол

      — Расслабься для меня, Грейнджер, — пробормотал Драко, касаясь её кожи и оставляя дорожку из поцелуев вниз по её животу. — Расслабься, — повторил он. — Покажи мне, как ты растворяешься под моими прикосновениями. — Тепло его дыхания, коснувшегося её кожи, когда он опустился между её ног, заставило спину выгнуться дугой, а ногти впиться в матрас.       — Малфой, — выдохнула она, её мышцы напряглись, когда он впился своими губами в её.       — МЯЯЯУ! — пронзительный вопль вырвал Гермиону из сна, её глаза резко распахнулись, и она вскочила на кровати. Её грудь быстро поднималась и опускалась, пока она пыталась отдышаться, в то время как Живоглот смотрел на неё сверху вниз с гораздо большим гневом и нетерпением, чем должно быть у кота.       Закрыв глаза, Гермиона натянула одеяло на лицо и застонала, когда начала осознавать последствия её вчерашних решений. В ушах звенело, в голове пульсировала боль, а глаза резало даже от малейшего проблеска света. Всё, чего она хотела, — это проваляться весь день в постели и позволить себе никого не видеть и ни с кем не разговаривать, но Живоглот не собирался этого допустить.       — Мяуу!       — Глотик, ради Годрика, — проворчала Гермиона. — Можно мне ещё хотя бы пять минут?       — МЯЯЯУ!       — Ладно-ладно! — Гермиона откинула одеяло и села. — Ты победил, — сказала она ему, признавая своё поражение.       Болтая ногами, Гермиона опустила ступни на пол и начала вслепую искать свои тапочки. Когда ей не удалось найти пушистую обувь, она заглянула за край и поняла, что ковёр под ногами — не тот, что лежал в её комнате. Впервые с момента пробуждения Гермиона оглядела комнату и обнаружила, что та и вовсе ей не принадлежала.       — Какого?... — ответ на её вопрос о том, где она находится был получен быстро, когда её взгляд упал на рамку с фотографией, стоящую на комоде. На ней были Драко, Тео, Блейз и Пэнси.       Она всё ещё была в доме Драко.       У неё перехватило дыхание, стоило вспомнить сон, который она видела перед пробуждением. Её пульс участился, когда она задалась вопросом, было ли это на самом деле сном. Последнее, что она помнила из прошлой ночи — она собиралась это сделать. Она собралась, наконец, поцеловать Драко, но смогла ли? Они поцеловались? Они сделали что-то… большее?       В отличие от Гермионы, Живоглоту было абсолютно наплевать на это, что он и продемонстрировал, в очередной раз издав нетерпеливое и раздражённое пронзительное мяуканье.       — Чёрт возьми, Глотик. Хорошо, я встаю, — как только она поднялась на ноги, Живоглот спрыгнул с кровати и стал ждать у двери. Как только она открыла её, тот промчался через холл и спустился по лестнице. — Какой нетерпеливый, — пробормотала она себе под нос, спускаясь вслед за ним. Как только Гермиона вошла на кухню, её встретили с чашкой свежего чая.       — О, спасибо, — после того, как она приняла кружку, Гермиона потянулась за тарелкой со свежеприготовленной едой, но её тут же отодвинули подальше от неё.       Не говоря ни слова, Драко прошёл мимо Гермионы и наклонился.       — Держи, — сказал он, ставя тарелку на пол перед Живоглотом. — Твоя на столе, Грейнджер.       Тихий смешок вырвался из её горла, когда она закатила глаза, прежде чем направиться к столу. Заняв своё место, Гермиона осторожно сделала глоток чая. Как только тёплая жидкость коснулась её языка, она почувствовала, что её пульсирующая мигрень начала утихать.       — Я добавил немного растопырника, чтобы помочь с похмельем, — сообщил ей Драко, присоединившись за столом. — Тебе, наверное, стоит выпить ещё чашечку через час или около того.       — Осторожнее, Малфой, у тебя начинают проявляться отцовские инстинкты, — поддразнила она.       Драко приподнял бровь.       — Интересно, — промурлыкал он в свою чашку. — Меня и раньше называли папочкой, но не в таком контексте, — ухмыльнулся он.       Глаза Гермионы расширились, и она поперхнулась чаем. Прежде чем она успела вымолвить хоть слово или влепить Драко пощёчину за его замечание, на стол перед ней легла стопка конвертов.       — Что это?       — Твоя почта. Я забрал её, когда приходил за Живоглотом прошлой ночью, — объяснил Драко. — Я подумал, что после нашего кота, просмотр почты был одним из твоих приоритетов по утрам.       Она ненавидела то, что он был прав. Гермиона всегда гордилась своим распорядком дня, но одновременно ненавидела то, насколько предсказуемой это её делало. Несмотря на желание защитить свои планы, она поблагодарила Драко и начала разбирать почту.       Счета, счета, счета, письмо с её старой работы с вопросом, не подумает ли она о возвращении, и приглашение на сва… У Гермионы скрутило желудок, и комната вокруг неё начала сжиматься. Её сердце бешено колотилось в груди, когда она смотрела на открытку, которую держала в руках, и две яркие улыбки смотрели на неё в ответ. Там были голоса, она не могла их услышать, они были заглушены звоном в ушах. Не говоря ни слова, Гермиона вскочила со своего места и выбежала на задний двор.

***

      Всё происходило как в грёбаном фильме, дождь начался всего через несколько минут после того, как Гермиона скрылась в дальнем углу оранжереи Драко. Она просидела так некоторое время, обняв руками колени, и звук её рыданий сливался с лёгким и почти мелодичным стуком дождевых капель, бьющихся о крышу.       Она чувствовала себя так нелепо. Почему она вообще плакала? Почему ей было так больно? Ради Годрика, не похоже, что она всё ещё любила его. Но всё же, было что-то в том, чтобы держать в руках приглашение на свадьбу от парня, за которого, как она когда-то думала, выйдет замуж. И в довершение всего, они собирались пожениться в том же чёртовом соборе. Она была уверена, что благодарить за это следует Молли. Последние пятнадцать минут Гермиона крутила в голове один и тот же вопрос.       Что будет хуже: присутствовать на свадьбе или остаться дома?       Она решила, что последнее будет всё же хуже. Гораздо хуже. Гермиона собиралась пойти. Она собиралась нарядиться, улыбнуться и отпраздновать свадьбу молодожёнов. Она собиралась показать Рону, что его счастье не стоило Гермионе её счастья.       Гермиона как раз собиралась встать и вернуться в дом, когда услышала тихий звук приближающихся шагов. Посмотрев направо, её взгляд упал на Драко, который теперь стоял на расстоянии вытянутой руки, держа приглашение на свадьбу.       Опустившись на землю рядом с ней, Драко поднял приглашение и сказал: — Лаванда Браун значительно опустилась в рейтинге из-за него, и всё же, она совершенно не его уровня, — его знакомый язвительный тон успокоил Гермиону, настолько, что она тихо рассмеялась. Что было приятно, учитывая, что она только что почти час проплакала. — Ты в порядке? — спросил Драко.       Гермиона кивнула и вытерла оставшиеся на щеках слёзы тыльной стороной ладони.       — Просто это было неожиданно, вот и всё.       — Я скажу, — усмехнулся он, — я имею ввиду, честно? Уизли женится? У ведьмы, должно быть, совсем нет самоуважения, если она любит этого гада. Без обид, Грейнджер. Все мы иногда совершаем ошибки, — поддразнил он.       — Отвали, — простонала она, толкая его плечом и закатывая глаза. — Я собираюсь пойти.       Драко приподнял бровь, явно удивлённый её решением. Гермиона ожидала слов о том, что она сумасшедшая. Что посещение свадьбы Рона и Лаванды было второй по величине ошибкой, которую она совершит, сразу после знакомства с Роном. Но чего она не ожидала услышать, так это «Я пойду с тобой».       — Ч-что? — пробормотала она, будучи уверенной, что просто неправильно его расслышала.       — Я пойду с тобой, — повторил он.       Грудь Гермионы затрепетала при мысли о том, что Драко будет её кавалером, даже если это будет свадьба её бывшего. Но в то же время страх, что он делает это предложение только из жалости к её ситуации, полностью отвратил её от этой идеи.       — Ты не обязан этого делать, — сказала она ему, поднимаясь на ноги и отряхивая грязь с брюк. — Правда, я прекрасно справлюсь сама.       Драко, также поднимаясь на ноги, сказал:       — Я прекрасно понимаю, что справишься, но это не значит, что ты должна это делать. Кроме того, только представь выражение лица Уизли, когда он увидит меня, — Драко не смог удержаться от ухмылки. — Одного этого достаточно, чтобы сделать мой год незабываемым.       Гермиона скрестила руки на груди.       — Значит, единственная причина, по которой ты хочешь пойти, — это задеть Рона за живое?       — Это определённо очень выгодный пунктик, — признал он. — Но, — он придвинулся ближе, — ещё я хочу быть рядом с тобой, Грейнджер. Просто позволь мне быть рядом.       Свадьба и так обещала быть достаточно неловкой, и Гермиона знала, что, пригласив Драко Малфоя в качестве своего кавалера, она только усугубит ситуацию. Наверняка среди других гостей поползут слухи, и достаточно быстро разлетятся по всей Волшебной Британии. В конце концов, все узнают, что Гермиона Грейнджер, «Золотая девочка», привела Драко Малфоя, «Пожирателя смерти», в качестве спутника на свадьбу своего бывшего жениха. Дело в том, что Гермионе было плевать. Она не стыдилась того, что связана с Драко. На самом деле, ей очень понравилась эта идея. Люди, думающие, что они вместе.       — Хорошо, — сказала она. — Ты можешь пойти.       Теперь Драко крестил руки на груди.       — Итак, мисс Грейнджер, так нельзя просить кого-то быть вашим кавалером. Попробуйте ещё раз.       Гермионе захотелось стереть это самодовольное выражение с его лица. Раздражённо вздохнув, она спросила:       — Ты будешь моим кавалером на свадьбе моего бывшего жениха?       — Это, безусловно, одно из самых странных свиданий, на которые меня когда-либо приглашали. Но, конечно, почему бы и нет? — он пожал плечами. — Хотя у меня есть одно условие.       — И какое?       — Ты должна потанцевать со мной хотя бы раз.       — Потанцевать?       — Да, Грейнджер, потанцевать. Знаешь, это то, что ты делаешь, когда с кем-то раскачиваешься под музыку взад-вперёд?       — Я знаю, что такое танцы, Малфой, — простонала она. — Я спрашивала, почему именно это твоё единственное условие.       — Потому что мы не сделали этого на Святочном балу, — просто ответил он.       — Мы тогда ненавидели друг друга.       — Верно, но ненавидим ли мы друг друга сейчас? — спросил он, делая к ней ещё один шаг.       Он был достаточно близко, чтобы Гермиона могла почувствовать запах его одеколона и тепло от его дыхания на своей коже.       — Н-нет, я думаю, что нет, — удалось выдавить ей.       — Тогда, я хотел бы получить свой танец. Договорились?       — Договорились.