Почему ты любишь меня, Дэн?

Последние лучики закатного солнца ещё выглядывали из-за горизонта. Тонули в далёких горах и макушках деревьев. Там, где они были особенно яркими, окрашивали облака в рыжий цвет. Там же, где солнце потеряло свою власть, небо становилось холодного голубого цвета, а облака темнели. Мелкие звёзды уже виднелись, но казались блеклыми. Ночь обещала быть безлунной. Маска стоял на балконе. Прохладный ветер развевал его белый плащ, забирался под одежду и играл с волосами. Он стоял, закрыв глаза, и, казалось, пытался слиться с природой и ветром. Ему нравились такие моменты, когда он мог просто расслабиться, закрыть глаза и подумать. Разум тогда становился особенно чистым и незатуманенным. Думать становилось легко. Мыслями он улетал на своё любимое поле, где также дул ветер, где росла высокая трава, где от солнечных лучей можно было укрыться под ветвями огромного дерева. Как же он скучал по тому месту, и как он скучал по Алисе. В битвах совсем нет времени на такое. На воспоминания, на чувства и желания. Свои. Личные. Такие простые, но свои. — Вот ты где. Маска дёргается. Его так бесцеремонно выдернули из собственных мыслей. — Что тебе? — Он не оборачивается, узнаёт по голосу Дэна, но уже не может позволить себе закрыть глаза и поддаться ветру. Смотрит на жёлтые лучи, которые, потеряв свою силу, переставали слепить глаза. Закат сегодня был особенно красивым, жаль только, Маска этого не заметил. — Уже поздно, а тебя нигде нет, вот я и решил поискать, — Дэниел встаёт рядом и спиной облокачивается на бортик. Он, как всегда, был весел. Улыбался ему, как ни в чём не бывало. Как другу. Это часто раздражало Маскарада. Его часто раздражал Дэн. Иной раз так и хотелось снова сделать ему больно. Просто так. Просто чтобы тот перестал улыбаться ему, перестал общаться с ним. Перестал так смотреть на него. — Всё в порядке? Ты последнее время сам не свой. — Всё отлично. Я просто хотел побыть один, так что оставь меня. Вот только Дэн явно не собирался никуда уходить. Он щурится, смотрит на лицо Маскарада, пытаясь разглядеть сквозь толщу стёкол маски глаза. Простые человеческие глаза, которых он никогда не видел. — Ты в ней хоть что-то видишь? — Дэниел опять улыбнулся ему и показал на маску. — Может, снимешь? Тем более сейчас она тебе ни к чему. — Нет, — отрезает Маскарад и качает головой, опирается на перила. — Но почему? Ты что, в ней вот так вечность ходить собрался? Дома ты в ней тоже ходишь? Маска хмыкает. Иной раз Кузо может быть и забавным. — Это моё дело, Дэн, когда носить её, а когда нет. И нет, я не ношу её дома. И не сплю в ней тоже, — предчувствуя новый вопрос, говорит он. Дэн замолкает, и Маскарад уже было надеется, что его всё же оставят одного, но, к сожалению, этого не происходит. Немного неуверенно, но Дэн задаёт волнующий его вопрос. — А что Алиса сказала, увидев твоё лицо? — Ну... — этот вопрос сбивает с толку. Маска не знал, что отвечать, и пытался подобрать слова. — Думаю, она не была в ужасе, и это главное. — Да ладно, — махнул рукой Дэн. — Я и в жизни не поверю, что под этой маской всё это время скрывался урод. У тебя наверняка красивая мордашка. — Красивая? — не понял Маскарад. — Ну да. Ты ведь... Знаешь, что это значит? — Я не... — Маска чуть замялся, — не особо понимаю, что точно значит это определение, ведь его понятие весьма субъективно. Как и мораль, или любовь, или счастье. Мне сложно судить о таком. — Почему-то Маска поймал себя на мысли, что прозвучало это всё как оправдание. — Проще говоря, ты не знаешь, что это значит. В ответ кивок. — Как это? — Короткий смешок мог перерасти и в откровенный смех, но, почуяв испепеляющий взгляд из-под толстых линз, Дэн умолкает. — Кхм... прости. — Всё нормально, — Маска опять смотрит на небо, а Дэну так хотелось узнать, о чём тот думает. Узнать нового члена команды чуть лучше. Увидеть, что скрывается за стеклянной завесой. — Но всё же, почему бы тебе её не снять? Тем более когда ты уже делал это передо мной, и не один раз. — Тогда всё было по-другому. Я был с Алисой, и она меня выручала. После того как ты победил меня... Так получилось, что я подставил её. Раскрыл наш секрет. Но она даже не обиделась на меня, хотя я всё равно перед ней долго извинялся. — А второй раз? — В Вестрое, — он чуть морщится, снова вспоминая тот день, — я пришёл на её зов, и я просто не мог не помочь ей. Я был ей обязан! А уже после понял, что это конец. Я предал Нагу ради неё. Оставил всё ради неё! — Он сжимает руки в кулаки. — Но я не жалею. Ради неё мне ничего не жалко. Так что тогда я был готов уйти. Уйти навсегда. — То есть... — Дэн широко распахнул глаза и вздрогнул от осознания. — Ты тогда просто мог умереть? — Ну, не то чтобы умереть, скорее раствориться в её сознании и стать чистой негативной энергией, — он задумывается на секунду. — Хотя да, технически я бы умер. — Ты просто добровольно готов был уйти из жизни? Вот так просто? — Я уже был не нужен. Моя история тогда логически закончилась: злодей побеждён, тайна раскрыта, и он перешёл на «светлую сторону». — Но, Маска, это неправильно. — Какая разница? Я ведь всё равно просто вторая личность, ну или негативная энергия. Выбирай, что больше нравится. Зачем я ей? — Ты намного больше, чем какая-то негативная энергия, вторая личность или какой-то «злодей»! — он осторожно накрыл его руку своей. — Да и пусть злодей. Пойми, Маска, жизнь не кончается, когда завершается битва. Ты не должен жить одними сражениями. А Алиса любит тебя. Как и ты её. И можешь не отпираться: если бы не любил, не пришёл бы на помощь. Кузо чуть сжимает его холодную руку, и Маскарад дёргается, несильно ударив его по ладони. — Мне не нужны твоя жалость и нравоучения! — огрызается он и отворачивается. Раздражает! Как он раздражает! И так каждый раз. — И всё же, тебе не нужно её носить, хотя бы передо мной. Ты мой друг и... — Ты же всё равно не отстанешь, да? — перебивает его Маска. «Твой друг?»— по отношению к нему это звучало чересчур фальшиво и натянуто. — В точку! — Дэниел снова расплывается в улыбке. Маскарад колеблется пару секунд. Хотелось сказать однозначное «нет», но рука сама потянулась к чёрным ремням, и он снял маску, а после исчез. Во всяком случае, так показалось Дэну. Что Маска просто-напросто исчез. Пшеничные волосы падают на плечи, и худое лицо — белое, как мел, с огромными чёрными кругами под глазами. А из-под светлых ресниц на Дэна печально смотрят две вселенные. Тёмно-фиолетовые, глубокие — почти чёрные. Там нет ни звёзд, ни малейших лучей света. Бесконечно пустые и бесконечно красивые, эти глаза прожигают насквозь. А худое лицо их владельца принадлежит какому-то незнакомцу. Кому угодно, но не Маска. Исчезли следы недавних сражений и мерзкая улыбка. Глаза не-человека стёрли их, изменив лицо до неузнаваемости. И Дэн наконец-то увидел его. Увидел по-настоящему и утонул. Тонул он долго и основательно, и понял это только тогда, когда поймал себя на мысли, что совершенно не дышит. А от осознания того, что он жаждет задохнуться, и вовсе земля ушла из-под ног. Всё замерло, и весь мир вокруг резко перестал что-либо значить. Тут были только они вдвоём. Здесь и сейчас. На этом самом балконе. Сердце пропускает несколько ударов. А Дэн просто не может отвести взгляд от ангела с фарфоровой кожей и тёмными глазами. Он смотрит в них, как в зеркало, и собственное отражение кажется куда красивее, чем оно есть на самом деле. От него трудно оторваться, и Дэн думал о себе в темноте космоса его глаз. «Такой красивый». А потом всё кончилось как по щелчку пальцев, и время снова начало течь, как только маска оказалась на лице, и ангел исчез. Остаётся безликое и безвозрастное нечто. С гадкой улыбкой и без души. — Спектакль окончен, — грубо бросает Маска и уходит. Дэн остаётся на балконе один.Он поворачивается и смотрит на небо. Уже совсем стемнело.