Подружись со мной

Шаст выскочил на улицу, закуривая сигарету. В последнее время ему не удавалось спокойно покурить, и он надеялся хотя бы сегодня в тишине выкурить пару сигарет. Затянувшись, парень прислонился спиной к подъездной двери, поднял взгляд на небо и выдохнул дым, оседавший в лёгких. Засмотревшись в небеса, Антон задумался о том мужчине в автобусе. Интересно, кто он и куда ехал. Как его зовут? Знает ли он, что у него глаза - два огромных океана, в которых утонуть было бы не грешно? Громкий стук двери и оживленный спор друзей о чем-то выдернул парня из его размышлений. Стряхнув с сигареты пепел, Шаст затянулся в последний раз, затушил сигарету о близ стоящую мусорку и выкинул туда же бычок. -Шаст, ну ты хоть ответь. Почему сухое вино называют сухим, если оно жидкое? -пристал к другу Серый. Поз на фоне лишь закатил глаза, а Оксана с надеждой взглянула на брата. -Потому что если его вылить в землю, то земля будет сухая, - высказался Антон. На мгновение воцарилась мёртвая тишина, а через секунду по всему двору пролетел громкий смех. Парень непонимающе посмотрел на покатывающихся со смеху друзей: - Я что-то не так сказал?

***

Необходимая квартира находилась в шаговой доступности от дома друга. Причем, как одного, так и второго: она стояла практически ровно посередине между домами Поза и Матвиенко, что было очень кстати в ситуации Шастунов. Обычный, немного пошарпанный подъезд, отличающихся от остальных какой-то эстетичностью, что-ли: стены были покрашены в светлые тона, у каждого этажа свой цвет. Первый – светло-бежевый, второй – зеленый, третий – голубой, а четвертый, на который и поднимались сейчас друзья – розоватый. Друзья постучались в нужную дверь с номером 70. Открыла им пожилая женщина еще не преклонного возраста, но близкая к тому. Поздоровавшись, женщина впустила компанию в квартиру, недовольно бурча что-то под нос: -Разуйтесь, куда в обуви пошел, длинный? -оттянула она за розовую байку Шаста. Разувшись, друзья прошли в одну из трех комнат, куда их провела хозяйка квартиры. – Квартира уютная, недавно ремонт сделали. Ну, вы проходите, осматривайтесь. Друзья последовали совету женщины и разбрелись кто куда. Шаст осмотрелся в комнате, в которой они сейчас находились: светлые обои, гармонично компонирующие с дверьми из темного дуба и примерно того же тона столом, на котором стоял компьютер и несколько книг по психологии, компьютерным стулом и черный кожаный диван. Остальные комнаты были абсолютно аналогичными и отличались лишь наличием в каждой двуспальной кровати и огромного шкафа-купе. Дима был в восторге от квартиры и библиотеки, а Матвиенко было по барабану: для Серого было главное, что холодильник был полон, и было где спать. Оксане квартира не очень понравилась, однако она старалась не показывать этого брату и лишь тихонько приговаривала, что квартира немного неуютная. Но взволнованный Антон не замечал бормотаний сестры, ему казалось, что всех все устраивает, а его самого уже давно волновало только благополучие близких. Таким образом, квартира была идеальным вариантом для всех. Решив на том, парни подошли к хозяйке: -Прекрасно. Сколько мы вам должны за эту квартиру? -Вы? – удивленно подняла бровь женщина и, замявшись, продолжила: - Разве квартиру будут снимать не ваши родители? -Разве это принципиально? Мы столь же платежеспособны, - нахмурился Поз. -Тогда убирайтесь, я не позволю устроить свою квартиру в притон для несовершеннолетних, - мгновенно поменялась в лице женщина. -Притон, конечно, проще детям устроить, чем взрослым с их связями и деньгами, - хмыкнул Серый, но его перебил Поз, не давая развить дискуссию: -Мы не станем здесь ничего устраивать, мы приличные воспитанные люди. Всего полтора года – и уже совершеннолетние, - попробовал договориться Дима. -Вот через полтора года и приходите, - отрезала женщина, захлопывая за подростками дверь. -Прекрасно, - подытожил Антон. – Какие еще варианты будут? -В нескольких кварталах отсюда есть еще одна квартира, - залез в телефон Поз. Друзья уже начали спускаться на второй этаж, когда одна из дверей на третьем этаже распахнулась, и оттуда вылетели вещи, а затем, видимо, и их обладательница: полная женщина, зло и нецензурно ругающаяся. На пороге показалась еще одна женщина, которая вышвырнула из квартиры чемодан и обратилась к толстушке: -И не смей больше здесь появляться! Ишь, чего удумала – самогон гнать на моей кухне! – вслед за чемоданом полетел большой пакет с чем-то стеклянным, что обязательно бы разбилось, если бы полная женщина не словила его у самого пола, изрядно испугавшаяся. Женщина, прижав к груди драгоценный, тихо позвякивающий пакет, быстро собрала вещи и громко ругаясь ушла. Оксана быстро сообразила, к чему все идет, и подбежала к все еще стоявшей в пороге разъяренной женщине и улыбнулась: -Здравствуйте. Если мы все правильно поняли, у вас сдается квартира, - с очаровательнейшей улыбкой сказала девочка, беря под руку смягчившуюся при виде милой девчушки женщину. -Правильно все понимаешь, солнце. А что, у тебя есть знакомый, подыскивающий жилье? - улыбнулась она в ответ девочке. -У меня есть я и брат, подыскивающие квартиру, - показала в сторону друзей девочка. -Все твои братья? - удивилась женщина. -Да нет же, только длинный, - рассмеялась Окс. -А, ну тогда все вполне логично, - улыбнулась женщина и повернулась к напрягшимся парням: - Ну, молодые люди, проходите. Несмотря на небольшой беспорядок, квартира всем очень понравилась, причем в этот раз без сарказма – даже Оксана с восхищением бегала по квартире и рассматривала все от застеленного смешным пледом дивана до прикроватных тумбочек и старого платяного шкафа. Планировка была та же, что и в предыдущей квартире, отличалась лишь менее современным ремонтом. Поз сначала немного поругался на отсутствие каких-либо книг в гостиной, но тоже одобрил квартиру, когда увидел в одной из комнат большой книжный шкаф, доверху наполненный разнообразной литературой. Без проблем договорившись с хозяйкой квартиры, оказавшейся довольно милой женщиной, о цене и условиях проживания и проводив женщину до двери, парни оставили заснувшую Оксану спать на кровати в понравившейся ей комнате и уехали за основными вещами Шастунов.