Choice Falls

29 июля 1981–1982 г.       Приятно было иногда вспомнить, как всё начиналось: первый день в колледже, заселение в одну комнату, знакомство, общие интересы. Лишь сейчас Стэнфорд понял, что именно в колледже они с Фиддлфордом были по настоящему близки. Они вместе по несколько часов готовились к сессиям, вместе проводили выходные, вместе смеялись над ботанскими шутками, понятными только им двоим и вместе мечтали о будущем. Форд с теплотой на сердце вспоминал их душевные и иногда даже философские беседы перед сном и то, как по вечерам Макгакет играл на банджо. По правде говоря, ему никогда не нравилось звучание этого инструмента, но ему нравился Фиддлфорд. Его чуткость, доброта и простой характер, дополняющие гениальный ум, всегда привлекали его. Фиддлфорд всегда мог поддержать его добрым словом и утешить. Форд был так счастлив наконец встретить кого-то такого же, или даже более гениального, чем он сам. Кого-то, кто искренне не чувствует отвращение к его шести пальцам и с кем ему не будет одиноко.       Первые годы коледжа он много думал о Стэнли и действительно скучал по нему, волновался за него, хоть и всё ещё держал обиду. Разумеется, он не мог не поделиться с Фиддлфордом тем, что так давно его тревожит. Тогда друг целый вечер подбадривал его, давал советы вроде "забудь детские обиды, он ведь твой брат", "вам о многом нужно поговорить, обязательно найди его". Именно в тот момент они были ближе, чем когда-либо.       С такой грустью и тоской он вспоминал их последний день в колледже, когда на следующее утро они должны были разъехаться навсегда.       –"Ты хоть не забывай меня, ладно? Клянусь, я тебя никогда не прощу, если не пригласишь меня отметить вручение Нобелевки!".       Но Стэнфорд забыл. За все эти годы он ни разу не позвонил, не написал. Он не поздравил друга со свадьбой или рождением сына, не поддержал его после развода, да и в принципе никак не интересовался его жизнью. Форд был слишком погружен в свои исследования, аномалии и чёртову Всеобщую Теорию Ненормальности, а времени на свои личные чувства он просто не находил, да и не то что бы пытался. Однако, как бы противоречиво это не звучало, именно его исследования заставили его вновь воссоединиться с Макгакетом: межизмеренческий портал–ключ к разгадке всех таин Гравити Фолз, был невероятно тяжёлым проектом, осуществить который в одиночку Форд просто не мог.       Как же неловко было спустя столько лет разлуки набирать его номер. Сам Стэнфорд не оставил ему ни номер, ни адрес, обрубив все пути к себе. Разговор был коротким, но по воодушевлённому тону голоса Фиддлфорда он понял, что тот невероятно соскучился и все эти годы ждал встречи. А ведь Форд даже не спросил, как у него дела. Как же ему тогда было стыдно...       Их первая встреча за все эти годы кардинально отличалась от первого разговора по телефону: они тепло обнялись, смеялись и задавали друг другу бесконечные вопросы (особенно Фиддлфорд). Первый день перед работой они гуляли по городу и лесу. Форд увлечённо рассказывал другу о своей жизни и работе, о всех чудесах этого города. Всё стеснение в миг исчезло, словно и не было этил лет разлуки.       Казалось, что теперь всё стало как раньше: вместо пар и лекций–долгие часы работы над проектом, после которых можно было насладиться тёплым летним вечером и компанией друг друга. Форд открыл для себя, что Фиддс не только хороший друг, но и отличный партнёр: его остроумные шутки и непринуждённый нрав делали работу в разы приятнее. Раньше Форд и не замечал, как ему было одиноко и, наверное, стоило восстановить связь с Фиддлфордом гораздо раньше, но, в любом случае, это уже не важно. Они снова вместе и, несомненно, их ждёт успех.       Нет, в этой жизни ничего не бывает идеально. Стэнфорд никогда не выкинет из памяти тот страшный день, когда во время экспедиции на место катастрофы "Омега" по его упёртости и недальновидности Фиддлфорд чуть не погиб в огромных, когтистых лапах Гремоблина. Он никогда не забудет его напуганные глаза, царапины и садины по всему телу и то, как от страха он не мог связать и двух слов.       Изначально, Форд думал, что Фиддлфорд быстро придёт в себя, но этот инцидент нанёс его рассудку куда большую травму. Он целыми днями сидел на диване, смотря себе под ноги. Он почти не разговаривал с Фордом, мало ел и совсем не спал: стоило Фиддлфорду закрыть глаза, как перед ним появлялся зловещий пылающий взгляд. От него хотелось кричать, убежать и спрятаться как можно дальше, его хотелось забыть, как страшный сон. Разумеется, в таком состоянии Фиддлфорд не мог продолжать работать. О тяжести его состояния также говорил лежавший на столе кубик Рубика, который он так любил собирать, а Стэнфорд каждый раз разбирал его ради забавы, что его дико раздражало. Сейчас кубик пылился разобранный. Форд всеми силами пытался привести друга в порядок, постоянно беседуя с ним, скармливая ему таблетки успокоительного и обучая его своим продвинутым методам медитации. Он даже пошёл с ним на ярмарку Гравити Фолз, которая кишила шарлатанами и дешёвыми фальшивыми экспонатами, от которых его просто воротило, а также там он встретил Ручную ведьму, подарившую ему кольцо со словами:       "Пока оно голубое–выбор за тобою. Когда почернело оно–судьбу изменить не дано".       Фиддлфорду определённо стало лучше. Он перестал шарахаться от каждого звука и даже снова начал вертеть в руках кубик Рубика. И когда казалось, что всё наладилось, случилось то, чего Форд никак не ожидал.       Однажды утром Фиддлфорд прибежал к нему весь радостный, что по началу весьма порадовало Форда. Однако, как только друг показал ему своё новое изобретение, его радость как рукой сняло.       Устройство, с виду похожее на пистолет или пушку, к которому была прекручена большая лампочка, а с боку располагалось небольшое колёсико с нанесёнными на него буквами алфавита и, скорее всего, являющееся своеобразной клавиатурой.       –Это–стиратель памяти, моё новое и, пожалуй, лучшее изобретение. С его помощью, как очевидно по названию, можно стирать из головы все болезненные воспоминания. Смотри–он указал на лампочку, прикрученную к дулу пушки,–лампа испускает волну излучения, уничтожающую нейронные связи , в которых хранится воспоминание. Только представь, сколько пользы принесёт это устройство! Хотя, может, такую вещь лучше оставить в тайне, а то ещё попадёт к кому попало...       –Нет, тебе вообще лучше её уничтожить!–Форд резко схватил Фиддлфорда за плечи. Увидев его широко распахнутые напуганные глаза, он смягчился–Фиддс, я понимаю, что ты создал этот прибор из самых лучших побуждений, но ты ведь должен понимать, на сколько он опасен. Что, если случайно допустить опечатку? А если он попадёт не в те руки? Представь что будет, если кто-то захочет использовать его против тебя! Что, если ты навсегда забудешь своего сына, всех близких, себя? Фиддс, эту штуку нужно выкинуть, а ещё лучше разобрать или сжечь!       Фиддлфорд выглядел подавленным, но слова Форда явно дошли до него       –Пожалуй, ты прав. Я не могу забыть всё, что мне дорого. Этот прибор действительно опасен. Я уничтожу стиратель сегодня же вечером...       Он сдержал слово. По крайней мере, Форд так думал. На самом деле, он точно не помнил...       С того момента не происходило никаких серьёзных происшествий, работа над межизмеренческим порталом шла своим чередом. Вскоре тёплое лето сменилось на прохладную золотую осень. Фиддлфорд выглядел и вёл себя вполне нормально. Более того, он ни сколько не сердился на Форда за всё произошедшее, словно вовсе обо всём забыл.       Единственное, что не давало покоя Форду–это тайна, которую он никак не мог доверить даже своему лучшему другу.       Пару лет назад ему во сне явилось некое мистическое существо–жёлтый треугольник с одним глазом. Он представился всезнающей Музой, что вдохновляет одного гения раз в столетие. Именно он подал Форду идею портала и любезно предоставил все чертежи и самые важные расчёты. Форд не до конца понимал, кем на самом деле являлась Муза, но он ей полностью доверял. Она постоянно приходила к нему во снах, помогала в работе над порталом, одаривая его лестью. Форд знал, что если он кому-то об этом расскажет, его моментально упекут в "жёлтый дом" . Фиддлфорду с его суеверием тем более не стоило этого знать: он наверняка испугается, будет уговаривать Стэнфорда прекратить общаться с "дьяволом" или вовсе уйдёт из проекта. Поэтому, когда Фиддлфорд спросил, кто подал ему идею портала и помог со столь сложными чертежами, Форд соврал, мол "во всём помогал тяжёлый труд и упорство", но он понимал, что, скорее всего, не сможет врать столь близкому человеку вечно. Однажды, он расскажет Фиддлфорду правду. Они оба просто ещё не готовы к этому.       Однажды во время работы Фиддлфорд предложил Форду интересную идею: когда они наконец запустят портал, из него сразу полезут разные невиданные монстры из других миров, которых было бы весьма неплохо отловить и поместить куда-нибудь для дальнейшего изучения. В таком случае им понадобится секретная лаборатория–бункер с повышенным уровнем защиты. Эта идея показалась Форду весьма перспективной, так что они решили ненадолго приостановить работу над порталом на время строительства бункера.       Постройка подземной лаборатории заняла много времени и сил, тем более, что они делали всё сами(хотя Форд готов был поклясться, что видел бригаду лесорубов, помогающих в работе. Однако, когда он спросил одного из них об этом, тот заявил, что без понятия, о чём он говорит, так что Форд решил, что ему показалось). Бункер был спрятан в глубине леса, под одним из многовековых деревьев, в полом стволе которого удалось спрятать механизм, открывающий проход.       Здесь было всё, что нужно: весьма уютное помещение для круглосуточной работы, охранная комната–смертельная ловушка, сконструированная Фиддлфордом, из которой не выберется ни одно существо, не знающее специального кода для её дизактивации. Она представляла из себя систему постоянно движущихся блоков. Охранная комната вела в наблюдательный пункт с пультом управления криогенными камерами и, собственно, само хранилище, где в будущем будут размещены экземпляры самых разных существ.       Почти сразу же нашелся первый подопытный: во время постройки бункера Стэнфорд нашёл маленькое синее яйцо, из которого вылупилось склизкое белое существо с большими малиновыми глазками и острыми маленькими клыками, которое он решил назвать Шифтик.       Шифтик обладал уникальной способностью–он мог принимать абсолютно любую форму. Долгое время Форд нянчился с ним, как со своим питомцем и, несмотря на все опасения Фиддлфорда и просьбы заморозить эту "гадость", довольно сильно привязался к нему, что явно было большой ошибкой.       Одним поздним вечером Шифтик сбежал из своей клетки и принял облик Фиддлфорда, а его самого связал и запер в шкафу. Он пытался украсть у Форда дневник, в котором были иллюстрированы десятки весьма опасных обликов. К счастью, Стэнфорд смог перехитрить его с помощью подделки и заморозить в криогенной камере, однако после этого инцидента он решил оставить бункер на ближайшее время.       Форд долго рассыпался в извинениях перед Фиддлфордом за очередной пережитый стресс. Тот, как обычно, не долго сердился и они снова продолжили работу, причём в ускоренном темпе, ведь из-за времени, потраченного на бункер, они прилично выбились из графика.       Они оба не спали, работая круглосуточно и глотая кофе литрами. Форд всеми силами пытался закончить проект, не жалея ни себя, ни Фиддлфорда. Со временем его всё больше начинала бесить потребность спать и есть. Его Муза, не имеющая физической формы, не нуждалась в таких вещах и искренне сочувствовала ему. И именно тогда, после её уговоров, Форд совершил свою самую страшную ошибку: он позволил Музе овладеть его телом, дабы выполнять работу быстрее и меньше тратить его собственные силы.       С тех пор работа действительно пошла быстрее, Фиддлфорд даже мог позволить себе делать перерывы на паручасовой сон, пока Стэнфорд, в тайне от него, впускал Музу в своё тело. Однако, развешанные по всем дому изображения одноглазого треугольника начали смущать его напарника всё больше, но Форд снова и снова врал и уходил от ответа. "Ещё не время, он не поймет..."       И вот наступил холодный, снежный январь. Запуск портала должен был состояться на следующий день, а этим вечером Стэнфорд и Фиддлфорд решили отметить будущий успех за выпивкой в "Столовке Сьюзан". Время было позднее, до закрытия оставалось где-то полтора часа и людей было немного. Учёные сидели за самым дальним столиком у окна и бурно обсуждали планы на будущее, когда они станут известными во всём мире. Форд заметил, что Фиддлфорд постоянно уводит взгляд, словно его что-то тревожит.       –Фиддс, всё хорошо? Ты какой-то тихий. Радоваться же надо! Мы ведь завтра станем великими учёными!       Фиддлфорд прирывисто выдохнул и протянул ему салфетку, на которй ручкой был начерчен график с подписью "вероятность провала".       –Форд, я несколько раз перепроверил все вычисления и обнаружил, что машина нестабильна. Крайне нестабильна! Её запуск подвергнет всё наше измерение большой опасности! Нельзя активировать портал! Форд, я знаю, что...       –Что ты несёшь?!–внутри Форда всё в мгновение закипело–Мы буквальном в шаге, в чёртовом шаге от того, к чему так долго шли, а ты хочешь всё бросить, причём даже не на пол пути, а на финишной прямой!       –Форд...Форди, пожалуйста, успокойся. Я понимаю, как это звучит. Я понимаю, что ты чувствуешь–Фиддлфорд едва заметно протянул к нему ладонь. Его голос дрожал– Я знаю, что этот проект – самое главное для тебя. Ты убил на него кучу времени и сил, но нам нельзя так рисковать. Это безрассудно! Умоляю, подумай ещё раз: стоит ли твоя цель таких больших рисков? Ты же такой гениальный, Форд, и столько всего умеешь, неужели тебе так нужен этот проект? У меня такое ощущение, что тебя кто-то ведёт, кто-то заставляет... Я так за тебя тревожусь. Ты словно одержим этим порталом!       Его слова немного успокоили Форда. Он задумался: может, ему действительно нужно всё обдумать? И не пора ли ему наконец сознаться Фиддлфорду в том, кто же всё таки подал ему идею портала, ибо он и так давно понял, что всё не так просто? Форд уже хотел выложить всю правду и обсудить с ним всё, как тот внезапно дрожащими руками положил на стол несколько листов, скреплённых друг с другом–диссертацию "Невероятные аномалии Гравити Фолз", на титульном листе которой значилось имя Стэнфорда Паинса       –Я работал над этим несколько дней не покладая рук. Опубликуй это! Здесь все твои исследования, я лишь дал себе труд их классифицировать и описать. Тут достаточно открытий, чтобы сделать тебя мультимиллионером! Благодаря этому ты получишь всё, чего когда-либо хотел и тебе не придётся проводить эти рискованные испытания! Забудь ты про этот портал и про свою Великую всеобщую теорию ненормальности! Опубликуй это, покажи им всем и двигайся дальше!       Форд не мог поверить в то, что слышал . Его Муза предупреждала, что не стоит доверять всем подряд, даже тому, кого он считает самым близким человеком. В его голове поселилась страшная догадка: что, если Фиддлфорд хочет открыть Великую всеобщую теорию ненормальности в одиночку и оставить Форда с этими объедками? Его переполнило злобой от того, что его лучший друг так его подставляет. Форд молча встал и, оплатив счёт за выпивку, сказал на последок, даже не глянув на эту оскорбительную диссертацию.       –Испытания состаятся завтра вечером, в двадцать ноль-ноль. Приходи или проваливай. Выбор за тобой.       Он вышел на улицу, прежде чем Фиддлфорд успел что либо сказать. Его распирало от обиды. Он не мог поверить в то, что его лучший друг оказался трусом и предателем. По всюду были большие сугробы, было очень холодно, особенно возле озера. Форд засунул руки в карманы и что-то нащупал. Он вытянул руку. Это было то самое кольцо с камнем, которое ему ещё на ярмарке подарила ведьма. "Пока оно голубое–выбор за тобою. Когда почернело оно–судьбу изменить не дано". Сейчас кольцо было чёрным. Форд в бешенстве швырнул его в воду.       "Суеверия–это для слабаков!       А я –учёный.       И послезавтра я стану великим учёным!"       Домой Стэнфорд вернулся позже, чем планировал. Он долго бродил возле озера, думая о том, что произошло в этот вечер и что будет на следующий. Дома было тихо, свет нигде не горел. "Неужели уже уехал?". Форд прошёл в гостинную. Там было светло.       Фиддлфорд сидел на диване, низко опустив голову и сложив руки на коленях. Когда Форд вошёл в комнату, он сжался ещё сильнее, будто от стыда или страха.       –Форд, я всё обдумал–Фиддлфорд поднял голову. Его взгляд был отрешённым и уставшим. Он встал с дивана, и медленно подошёл к Форду, словно боясь его.–Мы запустим портал вместе. Я знал, что никогда не смогу тебя отговорить, не стоило даже и пытаться. Но я не хочу уходить. В такой важный для тебя момент я хочу быть рядом с тобой, хочу дойти до конца этого пути с тобой.       Фиддлфорд взял его за руки и заглянул прямо в его глубокие карие глаза.       –По правде говоря, я здесь вообще не из-за проекта, не из-за исследований или науки. Я здесь из-за тебя! Поэтому я не хочу ставить под угрозу твои цели и мечты из-за своих страхов. Если тебе так нужно разгадать эту Теорию Ненормальности –я сделаю всё для этого!       Форд почувствовал дрожь по всему телу. Как он мог так ошибиться в своём друге?! Как он мог подумать о нём столь дурные вещи?! Ему резко стало стыдно перед Фиддлфордом за то, как он себя вел сегодня, да и в принципе всё последнее время. Форд тепло обнял его, чувствуя искреннюю благодарность за всё: за его понимание, за доброту и заботу, за то, что всегда прощает, что бы Форд не натворил.       –Фиддс, ты прости меня за моё поведение. Я словно сам не свой...       –Разве я могу иначе?–Фиддлфорд попытался усмехнуться, но вместо этого у него вышел хриплый писк.       –Нет, у тебя для этого слишком большое сердце.       –Или я просто слишком дорожу тобой. Форд, ты же для меня не чужой человек! Я не хочу, чтобы мы были просто "партнёрами" или "коллегами".–оливково-зелёные глаза Фиддлфорда умоляюще смотрели прямо в душу. Стэнфорд всегда подмечал, что в его глазах есть что-то особенное: они всегда казались такими юными, наивными и тёплыми. Казалось, что сколько лет ему бы ни было, его глаза никогда не повзрослеют. И перед этим взглядом было невозможно устоять, он всегда трогал до глубины души.       –Ну конечно же мы не просто коллеги, Фиддс! Ты мой лучший друг! Без тебя мой проект бы никогда не осуществился! Завтра мы с тобой войдём в историю, совершим великое открытие и всё это благодаря тебе! Поверь, тебе нечего бояться, у нас всё получится!       Фиддлфорд натянуто улыбнулся, краснея и робко уводя взгляд.       –Я тебе верю...       Наконец, настал день испытания портала. Его запуск, вопреки всем опасениям, прошёл успешно, чему Форд никак не мог нарадоваться.       Пришло время опробовать портал в деле. Разумеется, Форд не собирался лезть в него сам, или тем более отправлять туда многострадального Фиддлфорда–для этой цели у них был манекен с многочисленными датчиками. Планировалось запустить его в портал на минуту и вытащить за канат, чтобы проверить показатели. Форд пока не думал, будет ли он когда нибудь лично заходить в портал, разве что если манекен вернётся целый и по показателям условия там будут благоприятны для человека.       И вот он–самый важный и волнительный момент. Стэнфорд и Фиддлфорд стояли перед порталом, держа манекен под руки. Внутри Форда всё ликовало: он стоял на пороге чего-то невероятного, что начнёт новую главу в истории человечества.       –Готов?–не поворачиваясь, спросил он у Фиддлфорда и, получив в ответ едва заметный кивок, отпустил верёвку.       О том, что произошло дальше, Форд сожалел всю свою жизнь, эта сцена часто снилась ему в кошмарах. Оказывается, Фиддлфорд был на столько вымотан, что забыл снять со своего запястья верёвку, к которой был привязан манекен, и его утянуло прямо в сторону портала. Всё произошло в мгновение, Форд едва успел среагировать и ухватить другой конец верёвки. На их счастье, она каким-то образом обвилась вокруг лодыжки Фиддлфорда, затянувшись в узел. Форд тянул изо всех сил, его ладони горели от трения и, казалось, уже перерезались в кровь верёвкой. Он зажмурил глаза от искр, что летели из портала.       "Не отпускать, ни за что!"       Форд упал на спину. Руки адски болели. Рядом с ним что-то тяжёлое упало на пол. Он приподнялся. Фиддлфорд лежал на спине рядом, тяжело дыша. Его зрачки расширились почти на весь глаз, взгляд был безумным и неосмысленным. Форд глубоко выдохнул с облегчением: друг был цел и почти невредим.       –Получилось?! Что там?! Что ты видел?!–Стэнфорд приподнял его на руках, уложив к себе на колени. Внезапно тело Фиддлфорда начало трястись в конвульсиях. Он дрожащим голосом пытался что-то сказать. Казалось, что он был чем-то или кем-то одержим.       –Фиддлфорд, прийди в себя!–Форд слегка тряс его за плечи, пытаясь привести в чувство. Фиддлфорд, резко затихнув, поднялся и сел на пол, смотря безумными глазами куда-то перед собой, и заговорил дрожащим голосом:       –Над Гравити небом станет земля. Бойся одноглазого зверья...       Его слова звучали словно мантра, которую он повторял миллионы раз.       –Фиддлфорд, я не слова не понимаю!–Стэнфорд хотел взять его за плечо, но тот отдёрнулся, стовно от огня.       –Эта машина опасна, её нужно уничтожить! Уничтожить, немедленно!–Фиддлфорд схватил его за плечи, яростно вцепившись в них своими худыми пальцами.       Форд не мог понять, что происходит с его напарником: он бредит, в трансе или вовсе кем-то одержим.       –Ты с ума сошёл?! Это же работа всей моей жизни!       Фиддлфорд выглядел так, словно вот-вот разрыдается. Он весь колотился, даже его зрачки тряслись.       –Мы подвергли наш мир большой опасности, но какой –я забыл–Фиддлфорд встал и, слегка прихрамывая и пошатываясь, пошёл в сторону выхода из лаборатории, Я– ухожу!       Стэнфорд на мгновение потерял дар речи от того, что он услышал. Его переполнило злобой, обидой, возмущением и призрением.       –Прекрасно, иди! Ты мне не нужен! Мне никто не нужен!       Он не мог поверить в это. Его друг, который был ему так близок, который ещё вчера так яро уверял Форда в своей верности просто взял и ушёл! Они буквально достигли своей цели, а он просто взял и бросил его. "Ну и скатертью дорожка, Фиддлфорд, безвольный деревенщина! Возвращайся к своей ненаглядной семейке, к жизни, полной страхов и компромиссов!"       Стэнфорд полностью разочаровался в нём. "Нет, я знаю, кто мой единственный друг. Это–моя Муза. Мне нужно поговорить с ней. Мне нужен её совет..."       Дома было тихо, Фиддлфорд уже давно ушёл, причём оставив некоторые вещи. Стэнфорд всеми силами старался не думать о нём. "Он захотел уйти –пусть уходит, кто он такой, чтобы я его держал? Я не буду навязываться! Может, мне ещё и на колени перед ним упасть?! Никогда!". Он сел, откинувшись на спинку дивана и глупоко выдохнул. "Мне нужен совет моей Музы...". В своей голове Форд услышал голоса. Он привык время от времени слышать голос Музы в своей голове, но сейчас их было гораздо больше: десятки, а то и сотни. "Что-то не так...". Голоса шептались друг с другом, Форд не мог разобрать слов, пока один из них, самый знакомый, не прошептал:       –Двери открыты...       "Что я наделал?!"       Форд вскочил с дивана и побежал в подвал. Нет, он ошибался! Муза ему врала! Нужно разобраться с этим как можно скорее!       –Билл, ты мне врал! Куда на самом деле ведёт портал?!       –Только посмотрите, кажется, наш мистер Тупица наконец поумнел!–одноглазый треугольный демон засмеялся. Рядом с ним Форд заметил небольшой разрыв пространства, из которого выглядывали десятки светящихся глаз. Стэнфорд сразу понял, что это не значит ничего хорошего. –Скажем так: когда этот портал зарядится–ваше измерение научится зажигать! Правда, парни?!       Из разрыва донёсся дикий хохот. Форд впал в бешенство– Билл издевается над ним!       –Я не позволю! Я отключу портал!       –Уговор дороже денег, шестопал–демон прищурил глаз. –Тебе не удастся разрушить мост между мирами, но понаблюдать за тобой будет забавно!       Форд проснулся. По его лицу ручьями тёк холодный пот. "Всё было ошибкой! Всё было неправильно! Как я мок так ошибаться?!"       Форд бегом спустился в лабораторию и резким нажатием на кнопку отключил портал. Забежав в свой тайный кабинет, он стал делать записи в дневнике обо всём произошедшем: о том, как он был обманут своей "Музой"–Биллом Шифром, демоном разума, о том, как он был марионеткой, купившейся на дешёвую лесть, о том, как Фиддлфорд, которого он так возненавидел и никогда не слушал, был прав во всём.       "Моя Муза оказалась монстром!"       "Я был марионеткой"       "Ф. был прав!"       На страницу упала красная капля, а за ней ещё несколько, разбрызгавшихся по всему развороту. Форд трясущейся рукой протёр правый глаз, пылающий от боли– кончики пальцев окрасились кровью.       "Что мне делать?! У Билла полная власть над моим телом! Что, если он воспользуется им, пока я сплю?!"       "Почему я повёлся на его обман?!"       "Почему я так просто согласился на сделку с ним?!"       "Почему я не послушал тебя, Фиддс?! Почему, ну почему я был таким гордым козлом?!"       Стэнфорд упал на пол, уткнувшись лицом в колени и крепко схватив себя за волосы. "Если я хочу не дать Биллу войти в моё тело –мне нельзя спать. Нужно искать способ его остановить, днём и ночью, и ни в коем случае не спать..."       "Горе от ума"–пожалуй, эта фраза идеально подходила для описания жизни Стэнфорда на протяжении следующих недель.       Он запер вход в подвал с порталом, на случай если демон всё же завладеет его телом. Чтобы этого не произошло, он старался спать как можно меньше. Для этого он заклеивал веки скотчем, пил кофе литрами и включал тяжёлый металл на весь дом. Несмотря на все усилия, усталость всё сильнее и сильнее давала о себе знать. Бывало, что он засыпал меньше чем на час, а просыпался в другом месте, причём с каждым разом всё ближе и ближе к порталу.       За это время он словно одичал: из дома почти не выходил, дома не убирался, лицо его покрылось щетиной, под глазами появились огромные мешки от недосыпа, не мог даже выделить время на душ. От такого образа жизни он медленно, но верно начал сходить с ума и обзавёлся дикой паранойей. Всё время Форд проводил за изучением древних книг о демонах, документов и статей из газет и различных старинных писаний, дабы найти хоть что-то о Билле. К его счастью, спустя множество неспокойных недель, он нашёл то, что, вероятно, ему поможет– заклинание, которое поможет не дать Биллу захватить разум другого человека. Одно было неладно: Форду нужен был кто-то, кто его исполнит.       Форд в отчаянии рухнул на пол, уставившись в потолок. Он совершенно один, некому ему помочь. Ясное дело, он не может попросить кого-то из случайных прохожих помочь ему в битве с демоном, иначе его просто упекут в психбольницу. Он разглядывал свою команду, в которой, как и во всём доме, царил полнейший беспорядок. Его взгляд упал на стоявшее у дивана банджо, которое Фиддлфорд почему-то забыл забрать. Стэнфорд тяжело вздохнул. Зачем он был так эгоистичен, груб и неблагодарен к своему лучшему другу? За что он так ополчился на того, кто прощал все его выходки и колкие замечания, ставил его интересы гораздо выше своих?       "Если бы я только принял эту чёртову диссертацию..."       По лицу Форда потекли слёзы. Нет, он ошибался. Фиддлфорд очень ему нужен, прямо здесь, прямо сейчас! Стэнфорд готов был встать перед ним на колени и повторять "Прости!", пока язык не отвалится. Как бы ему сейчас хотелось, чтобы Фиддлфорд, как он иногда делал во времена коледжа, сел рядом, гладил его по волосам, успокаивал его своей тихой болтовнёй и игрой на банджо. Хотелось обнимать его, хотелось рассказать ему о всех своих тревогах. Но его нет, и он вряд ли когда-нибудь вернётся. Форд умудрился оттолкнуть от себя всех, кому он был хоть немного дорог.       В последнее время Стэнфорду часто снились кошмары. Каждый раз, когда он ненадолго закрывал глаза, ему снилась невообразимая здоровым умом психоделика, в которой он видел треугольного демона, насмехающегося над ним. Однако, в этот раз его кошмар был совсем другим.       Перед ним стоял человек в красном плаще, его лицо было скрыто в тени капюшона. Этот силуэт казался таким знакомым. Человек поднял голову и Форд смог разглядеть его лицо –перед ним стоял Фиддлфорд! Его глаза не были наполнены ничем, кроме дикой ярости, лицо было пустым и безжизненным, словно каменным. Он направил в лицо Форда пистолет, а точнее стиратель памяти. Форд никак не мог ему помешать, он вообще не мог двигаться. Фиддлфорд медленно спустил курок, Форд не успел даже закричать...       После яркой вспышки света Форд проснулся. На мгновение он забыл, где он и что происходит. От головокружения он едва не упал, но успел ухватиться за дверную ручку. Наконец, когда его зрение и разум прояснились, он понял, что стоит в подземной лаборатории, прямо перед дверью, ведущей из пункта наблюдения к порталу. От резко нахлынувшего испуга он попятился назад: сегодня Билл был гораздо ближе, чем обычно. Значит, ему нужно перебраться ещё дальше от портала. Бункер казался идеальным и единственным вариантом.       Идя по лесу через сугробы по колено, Форд думал о том, что ему приснилось. Он вспомнил, что уже видел такие красные плащи, как у Фиддлфорда из сна: пару дней назад он выходил в город, чтобы закупиться продуктами и увидел в подворотне нескольких человек, одетых в точно такие же плащи. Увидев его, они побежали прочь, крича "Мы–невидимы!". Форд побежал за ними, но они смогли скрыться, кинув в него мусорными баками. "Ещё как видимы, идиоты! Я же вас прекрасно вижу!". На месте, где он их заметил, Форд обнаружил нарисованный красной краской на стене перечёркнутый крест-накрест глаз. Он так и не смог понять, кто эти фрики. Что, если они пытаются остановить Билла, или наоборот, помешать Форду его остановить? И как они связаны с Фиддлфордом и стирателем памяти? А может, всё это–просто его больное воображение? "Я уже почти ничего не соображаю...". Форд осознал, что он никогда не видел, как Фиддлфорд уничтожает пушку. Может ли это значить, что стиратель ещё у него и активно используется? В любом случае, сейчас это не главная проблема. Главная проблема сейчас –Билл.       Для большей безопасности Стэнфорд заперся в пункте управления криогенными камерами, чтобы у демона не было шансов выбраться из бункера через охранную комнату. Целыми днями он делал всё, чтобы не заснуть. Помимо паранои он начал видеть галлюцинации и слышать голоса: смех Билла в своей голове. Форд обсолютно не знал, что ему теперь делать. Он перерыл всё, где был хоть хоть малейший намёк на Билла, но кроме того заклинания не нашёл никаких других способов его остановить, кроме как принести в жертву себя. И в последнее время этот вариант начал казаться ему всё лучше. "Мне нельзя сдаваться...он не должен победить..."       Теперь не осталось ни одного места, где он мог остаться в покое–ни в хижине, ни в бункере, ни даже на улице. Выходя в магазин за едой и кофе, он постоянно видел Билла по всюду, даже в лицах прохожих. Он понял, что дальше так продолжаться не может. Нужно срочно что-то предпринять, пока он полностью не лишился рассудка и жизни. По пути обратно в бункер, идя по улицам города он заметил в далеке вывеску мотеля "Близнецы". Это заставило его вспомнить: в мире остался последний человек, которому он может доверять. Между ними сейчас сотни километров и больше десяти лет, но Форд должен найти его, он обязательно поможет.       Записка отправлена, младший брат Шерман помог узнать адрес. Осталось только ждать. Он должен спасти мир, или умереть, спасая мир...