My reason living.

Крепко сжимая пальцами мягкие ягодицы напарника, Чуя не может поднять взгляда кверху. Хотя восседающий на нем Дазай как всегда настолько прекрасен. На разложенном пассажирском сидении Чуе определённо удобно, пока Дазай впивается пальцами в его натренированные плечи. Они обнаженные, очень потные, окна спорткара давно покрылись каплями конденсата. Так жарко. Не хватает воздуха, но это сейчас второстепенно. Пока Дазай, прикрыв глаза, кусает губы, подстраиваясь, подбирая угол, прежде чем набрать нужный им обоим темп, Накахара крепкой хваткой приподнимает его за бедра. Сам его насаживает на свой твёрдый горячий член. Он почти не моргает, не хочется упустить и секунды зрелища. Дазай на нем раскрывается, растягивается. Поглощает полностью. С таким желанием. С любовью. Эти два тела созданы друг для друга. Дазай практически дрожит от этой потрясающей заполненности. Нервные окончания сводят с ума передаваемыми ощущениями. Сейчас весь разум Дазая или его остатки сфокусированы на идеальном члене Чуи. Но рано или поздно нужно задать быстрый темп. Так медленно сейчас. И так чертовски приятно. Дазай стонет и стонет. Чуя сосредоточен, не отрываясь следить за тем, как его член погружается внутрь его парня. — Господи.. детка. Чуя готов кончить, нужно ускориться, одновременно и хочется, и нет. Наклоняясь ниже, Дазай распахивает глаза, и Чуя, наконец, отрывает взор от того, как входит в любимое тело. Всё понятно, Дазаю нужно больше. Поэтому все так же крепко держа его за задницу, Чуя опускает Дазая, приподнимая навстречу его ягодицам свой пах и врезаясь в них. Пробно. Затем быстрее. Так, пока весь спорткар не заходит ходуном от рьяных движений. Несколько толчков достаточно, чтобы довести их обоих до пика. Вздыхая и царапая кожу партнёра, Дазай кончает первым, изливаясь прямо на кубики пресса Накахары. — Ч-черт… дет-ка.. Резко опуская Дазая вниз на свой член до упора, Чуя замирает, ощущая как его пульсирующая плоть изливается в пространство тёплых влажных стенок.