Развей мою печаль

В руке у Каору сверкнуло что-то неясное. А затем приглядевшись, он наконец понял, что это "нечто" оказалось складным ножом. При нажатии на специальный крючок он автоматически раскладывался, обнажая изогнутый клинок. Синдзи хотел было что-то сказать, но взглядом зацепился за подпись выгравированную на рукояти. Только она оказалась настолько потрепана, что он не сразу распознал о чем написано там. «Лю… Любимому ребёнку?…» Синдзи сглотнул, а затем бросил изумленный взгляд на парня. - Зачем это мне? Каору лишь сильнее сжал его ладонь, пряча своё выражение за завесой ресниц. Мерцание Луны отразилось на их лицах, лишая человечности, делая парней всё больше похожими на две неупокоенные души, которые так и не нашли своё пристанище посреди всех этих отдаленных от цивилизации мест. - Тебе может показаться, что я слишком самоуверен, но... Я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебя спасти. Синдзи вздрогнул и отдернул руку, чувствуя снова это липкое неприятное чувство внутри себя. Будто его мысли читают, а все тайное становится явным. - С чего такие выводы? Почему ты решил, что меня нужно спасать? Говоришь со мной так, будто всё обо мне досконально знаешь. Это уже начинает пугать. - Прости, прости, я не хотел… Только обещай, что не уйдёшь, ладно? На секунду Синдзи показалось, что в алых глазах напротив промелькнула вспышка безмерной грусти и отчаяния, отчего его покрытое непробиваемым слоем льда сердце внезапно дало трещину и расстаяло. Теперь, вместо злости, Синдзи испытывал лишь непреодолимое желание обнять и успокоить. Странно… Это всё из-за того, что у него лицо красивое, так ведь? - Я и не собирался уходить. Просто это не отменяет того факта, что ты моментами ведёшь себя странновато, но я всё равно тебе благодарен. И мне очень нравится проводить с тобой время. Поэтому давай будем просто держаться вместе, ладно? Уголки рта юноши приподнялись, а затем он как бы невзначай поинтересовался: - Ладно. Ты не возьмёшь подарок? С тяжёлым вздохом Синдзи, всё таки, взял у него из рук оружие. - Это один из самых странных подарков, что мне дарили. Боюсь представить, что в следующий раз принесёшь. Что-то нелегальное? Улыбка на лице Каору расцвела и стала ещё шире, а его мягкий бархатистый голос перешёл на глухой шёпот: - Значит хочешь со мной увидеться ещё раз?

***

Прошла неделя с того дня и отец, как не странно, перестал его беспокоить. Только Синдзи не мог позволить себе расслабиться, ведь что-то внутри подсказывало, что всё происходящее лишь маскарад. Затишье перед бурей. Икари догадывался, что, возможно, эта странная перемена была связанна с тем его уходом. В тот раз он сутки не появлялся дома и отец, видимо, испугался, что Синдзи сбежит насовсем. Только… От этого осознания тревожное чувство не уходило, а лишь усиливалось, словно стремясь надломить итак пошатнувшийся внутри каркас. - О чем задумался? - М? Обернувшись, Синдзи встретился с бездонным, полным неподдельного любопытства взглядом.  Его сердце тут же пропустило удар. Два удара. - Опять думаешь о всяких непонятных вещах? Может расскажешь уже в чем дело? Икари тихо ему ответил: - Не бери в голову. Ты не должен брать ответственность за то, что происходит со мной. Они сидели на той же самой поляне, где по ночам им открывался необыкновенной красоты вид. Только в этот раз Синдзи принёс с собой плед, чтоб не испачкаться вновь в траве. Ладонь Каору уже привычным образом накрывала его собственную, а воцарившаяся между ними дистанция сегодня была сокращена до предела. Если в самом начале Икари могло напрячь это, то сейчас он постепенно начал привыкать к странным выходкам своего нового друга. - Прости… Просто я как никто другой могу понять твои чувства. Мне тоже бывает тяжело. Каждый день. Если б только ты открылся мне, может быть я смог бы по… - Это бесполезно. - Резко прервал его Синдзи, - Если тебе тоже тяжело, то зачем пытаешься еще и за меня ответственность взять? Разве тебе не станет хуже от этого? Воцарилась тишина, а лицо юноши в миг утратило краски. Синдзи почувствовал себя виноватым, поэтому попытался как можно мягче ему обьяснить: - Ты ведь тоже о себе почти ничего не рассказываешь. Как ты живешь? Почему всё своё время проводишь здесь со мной, а не дома с родителями? Откуда такая потребность позаботиться обо мне? Ты хочешь узнать обо мне всё, но при этом продолжаешь оставаться закрытым. Это ведь тоже неправильно. Рука, что так крепко сжимала его ладонь, внезапно дрогнула. Каору приоткрыл рот и долго не мог найтись словами. - На самом деле мне просто рассказывать нечего. Может я и кажусь, на первый взгляд, жизнерадостным, но ты не представляешь насколько одиноко мне было. Если бы я случайно здесь не встретил тебя, то никто бы даже не поинтересовался, как у меня дела. - Нагиса говорил невпопад и сложно было не услышать, как его голос дрожал. Синдзи так и не понял, что ощутил в этот миг. Хотел, вроде, утешить, но быстро осознал, что любые слова сейчас едва ли уместны. Он бы мог проигнорировать это, если б где-то глубоко внутри не взыграла неизведанная им доселе горечь. И тут им овладел порыв, после которого он, самозабвенно прикрыв глаза, положил ему на плечо голову, ласково потеревшись щекой об твёрдую поверхность. Осторожно, словно боясь, что вот-вот и всё, надломится. Каору, казалось, забыл как в этот миг дышать - настолько это действие его изумило. - Синдзи?… - Тебе, значит, можно, а мне нельзя? Нечестно. Внезапно подул ветерок, беспорядочно срывая с ветвей листву, словно в знак того, что лето осталось позади. Вдруг пришло осознание - близость с Каору стала во истину приятным для него бонусом. Впервые за долгое время он не испытывал отвращения, а скорее - небывалую лёгкость. Сам факт того, что их плечи плотно прижимались, а лица находились на опасно близком расстоянии, вызывал в груди необъяснимый трепет. - Синдзи... - Нагиса хрипло повторил. - Обещай, что никогда не уйдёшь. Ладно?