Fate's Gamble

      Раздался скрип металла, после чего по Министерству магии разнесся сильный раздирающий звук. Поскольку тут нельзя было использовать заклинания, никто не считал, что это место заслуживает охраны. Этот звук стал первым признаком того, что что-то не так, и авроры поспешили в ту сторону, откуда доносился шум.              Когда они добрались до места, то увидели, что одна из камер больше не занята. Точнее было бы сказать, что и самой камеры больше нет. Место было заколдовано и ограждено, чтобы никто, кроме авроров, не мог использовать волшебство, но дверь выглядела так, будто её оторвали грубой силой!              Придя туда, Амелия Боунс поняла, что это будет больше, чем простая головная боль. Волшебники знали не так много существ, способных на такое. Дракон, вероятно, обладал достаточной силой, но это место было слишком маленьким для одного из этих ящеров-переростков, не говоря уже о том, что кто-нибудь наверняка заметил бы, если бы кто-то попытался провести дракона в Министерство магии.              Примечательно, что в камере не было прежнего обитателя — никаких признаков того, что здесь кто-то был. Либо тот, кто вломился в камеру, избавился от него очень чисто, либо Питер Петтигрю теперь на свободе.       

***

             — Ты просто отпустишь его, серьезно? — спросила Лиз, когда они бросили бессознательного Питера Петтигрю в подворотне неподалеку от доков. Именно они с Фран, используя свою силу, буквально оторвали дверь в камеру Петтигрю. Это было до глупости просто: защита учитывала, что кто-то попытается использовать магию, чтобы вырваться наружу, но не грубую силу.              — Не совсем, я буду следить за ним, — ответил Гарри, и пожал плечами. Он улыбнулся: вероятно, это был бы лучший способ следить за Риддлом, не вступая в контакт.              — Следящие чары можно легко обнаружить, даже я это знаю, — заговорила Фрэн. Она знала, что Гарри должен был сделать что-то более постоянное, чем простые следящие чары. Ухмылка Гарри только усилилась от её слов.              — Кто говорил о чарах? Нет, я вскрыл ему грудь и вырезал несколько рун на грудине, пока он был без сознания. После того как рана затянулась, откуда ему знать, что у меня есть надежный способ отследить его, куда бы он ни пошел? — злобная ухмылка буквально поделила лицо Гарри на две части.              Лиз издала смешок, и попыталась приглушить их когтями.              — О, понимаю. Но разве их не заметят? Может быть, не Петтигрю, но Риддл, который, по идее, так же хорошо разбирается в магии, не обратит внимания на заклинания? — спросила она.              Гарри покачал головой.              — Они работают на основе магии самого Петтигрю, так что нет, он не сможет их заметить, если только не вскроет Петтигрю и не найдет рунный массив, который я вытравил в его костях. Теперь, когда Петтигрю разоблачен как предатель, единственное, что ему остается, — это вернуться к Риддлу. Думаю, это будет простой способ выяснить, где находится наш старина Волди. Если вдруг в этом мире он не пользуется тем же кладбищем, что и в другом, я бы предпочел знать, где он расположился.              — Мы просто оставим его или разбудим перед уходом? — спросила Лиз, глядя на крысу так, словно ей очень хотелось бы испытать свои пытки ранга «А». На самом деле, зная ее, она вполне могла бы захотеть это сделать, ведь это бы только добавило ей очков в пользу.              Гарри в ответ пожал плечами.              — Он сам очнётся через пять-десять минут, давайте просто оставим его здесь. Помнишь командные заклинания на моей руке, которые сейчас активны? Та, что связана с системой Грааля Фуюки? Мне действительно стоит поскорее призвать слугу, чтобы стать официальным мастером в этой войне. И ещё я хочу кое-что проверить: мне кажется, что я почувствовал определенный тип души среди исполнителей, но у меня еще не было возможности проверить это.              Лиз нахмурилась.              — Ты думаешь, это Слуга, не так ли? — спросила она, но уже знала ответ на свой вопрос. Гарри обладал уникальным чутьем на духовные сущности, к которым, несомненно, относились и Слуги. Лиз перевела взгляд на Холли, которая, как обычно, сидела на плече Гарри, и заметила, что та тоже нахмурила брови.              — Да, я знаю. Арчер рассказал мне о личностях всех Слуг, и один из них выделялся. Лансер, которого вызывают, — это обычно Кухулин, гончая Кулана. Так уж вышло, что одна из исполнителей, ирландка, которая также является Фрагой, — абсолютная фанатка Кухулинна. Но я знаю Базетт, так что, возможно, смогу найти её для спарринга и получить ответы, — сказал Гарри.              Холли сидела у него на плече и трепала Гарри по волосам, вид у неё был недовольный.              — Что произойдет во время войны за Грааль? — спросила она с дрожью в голосе, и остальные с беспокойством посмотрели на нее. — До меня только сейчас начало доходить, насколько возможна смерть для всех нас.              Гарри снял Холли со своего плеча и обнял ее. Фран и Лиз переглянулись, после чего тоже присоединились к объятиям, а вскоре за ними последовал и Лен.              — До встречи с тобой я просто существовала. Последние два года моя жизнь была сюрреалистичной, думаю, более человеческая фраза звучит так: «Я боюсь, что проснусь, а все это было сном» или что-то в этом роде, — теперь она слегка фыркала.              — Но я не боец. Когда ты пойдешь скрещивать клинки с героическими душами, я буду просто помехой. Я бесполезна! Я хочу помочь тебе, но не знаю, что я могу сделать! — Гарри улыбнулся и взъерошил волосы Холли, после чего наколдовал платок и вытер ее слезы.              — Не плачь, Холли. Я знаю, что в таком маленьком виде ты не можешь быть бойцом, и мы до сих пор не знаем, как сделать тебя снова большой, но тебе не нужно идти с нами в Фуюки. Черт, Лиз и Фран тоже не обязательно идти со мной, но не думаю, что смогу убедить кого-то из них остаться. Лен останется, на этой войне ей не место, и я хотел бы, чтобы ты тоже осталась, — он снова обнял её.              — Эта война будет опасной, вероятность смерти высока, выживание отнюдь не гарантировано. Предпосылки, лежащие в основе ритуала, — ставить свою жизнь на карту ради исполнения желания — какая глупость. Но люди глупы, а желание — это не то, чего я хочу. Честно говоря, я не знаю, что бы пожелал, если бы выиграл. Но все равно попробую, там есть то, чего я хочу, — Холли перестала хныкать и вывернулась из объятий Гарри. В итоге она оказалась на полу, пока Лен не подняла её и не посадила себе на плечо.              — Я знаю, — сказала ему Холли. — Я всё это знаю и очень за тебя переживаю. Как бы то ни было, независимо от дружбы или чего-то ещё, там будешь только ты, Фран, Лиз, Сасша и тот, кого ты вызовешь. Удачи, Гарри, и не умирай. Думаю, нам лучше вернуться в Часовую башню, ты хочешь проверить того исполнителя, и, наверное, будет лучше, если ты займешься вызовом.              Гарри кивнул.              — Тогда вперед, — он активировал Калейдоскоп и исчез из этого мира. Позади него на земле зашевелился Питер Петтигрю. Очнувшись, он удивился бы, где он и как до сих пор жив. В последний раз он помнил, как демоническая женщина и кто-то, похожий на полуголема, ворвались в его камеру, а затем красная вспышка лишила его сознания. Теперь, когда он знал, что не сможет спрятаться, как раньше, у него не было другого выбора, кроме как искать своего бывшего хозяина, известного как Лорд Волдеморт.       

***

             — Здравствуй, Гарри. Давненько я тебя здесь не видела, — сказала Базетт, увидев юношу, с которым раньше часто проводила спарринги. — Что привело тебя сюда, чтобы увидеться с нами, низшими существами? — спросила она. Гарри ей нравился, он не был заносчивым аристократом и тренировался до такой степени, что мог стать ей достойным спарринг-партнером. Конечно, они уже давно этого не делали, и, учитывая, насколько быстро он растет в силе, она не знала, насколько он сейчас хорош.              — Ты выглядишь счастливой, Базетт. Что-то случилось? — конечно же, Гарри видел человека в синем, стоящего у её плеча. Выпустив на свободу зрение души, он узнал имя и жизнь героического духа, но ожидал ответа Базетт. Да, он был прав. Это был Кухулинн.              — Можно сказать и так. На самом деле меня не будет некоторое время, и я как раз собираю вещи. Я не смогу с тобой померяться силами, но когда вернусь, то посмотрим, — сверхчеловеческий и усиленный слух Гарри уловил, что Базетт сказала после этого «если я вернусь».              — Хм, значит, ты занята? — спросил он, и Базетт кивнул. — Тогда могу я попросить о поединке с парнем в синем? — Базетт зашипела и оглянулась через плечо, её глаза просканировали всю комнату. Лансер был в астральной форме, так как же Гарри мог его видеть? Она снова посмотрела на подростка, который лишь весело ухмыльнулся.              — Бесполезно пытаться спрятать его, я вижу его, независимо от того, физический он или нет. Так что, можно мне устроить спарринг? Я знаю, что вряд ли смогу сравниться с Героическим Духом его калибра, но сколько людей могут сказать, что скрестили клинки с Кухулинном? И да, я знаю, кто он такой.              Лансер материализовался, не видя смысла прятаться, когда этот парень мог видеть его и, очевидно, знал, кто он такой.              — Хочешь пошалить? Ты уверен, что сможешь противостоять мне? Ты ведь знаешь, кто я и что я, верно? — Лансер, похоже, не возражал против этой идеи и широко ухмыльнулся Гарри. — Мне нравится, что я вижу, парень, в тебе есть огонь и сталь. Я готов, если мой мастер не против.              Базетт перевела взгляд со своего слуги на внука Зелретча, а затем вскинула руки вверх.              — Отлично! Ничего смертельного, но ты без труда выиграешь бой у человека, а ему всего тринадцать. Но держись подальше от обычных мест, я не хочу, чтобы тебя увидели другие.              Лансер кивнул, затем астрализовался и вышел из комнаты вместе с Гарри. Направляясь туда, где обычно проводили свои поединки исполнители, в поисках пустого места, где можно было бы устроить бой, оба человека внимательно изучали друг друга. Лансер мог сказать, что в этом парне есть нечто большее, чем он видит и чувствует. Его внимание привлек браслет на запястье, испещренный рунами.              Интересно. Судя по тому, что Лансер смог понять по нескольким проблескам, руны, выгравированные на браслете, должны были заставить его казаться относительно человеком, скрывая его истинную природу. Изящество, с которым Гарри ходил, легкость и ровность его шагов, то, как Лансеру казалось, что под повязкой его глаза шарят по сторонам, то, как он держал руки… Все это говорило о том, что он готов к насилию в любой момент, и он это одобрил.              Гарри же, наоборот, смотрел на то, чего нельзя было увидеть. Сила ранга B, выносливость ранга C, ловкость ранга A, мана ранга C, удача ранга E и благородный фантазм ранга B. Довольно неплохая статистика. Сила ранга B в сочетании с ловкостью ранга A будет абсолютным мучением, если Лансер пойдет против него напролом. Низкий ранг удачи — обычное дело для лансеров, а ранг маны C — вполне неплохо. Вообще-то, если подумать, Кухулинн умел обращаться с рунами, и на это следовало бы обратить внимание.              Сопротивление магии ранга C. Плохо. Разве Слуга не может удовлетвориться тем, что владеет оружием ближнего боя? Неужели они должны отнимать это преимущество у тех, кто физически слабее их самих? Защита от стрел B ранга тоже? Проклятье, он действительно не хотел встречаться с этим парнем, если бы мог.              Даже сближение с ним не гарантировало преимущества. Помимо огромного опыта, которым он обладал, у него был ранг Продолжения Битвы А. Этот парень продолжал наступать, несмотря на магию, несмотря на стрелы, несмотря даже на смертельные удары. Может быть, ему стоит подумать об этом парне как о потенциальном зомби? Видит Бог, он достаточно неумолим.              До места, где практиковались обитатели Часовой Башни, они добрались нескоро, и оно, к счастью, было не очень заполнено. Найдя место, где они могли бы сражаться, Гарри начал возводить защитные чары, чары перенаправления, чары незаметности и почти все остальное, что только можно было придумать. Он не собирался защищаться, нет, он хотел, чтобы все было конфиденциально.              Лансер, правда, выглядел весьма заинтригованным, когда в руке Гарри появился посох, и ещё больше, когда тот начал произносить свои заклинания, но вопросов не задавал. Он чувствовал намерение в заклинаниях, и было очевидно, что тот делает так, чтобы никто не обращал на них внимания, пока они сражаются.              — Итак, мы собираемся установить основные правила для этой штуки? Как тебя зовут? Я не собираюсь все время называть тебя ребенком, — сказал Лансер, материализуя в руках Гэй Болг. Он заметил, что мальчик, похоже, сосредоточился на его копье, и подумал, не пошутить ли над ним.              — Не возражаешь, если я попробую кое-что сделать? Все, что от меня потребуется, — это положить руку на твое копье. Клянусь, я не желаю тебе зла, это просто любопытство, — Лансер поднял бровь, но все равно кивнул. Ему стало интересно, что хочет сделать парень, и он протянул Гэй Болг, наблюдая, как мальчик положил на него руку.              Это длилось всего мгновение, прежде чем Гарри с улыбкой убрал руку, но Лансер определенно почувствовал это. Словно Гэй Болг ответил этому длинноволосому мальчику так же, как и ему, на секунду. А ещё его охватило какое-то чувство, словно он смотрелся в зеркало.              Он задумался, что это такое, но отмахнулся. Вреда от этого не было, и, похоже, ничего страшного не произошло, так что он оставил всё как есть. Затем с интересом наблюдал, как парень занял позицию напротив него. Его левая рука была ближе к полу, а правая была вытянута в сторону: вместо исчезнувшего посоха появилась коса. Его колени были согнуты, готовые к рывку в любом направлении.              Лансер удивился, когда хвост мальчика разделился на двенадцать «хвостов», доходивших ему до пояса. Каждый хвост волос снимал с пояса клинок. Это было интересно и ново: паутина из сплетенных волос и стали теперь окружала мальчика, в какой-то мере защищая его.              — Меня зовут Гарри Поттер, — сказал теперь уже опознанный Гарри, и пожал плечами. — Не то, чтобы имена много для меня значили, но ты сам спросил. Ну что, начнем? — неистовая ухмылка расплылась по лицу Лансера, когда он кивнул Гарри. Тот боец кивнул в ответ, и Лансер протянул перед ним копье.              Поначалу никто из них не двигался, просто смотрели друг на друга. Затем, по какому-то невидимому сигналу, замеченному только ими, произошел взрыв движения. Лансер, в свою очередь, был удивлен и поражен тем, насколько быстрыми и сильными были удары этого юноши.              Гарри же обратил внимание на огромное расстояние между ними. Если бы это был поединок между ним и волшебником, то они бы уже были нарезаны на мелкие кусочки. Если бы это был поединок между ним и, к примеру, боевым магом, то за первые двадцать-тридцать секунд обмена ударами он, скорее всего, успел бы нанести хотя бы несколько ударов.              Но ни одна из сторон не нанесла ни одного удара. Гарри начал атаку, которая должна была быть подавляющей. Он держал три черных ключа наготове для защиты, но использовал остальные девять и свою косу в нападении. Он ударил Лансера по ногам, но тот ушел за пределы досягаемости лезвия косы; он метнул вперед свои черные ключи, но Лансер отмахнулся от них древком своего оружия.              Лансер не предпринимал особых атак, он больше оценивал, насколько хорош Гарри. И не использовал всю свою скорость, но использовал гораздо больше, чем ожидал. Если бы он встретил этого парня во время Войны за Грааль, то мог бы принять его за Слугу низкого или среднего уровня, судя только по его статистике.              Сражаться с таким противником тоже было интересно. Количество одновременных атак девятью мечами, косой и случайными ударами, которые наносил Гарри, заставляло его кровь бурлить, несмотря на то что ему не приходилось прилагать к этому все усилия.              То, как Гарри уклонялся, тоже было интересно: он извивался, как змея, и был настолько гибким, что Лансер невольно задумался, есть ли у него скелет или нет. Гарри также не блокировал атаки, что было вполне разумно. Каким бы сильным он ни был, он все равно оставался человеком, а значит, пытаться одолеть его силу ранга В напрямую было бесполезным занятием.              Гарри парировал некоторые из его ударов, которые были направленны на его правое плечо, и в данном моменте в этом было больше смысла, чем в простом уклонении от удара. Четыре черных ключа, появившиеся сбоку, свидетельствовали о мастерстве Гарри, который сделал несколько интересных вещей, чтобы уравнять шансы.              После одного парирования он незаметно намотал конец волос на Гэй Болг и сильно дернул за него, пытаясь вывести Лансера из равновесия, в то время как девять черных ключей, которые он использовал в качестве наступательного оружия, налетели на него с разных сторон, и он нанес апперкот своей косой.              Лансер сделал шаг назад, волосы, обвивавшие Гэй Болг, ослабили хватку, и тут перед ним предстал ухмыляющийся Гарри. Мгновение спустя он понял, почему тот ухмыляется, когда земля под его ногами сдвинулась, и он посмотрел вниз. Возле его ног была руна! Когда Гарри успел это подстроить? Проклятье, он был хитрым!              Когда земля зашевелилась под ногами его противника и Лансер посмотрел вниз, Гарри воспользовался своим шансом и бросился вперед. Отказавшись от защиты, он направил на Лансера с разных сторон все двенадцать черных ключей, зажатых волосами. Коса была зажата в обеих руках, и он сделал взмах над головой, чтобы атаковать противника сверху.              Лансер был быстр и среагировал с молниеносной скоростью. Он отразил большинство ударов с помощью Гэй Болга и тут же отпрыгнул назад. Он посмотрел на Гарри с некоторым уважением, а затем моргнул, почувствовав что-то на своем лице. Подняв руку, он пощупал под левым глазом, и на ладони оказалось несколько капель крови.              Небольшой порез на лице Лансера был не единственным успехом Гарри: еще было четыре небольших пореза от черных ключей. Правое бедро, левое плечо, правое колено и небольшая потертость на животе. Лансер ухмыльнулся Гарри и убрал Гэй Болга, после чего кивнул ему головой.              — Первая кровь и этот матч достаются тебе. Ты хорошо справился, Гарри, гораздо лучше, чем я ожидал от современного мага. У меня также есть ощущение, что есть много вещей, которые ты мог бы использовать, но не использовал. Ну что ж, думаю, мой мастер уже закончил собирать вещи. Если ты всё-таки станешь мастером, то я с нетерпением жду нового раунда с тобой, и тем, кого тебе удастся призвать. До встречи! — Лансер вошел в астральную форму и ушел.              Гарри усмехнулся про себя.              — Значит, все получилось, он вообще не почувствовал ни одного из вас? — спросил он, обращаясь, казалось, к воздуху. Через мгновение Лиз и Фран материализовались. Обе они рассматривали браслеты на своих запястьях.              — Похоже, сработало. Не думаю, что они сработают против Слуги класса Кастер, но его должно хватить, — Гарри кивнул им обоим, но положил одну руку на руку Фран, когда она собралась снять браслет. Она посмотрела на него с легким удивлением и розовым румянцем на щеках.              — Оставь его. Никто не знает, что вы двое — героические духи, и, наверное, будет лучше, если мы оставим всё как есть. Вообще-то… — Гарри запнулся и телепортировал в руку два своих иллюзорных шарфа. — Когда мы приедем в Фуюки, наденьте их, когда будете появляться на людях и не притворяться мной. Вы обе стали там известными людьми, и это позволит вам слиться с толпой.              — Так когда ты собираешься призвать своего боевого слугу и какого класса? — спросила Лиз, взяв у Гарри один из шарфов. Они с Фран стали называть слугу, которого он собирался призвать, «боевым», чтобы отличать их друг от друга. После того как слуга будет призван, они будут называть его либо по классу, либо по имени, в зависимости от ситуации.              — Завтра. Я собирался сделать это сегодня, но думаю, что дам Базетт и ее Лансеру время уйти, чтобы они ничего не заметили. Что касается класса, то больше всего меня волнуют Кастер и Ассасин, поэтому я предпочту призвать одного из них. Слуга класса Кастер имеет больше шансов увидеть сквозь мою маскировку и иллюзию, а у ассасина есть возможность скрыть свое присутствие, что очень опасно. Хм, думаю, Кастер был бы предпочтительнее. В войне, в которой участвовал Арчер, Кастером была Медея Колхидская. Теперь я могу использовать ее кинжал в качестве катализатора, но, судя по тому, что рассказал мне Арчер, я не думаю, что она — лучший слуга для вызова.              — О? Почему? — спросила Фран, в замешательстве наклонив голову набок.              — Она довольно непредсказуема. Хотя делать все, что нужно для достижения цели, в какой-то степени похвально, но я не смогу предсказать её поведение. Как ты знаешь, я — Грааль, и Слуга класса Кастер может это обнаружить. Поскольку я не знаю, какое желание Медея хотела бы исполнить, смогу ли я добиться его в одиночку или нет, она может решить, что использование моей природы как Грааля — самый быстрый и простой способ достичь своей цели, — Гарри ответил. Он не стал бы судить о ней по её прошлому, если бы когда-нибудь встретил, но с таким титулом, как «Ведьма предательства», он был бы начеку.              — А как насчет Ассасина, которого обычно вызывают? — спросила Лиз, пока Гарри снимал заклинания конфиденциальности, сохранявшие в тайне его небольшой поединок с Кухулином, после чего они направились к ближайшему кафетерию. Наступило время обеда, и Гарри собирался снова присоединиться к готовящему персоналу — они всегда ценили, когда он протягивал руку помощи.              — Вообще-то, его вызвала Медея. Его зовут Сасаки Кодзиро, и он не совсем тот, кого можно было бы ожидать от слуги класса Ассасинов. Вместо того чтобы быть хитрым, он умело сражается мечом. Он был привязан к воротам храма и, по сути, являлся охранником. Ему также удалось одолеть Слугу класса «Сейбер», используя чистое владение мечом. У него был благородный фантазм под названием Цубаме Гаеши, который использовал феномен многомерного преломления для трех одновременных атак, которые невозможно блокировать, — в глазах Фран мелькнуло удивление, когда она услышала это.              Лиз присвистнула.              — Звучит впечатляюще. Это действительно говорит о том, с какими вещами ты имеешь дело, если слуга класса Ассасина, который по своим физическим возможностям может противостоять только Кастерам, справляется с Сейбер несмотря на то, что является таким малоизвестным классом. Думаю, это говорит и о тебе, раз ты сказал, что это один из двух классов, о которых ты больше всего беспокоишься.              Гарри кивнул головой.              — Вся идея Слуги класса «Ассасин» заключается в том, что он нацелен на мастеров, а не на Слуг. Учитывая то, как я планирую отделиться от вас во время Войны за Грааль, это один из классов, для которого я буду наиболее уязвим. Слуги класса Сейбер сражаются впереди, вы можете спланировать это или просто избегать их, Берсерки обычно прут вперед а ассасины, как правило, самые непредсказуемые.              — Ты упомянул Арчера, Кастера и Ассасина, а кто остальные, кого обычно вызывают и как они сражаются? — спросила Фран. — Учитывая, что нам, скорее всего, придется с ними сражаться, неплохо было бы знать это.              Гарри кивнул.              — Начнем с Сейбер. Маленькая светловолосая девочка, которая в действительности является королем Артуром. С ней нужно быть начеку, потому что у нее чертовски высокие показатели. У нас есть два преимущества перед ней: она не часто использует свой Благородный Фантазм и не может перейти в астральную форму.              Лиз нахмурила брови в замешательстве.              — Почему? Ведь это может сделать любой Героический Дух. Черт, да ты и сам можешь это делать, или что-то очень похоже, а ты даже не Слуга.              — Это потому, что технически она тоже не Слуга. Знаете легенду о том, что король Артур ждет в Авалоне, и готов пробудиться, когда Британия будет в нем больше всего нуждаться? Так вот, Артурия на самом деле не мертва, пока. Проще говоря, она заключила сделку с Алайей, и если она получит Грааль, то сделка будет выполнена. Конечно, я ни за что на свете не позволю ей исполнить свое желание, — решительно заявил Гарри.              Двое его слуг удивлённо переглянулись, заметив, как решительно Гарри закончил свою речь. Им стало интересно, какое желание может быть у короля Артура, чтобы такой человек, как Гарри, выступил против него, как он сам сказал. Вопрос о том, что это за желание, задала Лиз.              — Она хочет сменить короля. Ибо считает, что она была неподходящим человеком для этой роли и что кто-то другой мог бы справиться с ней лучше. Видя, как падает ее королевство, она считает своим долгом исправить это, и смена короля, по ее мнению, — лучший способ сделать это. Она игнорирует тот факт, что ничто не вечно, а значит, ее королевство рано или поздно падет, кто бы им ни правил, и что она фактически хочет переписать историю, стерев все, что было навеяно Легендой об Артуре, и все остальное, что произошло. Это вызовет эффект домино по всей временной линии, и неизвестно, как изменится мир — в лучшую или худшую сторону! — объяснил Гарри.              — Думаю, тебе нужно успокоиться, — сказала Лиз, покровительственно погладив Гарри по голове. — Я знаю! Ты можешь пойти на кухню и приготовить нам с Фран несколько закусок, как тебе такая идея?              Гарри захихикал.              — Хорошо, когда мы придем, я приготовлю вам что-нибудь вкусненькое. А теперь вернемся к слугам. Лансер, с которым вы только что познакомились. Это был Кухулинн, и он чертовски быстр. Единственный слуга, который быстрее его, — это Райдер, но в некоторых моментах он всё равно быстрее. Его копье — Гай Болг, и оно всегда поражает сердце при ударе. Но это лишь одно из двух его применений. Другой способ его использования — метание, как копье. При таком использовании он подпрыгивает в воздух, а затем бросает его в землю. Оно распадается на множество остриев, ударяется о землю и взрывается. Это похоже на ковровую бомбардировку, так что лучший способ избежать смерти — просто не находиться там. Если он начнет активировать это копье, я хочу, чтобы вы двое ушли в астральную форму и убрались подальше. Помимо разрушительной природы второго применения копья, первое — это обратная причинно-следственная связь, то есть копье пронзает сердце до того, как копьё устремляется вперёд.              — Хорошо, это звучит запутанно и нелогично. Итак, Сейбер, Арчер, Лансер, Кастер и Ассасин, с ними всё понятно. Остались только Берсерк и Райдер. Мы знаем, что Райдер — это Медуза, но все равно хотели бы узнать о ней, даже если нам придется избегать сражений, — Лиз пересчитала их по когтям.              — Райдер, как вам хорошо известно, — это Медуза. Она — самый быстрый Слуга в этой войне, её ускорение не уступает Лансеру, но она не может использовать все свои возможности. Ее мастер, Мато Синдзи, станет нашей первой целью. У него нет таланта к магии, и Медузе приходится питаться душами людей. Синдзи никогда не был настоящим хозяином Райдер, но Арчер не смог сказать мне, кто им был. Если она обладает всеми своими возможностями, то стоит обратить внимание на ее метод боя, ее животное и ее глаза, — затем Гарри начал рассказывать о женщине, которую, хотя они никогда не встречались, он считал своим личным кумиром.              — Она использует тактику «бей и беги», а ее кинжалы, прикрепленные к цепям, несмотря на то, что не являются именными или благородными фантазмами, — это не то, во что вы хотите попасть. Как только она попадет, она может сковать вас цепью и дернуть за нее. У неё три благородных фантазма: Разрушитель Горгоны, Кровавый фронт Андромеда и Беллерофонт — все они имеют разные эффекты, но, как ни странно, важны не сами благородные фантазмы, а то, на что они влияют. Разрушитель Горгоны — это то, что запечатывает ее глаза. Беллерофонт — это золотые поводья, которая есть и у меня и позволяет ей управлять животными, обычно она использует её для пегаса, а Кровавый форт Андромеды — это ограниченное поле, которое превращает тех, кто находится под ним, в кровь и магическую энергию, которая поступает либо ей, либо её мастеру, — сказал им Гарри.              — Понятно! — Фран кивнула головой. — Значит, ее самая опасная способность для нас — это если она призовет своего пегаса и наденет на него поводья, так? — Гарри кивнул головой.              — Не забывайте о её глазах, они сильно замедлят вас, если она снимет повязку. Учитывая ее высокую скорость, замедление — это то, что вам совсем не нужно, тем более что ни у кого из вас нет столько боевого опыта Может, Медуза и не была солдатом в жизни, но она сражалась и убивала тех, кто пришел забрать себе Сфену и Эвриалу, — предостерег он их.              — Остается только Берсерк, безумный Слуга. С ним не должно быть сложно: они обменивают рассудок на физическую силу, оставляя после себя лишь бездумных идиотов… Почему твое выражение лица говорит мне, что с этим Берсеркером все не так? — спросила Лиз.              — Потому что это не так. Конечно, он обладает грубой силой и не имеет навыков, но для того, чтобы быть эффективным, навыки ему и не нужны. Слуга-берсеркер пятой войны — это Геракл. Его Благородный Фантазм — вот что делает его такой проблемой: Божья Длань. Он делает его неуязвимым для всего, что ниже ранга A. Слуга с силой ранга А может пробить его, как и благородный фантазм ранга А или магия ранга А, — Гарри помрачнел.              — Как вы, я уверен, знаете, никто из нас не владеет оружием ранга А и нет силы ранга А. Ближайшее, что мы можем получить, — это максимальный заряд посоха на десять секунд, но мы не можем быть в нём так уверены. Еще хуже то, что Божья Длань может воскресить Берсеркера одиннадцать раз. Кроме того, он может получить сопротивление к тому, что его убило, так что мы не сможем просто использовать одну и ту же атаку снова и снова, — хмыкнул Гарри.              — Пожалуйста, скажи, что ты шутишь, — Лиз посмотрела на него с недоверчивым выражением лица. — Это просто нелепо! Двенадцать жизней, а на войне всего шесть других Слуг, и даже тогда я сомневаюсь, что все они способны преодолеть такую защиту!              — Это довольно… плохо, — Фран, мастерица преуменьшать. — Но Арчер наверняка рассказал и о том, как эту защиту можно преодолеть? Может быть, есть какое-то условие для его использования, которое мы можем отменить или что-то в этом роде?              Гарри покачал головой.              — Нет, Длань Божья всегда активна. Что касается другого… то Арчер может использовать для этого Сломанные Фантазмы, а некоторые виды оружия могут отнимать у него сразу несколько жизней. Вообще-то у меня есть теория и по поводу этой защиты. Похоже, она действует только на атаки, приходящие извне, и не позволяет атакам проникать сквозь его кожу. Как вы думаете, что произойдет, если мы поместим что-то внутрь него? Скажем, бросить ему в рот драгоценный камень или что-то в этом роде?              — Думаю, для этого нужно быть чертовски везучим и чертовски метким. Что касается того, сработает это или нет, то я не могу сказать, — Лиз пожала плечами. Они дошли до кафетерия, и обе Слуги направились к столику, а Гарри — на кухню.              — По крайней мере, я участвую в этой войне, командные заклинания это подтверждают, — это было последнее, что он сказал, прежде чем отправиться готовить что-нибудь вкусное для своих Слуг и помогать обычным поварам на кухне. Ни Гарри, ни оба его Слуги не заметили, как кто-то, сидевший за столом позади них, с интересом следил за тем, что Гарри только что сказал.             

***

      Час спустя Гарри закончил помогать поварам и направился обратно в покои Зелретча в Часовой башне. Лиз отправилась туда раньше, она работала над очередной картиной с драконом, а Фран пошла с ней — Гарри готовил, так что ей было нечего делать.              Это означало, что Гарри бродит по Часовой башне в одиночестве. В обычной ситуации это не вызывало бы беспокойства: он был известен как внук и ученик Зелретча, у него были влиятельные друзья, да и сам он был чертовски хорошим магом.              Все это не помешало Гарри сработать предвидению, и он увернулся от ветра, направленного… в его руку? Почему нападавший целился именно в руку? Независимо от причины, Гарри собирался расправиться с ним быстро и укрепил свое тело до предела, а в его руках появлялся посох.              Быстро оглядевшись по сторонам, Гарри увидел его. Это был пожилой мужчина, возможно, лет пятидесяти или больше, и одет он был в типичном, для Часовой башни, благородном стиле. С первого взгляда Гарри мог бы сказать, что он принадлежит к известной семье, по крайней мере, и за его фамилией скрывается изрядное количество денег.              Зрение души Гарри также уловило элемент и исток его противника: Ветер и Разделение. Ни одна из этих двух вещей сейчас не вызывала у Гарри беспокойства, но Гарри хотел знать, почему этот дворянин напал на него. Его волосы разделились на пять «хвостов», и он достал из ножен на поясе пять черных ключей.              Маг был явно удивлен тем, что его внезапная атака не сработала, и не успел среагировать достаточно быстро, чтобы сделать что-то ещё. Гарри быстро взмахнул волосами, и пять черных ключей были брошены прямо в него. Один пролетел мимо и вонзился в тень аристократа, остальные четыре отрубили ему конечности.              Гарри произнес с помощью посоха заклинание «Silencio» и быстро прижег обрубки. Аристократ, казалось, впал в кататонию от внезапной потери конечностей, но Гарри решил «лучше перестраховаться, чем потом жалеть» и вырубил его для надежности.              Гарри подобрал конечности с пола и наложил очищающие чары, чтобы избавиться от крови, и восстанавливающие чары, чтобы стереть следы, оставленные чёрными ключами: никто не должен был знать, что здесь что-то произошло. Он был разочарован, поднял левитацией напавшего на него аристократа и проделал с ним остаток пути до покоев Зелретча, где его будут допрашивать.             

***

             — Гарри, что ты делаешь? — озадаченно спросил Зелретч. Его внук вошел в комнату, снял чары невидимости с человека, которого левитировал, наколдовал деревянный стул с прямой спинкой, привязал того к нему, а затем телепортировал себе в руку небольшую бутылочку с чем-то.              — Этот парень напал на меня из засады, когда я возвращался с кухни, и я хочу знать, почему. Это Веритасерум, зелье, которое я варил, но так и не нашел ему применения. Оно заставляет человека отвечать правдиво на любой вопрос. Для его действия нужно всего три капли, так что можно использовать его на этом парне, — Гарри открыл рот бессознательного дворянина и капнул три капли Веритасерума ему на язык, после чего разбудил его.              — Как тебя зовут? — спросил Гарри. Это был хороший вопрос для начала, и Гарри мог убедиться, что ему ответили честно, сверив его с именем, которое подсказало ему Зрение Души.              — Андреас Морган, — мужчина, которого теперь можно было назвать Андреасом Морганом, ответил. Гарри моргнул, услышав этот ответ, и попытался вспомнить хоть что-нибудь о семье Морган. Это была не большая семья, но амбициозная. Казалось, что каждый член их семьи старается изучить какую-нибудь другую ветвь магии, а их знак должен был быть наполнен мешаниной всевозможных заклинаний.              — Почему ты напал на меня? Объясни подробнее, что ты хотел сделать, — задал еще один вопрос Гарри, сразу переходя к сути дела.              — Я хотел забрать командные заклинания. У меня уже есть один комплект, который я присвоил у глупой девчонки, и я хотел уменьшить конкуренцию и одновременно получить больше силы. Я бы забрал и у Фраги, но она вызвала своего Слугу раньше, чем я успел. Завладев вашими командными печатями, я бы оставил вас в живых, как и ту девочку, но извлек бы из вас все полезные знания, — монотонно ответил Морган.              «Так вот оно что?» Гарри бы этого не потерпел.              — Где находится твоя мастерская и какая у неё защита? — спросил он, и на его лице появилась злобная ухмылка, а из-под губ показались клыки.              Если бы Морган сейчас находился в здравом уме, он был бы просто в ярости от того, что его заставляют разглашать. То, что делал Гарри, было самым худшим, что можно было сделать с магом, хуже, чем танцевать на его могиле голым, выкапывать его труп, оживить его, насиловать, заставлять убивать остальных членов его семьи, а потом арестовывать за непристойное обнажение.              — Не могу поверить, что это так просто, — сказала Аоко, и моргнула. — Гарри, не позволяй никому больше услышать об этом зелье или получить его в свои руки. Если достаточно трех капель, чтобы разгласить такой секрет, то тебя смогут запечатать, и, возможно, тебя бы уже запечатали, если бы узнали. Кстати, что ты собираешься делать с этим парнем? — она ткнула большим пальцем в сторону Моргана, который теперь оскалился на всех, а заклинание глушения вернулось на место.              — На самом деле я не знаю, — ответил Гарри. — Он умрет. Хм, думаю, я возьму его магический знак и попробую привить его себе. Предполагается, что у Морганов в знаке довольно большой репертуар заклинаний, а я всегда ищу что-то новое. К тому же, если бы они и искали его, зачем бы им спрашивать нас?              — Ты ведь знаешь, как мало шансов, что всё получится? Не поможет и то, что ты уже не совсем человек, а значит, вероятность отказа выше, — Аоко подняла бровь.              — Это правда, — сказал Гарри. — Однако верно и то, что существуют методы сгладить этот процесс. Если я смогу обмануть знак, заставив его думать, что я его хозяин, то смогу расслабиться, и он, надеюсь, примет меня как своего нового хозяина.              Зелретч громко рассмеялся.              — Ах, Гарри, ты ведь понимаешь, каким оскорблением это будет для Морганов, если они когда-нибудь узнают? Что я говорю, конечно, понимаешь. Кроме того, твоя теория о том, как обманом заставить знак принять тебя, звучит очень забавно. Но давай сначала призовем твоего боевого слугу, Кастер может сделать всё проще и легче, если ты его призовешь.              — А, точно! — сказала Аоко, обернувшись к Гарри. — Это ведь сегодня, да? Интересно, кто тебе попадется, я ставлю на Кастера и, скажем, какого-то грека, — Гарри уже собирался возмутиться на то, что Аоко поставила на его вызов, но не успел он это сделать, как Зелретч поставил на Сейбер и англичанина. Арквейд и Альтруж, которые с интересом наблюдали за происходящим, сделали ставки на японца-арчера и француза-ассасина соответственно.              — Я не буду делать это сегодня, оставлю на завтра. Базетт уже вызвала Кухулинна в качестве Лансера, а я дам им шанс убраться отсюда, чтобы они не заметили, как я вызову Слугу. Кроме того, я, пожалуй, посещу мастерскую этого парня, чтобы посмотреть, что там есть, раз уж он рассказал мне подробности о её защите, — сказал им Гарри.              Зелретч покачал головой.              — Я попробую найти сосуд, в которой можно хранить магический знак, чтобы нам не пришлось долго возиться с ним. Было бы обидно, если бы он пропал зря, раз уж у тебя есть план. Хм, как ты думаешь, можно наложить на него внушение, чтобы он добавил к знаку остальные свои цепи? Чем больше их будет, тем лучше для тебя и тем стабильнее будет знак.              — Внушение не будет достаточно сильным, но, возможно… — Гарри направил посох на Моргана. — Imperio, — он использовал одно из трех непростительных и мысленно приказал ему, со всей силой, на какую только был способен, лишить себя цепей и добавить их все в свой герб.              — Разве не так обычно поступают плохие парни? — с ухмылкой спросил Гарри, видя, как лицо Моргана краснеет от злости на то, что его заставляют делать. Но это было бесполезно: разум и воля Гарри были слишком сильны для мага, который был не более чем исследователем.       

***

             — На самом деле все это выглядит не так уж и впечатляюще, — сказала Лиз, оглядываясь вокруг. Она, Гарри и Фран проникли в мастерскую Моргана, и, в общем-то, там было не очень уютно. Здесь был книжный шкаф, полки которого были заставлены книгами, несколько верстаков с какими-то проектами и запертая дверь с другой стороны. Единственное, что привлекало внимание, — это расчлененная рука в банке, плавающая в какой-то консервирующей жидкости.              — Действительно, — согласился Гарри, перебирая книги на полках. Там было много книг для начинающих, в которых рассказывалось о различных ремеслах и тому подобном. «Этого следовало ожидать», подумал он, видя, как Морганы постоянно перескакивают с одного предмета исследования на другой.              — О. Вообще-то, у меня тут кое-что есть, — сказал Гарри, глядя на книгу, которая не была руководством для начинающих по «вставь сюда тему». — Хм, это выглядит интересно. Кажется, этот парень изучал внутренние ограничивающее поля, что должно помочь мне в исследовании Зеркала Души. О, а это что? Полагаю, это связано со знаком Эмии, манипуляцией временем. Погодите, откуда у них столько информации о разных людях? О, неважно. Вряд ли я когда-нибудь узнаю.              Положив книгу на место, Гарри встал и с помощью Калейдоскопа телепортировал книжный шкаф и все, что на нем находилось, к себе в город Фуюки. Он просмотрел проекты на верстаках, отбросив несколько из них после беглого осмотра. Два проекта он все же добавил к своим: одно заклинание создавало вокруг головы человека область, куда воздух не попадал — что-то вроде обратного заклинания воздушного пузыря, — а другое — призывало твердую материю вокруг человека, не препятствуя прохождению свежего воздуха, — что-то вроде щитового заклинания.              Затем они повернулись к двери, которая была заперта. Маг не смог бы открыть дверь без ключа или сорвав её с петель, но простая «Алохомора» сработала на отлично. Внутри было не очень светло, но глаза Гарри хорошо ориентировались в темноте.              Возле задней стенки шкафа послышалось шарканье, и Гарри произнёс заклинание «Люмос», осветив его, чтобы все трое смогли заглянуть внутрь. Когда они увидели, что там находится, Лиз зарычала, Фран сжала кулаки так сильно, что у нее пошла кровь, а Гарри мысленно сделал пометку попросить у Смерти особо сурового наказания для этого парня, если это вообще возможно.              В углу притаилась женщина, которой, судя по всему, принадлежала отрубленная рука. Гарри не знал, как давно она здесь, но чувствовал страх. И дело было не только в моче и фекалиях, не в окровавленном обрубке конечности, прижатом к груди, не в следах слез на лице или чем-то подобном — это был сырой страх.              Гарри сжалился над ней и быстро наложил очищающие чары комнату и на саму женщину, после чего опустился перед ней на колени.              — Здравствуйте, могу я вам помочь? — именно в такой ситуации легкий, музыкальный и успокаивающий голос Гарри мог оказаться как нельзя кстати.              Молодая женщина отступила от Гарри в угол, ее плечи дрожали от холода и страха.              — Человек, который держал вас здесь, мертв, если это имеет какое-то значение. Я могу отпустить вас на свободу, если вы этого хотите, и вам не стоит здесь больше задерживаться.              Женщина вздрогнула, но успокоилась, и Гарри снял плащ из драконьей шкуры — у него был еще один, из шкуры василиска, так что отдать этот было несложно. Он накинул плащ на плечи женщины, согрел её чарами, и поднял на руки.              Гарри пришлось сдержать рык, чтобы не напугать ее, так как на её теле появились следы, свидетельствующие о том, что её насиловали. Быстрая проверка показала, что она потеряла девственность полторы недели назад и не была беременна.              Если её лишил девственности Андреас Морган, и с тех пор или раньше ее держали в плену, значит, она пробыла здесь гораздо дольше, чем хотелось бы Гарри, и не то, чтобы ему вообще нравилось, что она здесь. Гарри не знал, что прана, которую он излучал в этот момент, активизировалась и излучала чувство жестокости и защиты. Именно это первобытное чувство заставило женщину прижаться к нему в дополнение к его успокаивающему голосу.              Гарри наложил на себя и на девушку заклинание незаметности, пока шел через Часовую башню. По пути ему встретилось не так много людей, а те, с кем он все-таки столкнулся, пробыли рядом недолго, чтобы они успели прорваться сквозь его чары.              Зелретч, Аоко и Вейвер обернулись, когда Гарри сердито ворвался в дверь. Арквейд и Альтруж оторвались от карточной игры, в которую играли, из соседней комнаты вошли Сфено и Эвриала, и вскоре все остальные собрались, чтобы узнать, что произошло.              Вейвер и Сфено проводили уроки, когда Гарри привел Андреаса Моргана, но они оба были в курсе случившегося, как и все остальные, кто пропал в то время. Вейвер взглянул на девушку на руках у Гарри, и моргнул, похоже он узнал её.              — Мари Смайт, маг второго поколения, девятнадцать лет. Она пропала около двух недель назад, и никто не знал, почему, хотя до этого она была очень счастлива. Это та девушка, у которой были командные заклинания, которые забрал Морган? — он взглянул на окровавленный обрубок предплечья и кисти и сочувственно поморщился: разобраться в этом будет непросто.              — Так вот кто она такая. Я нашел её в мастерской Моргана. Я привел её в порядок, но залечивать раны и тому подобные вещи — это не то, в чем я силен. Мне предложили что-то вроде мини-стажировки у Помфри на следующий год, и я думаю, что возьмусь за это в свободное время, но я никогда не нуждался в исцелении сам, — объяснил им Гарри, как только уложил Мари на ближайший диван. Он попытался встать, но она успела ухватиться за него одной рукой, и он сел, а та свернулась калачиком возле его коленей.              — Есть идеи, что мы можем сделать с ее рукой? — спросил Гарри, оглядывая комнату. У Зелретча, похоже, была идея, как и у Аоко, но, похоже, только у них. Гарри знал, что, если дать ему немного времени, он сможет что-нибудь придумать. Возможно, протез, сделанный из эфира. Несколько рун на нем, и он сможет работать, к тому же у него будет преимущество в том, что он действительно будет выглядеть как конечность, а не как кусок дерева или металла.              — Если никто из нас ничего не предпримет, то, как мне кажется, лучше всего обратиться к моей сестре, — в конце концов сказала Аоко. — Я не смогу ничего с этим сделать, я специализируюсь на взрывах, а не на лечении.              — Я не очень хороший маг, хотя и хороший учитель. Лучшее, что я могу придумать, — это что-то вроде мини-копии Волюмена Гидраогирума, действующей как конечность, но это займет немало времени, и я не совсем понимаю, как сделать что-то подобное, — добавил Вейвер.              — Возможно, я смогу кое-что сделать, — сказал Зелретч. — Однако я думаю, что у тебя уже есть план, Гарри, — Гарри кивнул, а затем объяснил, что он только что придумал.              — Есть ли поблизости Эфир? Я знаю как с ним работать, так как использовал его с моим посохом и моим мотоциклом, — спросил он. Затем Зелретч переместился в мастерскую Гарри в Фуюки и вернулся с несколькими отрезками проволоки и вернулся обратно.              — Спасибо, теперь мне нужен материал для основы. Подойдет свиная плоть, я могу использовать алхимию, чтобы сделать ее человеческой, а схожие свойства облегчат и упростят процесс, — пробормотал Гарри себе под нос, и уже представлял, какие круги трансмутации ему понадобятся, чтобы все получилось. Когда он вышел из задумчивости, перед ним лежал большой кусок свинины. Гарри улыбнулся и поблагодарил Зелретча, после чего начал преобразовывать его в форму человеческой руки. Поскольку кровь из тела Мари в конечность поступать не будет, потребуется наложить на неё несколько консервирующих чар. Эфир будет действовать как нервы, передавая сигналы к соответствующим мышцам, но для движения мышц все равно нужна какая-то энергия. Возможно, прана — её потребуется не так уж много, и это облегчит создание этой штуки.              Гарри продолжал работать в течение нескольких часов, делая свиную плоть похожей на вторую руку Мари Смайт, но в обратном порядке, чтобы у неё не было двух левых. В конце концов ему это удалось. Затем он разрезал конечность и начал добавлять Эфир туда, где обычно проходят нервы.              После этого он начал наносить руны на мышцы, чтобы при активации Эфира мышцы двигались так, как она хочет. Гарри был благодарен, что изучал биологию человека, когда рассматривал возможности изменения формы, — это позволило ему сделать мышцы такими, какими они должны быть.              Около часа ночи он закончил работу и прикрепил руку к телу. К этому времени она уже спала, свернувшись калачиком у него на коленях, и Гарри наложил несколько сонных заклинаний, чтобы она оставалась в таком состоянии, пока он работает. С помощью своих волос он выровнял руку так близко, как только мог, и наложил заклинание сращивания костей, чтобы прикрепить руку изнутри. Как только это было сделано, он начал соединять нервные окончания с Эфиром, а затем соединил и мышцы.              Последней была исцелена кожа. Когда он закончил, у нее была рука, такая же, как и была, и с таким же количеством мышц, как и на другой руке. Разве что бледнее прежней, но Гарри не хотел рисковать, что что-то пойдет не так, лишь бы придать ей загар.              Гарри взглянул на часы: было два часа ночи. На создание конечности ушло около шести часов, ещё час ушел на то, чтобы прикрепить её к телу, — в общем, неплохо. Оставалось только испытать её, а это можно было сделать, когда она проснется. Видя, что она всё ещё крепко держит его, Гарри отправился спать на своё место. На самом деле ему нужно было всего полчаса сна, но из-за того, что он был сосредоточен последние семь часов, он был рад немного отдохнуть.             

***

      На следующее утро Мари просыпалась медленно. Все было иначе, чем в последние две недели: ей было тепло, и она чувствовала себя в большей безопасности, чем в последнее время. Она вспомнила, как обнаружила странные следы на тыльной стороне руки и попыталась выяснить, что они означают.              Андреас Морган рассказал ей, что они означают, и она была очень рада этому. Она, всего лишь маг во втором поколении, и у нее есть возможность получить желание! Она не слишком задумывалась о предстоящих сражениях: мама всегда говорила, что легкое дело обычно не стоит усилий, а если оно трудное, значит, оно того стоит.              Весь остаток дня она была очень рада, довольная предоставленной ей возможностью. Однако это продолжалось недолго: кто-то напал на неё из засады, отрубил ей руку и лишил сознания. Когда она пришла в себя, оказалось, что её положение изменилось к худшему.              Её закрыли в мастерской Андреаса Моргана, и теперь она была его личным подопытным кроликом. Прошло всего три дня, прежде чем он решил «поэкспериментировать с ритуалами переноса праны». Другими словами, он решил изнасиловать ее. До этого она была девственницей, и это было очень больно для нее и очень унизительно.              Хуже всего было то, что она ничего не могла с этим поделать! Ни одна из её техник, а их у нее было немного, не сработала бы против человека, принадлежащего к известной семье и обладающего более чем достаточными средствами, чтобы удержать её «на месте». Она уже отчаялась, что когда-нибудь выберется оттуда и станет свободной.              Тогда-то и появился он. Она помнила мягкий, музыкальный и успокаивающий голос. Который призывал ее пойти с ним и стать свободной, но сначала она не поверила. Затем почувствовала что-то рядом с собой, просто ощущение.              В нем чувствовалось насилие, смерть, разложение, яд, дикость, ярость, сила и гнев. Она чувствовала все это, но было в этом ощущении и что-то еще, что заставило ее инстинктивно довериться ему — защита. Она направилась к голосу, и кто бы это ни был, он подхватил её на руки, накрыл чем-то теплым, и она почувствовала себя намного чище, чем в последнее время.              Голос и тот, кому он принадлежал, повели её в другое место, и она услышала голоса. Она не узнавала их, да и не хотела, просто прижалась к тому, кто вытащил её из этого темного, болезненного места, и не хотела его отпускать.              В конце концов она заснула и теперь просыпалась. Моргнув, она подняла глаза и посмотрела на того, к кому прижалась, чтобы хорошенько его рассмотреть. Ей показалось, что это был он, но тот был достаточно андрогинным, чтобы это могла быть она. Однако она узнала его: иногда она видела его со своим учителем, лордом Эль-Меллой, да и с другими людьми тоже.              — Значит, ты уже проснулась? — спросил мальчик с завязанными глазами, и она подпрыгнула от неожиданности, чуть не упав с дивана, на котором лежала. Именно тогда, пытаясь удержать равновесие, она что-то заметила. Мари посмотрела налево, не совсем веря в возможность этого, но увидела это! У нее была рука!              — Да, я сделал это для тебя вчера вечером. Но мы не могли проверить её, пока ты не проснулась. Хочешь попробовать? — Гарри с интересом наблюдал, как Мари Смайт начала двигать рукой, проверяя, как она работает. — Конечно, на неё наложены заклинания сохранения, которые могут стать проблемой в ближайшие годы, когда ты состаришься и изменишься, а твоя рука останется прежней. Если это случится, приходи ко мне, и я посмотрю, что можно с этим сделать.              — С-спасибо, — прошептала она, а Гарри добродушно хихикал.              — Не волнуйся, я бы сделал это почти для любого. А теперь, если ты позволишь мне встать, я приготовлю завтрак. Уверен, ты наверняка голодна, да и я сам не отказался бы от еды, — Мари кивнула и позволила Гарри встать. Она последовала за ним на кухню и просто стояла и смотрела, как он готовит.              Зрелище было… необычным. Он не делал что-то одно за раз, и было очень интересно наблюдать, как его волосы разделяются на несколько «хвостов» и выполняют задания независимо от Гарри и друг от друга. Один из этих «хвостов» поставил чайник и приготовил для него кружку горячего шоколада, а затем, он спросил, что она хочет, сделал чашку чая и для нее.              Она наблюдала за тем, как Гарри готовит завтрак, причем очень много. Ей стало интересно, на сколько человек он готовит, когда увидела такое разнообразие блюд. Ее желудок заурчал, и она облизнула губы, когда до нее донесся удивительный запах еды.              Один из «хвостов» Гарри подхватил тарелку с едой и поставил её на стойку рядом с ней, вместе с ножом и вилкой.              — Ешь, — сказал он ей. — Не думаю, что ты много ела в последнее время, но ешь столько, сколько сможешь, — Мари подумала, что, была ли она голодная или нет, но могла бы съесть все это.              Вскоре после того, как она закончила, Гарри стал выносить остатки еды в соседнюю комнату, где вскоре собрались остальные. Прислушиваясь к их разговору, она поняла, кто эти люди. Она немного побледнела, когда поняла, что находится в непосредственной близости от Белой принцессы, Принцессы Затмения Тёмной крови, Калейдоскопа, его внука, и других. Она находилась в комнате с одними из сильнейших существ в мире, а они завтракали, болтали и смеялись друг с другом!              Она была очень удивлена, когда её пригласили за стол вместе с ними и доказали, что рады её компании. Она очень волновалась, ведь не была никем особенным, но в конце концов завела разговор со своим учителем, Вейвером Вельветом, о том, как начали осваиваться магию.              Она никогда не говорила об этом с ним, и также была удивлена, когда узнала, что Гарри, каким бы сильным он ни был, можно назвать магом только первого поколения, несмотря на его способности. Её удивляло то, какими нормальными они все казались. Она знала, что эти люди в одиночку могут сравнять с землей пару островов, но сейчас они вели себя так обычно, что трудно было соотнести увиденное с тем, что она о них слышала.              — А, Мари, — сказал Гарри, и она подняла на него глаза. — У нас всё ещё есть твоя рука, и мы можем привить тебе командные заклинания, если хочешь, — она быстро покачала головой, не желая больше иметь ничего общего с этим турниром! Именно из-за них она на две недели оказалась в плену у Моргана, и больше она не хотела иметь с этим ничего общего!              — Хорошо, как пожелаешь, — и все, больше эта тема не поднималась. После трапезы Мари получила браслет, который, по словам, позволял всегда знать, где она находится, и был незаметен для тех, кто не знал о его наличии.             

***

             — Ну вот, — сказал Зелретч, когда Вейвер проводил девушку на лекцию, на которой она должна была присутствовать. На девушке было платье, подаренное ей Эвриалой, и плащ из драконьей шкуры, который Гарри накинул ей на плечи накануне. Гарри был одет в плащ из шкуры василиска, который выглядел почти так же, как и плащ из драконьей шкуры, и тоже был чёрным, с глазом Горгоны на спине.              — Да. Кстати, самолет Базетт улетел вчера вечером. Ты ведь можешь вызвать слугу? — спросила Аоко у Гарри, который закатил глаза за повязкой. Ах да, его повязка. Гарри переделал её так, что она стала быстро сниматься, и теперь он мог снять её почти мгновенно, а не через полдюжины секунд, как раньше.              — Конечно, я сделаю это прямо сейчас. Круг уже готов в соседней комнате, так что все, что мне нужно сделать, — это вызвать того, кого я собираюсь вызвать. Я не буду использовать катализатор, но я бы предпочел слугу класса Ассасин или Кастер. Я знаю, что Сейбер, Арчер, Берсеркер и Райдер обычно вызываются с помощью катализатора, Лансер уже был вызван, а значит, я надеюсь получить одного из этих двух классов, — Гарри встал и направился в комнату, где был установлен круг призыва.              — Сколько Слуг ты можешь сейчас поддерживать? — спросил Зелретч. — Если ты можешь использовать одно из этих мест, то, думаю, мы сможем сделать так, чтобы ты получил тот класс, который хочешь, — Гарри сделал небольшую паузу и «прощупал» семь наборов командных заклинаний на своей руке и связь с ними.              — Я бы сказал, что сейчас я могу справиться с пятью. Возможно, я смогу довести их до шести, но, может быть, и нет, сейчас пять — это точно, — ответил Гарри. — Лиз и Фран занимают два места, тот, кого я собираюсь призвать, занимает ещё одно, и ещё одно для Медузы, так что сейчас у меня остается одно свободное.              Они вошли в комнату, где был установлен ритуальный круг, и Гарри шагнул вперед, чтобы произнести заклинание. Все остальные посторонились: они хотели посмотреть, кого он вызовет, но не вмешиваться в сам ритуал. Кроме того, если слуга окажется враждебным, они сами будут защищать Гарри.              — Ну что ж, начинаем, — Гарри позволил посоху появиться в своей руке, очистил себя от всего, что могло бы помешать вызову, и вытянул одну руку перед собой. Этот призыв будет связан с ним как с хозяином, но он также будет использовать Грааль Фуюки, так что потребуется соответствующая ария, а не та, которую он использовал для вызова Лиз и Фран.       

Серебро и железо — камни основы.

      

Созидая контракт, да скрепятся основы.

Направит пусть выбор мой древний Хранитель.

Мастер Великий — Швайнорг Прародитель.

      

Яростен вой ветров преграждающих.

Врата к короне стеной охраняющих.

Запутанный путь — Последнее средство.

Укажет мне истинный путь в королевство.

Наполнись. Наполнись. Наполнись. Наполнись. Наполнись.

Пять раз для каждой копии.

Я взываю.

Я объявляю.

Тело твоё под командой моей.

Я вверяю судьбу свою мечу твоему.

Следуя зову Святого Грааля, если ты принимаешь сии волю и разум ответь мне.

Я клянусь.

      

Я стану воплощением добра мира иного.

Я стану крушителем зла мира иного.

О, Семь небес, что скрыты Тремя Великими Словами,

Предстань предо мной, Хранитель Баланса!

      Гарри влил в ритуал столько праны, сколько мог, сосредоточившись на классе «Кастер», поскольку именно его он хотел призвать. В его сознании что-то щелкнуло, возникла связь, и Гарри почувствовал, как в его голову хлынули образы. Они текли быстро и сильно: волшебники огромной силы, ведьмы с тонкой магией. В конце концов он почувствовал какое-то мерцание, лёгкое дуновение сильного желания, и из круга призыва появилась яркая вспышка света, а избыток праны превратился в дым, заслонивший фигуру в нём.              — В соответствии с вашим призывом, слуга Кастер, принимает ваше брачное предложение и с радостью станет вашей женой! — «секундочку, подумал Гарри, что?» Голос определенно был женским и называл себя Кастер, но женой? «О чем, чёрт возьми, она говорит?»              Дым развеялся в стороны, и Гарри увидел, кем является его новая Слуга, — зрение души воспринимало больше, чем обычное. Почувствовав её желание, Гарри только и успел подумать: «Вот это, мне совершенно точно ещё вылезет боком!», как увидел веселую улыбку своей новой Слуги.