Я переродился? Драконом?! Очешуеть!

Очнулся я в каком-то странном месте. Не знаю, где я, но здесь кромешная тьма и сыро. Несмотря на это, мне почему-то тепло и уютно. Так, стоп. Как я вообще сюда попал? Последнее, что я помню, это как лифт вместо со мной полетел вниз и… Так, мне страшно. Я что, ранен? Как я выжил? Где я, что со мной? Почему здесь никого нет? Почему я здесь? Спокойно. Вдох… Блин, я не могу дышать. Я не могу дышать! А хотя погодите, я же вроде и до этого не дышал. Вот да, точно, я не дышу, но не задыхаюсь. Выходит, мне и дышать не нужно? Ладно, значит, я не задохнусь. Какое облегчение! Но всё же, я не понимаю, где я и как я выжил? А хотя, выжил ли я вообще? Я же фактически разбился при падении с высоты с 7 этажа. Если включить логику, то при падении на металлический пол с такой скоростью и высоты шансы выжить равны нулю. Если так, то выходит, что я умер? Так, а могло ли быть… Нет, такое маловероятно. Ну тогда… Тоже не то. Да ну не, если я реально упал с такой высоты, то тут смерть однозначно. Конечно, люди выживали при падении с ещё большей высоты, но падали-то они на деревья, или что-то, что могло смягчить их падение и ослабить удар. А я упал в стальной коробке с большой высоты. Короче говоря, как ни крути, я, скорее всего, умер. Ну и как мне на это реагировать? И почему я ещё думаю? Может быть, то, что сейчас я ещё способен мыслить, это лишь бред умирающего мозга? Я как-то слышал, что Рай и Ад могут являться бреднями людей, а вернее, их мозга, который из-за недостатка кислорода по причине отсутствия поступающей в него крови выдумывает всякое на смертном одре. Если так, то где все ангелы или демоны? Кто меня тут будет мучать в котле хрен знает сколько? Почему я вместо нормального посмертия или прикольных глюков вижу только кромешную тьму? Эй, церковники, что за подстава?! Я, конечно, атеист, но надеялся, что после смерти есть что-то ещё, а тут на тебе, оказался в каком-то тёмном, сыром, странно тёплом и почему-то уютном месте. Да и ещё я почему-то могу думать. Ну, если принять за истину фразу: «Я мыслю, значит, существую», то сам факт того, что я до сих пор могу думать, говорит о том, что я продолжаю своё существование. Или не так. Быть может, я начинаю новое существование? Перерождение… кто ж знает, ведь существование души само по себе не подтверждено, а тут ещё и перерождение. Интересно, если это и впрямь перерождение, то в кого? В человека? В птицу? Ой, только пожалуйста, не надо меня в курицу, прошу. Это ж будет полный абзац. И в паука тоже не надо! Смотрел я аниме с одной паучихой, и честно говоря, ну нахрен это дело. Хотя, насколько я понимаю, поделать с этим всё равно ничего не могу. Что ж, остаётся только ждать. Я тут нахожусь, как мне кажется, целую вечность. Я не могу даже двинуться. Как оказалось, вода и еда мне тоже не нужны, что является плюсом в моём положении, поскольку не хотелось бы помереть с голоду. Да, я всё же считаю, что и впрямь перерождаюсь, только не знаю, в кого. Похоже, единственное, чем я могу сейчас заниматься, это думать. Пытался уснуть, чтобы скоротать время, но в моём положении очень сложно, если не сказать невозможно, следить за временем, и уж тем более я не могу знать наверняка, я сплю или только так считаю. Временами я думаю о людях, которые мне были дороги. Мне было всего 18, детей не было, как и девушки. Моя семья распалась, а с братом отношения были такие, что он, возможно, будет танцевать на моей могиле. Только за мать переживаю, сможет ли она справиться с горем. Увы, сделать я ничего не могу. Чтобы не сойти с ума, начал всё же давать себе умственную нагрузку. В основном арифметические задачи. Хотелось бы пару головоломок, но я не смогу узнать, правильны ли отгадки, а если придумать себе головоломку и загадать правильный ответ, то и её смысл теряется. Судоку бы порешать, но нет, я просто не смогу визуализировать и запомнить такую головоломку, каждый раз добавляя циферки и запоминая их. А если я ещё и где-то неправильно поставлю, то в попытке убрать этот результат из своей головы и вовсе забуду всё, отчего старания уйдут насмарку. Головы… Хах, к слову. У меня появляются какие-то ощущения тела. Пока разобрать особо не получается, но что-то проскакивает. Раньше я чувствовал только окружение, но постепенно я начинаю чувствовать какие-то части тела, конечности. Но пока ещё слабо, даже двигать ими ещё не могу. Могу только сказать определённо, что 4 конечности у меня есть, да и на спине что-то чувствуется. В общем, придётся ещё подождать. Тело уже вполне себе ощущается. У меня 4 конечности с пальцами, на концах которых находятся коготки. Я уже могу двигать ими, так что могу себя потрогать. Похоже, у меня длинная шея, вытянутое лицо (или морда, я пока не знаю), на носу какой-то нарост. Такие же наросты присутствуют по бокам головы позади глаз и направлены назад. Ноги имеют ощутимое отличие от моих предыдущих. Кажется, что у них есть ещё один изгиб, как у собак. Ниже спины у меня растёт ещё одна конечность, которая, если я правильно понимаю, является моим хвостом. Ну а то, что у меня на спине, это тоже пара конечностей. Сначала я не понял, что это, но ощупав бока я почувствовал, как мои руки коснулись какой-то плёнки, что росла от конечностей на спине, вдоль неё и до хвоста. Ну подвигав этими конечностями в одну сторону и в другую, ощущая результат руками, я сделал вывод, что эта штука — мембрана, а конечности на спине — крылья. Сопоставив факты, я сделал вывод, что я вполне могу оказаться либо динозавром, либо ящеркой с крыльями, либо, самое смелое предположение, драконом. Причём я больше склоняюсь к последнему варианту. Не знаю, то ли это просто великая надежда, то ли действительно факты говорят об этом, но у меня чувство, что именно этот вариант правильный. И ещё я реально устал ждать. Уже начинаю сходить с ума. Я даже начал мысленно общаться сам с собой, ибо так появляется хотя бы иллюзия общения. Надежда только на то, что наличие конечностей и моя возможность двигать ими являются добрым знаком, означающим, что в скором времени я выберусь отсюда. Здесь постепенно становится тесно.

* * *

От лица Скалы

Этим утром я проснулся не от рёва командира, а оттого, что меня потревожила Медь, толкая, кусая за ухо и шепча: — Скала, проснись. Она была напористой, так что я поспешил поскорее прервать свои мучения и её волнения. — Да не сплю я, не сплю! — повысил свой голос спросонья, затем открыл глаза и взглянул на неё. Она выглядела взволнованной. — Что такое, Медь? — Чувствую, сегодня оно вылупится. Мне не нужно было пояснять, я уже понял, о чем она. Эта война научила меня быстро соображать и быть собранным, а также легко просыпаться. Поэтому я уже понял, что она говорила о яйце. Самки всегда хорошо чувствуют, когда яйцо должно вылупиться, так что если она говорит, что это случится сегодня, значит так оно и будет. — Хорошо, тогда давай я поохочусь, а ты найдешь еды для дракончика, — предложил я. Она кивнула, и мы начали расходиться. Перед вылетом я обернулся на неё, роющуюся в наших пожитках в поисках сумки и золота, и какое-то время не мог оторвать глаз. Её красивые оранжевые чешуйки, её стройное, гибкое, сильное тело, её мощные лапы с острыми и изящными когтями, всё это вместе смотрелось очень привлекательно, особенно с этого ракурса. Я прошёлся по ней глазами, начиная от рогов и шеи, заканчивая длинным хвостом, немного задержав взгляд на крупе, когда её хвост приподнялся. И пока я откровенно пялился на свою любимую драконицу, с её стороны раздался кашель. Я перевёл взгляд на её морду, а если точнее, на глаза. Медь смотрела на меня с лёгким укором и осуждением, состроив хмурую мордочку. — Я тут, значит, говорю ему, что у нас через несколько часов появится дракончик, а он придумывает предлог, чтобы беззастенчиво пялиться на моё интимное место, — пыталась она меня якобы отчитать, но улыбка так и проскакивала по краям. — Ну так как мне отвести взгляд от столь соблазнительной драконицы. Тем более, когда она сама мне любезно предоставляет такой вид. И после этого я ещё и виноват, — стал я лукавить и подыгрывать ей, состроив виноватую морду. — Ах вот как! Значит, пялишься ты, да так, что не сдерживаешься даже, — она развернулась и начала подходить ко мне, попутно выразительно перевела взгляд под мой живот, туда, где уже около минуты стояло торчком моё не сдерживаемое достоинство, — а виновата, значит, я. — Ну что я могу поделать, — я сделал шаг навстречу, — если ты у меня такая красивая и сексуальная, — после этих слов я лизнул ей морду, лукаво улыбаясь. После этого мы оба перестали сдерживаться и рассмеялись, растянув улыбки до ушей, я подошёл к ней и обнял её своими крыльями, а она прижалась ко мне поближе. Мы наслаждались друг другом несколько минут, но всё-таки оторвались, а мне пришлось всё-таки охладить свой пыл и убрать достоинство на место, так как сегодня у нас намечается очень радостный момент, которого мы долго ждали и ради которого мне удалось выкроить отпуск. Появление в нашей жизни дракончика. — Ну что, давай отправляться. Тебе кого поймать? — спросил я у неё, хотя примерно знал, кого она захочет. — Ммм, хотелось бы козла, у них такое вкусное мясо. Но если кабана притащишь, то и он сойдёт, — ответила Медь, и моя догадка подтвердилась. — Что ж, будет козел. Главное, мясо подбери получше. — Я уже договорилась с одним торговцем, так что осталось только заплатить и забрать. Так что не волнуйся, с этим полный порядок. — Рад, что ты у меня такая предусмотрительная. Скоро буду, — с этими словами я полетел за дичью. Мне пришлось долго упрашивать командира дать мне отпуск, ссылаясь то, что долго воюю за наше племя, и скоро у меня появится дракончик, вылупление которого я хотел бы увидеть сам. После долгих уговоров я получил отпуск на месяц, и уже 4 дня нахожусь дома. Через час мы встретились с Медью дома. Как и обещал, я достал ей козла, а сам ел кабана. Насытившись, мы прибрались и полетели в башню, куда Медь занесла наше яйцо. Бюльбюль сразу пропустил нас внутрь, даже не спрашивая. Просто указал, что оно лежит в ближайшем к двери углублении. Я узнал его даже без подписи. Оно казалось знакомым и лежало посреди других. Вытащив его и поставив с краю, я сел перед ним, а справа мне под крыло залезла Медь, после чего мы вместе стали ждать, и дракончик не заставил себя долго ждать, начав наконец колупать яйцо изнутри.

* * *

От лица основного персонажа

Выпустите меня отсюда! Это уже невыносимо! Здесь очень тесно, и мне нужно дышать, а нечем. ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ!!! Я начинаю с силой бить то, что меня сдавливает, целясь в часть передо мной. Бью руками, ногами, головой, царапаю когтями. Скоро мне удаётся пробить дырку, откуда появился свет. Чуток приостановились я продолжаю это действо, расширяя дырку. Наконец, бью уже болящей головой вверх и с треском выбиваю эту твёрдую субстанцию, после чего свет хлынул мне в глаза, так что мне пришлось их зажмурить. Делаю первый вдох и звучно выдыхаю, но тут же затыкаюсь, услышав вместо своего голоса писк. Широко открываю глаза от удивления с мыслью «это что такое?». Рядом со мной раздаются смешки, причём не обычные, а более глубокие, гортанные и, как мне показалось, рычащие. Они прозвучали слева от меня. Поворачиваюсь туда и вижу двух больших, не поверите, ДРАКОНОВ! Один с чешуёй красного цвета, это, как я понимаю, самец. Откуда я знаю? У него более грубые черты ли… морды. У самки чешуя более оранжевого цвета и черты лица более нежные. Они смотрят прямо на меня своими глазами с вертикальными зрачками. Странно, я бы раньше испугался, но сейчас мне совершенно не страшно. Напротив, мне любопытно. Я ещё не выбрался из яйца. Да, похоже, я всё это время находился в яйце. Ну что ж, пора выходить. Я высовываю мои руки и кладу на скорлупу перед собой, но оказывается, что это не руки, а лапы, причём, но после того, как разом вытащил передние, увидел, что они покрыты чешуёй оранжевато-красного цвета и более крупными чешуйками чисто оранжевого цвета, у меня по 5 пальцев с крохотными коготками. Получается, я и правда дракончик? Я начал дальше вылезать, и когда пытался вытащить ноги, которые, полагаю, окажутся задними лапами, яйцо завалилось вперёд, и я вместе с ним. Как итог я выполз из завалившегося яйца прямо на каменный пол, издавая писк, сорвавшийся у меня из-за обиды на эту ситуацию. Кажется, я сейчас глупо выгляжу. Как я и думал, ноги оказались задними лапами. Я встаю на все четыре лапы и иду к парочке. Они прижимаются друг к другу и смотрят на меня неотрывно. Мне кажется, или они… улыбаются? Подойдя ближе я вижу, что они действительно смотрят на меня с улыбкой. Дальше самка пододвигается ко мне, снимает с головы скорлупу, которую я и не заметил, и начинает… Вылизывать меня?! Эй! Это что за беспредел?! Прекрати! Вот только всё, что она слышит, это возмущённый писк. Я пытался убежать, но она меня удерживала. Ну а вырваться… Не смешите, она огромная и сильная, совершенно спокойно может меня одним пальцем удержать на месте. Под конец она прошлась языком и по моим глазам, после чего я зажмурился. К счастью, пытка закончилась, и я наконец смог открыть глаза. Теперь я всё видел нормально. Я решил осмотреться и увидел позади себя ещё кучу красных яиц и одно повёрнутое, разломанное изнутри. Как я понимаю, это моё. Я снова поворачиваюсь к парочке и заглядываю в их глаза. В них я вижу родительскую любовь и нежность. Значит, они мои родители? Пытаюсь произнести «мама» и «папа», но получается только писк. В то же время улыбка на лицах моих родителей становится ещё шире, отчего я понимаю, что не ошибся. Да и они, кажется, понимают, что я хотел сказать. На меня нахлынула настоящая, чистая, детская радость, а на морду наползла улыбка, отчего я не устоял и подбежал к своим новым родителям, начав тереться мордочкой о грудь матери и лапу отца. Те тоже не отстранились и опустили прямо ко мне свои головы, обняв меня так с двух сторон. Я же обнял их как мог в ответ, в том числе и своими маленькими крылышками. — Привет, мой дракончик, — заговорила со мной мать своим рычащим, но оттого не менее нежным голосом. — Привет, сын, — у отца голос оказался более глубоким и низким. Я хотел поздороваться в ответ, но вместо речи у меня опять получился писк. Они в свою очередь коротко хохотнули, видимо, их смешат мои попытки ответить. — Ну и как мы его назовём? — спросил отец у матери. Та, немного подумав, дала ответ. — Кондор. Я назову его Кондор. — Кондор, — произнес отец, словно пробуя имя на вкус. — Хорошее имя, ему подходит. Что скажешь, Кондор? — спросил отец, на что я пискнул, вызвав новый приступ умиления у своих новых родителей. Имя мне правда понравилось. Единственная неприятность состоит в том, что речи у меня нет, а только писки, но пока меня понимают, это не так важно. Учитывая, что у меня тело только что вылупившегося дракончика, сам факт того, что я понимаю их речь, уже удивителен сам по себе, ну а научиться говорить, летать и много чего ещё мне пока только предстоит. Мои размышления прервала мама, отодвинув от меня свою голову. Она подняла своё правое крыло, занесла туда лапу и начала шариться там. Мне было интересно, что она там ищет, отчего я порывался подойти и посмотреть, но прежде, чем я успел это сделать, мама вновь повернулась ко мне, а в лапе у неё был небольшой кусок мяса. Увы, сырого, и она его положила передо мной. Я хотел сперва возмутиться, мол, сырое нельзя давать детям, но почувствовал, что тело иного мнения об этом. Решив не сопротивляться позыву моего тела, я набросился на СЫРОЕ мясо. Как ни удивительно, но оно оказалось довольно вкусным и нежным, и я даже не заметил, как полностью его съел. Почувствовав насыщение, я облизнулся. Однако дальше на меня накатила усталость и сонливость. Вся эта неиссякаемая энергия, которая была во мне буквально только что, моментально испарилась, уступая место сонливости. Я развернулся обратно к родителям и начал было подходить к ним, но по пути запутался в лапах и упал. Я пытался встать, но в конце концов сонливость победила. Веки налились тяжестью, все мысли быстро исчезли, и я погрузился в сладостное забытье, сытый и довольный.

* * *

Счастью Меди и Скалы не было предела. Спустя годы, когда Скала сражался на войне, а Медь боялась, что однажды к ней подойдут и скажут, что её любимый погиб в сражении, после всех страхов, что их дракончик так и не вылупится, погибнув от когтей королевы или её огненного чудовища, один из страхов оказался позади. Глядя на маленький комок чешуи, что завалился перед ними, оба родителя хотели воспитать и защитить его. Их сын, Кондор, принёс им надежду на то, что всё будет хорошо, и они будут счастливы так же, как сейчас.