Сижку будешь?

Под светом фонарей зимний улицы совсем не было темных силуэтов. Она шла одна, под ногами нерасчищенный снег, а время в телефоне, болтающемся в руке, указывало на раннее утро. Недалеко от дома детская площадка, там никогда никого нет, хотя кто в такое время на улице будет? Тишина и безлюдность отдавала не сильным жжением в сердце, заставляющим сжимать перцовку в кармане еще сильнее. Вот знакомая синяя горка, засыпанная падающим и еще чистым снегом. Рядом качели, на которых каждое утро она зажигала сигарету и ждала пока подтянутся люди, чтоб уже не опасаясь идти в школу, сквозь толпу. Первый раз на качелях кто то сидел. Кто? Это девушка, в спортивных штанах и черной теплой куртке, капюшон которой обманывал синий шарф. Из под шарфа выпущена светлая коса, блестящая под светом фонарей. Голые замерзшие пальцы зажимали сигарету, которую еще даже не поднесли ко рту. Лица не видно, но понять кто это Маша смогла и без этого. "Блядь!" Мысли о том, чтоб подойти и наконец сесть на качели, быстро сменились мыслями: "беги!". И она побежала, так быстро, как только могла, главное подальше от этой русой косы. Ноги скользят, левая рука крепко сжала телефон, в то время, как правая дрожала с перцовкой. Сзади тоже слышен бег. Страшно. Рыжая поворачивает голову назад, проверяя обстановку и сразу же закрывая глаза, от летящего прямо в нос кулака. Вокруг темнеет, и кажется, будто на секунду выпадаешь из реальности, затем резкая боль, сначала в носу, но уже вскоре распространяется по всей голове. Невыносимая, адска боль! "Уходи"... " Хватит"... "Мне больно". Затем голова ударяется о лед, застывший на асфальте и с треском ломающийся от тяжести тела. Опять та самая резкая боль, как в начале, при ударе в нос, но теперь уже ноет затылок. От падения заныла спина под рубашкой, скрывающей многочисленные синяки. Мари уже не чувствовала холодного и морозящего лицо зимнего воздуха, в голове был только страх и синяки и порезы, решившие закричать о помощи все вместе. Кричать больно... Да и не может она. Сил хватает только открыть глаза. Перед ней девичий силуэт, на фоне не яркого рыжего света фонаря. "Коса... " Русая коса будто светится даже ночью... Ее невозможно не заметить, так же, как невозможно не испугаться при виде этой косы. Рыжая ожидает новых ударов, готовясь к очередной боли по всему телу, сжимаясь комком, и закрывая локтями живот. "Почему я?"... Она ждет. Сначала секунду, потом еще несколько... Из носа появилась густая бордовая кровь. Лицо начал холодно жечь снег, на котором она лежала. " Я хочу домой... " - Сижку будешь? - раздается сверху голос Олеси. Рыжая резко поворачивает голову и смотрит с испугом и непониманием. "Она меня только что побила, а теперь сигарету предлагает? " Прошла еще секунда, еще две... Еще десять. Олеся не шутила, видно было по лицу. Протягивая Маше руку, она ухмыляется. Маша ухватывается свободной рукой, она уже отпустила перцовку, и поднимается, в то время, как русая зачерпывает голой ладонью заснег и передает рыжей, мол, приложи к носу, что Маша и делает. Тихо... Девушки идут рядом, Олеся пытаясь открыть новую упаковку парламента, а Маша держа снег у носа и с опаской посматривая на русую. "Почему я забыла про перцовку? Я же могла ее спугнуть... ", рыжая опускает взгляд. Страшно... Боль в носу не такая сильная, как страх. "Это все постанова, сейчас придет ее брат и мне только сильнее достанется"... Но и уходить не стоит. Если бежать - каждый шаг отдается болью в затылке, да и Олесе догнать ее - раз плюнуть. В школе Олеся была в параллельном классе - "в", хотя младше шестнадцатилетней Мари была на год. Русую родители еще в 6 лет в школу спихнули, не желая сидеть больше с ребенком. С Мари она познакомилась в третьем классе, когда с компанией Брата-шестиклассника пошла после школы за гаражи курить. Маша тогда шла домой, боясь подходить к этой компании, а Олеся долго провожала ее взглядом, не понимая, что чувствует, но ее внимание привлекли рыжие кудряшки, которые она еще не встречала. "странная" - думала тогда русая. Девушки вернулись на площадку, но сердце Мари сжалось еще сильнее. Страх о том, что сейчас придут еще и изобьют ее до смерти не давал покоя. "Может залить ее перцовкой и сбежать?" - но мысли оборвала Леся. Ее дрожащие от холода и покусанные пальцы протягивали Маше сигарету с зажигалкой. Рыжая взяла и положила сигарету между губ, закрывая одной рукой огонек зажигалки, второй прикуривая. "Нет, не вариант. Потом в школе еще от ее дружков сильнее достанется. " Они сидели на качелях, Маша уже выбросила снег и в очередной раз затягивалась сигаретой. "В школе даже не спросят, что случилось... Все уже привыкли к Олесиным выходкам. Но почему именно я?... " Хотелось просто заплакать, закричать, вылить всю боль, но рядом русая. Когда то в классе шестом Маша заплакала от страха, увидев Лесю в школе, за что получила в глаз, А потом и в живот, после чего блевала кровью. Поэтому нельзя. Будет только хуже. Они молчали. Свет фонарей лишь немного освещал край Машиной качели, Олеся же сидела во мраке зимней ночи. В дали шел кто-то, совсем темный силуэт, но рыжая первый раз его не испугалась, ведь с ней Олеся - бояться тут надо только ее. Что русая сейчас делает? Куда устремлен ее взгляд? Казалось она смотрит на снег в дали, но повернуться Мари боялась. Она не знала реакции Олеси, но ее пугало само присутствие этой девушки рядом. Нос болел но не так сильно, ведь Мари уже привыкла, а вот затылок ныл посильней, она редко получала удары в это место, ведь целились обычно на лицо, живот, а так же спину, когда рыжая уже лежала скрючившись, и друзья Олеси со всей дури пинали ее за гаражами. - Тебя Маша зовут? - выдернул из воспоминаний взволнованный голос Олеси. Рыжая резко повернула голову, испугавшись. Мари еще не разу не видела девушку такой... напуганной что ли? - А?.. да, Маша. Рыжая ожидала всего: смеха, пощечины или еще одного удара по носу, парней за спиной, но не обветренные губы девушки, которую она боится больше смерти, на своих пухлых и увлажненных бальзамом перед выходом из дома. Глаза Олеси были закрыты и расслаблены. "Что происходит? Она поцеловала меня? Почему?" Мари сейчас целует та, кто с четвертого класса бил ее за гаражами и смеялся, делая позором всей школы да и вообще района? Довериться ей? Что она творит вообще? Что делать? Мари даже опомниться не успела, как русая вернулась в прежнее положение на качелях и сделала еще одну тягу сигареты. Рыжая с раскрытыми от удивления глазами пилила взглядом Лесю. - Продолжишь пялится - нос сломаю.