Интригующее продолжение
18 января 2024 г., 21:34
— Больше я на такое не подпишусь, — Арсений со всей злостью кидает полотенце в угол гримёрной.
— Контракт, Арсюша, контракт, — с присущим только ему спокойствием ухмыляется Андрей.
— Нет, ты видел? Он, блять, смотрел на меня, как на дерьмо! Охуеть! — Танцовщик надевает чистые свободные штаны и накидывает сверху футболку, — нахуй приходить тогда, если не нравится такое?!
— Может, он проспорил кому, чего ты кипишишь так, Арс? — Подаёт с дивана голос Дима Коваль, уже успевший переодеться в сценическое для своего выхода.
— Да мне поебать! — Арсений сам по себе, конечно, вспыльчивый человек, но чтобы довести его интеллигентную натуру до сплошного мата — это надо постараться, — даже если так, должен был ебло своё красивое сдержать от отвращения, — Попов мечется по гримёрке, закидывая в рюкзак свои вещи и прерываясь на активную жестикуляцию, — я, блять, не могу, я хочу его убить нахуй за такой взгляд и за шлюху отдельно! Ебанат!
— Арсюш, дорогой, успокойся, — Бебуришвили тормозит его за руку, когда он в очередной раз пробегает мимо, — если ещё раз придёт, позови меня, личико ему начищу за оскорбление моих мальчиков, — Арсений кривится от этой формулировки и брезгливо вырывает предплечье из пальцев друга.
— Во-первых, отвратительно, Андрей, а во-вторых, я и сам ему пробью в еблет, если ещё раз так скажет. Хотя жалко будет, красивый пиздец, — Дима над этим высказыванием ржёт в голос, за что получает пинок по ноге от Арсения.
— Как знаешь, Арсюш, — пожимает плечами Бебур и потягивается на кресле, — Дим, готовься, сейчас твой выход.
— Всё, я погнал тогда, до субботы, — Попов пожимает друзьям руки и убегает через чёрный ход на парковку только для персонала.
Забросив рюкзак на заднее сиденье своего Ниссана, он садится за руль, включает кондиционер, поскольку летом в Питере даже ночью +30, подключает телефон к аудиосистеме и едет домой под классику в современной обработке.
По дороге ещё несколько раз матерится вслух из-за прокручивающейся в голове фразы, сказанной тем парнем с красивым не только лицом, но и голосом. Услышать такое от того, кто привлёк впервые за последний год — обидно. Но ещё более обидно от осознания, что это была их первая и единственная встреча, ведь тот после такого точно больше не появится.
🌃🌃🌃
Рабочая неделя у Антона не задаётся с понедельника. Сразу после того злосчастного похода в клуб. В ту ночь он долго ворочался и не мог уснуть, потому что мозг за каким-то хером не просто запомнил в подробностях все действия того танцовщика, так ещё и решил ему подкидывать эти картинки, как только он закрывал глаза. Под утро ему всё-таки удалось заснуть, только это никак не избавило от тотальной усталости и желания вырубиться на любой плоской поверхности в течение всего дня. До пятницы Шастун набирает как можно больше заказов и усиленно пытается не думать о своей отрицательной реакции и о том, что это обидело того парня. В пятницу, когда он сидит на офисной кухне и пьёт уже третью чашку кофе, в помещение заходит Димка Позов. — О, Шаст! — Удивляется он, поскольку не видел друга уже пару недель, ведь тот в бизнес-центре появляется дай бог раз в месяц. — Здорова! — Антон радостно приветствует Позова за руку, — чё ты, как? — Зашиваюсь, пиздец, — Дмитрий тоже наливает себе кофе и садится напротив, — хочу на отпуск заработать, в Анталию сгонять, поэтому, как ты, сейчас впахиваю, — он усмехается, а Шастун одобряюще хлопает его по плечу. — Это кайф идея! — Ага, только так заебало уже всё, — Дима страдальчески вздыхает, и Антон понимает его на всех уровнях. — Не без этого, да. — А ты где, как сейчас? Почему в офисе? Показы закончились, что ли? — Не, вызвали херню какую-то подписать, вот, жду, — он делает глоток кофе, и на какое-то время между ними повисает тишина. Шастун думает о прошлых выходных и решается спросить у Позова, ведь тот для него настолько же близкий друг, как и Серёжа, — слушай, Поз. — М? — Вот если б ты кому-то сказал хуйню, но от злости, а потом, когда успокоился, то стало стыдно, ты б чё делал? — Дмитрий поднимает на него взгляд а-ля «сам понял, что сказал?», а когда вникает в суть, то на его губах начинает играть хитрая ухмылка. — Это ты про клуб? — Антон вскидывает на него ошарашенный взгляд, — мне Серёжа ещё неделю назад рассказал. — Ну, пиздец, — он возмущается для проформы, поскольку знает, что Позов с Матвиенко общаются ближе, чем с ним, так как и видятся чаще, чем он с обоими вместе взятыми. — Я всё ждал, когда спросишь, — усмехается Дмитрий и вальяжно откидывается на спинку стула, — ну, моё предложение — извиниться, — Антон скептично вскидывает бровь. — Не много ли чести для такого рода людей? — Это низко и мерзко с твоей стороны, Шаст, делить всех на достойных и недостойных извинений, — Дима смотрит осуждающе, так что Шастун чувствует себя нашкодившим ребёнком. Он обдумывает его слова несколько минут и приходит к выводу, что всё же повёл себя неправильно, ведь каждый зарабатывает, как может, и это не повод бросаться такими оскорблениями. — Ладно, ты прав, да, я как мудак поступил, хотя обычно нормально ко всему отношусь, а тут прям переебало, не знаю даже, почему, — Антон снова вспоминает развратный вид того парня, его заинтересованный взгляд и понимает, что уже не чувствует тех злости и отвращения, что появились тогда в моменте. — Возможно, он тебе понравился, вот ты и взбесился, — хмыкает Позов, на что Шастун сразу же готовится отбиваться, но тот тормозит его жестом руки, — стоп-стоп, просто шучу. Но, слушай, ты же мучаешься чувством вины, правильно? — Антон нехотя кивает, — тогда предложение такое: погнали туда завтра со мной, я как раз собирался напиться и забыться до понедельника, а ты извинишься и потом будешь спокойно спать, как тебе мысль? — Бля, даже не знаю, — Шастун зрительно вспоминает свой график и понимает, что показы в воскресенье у него начинаются с десяти утра, а это значит, что после посещения злачного места перспектива выспаться точно не светит, — у меня куча работы послезавтра. — Да и похуй, Шаст, либо перенеси на другой день, либо забей вообще, один раз живём, — Антон поражается такому пофигизму друга. — Вы прям одинаковые с Матвиенко, тот тоже меня постоянно хуесосит за переработку. — Потому, что кто если не мы, будет вытаскивать тебя из этой канители? — Так-то да… — Не мни яйца, короче, — Позов в один глоток допивает свой кофе и идёт к мойке, — в субботу в одиннадцать ночи жду возле клуба, ок? — Ладно, хорошо, приеду, — Антон сдаётся по двум причинам: 1) он не умеет отказывать и 2) всё же хочет извиниться перед тем танцовщиком, если тот там снова будет.🌃🌃🌃
— Арс, давай сегодня без выкрутасов только, хорошо? — Андрей с самого вечера не в настроении — это по нему видно сразу. Арсений и рад бы его заверить, что выкрутасов с его стороны не предвидится, но не может за это ручаться. — Постараюсь, — бросает он, надевая сегодня кожаные брюки и такой же кожаный жилет с имитацией под корсет. — Что будешь делать, если тот твой мужик придёт? — Бебур ухмыляется, а Попов скашивает на него недовольный взгляд. — Как договаривались, ничего выходящего за рамки, — чеканит он, внутренне понимая, что если ещё раз увидит того парня, то вряд ли сможет держать даже лицо, что уж говорить о руках и теле — почему-то зацепил сильно. — Вот и хорошо, — одобряюще кивает Андрей, — давай на сцену, упор на ви́ски сегодня.🌃🌃🌃
— Бля, всё-таки не нравится мне это место, — Антон садится на диван напротив бара, откуда открывается отличный вид на небольшую сцену. — Да чё ты такой выёбистый? Нормальный клуб, — Дима открывает барную карту и пихает друга под бок, чтобы тот переключился со своего скепсиса на выбор напитков. Шастун пропускает мимо его шпильку и заказывает безалкогольный мохито, а Позов — две бутылки коньяка. Из еды Дмитрий берёт едва ли не половину меню, и Антон шутит, что такими темпами он накопит максимум на Геленджик. Когда приносят закуски и питьё, музыка в заведении сменяется на более спокойную, прямо как в тот раз, и Шастун, сделав пару глотков своего мохито, обращает внимание на сцену. Если до этого момента он испытывал только лёгкое волнение от того, что, возможно, действительно придётся извиниться перед танцовщиком, то как только тот появляется в поле зрения, его накрывает сразу смесью из чувств. И преобладающее из них — раздражение, граничащее с восхищением. Он заставляет себя отключить эмоции и просто посмотреть, что будет делать этот парень, ведь в прошлый раз он увидел только попытку своего же соблазнения. Медленно скользя взглядом по стройным ногам, обтянутым в чёрную кожу, Антон признаёт, что тот…🌃🌃🌃
— …безумно горяч, — вздыхает Арсений, с первой секунды своего выхода натыкаясь глазами на того, о ком думал всю эту неделю. Он видит его оценивающий взгляд и растягивает губы в самодовольной ухмылке. Тот факт, что ненавистник подобных мест пришёл сюда во второй раз он записывает на свой счёт. Люди возле сцены наперебой кричат о том, какой он восхитительный и прекрасный, но Попова интересует мнение только одного человека в этом зале. Он с трудом сдерживает порыв слезть со сцены и нагло подойти к тому мужчине и начинает своё выступление. Привычно вливаясь в ритм музыки, Арсений растворяется в атмосфере и на какое-то время забывает обо всём — о работе, о друзьях, о проблемах. Он наслаждается собой, а люди наслаждаются им и алкоголем, который он разливает в их пустеющие через каждую секунду бокалы. — Разденься! — Выкрик из толпы вырывает его из приятной неги, в которую он обычно погружается, и внутри к горлу подкатывает неприятный комок. В его планы это сегодня не входило. Но. Жирное «но» под номером 2 в контракте — клиент всегда прав. Арсений приоткрывает глаза, осматривает контингент перед собой и с облегчением отмечает, что большинство из них — девушки и парни не старше тридцати лет. Его глаза невольно перемещаются к столику слева, за которым всё также сидит объект его внимания с каким-то мужчиной. Танцовщик изящно прикасается пальцами к застёжке на жилете и, поймав нужный взгляд, читает по его губам:🌃🌃🌃
— Пиздец, — Антон понимает, что парень не собирается игнорировать просьбу/приказ какого-то извращенца из толпы, и неосознанно сжимает в руках стакан так, что тот норовит треснуть. — Чё такое? — Позов отрывается от своего карпаччо с лососем и вскидывает непонимающий взгляд. Проследив за устремлением глаз друга, он тянет понимающее «ааа». — Не «а», Поз, нихуя не «а», — цедит сквозь зубы тот, не в силах не смотреть на то, как танцовщик на сцене плавно снимает с себя кожаный жилет, демонстрируя всем своё потрясающее тело. Стоп, какое? Обычное, самое обычное тело, чуть-чуть подкачанное, да. Но не потрясающее, нет. — Да расслабься ты, Шаст, — Дима легонько толкает его своим плечом, но даже это не отвлекает Антона от происходящего перед ним и, судя по неотрывному взгляду глаза в глаза, — как будто для него. Он пытается проанализировать свои чувства, но действия танцовщика сбивают со всех мыслей — тот ведёт рукой по своей груди, облизывает губы, дразняще обводит пальцами свой рельеф и останавливается на кромке кожаных джинсов. Шастун физически ощущает, как тяжелеет воздух вокруг него. Он понятия не имеет, каким взглядом сейчас смотрит на это безобразие, но уверен, что ни разу не целомудренным. — Поз, ты что-нибудь испытываешь, смотря на… это? — Антон сглатывает вязкую слюну и встряхивает головой, отгоняя наваждение. — Нет? — Дима берёт бокал с коньяком и, покручивая его в руке, обращает внимание на сцену, — ну, круто танцует, красивый очень, неудивительно, что такая толпа там стоит, как на сольном концерте, — он усмехается и залпом допивает напиток. А Шастун бросает на него удивлённый взгляд. То есть, это зрелище не должно заводить? — Да, но тебе, не знаю, прям похуй на то, что он делает? — Позов поворачивается к нему всем корпусом и смотрит своими хитрющими глазами. — А тебе не похуй, да? Чё, встал на него? — Иди в пизду, — беззлобно плюёт Антон, понимая, что адекватного ответа от друга точно не дождётся. — Это нормально, Шаст, у тебя секса сколько не было? Около года точно, не считая дрочки. А тут такой мужик, оно и понятно, — Дима откидывается на диван и обводит помещение скучающим взглядом. Шастун глубоко вздыхает, чтобы успокоиться и не сорваться на друге. — Вы с каких пор с Серым меня геем считаете? Чё-то я не помню свой каминг-аут, — хмыкает он, замечая, что дальше штанов танцовщик не пошёл — снова влился в танец. — После твоего др в прошлом году, — с готовностью отвечает Позов, и Антон заинтересованно наклоняет голову. — И что там было? — Там был Масленников, — ухмылка Димы не говорит ни о чём хорошем. — И? — И вы целовались с ним на балконе, — Шастун охуевающе открывает рот. — Чего, блять? Я почему этого не помню? А Масло? Чё потом было? — Он в полнейшем шоке пытается напрячь память, но кроме игры в правду не помнит с того дня ничего. — Я так понял, ты выпил вместо дюшеса какой-то коктейль, тебя развезло, а Масло уже бухой был. Но он-то би, мы это давно знаем, а вот с тебя выпали, конечно, — Позов наливает новую порцию коньяка, а Антон пытается переварить услышанное. — Как это вообще могло произойти? С кем попало на вечеринках не сосутся, — скорее себе говорит он, но при одной только мысли о своей возможной симпатии к Диме, у него появляется рвотный рефлекс. Это же Масло — бро, братишка, друг с первого курса, какая нахрен симпатия. — Ну это не ко мне, Шаст, — пожимает плечами Позов, — могу сказать ещё только, что потом вы оба вырубились, а утром никто, кроме нас с Серёжей, этого не вспомнил, вот мы и решили тактично молчать, пока вы либо не признаетесь, либо мы уже очевидно не заметим, что вы вместе, — Антон сдерживает ещё один порыв отвращения, — но потом всё замялось, Диман уехал в Москву, ну и всё. А мы как-то так решили, что ты тоже по мужикам, потому что после этого ни с кем не встречался, не спал и всё такое, — уровень ахуя у Шастуна достигает апогея. Блять, и тут гей. — Пиздец, Поз, — в полнейшей прострации произносит он, бездумно крутя в руках свой мохито. — Да ладно, это жизнь, всё ок, не парься, — Позов подбадривающе хлопает его по колену и встаёт, — поссикать схожу, не съёбывай без меня, — он уходит в сторону уборной, а Антон, всё ещё пребывая в шоке, переводит глаза на сцену. Танцовщик как раз спускается с неё с другой стороны и, взяв какого-то парня за руку, уводит его за чёрную дверь. Антон сжимает челюсти, смотря на голую удаляющуюся спину, и понимает, что извиниться не сможет. За правду не извиняются.
