Охота на учителя, или Система «Спаси-Себя-В-Школе»

“Любовь - недуг. Моя душа больна Томительной, неутолимой жаждой. Того же яда требует она, Который отравил ее однажды.” Шекспир, сонет 147. Перевод С.Маршака.

Шэнь Юань проснулся с сильной головной болью, будто кто-то каждую секунду вонзал топор в его черепную коробку. Разлепив глаза, он обнаружил, что находится у себя дома в своей любимой постели, это несомненно радовало, однако… почему он голый? Стоило подняться, как сквозь шторы в лицо ударило полуденное солнце, заставляя сморщиться, вновь закрыть глаза. Шэнь Юань медленно вернулся в лежачее положение, где никакие лучи не могли бы дотянуться до покрасневших изумрудных глаз. Он некоторое время лежал, смотря в потолок расфокусированным взглядом и ожидая, когда его мозг вновь начнет работу. Похоже, что он и Цинхуа вчера не успели вовремя остановиться и напились до чертиков. Неудивительно, что теперь у него так сильно болит голова. Однако как он добрался до дома? Почему голый? Где братец Самолет? С ним же все в порядке? Шэнь Юань заприметил свои вещи в разных частях комнаты. Собирая их, он воскрешал в голове события прошлого вечера. Он помнил только, как они с Цинхуа пошли в бар. Много пили… Даже подрались, а точнее Шан Цинхуа дал в морду какому-то мужлану, который решил, что его братца Огурца можно увести с собой. Полностью всех событий Шэнь Юань, конечно же, не помнил, так как в этот момент уже был в опасной близости к отключке от внешнего мира. Что же до того, что происходило дальше, то у Юаня был такой беспорядок в голове, что он ничего не мог вспомнить. С кружащейся головой учитель побрел в ванную комнату, не забыв натянуть трусы. Не в его привычке ходить обнаженным, даже если он чувствует себя живым мертвецом. Все то время, пока он умывался и чистил зубы, он разглядывал на своем теле следы, что оставил Ло Бингэ. Шэнь Юань уже собирался как ни в чем не бывало развернуться и вытереть лицо полотенцем, как его будто пронзила молния. Он замер, глаза расширились, а лицо из бледного стало чуть ли не зеленым. Почему он так спокойно рассматривает засосы от своего ученика?! Он дома! Проснулся голым! Цю Хайтан это все видела? Что она подумала? А что он думает? Как он вообще мог такое позволить своему ученику?! Множество мыслей беспорядочно кружилось в его голове. Множество эмоций и чувств поднималось подобно бури. Он чувствовал одновременно все: страх, печаль, злость, стыд… Как он вообще мог забыть, почему вчера с легкостью согласился напиться с Шан Цинхуа? Конечно же потому, что… – Святые черти, – Шэнь Юань взглянул на свое ошеломленное и жалкое отражение в зеркале, из-за чего, будто ужаленный, отскочил на пару шагов назад. Подальше от “ужасного существа” напротив. Словно может убежать сам от себя, от своих чувств. Он пятился назад, пока не уперся в закрытую дверь. Мурашки табуном побежали по спине, все тело пробил озноб. Он не отводил взгляда от своего отражения. Коленки затряслись, грозясь в любой момент выйти из строя. Чтобы не рухнуть на пол, Юань онемевшими руками принялся искать поддержку, шарясь ладонями по стенам. В огромном беспорядке мыслей была одна, самая назойливая, которая с каждой секундой раздувалась все больше и больше, пытаясь занять собой все пространство и вытолкнуть остальные, но Юань старательно отгонял ее подальше. – Нет, нет… – словно не в себе шептал Шэнь Юань, пытаясь привести дыхание в порядок. Только ничего не выходило. Он задыхался, будто в мире не осталось ни капельки кислорода. Колени все-таки не выдержали, Шэнь Юань рухнул на пол. Глаза принялись бегать в поисках спасения, защиты, в отличии от тела, которое вовсе перестало слушаться своего хозяина. Он был согласен заклеймить себя трусом, лишь бы и дальше убегать от этой мысли. Не признавать ее. – Нет, нет… – задыхался Шэнь Юань, трясущимися руками пытаясь обернуть себя, будто в кокон. “Признай свои чувства,” – чуть ли не кричало подсознание. – Этого не может быть, это невозможно, – продолжал шептать Шэнь Юань. “Это уже случилось. Так почему же это тогда невозможно?” Последняя фраза запустила все мысли в голове подобно фейерверкам, которые взрывались, оставляя за собой лишь пустоту. И только одна и так громкая мысль, вместо того, чтобы взорваться и исчезнуть, только разгоралась с новой силой, становясь ярче. Вокруг воцарилась тишина. Шэнь Юань опустил голову, начал сверлить пол, но зрачки ни на чем не концентрировались. Он погрузился так глубоко в себя, что не заметил, как постепенно дрожь прошла, дыхание выровнялось, а сердце успокоилось, вновь войдя в привычный ритм. Неизвестно сколько он так просидел. В тишине. Молча. – Не может быть, – тихий сломленный голос небольшим эхом отразился от плитки, на короткое время прерывая тишину. – Я влюблен в Ло Бингэ… *** Нью-Йорк, США. Две черные машины подъехали к зданию, украшенному множеством ярких вывесок. Но они не стали останавливаться у главного входа, подъехали к шлагбауму, который находился сбоку, в более неприметном месте. – Ваше приглашение или… – начал охранник, но был перебит мужчиной в черном костюме, находящимся на переднем пассажирском сидении. – Посмотри номера, прежде чем задавать такие вопросы. Мужчина опешил, в этот момент к нему подбежал начальник охраны, его лицо было бледным, на лбу уже выступали капли холодного пота. Он быстро помахал человеку в кабинке, чтобы тот поскорее открыл шлагбаум. – П-просим прощения, – начальник охраны принялся кланяться и тянуть за собой мужчину, стоящего рядом, заставляя повторять за собой. – Он еще новенький, не все правила тут знает. Мы с ним разберемся! А вы проезжайте, пожалуйста! Не успел он договорить, как машина тронулась с места. Вторая проехала следом, не останавливаясь. – Б-босс, это… – Молчи, глупый мальчишка! Кто тебя, новичка, сегодня поставил?! Говори сейчас же, я уволю этого глупца! Нет, сначала задам трепку, а потом уволю! В этот момент машины уже подъехали ко внутреннему входу. – Господин, мы на месте, – открывая заднюю дверь второй машины, проговорил высокий крепкий мужчина со шрамом над правой бровью. Рядом стояли еще три человека в черных костюмах, они вышли в самую первую очередь и уже выстроились вдоль дороги ко входу. – К чему такая забота? – человек с тонкими и правильными чертами лица и ясными зелеными большими глазами, с маленьким кейсом и планшетом в руках вышел из автомобиля. Он говорил с улыбкой в уголках рта. На первый взгляд он казался мягким и добродушным человеком, однако, если узнать его чуточку поближе, сможешь рассмотреть его непоколебимость и уверенность, острый ум и проницательность. – Приказ господина Тяньлана: заботиться о вас в чужой стране и чтобы, цитирую, “ни одного волоска не слетело с головы моего любимого племянника”, – вопрос был задан больше как риторический, но мужчина не мог проигнорировать его. Стоило этим словам повиснуть в воздухе, легкая улыбка слетела с лица Чжучжи Лана, из-за чего мужчину пробил холодный пот. Из-за того, что большой и грозный мужчина принялся прятать взгляд и чуть ли не сжался в комочек перед невысоким и достаточно миловидным молодым человеком, это смотрелось комично. Поэтому один из охранников не смог сдержать тихий смешок, из-за чего на него в сию же секунду направился острый взгляд зеленых глаз. Однако серьезное выражение лица на Чжучжи Лане оставалось недолго, через пару мгновений вновь расцвела легкая улыбка, от которой глаза чуть прищурились, создавая ощущение мягкости и теплоты. Только вместо того, чтобы успокаивать, это выражение пробуждало инстинкт самосохранения. С лица человека, который посмел издать смешок, сошли все краски, и он поскорее опустил голову. – Итак, – наигравшись с одним из телохранителей, Чжучжи Лан отвел взгляд в сторону входа. – Куда нам? Будто отвечая на вопрос, на планшет пришло сообщение от неизвестного. Чжучжи Лан посмотрел на номер закрытой комнаты, в которой его ожидают. “Опять играется,” – Чжучжи Лан поднял голову, а глаза задержались на большой камере с мигающим красным огоньком. – Вы, трое, оставайтесь здесь. Я не собираюсь привлекать лишнее внимание, – он направился в сторону входа. – Ты, можешь следовать за мной, – это уже было сказано мужчине со шрамом. Искать забронированную комнату долго не пришлось. Возле двери стоял охранник, который был согласен впустить Чжучжи Лана, но только одного. Без помощника. Телохранитель таким положением дел был недоволен, однако не заметив такого же негодования на лице Чжучжи Лана, не стал ничего говорить против. Только послушно остался стоять у двери. Чжучжи Лан вошел в помещение и сразу же нахмурился. У него назначена встреча с человеком, который очень тщательно следит за тем, чтобы его личность не была раскрыта. Компания семьи Ло сотрудничает с ним уже больше года, однако еще ни разу никто не видел его лица и не слышал его настоящее имя. Что, на самом деле, не удивительно. Этот человек один из лучших в своей области. Финансист, юрист, программист… это только самые основные из его навыков. Однако славу он приобрел из-за того, что идеально отмывает деньги. Так, что ни один гений не доберется до правды. Он привлек внимание как больших корпораций, так и правоохранительных органов. Из-за его неуловимости, как его только не прозвали: призрак, тень, молодой гений. Кто-то его называл даже старцем, что провел в этой сфере не меньше пяти десятков лет. – Мастер? – Чжучжи Лан уставился на молодого парня. Слишком молодого! Что изначально удивило Чжучжи, так это огромное количество людей в комнате, которую прислал “Мастер”. Разве человек, который так трепетно следит за тем, чтобы его никто никогда не раскрыл, будет приглашать на официальную встречу столько людей? Тем более, что эти люди больше пьют, танцуют и развлекаются! Следующее, что удивило Чжучжи Лана, так это то, что только один человек сидел за ноутбуком и печатал что-то похожее на код. Помимо того, что он не участвовал в веселье, а внимательным взглядом был прикован к экрану, так он еще и был ребенком, которого не то что в эту комнату нельзя было пускать, так и в это здание в целом! Юноша с недовольным выражением лица отвел глаза от экрана и перевел их на человека, который посмел оторвать его от важного дела, но ни слова не произнес, только через мгновение повернул голову в сторону, сразу после чего послышался яркий приятный для слуха смех. – Ах, прошу прощения, – отсмеявшись, нежным голосом, но слегка саркастичным тоном, привлек внимание человек. – Вы, вероятно, ищите меня. Чжучжи Лан не мог поверить своим глазам. Он ожидал увидеть кого угодно, от старика до гения-юноши. Возможно, Чжучжи Лан мыслит стереотипно, но он думал, раз Мастер старательно скрывает свою личность, то либо он уродлив, либо красив, но не желает следить за своей внешностью. Чжучжи Лан даже думал, что Мастер будет иметь лишний вес, ведь этот человек постоянно работает. То есть постоянно сидит за ноутбуком. Однако человек перед ним выглядел так, словно небожитель. – Не забывай дышать, желейка, – Мастер вывел мужчину из мыслей и взял со столика бокал. Ну или как демон искуситель… Чжучжи Лан еще раз оглядел представшего перед ним человека. Так называемый мастер сидел на небольшом диванчике, а с двух сторон его окружали два человека такой же невероятной красоты. Миловидный мужчина, который больше был похож на юношу, с одной стороны и девушка с почти оголенной большой грудью – с другой. Оба чуть ли не жались к Мастеру. Сам же мастер, в отличии от всех окружающих, был одет в светлый костюм с голубыми вставками. Пиджак был снят и накинут на девушку рядом, а сам он остался в белоснежной рубашке и жилетке, которая только сильнее приковывала взгляд к тонкой талии. Из самых ярких деталей внешности можно было выделить длинные по пояс волосы, которые были собраны в низкий хвост, несколько прядей успели выбиться, однако это не портило “картину”, скорее придавало очаровательной небрежности изящной фигуре. Что еще ярко выделялось, так это кисти мастера, находившиеся в белоснежных тонких перчатках. Мастер сидел, одну руку закинул на парня, другой – держал бокал, а взглядом, не отрываясь, прожигал Чжучжи Лана, анализируя. Они знают друг друга уже больше года, однако сегодня первая их встреча. – Кхм-кхм, прошу прощения. Не могли бы мы поговорить в более тихой обстановке? – Чжучжи Лан еще раз окинул взглядом людей в комнате. – Конечно, – кивнул Мастер, освобождая парня. – Как я могу отказать в маленькой прихоти самой правой руке господина Тяньлана? – он говорил нежно и вежливо, но Чжучжи Лан не мог не заметить, что тон несет в себе нотки пренебрежения. До этого они общались либо по переписке, либо через третьих лиц. Теперь же, слушая этого человека лично, Чжучжи Лан понял, что многие моменты в переписке были издевками! Пока Чжучжи Лан раздумывал о личности Мастера, тот повернулся в сторону юноши и без слов кивнул. Тот, как не странно, сразу понял, чего от него хотят. Через 5 минут никого лишнего не осталось в комнате, мальчик всех разогнал, а те, будто привыкшие к такому, без слов освободили место. “Что за человек этот Мастер?” – размышлял про себя Чжучжи Лан. – Прошу, садитесь, – указал на противоположный диванчик, а Чжучжи Лан сразу принял приглашение. Вместе с ним за стол сел и юноша, вновь возвращаясь к работе с кодом. – Ох, мне стоит вас познакомить. Это мой личный ученик. Я называю его А-Цзи, так что и вы можете. – Этот юноша вероятно очень умен и благороден, раз Мастер решил взять его к себе в ученики. – Учитель нашел меня на улице, – вмешался в разговор мальчишка. – Я сбежал из приюта и голодал. Учитель согласился меня кормить и не сдавать в приют, если я стану его учеником и помощником, – юноша говорил такие страшные для ребенка вещи, будто это вовсе к нему не относилось. Ни один мускул на его лице не дрогнул. На мгновение у Чжучжи Лана застыла улыбка, но он взял себя в руки. Гении своего дела всегда такие странные? Сомневается Чжучжи Лан, что это все законно, но вмешиваться не будет. Это его не касается. – Вот оно, что… – Перейдем к делу, – Мастер изящным движением тонкой руки в белоснежной перчатке положил на стол флэшку. – Тут информация о всех до сих пор не рассекреченных транзакциях и финансах семейки Ша. Этого будет достаточно чтобы уничтожить или же шантажировать их. Но это уже семье Ло решать, – хмыкнул Мастер, словно недовольный таким раскладом. – От имени семьи Ло и самого господина Тяньлана благодарю Мастера за сотрудничество, – Чжучжи Лан чуть поклонился. После чего положил на стол небольшой кейс. – Прошу, примите. Это то, что вы лично запрашивали у господина Тяньлана. – Где же сам господин Тяньлан? Я надеялся сегодня лично с ним увидеться, – пока Мастер произносил свои слова, его маленький протеже уже набирал код на замке дипломата. Чжучжи Лан удивился, но не показал этого. Даже он не знал, что везет на сделку в этом портфельчике, а теперь так спокойно при нем его откроют? – У господина Тяньлана загруженный график, и он не может в этом месяце покинуть Китай. Прошу, не примите его отсутствие за оскорбление. В этот момент кейс открылся и помощник высыпал на стол его содержимое. “Документы…” – в шоке уставился на стол Чжучжи Лан. На столе лежали множество разных документов. Несколько паспортов, прав, и так далее. Благодаря карточкам Чжучжи Лан заметил, что на каждом были фотографии Мастера, но имена, даты рождения и любая другая информация везде разнилась… – Не так легко сохранить свою личность в тайне, – заметив взгляд своего партнера, пояснил Мастер. – Я все понимаю, – с вежливой улыбкой ответил Чжучжи Лан, не став вдаваться в подробности. Это не входит в его работу. Он забрал со стола флэшку, убрав во внутренний карман своего пиджака. – Мастер, Семья Ло вам доверяет и надеется, что наше сотрудничество и доверие в будущем ничем не пошатнется. – Чжучжи Лан сказал это более небрежным тоном, однако нужно быть глупцом, чтобы не заметить скрытую угрозу. – Желейка, ты меня обижаешь, – засмеялся Мастер, вновь называя Чжучжи Лана неформально, как последние полгода их сотрудничества. – Мы встретились лично, а господин Тяньлан сам создал мне и моему ученику фальшивые документы. Разве это не показатель нашего доверия и близости? – Конечно это так. Однако… – Чжучжи Лан сделал небольшую паузу, прежде чем продолжил. – Мастер, вы столько лет работали на главу семьи Ша, а теперь… – Я предал его по своим личным соображениям, – это было сказано быстро, на эмоциях. Самым холодным и острым тоном. Даже юноша, что до этого не отрывался от проверки документов, замер, кинув быстрый взгляд на своего учителя. Мастер же, глубоко вдохнул и выдохнул, прежде чем продолжить. – Пока семья Ло не тянет свои лапы ко мне или к моим близким, ей ничего не угрожает. – Прошу прощения, Мастер. Я должен был это сказать, – Чжучжи Лан извинялся, но по нему было видно, что его это ни капли не интересует. Он просто, как правая рука своего дядюшки, идеально выполняет поставленные задачи. – Желейка, тебе бы сходить на актерские курсы, – фыркнул Мастер, вновь вернув себе пренебрежительность во взгляд и чуть саркастичную полу-улыбку. – Мне так и хочется крикнуть: "не верю!". – Кхм, – прокашлялся Чжучжи Лан. – Есть еще одно дело, ради которого я здесь. Семья Ша сейчас усиленно разыскивает Мастера. Они знают, что вы до сих пор не покинули границы Соединенных Штатов. Господин Тяньлан беспокоится о таком ценном партнере, как Мастер, и поэтому предлагает вам пока скрыться в Китае. Там господин имеет куда большее влияние и сможет защитить в случае непредвиденных обстоятельствах. К тому же, глава семьи Ло хотел бы поговорить с вами лично и обсудить возможность дальнейшего сотрудничества. – Пекин? – Мастер отпил из бокала, пока Чжучжи Лан аккуратно кивнул, отвечая на вопрос. – А-Цзи, хочешь погулять по Китаю? – Учитель, этот ничтожный ученик не смеет отвечать на такие вопросы, – юноша говорил тихо, медленно и отчужденно, однако, это все еще был ребенок тринадцати лет. Он не мог скрыть трепета в своих глазах. – Опять мямлишь? Ты мой ученик или бродяга из приюта? Говори громче и четче, – это было очень колко, ведь, если верить словам самого А-Цзи, то он и вправду был бродягой из приюта. Но, к очередному удивлению Чжучжи Лана, мальчишка наоборот поднял глаза, наполненные благодарностью и привязанностью. – Учитель, этот ученик примет к сведению ваши советы. Отвечая на недавний вопрос учителя, этот ученик всем сердцем желает погулять по Китаю! Мастер удовлетворенно кивнул и вернул все свое внимание к ничего не понимающему Чжучжи Лану. – Мы согласны. Надеюсь, господин Тяньлан, как человек с чьей стороны прозвучала инициатива, позаботится о нашей дороге? Так просто? Что это за человек? А, если бы ребенок не согласился отправиться в Китай, то и Мастер отказался бы? – Не переживайте, Мастер. Семья Ло полностью позаботится, чтобы доставить вас в целости и сохранности в Пекин. Я отправляюсь в Китай ближе к концу следующей недели. Может быть, Мастер и его ученик желают составить мне компанию? – Следующая неделя? Так уж и быть. Полетим в Пекин на следующей неделе, – Мастер погладил свой подбородок кистью в белоснежных перчатках, делая паузу и размышляя о чем-то своем. – Пекин… Ох, вспомнил. – У вас есть знакомые в этом городе? – больше для вежливости поддержал беседу Чжучжи Лан. – Да… Можно и так сказать, – улыбнулся Мастер. – Я недавно там своего песика оставил. Настало время его навестить. *** Осознание своей влюбленности для кого-то праздник, но для большинства она подобна трагедии. Бывает так, что ты влюбляешься в самого близкого человека, а бывает, что влюбляешься в совершенно незнакомого. У некоторых появляется влюбленность взаимная и чистая, а у кого-то эта влюбленность подобна яду. Влюбиться в человека, в которого ни в коем случае нельзя, – может обернуться самой большой ошибкой в жизни. Такая любовь ни к чему хорошему не приводит. Она постепенно будет отравлять жизнь. Многие говорят, что любовь живет в сердце. Но, если вырезать сердце? Если все-таки получится заменить его, любовь пропадет? Вряд ли. Любовь, особенно невзаимная, неправильная, проникает в каждую клеточку тела. Приносит невероятную боль. Самое обидное, ее не вырезать, не прозжечь. От нее почти невозможно избавиться, ведь она не живет в какой-то одной части тела. А что делать тем, кто уже любит взаимно? Радоваться и спокойно жить! А что, если в один момент в жизнь ворвется человек, которого не звали? Он захватит все мысли, поселится в голове, в том же самом сердце. Если ты уже любишь, можно ли влюбиться еще раз, но в совершенно другого человека? Или, получается, что ты еще не любил, а это было какое-то другое чувство? Или же, ты продолжаешь любить, а новый человек просто приходит и взрывает твои мысли, и все это не любовь, а самые обычная страсть, которая со временем пройдет? Множество вопросов. Поможет ли кто-то найти на них ответы? Осознание своей влюбленности для кого-то праздник, но для большинства она подобна трагедии. Бывает так, что ты влюбляешься в глупого юного мальчишку, для которого вряд ли что-то значишь, для которого ты имеешь ценность, только как еще одна галочка в списке завоеваний, не больше. Бывает же так, что имея любимого человека, ты влюбляешься в того, в кого нельзя влюбляться. Пытаясь разобрать клубок из своих мыслей и чувств, Шэнь Юань не находил себе места ни в одном уголке своего дома. Из-за неспособности сидеть на месте он сам не понял, как принялся за уборку. Если он уберется в квартире, может быть, это поможет разобрать бардак и в беспокойном внутреннем мире? Прошло больше двух часов, когда квартира чуть ли не блестела. Уборка совсем чуть-чуть, но помогла. Избавила от жуткой прожигающей тревожности, однако ни на один вопрос Юань ответа так и не нашел. Убрав на место моющие средства, Шэнь Юань заварил себе кофе, размышляя, а не навестить ли ему Шан Цинхуа? Ему сейчас не помешает хоть какая-нибудь компания. Однако, что если братца Самолета не окажется дома? А что, если он уже уехал с Мобэем? Вчера он так и не потрудился узнать когда и во сколько тот уезжает. От лишних размышлений его избавил дверной звонок. Почему-то недавняя тревожность вновь вернулась. Чувствуя себя как на иголках Шэнь Юань побежал к двери. Сегодня он был рассеян куда больше обычного, поэтому даже не заметил, как прошел мимо зеркала, в котором отражался его весьма интересный вид. По привычке не посмотрев в глазок, Шэнь Юань вполне себе спокойно открыл дверь… … И сразу же закрыл. Сердце забилось с бешенной скоростью, руки затряслись. Сейчас, меньше чем в метре, отделяемый только дверью стоял Ло Бингэ. “Зачем он пришел? Нет, только не сейчас. Я же еще морально даже не подготовился для встречи с ним!” – орал в глубине своей души Шэнь Юань, облокотившись лбом на закрытую железную дверь. Кожа, соприкоснувшись с холодным металлом, неприятно заныла, но ему сейчас не было никакого дела до нее. – Учитель Шэнь, с вами все в порядке? Я не вовремя? – обеспокоенный голос раздался по ту сторону. “Ло Бинхэ!!!” – надо же, со своими загонами Юань забыл, что Бингэ имеет брата близнеца? Выдохнув и вернув своему лицу надлежащий вид, Шэнь Юань вновь открыл дверь, но глаз на Бинхэ так и не поднял, еще не набравшись смелости смотреть на кудряшку. – Прости, я подумал… – фраза так и осталась незаконченной. Подумал, что? Что это Ло Бингэ примчался извиняться за вчерашний инцидент? Ну что за глупости! Да кому он нужен, чтобы перед ним извиняться?! “Шэнь Юань, не смей надевать на себя розовые очки только потому, что считаешь, будто влюбился в своего ученика!” Ло Бинхэ, пользуясь тем, что учитель все еще не поднял на него глаза, позволил настоящим эмоциям промелькнуть на его лице. Это точно была злость и ревность. Он не был глупым. Конечно, он понял, кого ждало его маленькое чудо. – Я просто не ожидал, что в выходной день ко мне придет мой ученик, – спустя пару секунд молчания придумал, что сказать. – Учитель, я привез вам ваши вещи, – тон голоса юноши как всегда был ласковым и теплым. Ло Бинхэ не был бы Ло Бинхэ, если бы не избавился от ненужных сейчас эмоций и мыслей. Тем более, что тут есть, на что перевести внимание. Шэнь Юань стоял перед ним такой домашний! Его волосы были закреплены в пучок, который уже изрядно растрепался, и несколько прядей, выпав, аккуратно обрамляли чуть покрасневшее личико. Он стоял в футболке и шортах, которые не скрывали аккуратные худые коленки, а поверх был надет розовый фартук. Без носков, но в мягких серых тапочках. – Вещи? – переспросил Шэнь Юань, не понимая о каких вещах говорит юноша. Только сейчас он поднял свои глаза на кудряшку и ужаснулся. – Ло Бинхэ, ты весь мокрый! Где твой зонтик? Только не говори, что пришел сюда без него. Заходи скорее, ты же сейчас простудишься! – и сам не понял, как затащил в квартиру опешившего Ло Бинхэ. – Вон дверь в ванную. Иди скорее раздевайся и беги под теплую воду. Я принесу тебе сухие вещи! Шэнь Юань хлопнул дверью ванной комнаты чуть ли не перед носом ученика. Ло Бинхэ простоял некоторое время, явно не ожидая такого от маленького чуда, потом тихо усмехнулся и принялся разглядывать ванную комнату. Стоит отдать должное Шэнь Юаню. Ведь Ло Бинхэ промок до нитки. Однако никто и никогда не узнает, что черный зонтик делает в мусорке под учительскими окнами. Только вот юноша и вправду не ожидал, что его без суда и следствия просто запрут в ванной комнате. Погруженный в беспокойство о ученике, Шэнь Юань быстро нашел нужные вещи. Он надеялся, что те полезут на Ло Бинхэ, ведь тот был по комплекции больше своего учителя. Выбрав футболку попросторнее и домашние штаны, которые были ему достаточно свободны, Шэнь Юань направился в ванную. Забыв, что дал Ло Бинхэ распоряжение раздеваться, он без стука открыл дверь. Юноша стоял спиной к нему, к счастью, только с оголенным верхом. Шэнь Юань остановился в дверях, окаменев. Сердце пробило удар. “Ло Бинхэ и Ло Бингэ близнецы! Успокойся, сердце, мы же не школьники, чтобы краснеть при виде обнаженных мальчиков!” Однако, через мгновение Шэнь Юань понял, что сердце пропустило удар по-другому поводу. Даже скорее не пропустило удар, а болезненно сжалось. Вся спина Ло Бинхэ была в шрамах. Они были разными: как и огромный, почти на всю спину, так и множество мелких. Потом Шэнь Юань увидел взгляд Ло Бинхэ. Тот, казалось, тоже не ожидал такого бесцеремонного поведения от своего учителя. Шэнь Юаня пробил холодный пот, ведь лицо младшего Ло, которое всегда светилось для него, на котором всегда играла теплая непринужденная улыбка, сейчас излучало только холод и тяжесть, а обсидиановые глаза, которые всегда смотрели с трепетом и нежностью, были словно бездонная пропасть. – Я… – Шэнь Юань наблюдал, как Ло Бинхэ развернулся и подошел к нему. – П-прости, я совсем не поду… – юноша забрал одежду из учительских рук и, аккуратно оттолкнув того назад, закрыл дверь, – ...мал. Шэнь Юань прожигал взглядом светлую дверь перед носом. “Откуда такое?” – если ему не показалось, то даже на груди Ло Бинхэ было несколько шрамов. Вспоминая, с каким взглядом Ло Бинхэ подходил к нему. Казалось, будто юноша изо всех сил сдерживал себя. Но на лице явно читалась ярость, смешанная со… страхом? В голову пришли сцены из дома близнецов. Он тогда очень хорошо разглядел старшего Ло. Но у того не было ни единого шрама. По крайней мере, не так много и не такие яркие! Откуда у Бинхэ такие? Как он мог до этого их не заметить? Точно, ведь Ло Бинхэ тогда был в пижамной футболке с длинными рукавами… По ту сторону послышался шум воды. Тяжело выдохнув, Юань направился на кухню, чтобы заварить горячий успокаивающий чай. Сегодняшний день явно не его. Он чувствовал себя паршиво и виновато. Ну почему нельзя было хоть на мгновение включить свой мозг? И будто в подтверждение своей глупости, Шэнь Юань увидел кривое отражение на поверхности чайника. – Твою мать! – прошептал учитель и страдальчески начал тереть ладошками свое лицо. – Ааа, да что же сегодня с тобой такое? Снял фартук и распустил волосы, не забыв их расчесать. Внимательно проанализировал домашние футболку и шорты, в которых остался, на наличие пятен или дырок и, ничего подобного не обнаружив, оставил свой внешний вид в покое. Он ведь учитель, как он может ходить в настолько неподобающем виде перед своим учеником? В скором времени вышел Ло Бинхэ в его одежде. От недавнего настроения не осталось и следа. Поднимать тему шрамов Шэнь Юань не решился, заключив для себя, что, если юноша захочет, то сам все расскажет. – Спасибо, – единственное, что сказал младший Ло. – Да, не за что… Больше не ходи без зонта. Как ты вообще оказался на улице без него? Что, если ты сейчас простудишься? – Шэнь Юань прошел мимо Бинхэ в сторону ванной комнаты. – Сейчас я закину в стирку и сушку твою одежду. Придется немного подождать. Ты ведь никуда не торопишься? – Нет, – Ло Бинхэ казался таким довольным, словно кот, который в любой момент готов замурчать. Такой легкий и спокойный вид ученика смягчил сердце учителя. – Ну и чего ты улыбаешься? – Шэнь Юань остановился и легонько ударил ладошкой по лбу ученика, который последовал за ним. – Ты уже такой большой мальчик. Почему не заботишься о себе? – Если я буду заботиться о себе, то разве моему учителю будет дело до меня? Шэнь Юань уже закинул вещи в барабан, и теперь концентрировался на выставлении правильных функций стирки, потому ответил больше на автомате, не раздумывая слишком много. – Что ты такое говоришь? Твой учитель всегда думает о тебе и твоем брате, – рука Юаня на короткий миг замерла, прежде чем он продолжил. – Ну, то есть… Я же ваш учитель. Это моя обязанность заботиться о своих учениках… Ах, кстати, о каких вещах ты говорил? – Этот ученик принес вашу одежду и телефон, – Шэнь Юань не смотрел на Бинхэ, продолжая настраивать машинку. Обычно это дело занимает у него меньше времени, но, помня, что сегодня его покинула удача, он предпочел по десять раз проверить, куда жмет, чтобы не испортить вещи юноши, которые, уверен, стоят больше его трехмесячной зарплаты. – Одежду и телефон… Стоп. Ты сказал: “телефон”?! – Шэнь Юань чуть ли не подпрыгнул. – Ты нашел мой телефон? – кивок, в ответ на вопрос. – Бинхэ! Ты ангел, приносящий удачу! – Юань не ожидал уже ничего хорошего от сегодняшнего дня, поэтому эта внезапная новость заметно ободрила его. – Ваш телефон, видимо, разрядился. Я не нашел дома зарядки для него, поэтому… – юноша достал вещи из портфеля и протянул их Юаню. – Ничего страшного! Хорошо, что ты его нашел, а я еще не купил новый, – как только гаджет оказался в его руках, Юань побежал в комнату, которая в доме является одновременно и спальней, и залом. – Иди пока на кухню, я заварил чай для тебя. Я тоже сейчас приду. Шэнь Юань поставил телефон на зарядку и, немного подождав, включил. Первым делом проверил звонки. Множество от Цю Хайтан, потом несколько от Шан Цинхуа, один от матери, пара от старых знакомых и… не меньше десятка от неизвестного номера… Шэнь Юань некоторое время прожигал этот номер взглядом, после чего дрожащей рукой нажал на вызов, аккуратно поднося к уху. – Неправильно набран номер, пожалуйста… – он не стал дослушивать. “Не успел,” – обреченно выдохнул. Шэнь Юань вернулся к просмотру сообщений. Ничего нового и необычного не было, пока он не увидел уведомление от банка о пополнении счета. Кто-то пополнил его счет? Он вошел в приложении и дождался, пока все не загрузится. – С-сколько? – от количества цифр на экране закружилась голова. С такой суммой он может купить минимум три-четыре квартиры подобные той, которую сейчас снимает. В центре города! Столицы! Посчитав, что это залагало приложение или личный кабинет, или же кто-то что-то перепутал, Шэнь Юань поставил себе в голове пунктик в будний день сходить в банк, чтобы разобраться с этой проблемой. Он вернулся на кухню, где Ло Бинхэ послушно сидел за столом в ожидании учителя. Шэнь Юань сел на стул рядом. – А вот и я, – мягко улыбнулся он Бинхэ, но взгляд зацепился за яркую коробочку на столе. – Это… – Когда вы оставались у нас, я заметил, что эти печеньки с кокосовой стружкой больше всего вам понравились. Поэтому по дороге к вам заскочил в магазин за ними. Надеюсь, вы не будете отказываться от них? – спокойно объяснил Ло Бинхэ, отпив из кружки. Его обсидиановые глаза смотрели прямо в изумрудные в ожидании учительской реакции. Шэнь Юань же смотрел в ответ, не в силах отвести взгляда. Честно, каждый раз, когда один из близнецов проявлял свою заботу или знаки внимания, он не знал как реагировать. – Спасибо, – лицо вновь начало гореть. – но все-таки не стоило… – Стоило, – отрезал Ло Бинхэ. – Все, что делает учителя хоть капельку счастливее, стоит делать. – Несносный мальчишка. Что ты такое говоришь? Я твой учитель… – Я знаю, – перебил юноша. – Вот, попробуйте, – он достал из пачки одну печеньку, протянул ее Шэнь Юаню. – Думаешь, я не понимаю что ты делаешь? Ло Бинхэ, ты как хитрая лисичка, – Шэнь Юань взял печеньку из чужих рук, и, прежде чем откусить ее, произнес, – стоило тебе понять, что я люблю сладости, так при первой же возможности откармливаешь меня ими. Я давно раскусил тебя. Стоит мне хоть капельку разозлиться, так ты уже рядом, протягиваешь мне очередную сладость. Неужели тебе не жалко бедного учителя? Что, если я растолстею? – Полненький учитель будет очень мягким на ощупь. Мне нравится, – уголки губ Ло Бинхэ поползли еще выше. – Как ты можешь такое говорить, несносный мальчишка? – наиграно возмутился Шэнь Юань. По-хорошему, ему бы и вправду нужно тут возмутиться, однако он не может заставить себя злиться на этого мокрого кудрявого щеночка. Стоп. Мокрого? – Бинхэ, почему ты не высушил волосы? “Мокрые кудряшки – очаровательное зрелище,” – заключил для себя Шэнь Юань. – Если их просто высушить феном, я буду похож на пуделя. Учитель Шэнь хочет увидеть это? – Как-нибудь в другой раз, – Шэнь Юань не выдержал и взял еще одну печеньку. На некоторое время за столом воцарилась тишина, пока юноша не прервал ее. – Недавно этот ученик был груб по отношению к учителю. Я бы хотел просить прощения и понимания. Я… У меня, кажется, не было другого выбора, – Ло Бинхэ смотрел на чай в свой кружке, не решаясь поднять взгляда. – Я думаю, все в порядке. Тебе не стоит за такое просить прощения, к тому же тут есть огромная доля моей вины, – Ло Бинхэ резко поднял голову, в неверии рассматривая учителя. – Учитель… Юань, ты понял, что это… – “был я” осталось не озвученным, Ло Бинхэ прервал себя, так как Шэнь Юань положил руку на его плечо, а изумрудные глаза с нежностью разглядывали его лицо. – Конечно. Но не переживай так сильно. Я не буду спрашивать тебя, откуда они. Но, если ты хочешь или когда-нибудь в будущем захочешь рассказать, я тебя всегда выслушаю. – Шэнь Юань чуть сжал юношеское плечо в знак поддержки, после чего убрал руку. Мгновение, и в обсидиановых глазах мелькнула тень понимания и разочарования. – На самом деле, вы уже все знаете. Я некоторое время жил с матерью. Она не очень то меня любила, вот и оставила следы своих глубоких чувств, – презрительно фыркнул Ло Бинхэ, не желая вспоминать женщину, которую всем сердцем ненавидит. – Мне очень жаль, – выдержав небольшую паузу, произнес Шэнь Юань. Учитель смотрел на Бинхэ, который сейчас был похож на маленького и брошенного щенка. На автомате он вновь протянул руку, чтобы погладить по голове, однако он так и не коснулся мокрых кудряшек. Ло Бинхэ перехватил руку учителя. – Мне не нужна жалость, Юань, – Ло Бинхэ положил учительскую ладонь на свою щеку, чуть потерся об нее, уловив едва заметный сладкий запах мыла. – Это было давно. Шрамы уже зажили, и я уже не ребенок, что нуждается в сочувствии. – Тогда… Что я могу для тебя сейчас сделать? – Перестань на меня смотреть таким взглядом, – более хриплым голосом, близким к шепоту, проговорил Ло Бинхэ. – Каким взглядом? – Шэнь Юань искренне не понимал, о чем говорит юноша. – Будто смотришь на ребенка. – Но я… – Не только сейчас. С самой первой встречи. Смотришь, как на дитя, которого тебе хочется пожалеть. Я не могу больше этого выносить. Ты можешь хоть раз посмотреть на меня так, как смотришь на Бингэ? – в обсидиановых глазах было столько мольбы. – Да, я смотрю на тебя не так, как на Ло Бингэ, – Шэнь Юань почувствовал, как юноша в его руке вздрогнул. Все-таки думать о своих страхах и столкнуться с ними в реальности – не одно и то же. Шэнь Юань протянул вторую руку и положил ее на другую щёку, погладив большим пальцем. – Но и ты не являешься своим братом. На Ло Бингэ я смотрю, как на Ло Бингэ, а на Ло Бинхэ я смотрю так, как смотрю на Ло Бинхэ. И ты ошибаешься. Я никогда не видел в тебе ребенка, который нуждается в жалости. Я видел умного, красивого молодого парня, местами холодного и тихого, а местами нежного и милого. Да, были моменты, когда мне хотелось защитить тебя, но были моменты… – Шэнь Юань прервал себя, раздумывая, стоит ли говорить то, что изначально он хотел сказать. Ло Бинхэ молчаливо ожидал. Не выдержав умоляющего продолжить взгляда, Шэнь Юань отвел глаза, произнося следующее. – Кхем-кхем, иногда мне самому хотелось получить защиту. Кхем, такого разве ждут от ребенка? Так зачем же мне смотреть на тебя так, как на Ло Бингэ, когда есть ты, Ло Бинхэ? Юноша во все глаза рассматривал Шэнь Юаня. Он боялся того, что все услышанное могло оказаться галлюцинацией. – Повтори. – Что? – Шэнь Юань смутился. Он выдал такой монолог, и теперь боялся, что его просто засмеют. Он не умеет поддерживать людей, поэтому просто пытается говорить от всего сердца. – Что мне повторить? Что, смотря на тебя, я смотрю на Ло Бинхэ? Это тебе повторить? – почему-то щеки запылали. Кажется, запас уверенности в себе был полностью исчерпан, поэтому глаза забегали по кухне, лишь бы не смотреть на лицо Бинхэ. Шэнь Юань убрал руки с юношеского лица. Однако ладонь ученика не собиралась отпускать его запястье. – К черту все, мне уже нечего терять, – выдал Ло Бинхэ на одном дыхании. – Как ты можешь ругаться, ай-ай! Юношеская рука внезапно потянула за запястье, из-за чего Шэнь Юань чуть не упал со стула. Учитель не успел ничего понять, как к его губам прижались в поцелуе. Из-за резких действий и недавних ярких воспоминаний, как чуть не стал еще одним трофеем в гареме Ло Бингэ, на лице Шэнь Юаня мелькнула паника и злость. Учитель оттолкнул ученика. – Ты… Что это вообще за выходки? Почему ты ведешь себя… – Шэнь Юань остановился, так как услышал тихий смех Ло Бинхэ. Он не видел его лица, так как тот опустил голову. – Вот видите, учитель. Ведь сейчас вы злитесь не на меня. Вы злитесь на Ло Бингэ, верно? – Ло Бинхэ медленно поднял голову, рассматривая застывшего Юаня. – Вас поцеловал Ло Бинхэ, но в этот момент вы думали о его старшем брате. Тогда к чему были все эти слова? Знаете, все вокруг в школе твердят, что у меня острый ум и невероятные способности к учебе. Но на самом деле, они даже не представляют насколько я глуп… Потому что я готов даже это терпеть. Готов к тому, что вы будете видеть во мне старшего брата, лишь бы вы продолжали смотреть на меня. Готов просто ждать, пока вы не разглядите меня настоящего… Шэнь Юань схватил Ло Бинхэ за свою же футболку и притянул к себе, заканчивая этот раздражающий монолог. В этот раз это было не просто прикосновение губами к губам. Из-за разрывающих эмоций, поцелуй получился резким и страстным. – Ты и вправду, глупый, – оторвавшись от юноши, прошептал Шэнь Юань. – Я целовал Ло Бинхэ, но злился на вас двоих. До сих пор злюсь. – Юань… – Молчи! Вы оба… Скажи честно, ты ведь уже знаешь, что у меня есть невеста, верно? – Юань… – Не говори. Просто кивни, если это так, – Ло Бинхэ аккуратно кивнул. – Что же вы творите… – Шэнь Юань тяжело выдохнул, опустив голову на плечо юноши. – Что же мне теперь делать? Шэнь Юань весь день был на нервах, поэтому совершенно неудивительно, что в этот момент он просто… устал. Тем более, что когда он целовал Ло Бинхэ, его сердце забилось быстрее. Он все утро не находил себе место от осознания, что ему, возможно, нравится старший из братьев. Но теперь… ему, возможно, нравится и младший? Что, черт возьми, творится в его голове?! О боги, он так запутался… Он так… устал… – Юань, я… – Молчи. Я хочу посидеть немного в тишине, – Ло Бинхэ кивнул сам себе, ничего больше говорить не стал, только притянул маленькое чудо в свои объятья. Они сидели в тишине, пока Ло Бинхэ не почувствовал, что его футболка намокла. Шэнь Юань в его руках тихо плакал. – Юань? – оказывается, это больно, когда близкий твоему сердцу человек плачет. А ещё больнее от осознания, что ты одна из причин. – Бинхэ, что мне делать? Что мне теперь делать? – голос готов был вот-вот сорваться, однако Шэнь Юань держался из последних сил. – Я так запутался…

“Мой разум-врач любовь мою лечил. Она отвергла травы и коренья, И бедный лекарь выбился из сил И нас покинул, потеряв терпенье. Отныне мой недуг неизлечим. Душа ни в чем покоя не находит. Покинутые разумом моим, И чувства и слова по воле бродят. И долго мне, лишенному ума, Казался раем ад, а светом - тьма!” Шекспир, сонет 147. Перевод С.Маршака.