Охота на учителя, или Система «Спаси-Себя-В-Школе»

Цю Хайтан от беспокойства игралась с мягким брелоком на ключах, поглядывая за сменяющимися видами в окне такси. Когда Шэнь Юань пропал, она не стала сбрасывать трубку. Она звала его, но слышала только редкое шуршание, что позволяло понять, что жених просто-напросто куда-то уронил телефон. Проблем со связью не было. Однако стоило ей услышать приглушенное: “Выпусти! Я же сейчас…” – как по щекам сию же секунду потекли слезы, она сразу же направилась к выходу из офиса. Ей срочно нужно было вызвать такси, но она также не хотела сбрасывать трубку. Пока она спускалась по лестнице, обходя лифт стороной, потому что там может пропасть связь, в трубке появился какой-то плохо различимый шум, который уж очень был похож на стон, после которого она расслышала, как Юань, ее Юань, называет кого-то бесстыдником и отчитывает за его наглость. Именно после этих слов она сбросила трубку и дрожащими руками набрала номер такси. Время, которое было потрачено на ожидание и саму поездку, она не находила себе места. “Как он мог? – крутилось у нее на повторе в голове. – Привел своего любовника в их семейное гнездышко?!” Ей было совершенно все равно на пол того человека, которого притащил Шэнь Юань. Сейчас она хотела только одного – расцарапать любовнику жениха все лицо! Ее сердце, и так сходящее с ума, забилось еще сильнее, когда она открыла дверь такси, вышла из него и увидела зонт. А точнее высокого молодого человека с небрежными кудряшками на голове. Юноша совсем не обратил на нее внимания, он открыл заднюю дверь только что подъехавшей дорогой машины и, держа в руках светлый зонт с зелеными узорами, сел в нее. Машина сразу же тронулась с места. Цю Хайтан попыталась успокоить себя. Зонт мог быть просто совпадением. Вот только престижный автомобиль возле ее подъезда? Нет-нет-нет! Она вчера уже видела любовника Шэнь Юаня, его коллегу. И этот молодой человек явно не он! Не может же ее жених иметь несколько интрижек на стороне?! Цю Хайтан вздрагивает, когда понимает, что какое-то время просто стояла на месте, не двигаясь. Машина давно уехала. Девушка тоже решила поскорее вернуться домой. Шэнь Юань направлялся в душ, когда услышал звук поворачивающегося в замочной скважине ключа. Он остановился посреди коридора в одних трусах, держа в руках полотенце. Первые мгновения в голове было пусто, но в итоге его охватила паника. Дверь открылась, и на пороге появилась его невеста. – Хайтан? Что ты… Почему ты вернулась так рано? – хотя внутри он испытывал ужас, снаружи он казался достаточно спокойным. Цю Хайтан как-то натянуто улыбалась и, сбрасывая с ног обувь, рассматривала вид Шэнь Юаня. Тот накинул на себя полотенце, однако девушка уже разглядела засосы. Только она не могла точно сказать, появились ли новые следы, или это все те же, что были еще вчера. – Я переживала за тебя, – она подошла к жениху и потянулась за объятиями, как они делали всякий раз при встрече. Шэнь Юань, сбитый с толку буквально из-за всего, неосознанно, на автомате приобнял девушку, поцеловав в ее лоб. Когда Цю Хайтан выпустила жениха из объятий, на короткий миг натянутая улыбка с ее лица пропала. От Шэнь Юаня пахло не только потом и его гелем для душа, но и чем-то другим. Этот запах был едва уловим, но Цю Хайтан имела отличное обоняние и легко заметила его. Что интересно, это не первый раз, когда она чувствует именно эти духи. Были моменты, когда она встречала и обнимала Юаня после работы, тогда ее и посетила мысль, что так пахнет работа жениха. Однако сегодня был выходной. Девушка все еще таила надежду, что она ошибается в своих догадках. – Хайтан, – вдруг говорит жених, – нам нужно с тобой поговорить… – Мгм, конечно, – улыбается девушка. Ее глаза метаются по всему коридору, рассматривая каждую деталь. – О чем ты хотел бы поговорить, любимый? – Хайтан, послушай… – Шэнь Юань идет за девушкой, которая открывает дверь ванной комнаты, проходя в нее. В нос Цю Хайтан сразу ударил аромат туалетной воды, который она минуту назад почувствовала на Юане. Взгляд останавливается на полочке с духами, но никаких новых флаконов она не видит. На сушке висело новое полотенце, которым до сегодняшнего дня еще никто не пользовался, однако даже невооруженным глазом видно, что оно влажное. – Да-да, я тебя слушаю, дорогой, – не обращая на жениха внимания, она подходит к ванне. Ей хочется плакать, но она сильнее натягивает улыбку на лицо. Мужской шампунь и гель для душа закрыты. Шэнь Юань никогда не закрывает их. Просто-напросто забывает. – Нам нужно серьезно поговорить, – Юань был слишком погружен сам в свои мысли, поэтому не особо обратил внимания на странное поведение невесты. – Давай сядем куда-нибудь… – Конечно, – Цю Хайтан выходит из ванной комнаты, заглядывает на кухню: две кружки недопитого чая и печенье. – Не хочу сидеть на кухне, пойдем лучше в кровать, дорогой. – С-стой! – Шэнь Юань пытается поймать ее за руку, но не успевает. Девушка, будто ожидая, отскакивает и скорее направляется в комнату, замирая на пороге. Юань тоже будто каменеет, – Хайтан, послушай… Я… Помятая постель. Подушка, почему-то две футболки, кофта, шорты… все на полу, возле постели. Шэнь Юань не ожидал, что Цю Хайтан примчится так скоро. Он успел только натянуть нижнее белье, выдворить ученика за дверь, более-менее прийти в себя, обругав младшего Ло и себя же самого тысячу раз, и, чувствуя какую-то вялость в теле, взяв полотенце, направиться в душ. – Любимый, кто-то был у нас в гостях? – спрашивает Цю Хайтан, в голосе слышится улыбка. Она проходит в комнату и направляется к полочке неподалеку от кровати, спокойно переступая через разбросанную одежду. Шэнь Юань ничего не понимает! Он проходит за невестой в комнату, наблюдает, как она поднимает рамку с их фотографией, о которой Шэнь Юань уже забыл! Но Цю Хайтан спокойно ставит ее, ничего не говоря о происходящем в квартире хаосе. – Кто это, Юань? – более напористо спрашивает Цю Хайтан, не поворачиваясь на своего жениха. – Мой ученик заходил. Он… – у Шэнь Юаня нет сил придумывать очередную ложь. – Он принес мне телефон, а сам попал под ливень. Поэтому я отправил его в душ… Чтобы он не заболел… А потом… чай… – Юань, любимый… – Цю Хайтан наконец оборачивается на жениха и, подойдя, берет его лицо в свои руки. – Посмотри на меня. Слезы вновь катятся, когда он все-таки находит в себе силы посмотреть в столь долгое время любимые карие глаза. От близости с Цю Хайтан, он вновь чувствует родной запах мяты, который всегда сопровождает девушку. – Скажи, что любишь меня, – шепчет Цю Хайтан. Шэнь Юань чувствует, как дрожат ее руки на его щеках. Или же это его самого пробивает дрожь? Он ничего не понимает. – Я… – он хочет это сказать, но слова застревают в горле. – Скажи, – умоляет девушка. Но Юань молчит, поэтому она продолжает. – Просто произнеси “Я”. – Я. – “Тебя”, – она не сводит своих глаз с лица Шэнь Юаня. Почему-то сейчас он ей кажется совершенно другим. Будто это не любимый жених в ее руках, а какой-то чужак. – Тебя, – повторяет Шэнь Юань. – “Люблю”, – она ждет, но мужчина молчит. Она видит, что слез на его лице становится больше, а сам жених закусывают нижнюю губу. – “Люблю”. Юань, любимый, скажи это. Люблю. Скажи же… – Хайтан… – Нет! Не смотри на меня так! Не нужно смотреть на меня так… так… виновато, – она зажмуривается, будто хочет выкинуть этот образ Шэнь Юаня из своей головы. Однако, когда она вновь открывает глаза, взгляд мужчины все тот же. – Юань, просто скажи, что любишь меня, хорошо? Я больше ничего спрашивать не буду. Я ничего больше не скажу. Только скажи, что любишь, – Шэнь Юань молчит. Теперь и на лице Цю Хайтан появляются слезы, – Давай же… Прошу тебя! Шэнь Юань только мотает головой. Теперь он смотрит на нее не только виновато, но и с… жалостью? – Юань, любимый мой, – она начинает оставлять мелкие поцелуи на его лице. – Я люблю тебя. Ты же это знаешь, да? А ты любишь меня, верно? Я это тоже знаю. Ты любишь меня, – она хочет поцеловать его в губы, но Шэнь Юань не позволяет. Он берет ее за плечи и аккуратно отталкивает девушку подальше от себя. – Хайтан, – вдруг говорит Шэнь Юань. – Ты сама веришь в свои слова? – Любимый… – она смотрит на него, но не видит больше в его глазах той нежности и любви. Неужели… неужели это правда? Он больше не любит ее? – Я запутался, Хайтан, – Шэнь Юань больше не плачет. Кажется, он уже все, что можно было выплакать – выплакал. Больше ничего не осталось. И, кажется, чувств тоже, давно не осталось… – Н-не говори ерунды, – Цю Хайтан смотрит так, что сердце рвется на куски. Но он не хочет ее больше обманывать. Цю Хайтан достойна кого-то лучше. – Нам нужно взять паузу в отношениях. Все обдумать и… – Не говори так! – Цю Хайтан цепляется за его плечи, глядит своими большими карими глазами в самую душу, умоляет, – Нет! Не бросай меня! Не уходи! Не надо! Прошу, не говори такого! – Хайтан, успокойся. Присядь на минутку. – Нет! Я не хочу тебе верить. Я не хочу верить, что ты забыл про годовщину, я не хочу… – Г-годовщину? – Шэнь Юань чуть пошатывается, он оглядывается на свой письменный стол, смотрит на бумажный календарь, в котором… красным маркером он сам несколько недель назад отметил дату… Какой же он… омерзительный. Цю Хайтан продолжала, даже не обратив внимания на Шэнь Юаня. – … верить, что ты мне врешь. Не хочу верить, что приводил сюда своего любовника, а потом врал, что это был твой ученик! Не хочу… – Хайтан! – трясет он ее, пытаясь привести в чувства. – Успокойся. Давай все нормально обсудим, хорошо? – Нет, Юань! Я не хочу ничего нормально обсуждать! – Хайтан, послушай… – вновь пытается он ее успокоить, но та не реагирует. Продолжает без перерыва молвить: “ не хочу, не буду”, заливаясь слезами. Шэнь Юань не знает, как привести ее в чувства. У Цю Хайтан начинается истерика. – Тшш… – он автоматически притягивает ее к себе и обнимает, поглаживая волосы. Девушка постепенно стихает. Только редкие шмыганья носа слышатся. – Хайтан… – заговаривает Шэнь Юань, но девушка его перебивает. – Как жестоко… – Я… – он идиот! Что он творит?! Шэнь Юань отпускает Цю Хайтан из своих рук. – Прости, – говорит Юань со слегка повернутой в сторону головой, из-за чего Цю Хайтан не может разглядеть его глаза, только чуть подрагивающие ресницы. – Мне… Я уйду. Шэнь Юань разворачивается. Он быстро достает штаны и кофту, натягивает их на себя. Цю Хайтан стоит, не двигается. – Любимый… – в какой-то момент вновь подает голос Цю Хайтан. – Мы поговорим с тобой позже, когда оба остынем, – он не смотрит на нее. – Юань! – она бежит в коридор за Шэнь Юанем, не позволяет уйти. Хватает его за предплечье. Мужчина останавливается, но не поворачивается на нее. Цю Хайтан пользуется тем, что Юань остановился. Он готов ее выслушать! Это ведь значит, что он все еще любит ее, верно? Девушка продолжает, – Я поняла… Ты меня уже наказал. Хватит, не надо больше. – О чем ты говоришь? – подавленно спрашивает Шэнь Юань. – Ты ведь мстил мне, верно? – мужчина оборачивается на нее, неверяще смотрит, а Цю Хайтан продолжает. – Я уже все поняла. Только не уходи, прошу! – Хайтан, о чем ты говоришь? – А что, разве это не так, Юань? Это же Цинхуа надоумил тебя спать с мужчинами, чтобы мне отомстить! То-то же он мне изначально не понравился! – девушка кричит. – О чем ты говоришь?! – уже Шэнь Юань не выдерживает, переходит на повышенные тона. – Не кричи на меня! В отличии от тебя, Юань, я никогда не приводила их в нашу постель! – Какого черта? Ты… Ты говоришь об изменах? Как… как давно? – Разве ты не от своего дружка Шан Цинхуа узнал об этом? – При чем здесь он? – Да при том, что он знаком с Шэнли! Я видела их совместные фото! Шэнли не мог сказать тебе, я уверена. Но он, конечно же, проболтался твоему долбанному братцу Самолету! – Ты спала с моим университетским другом? Какого… он же сам нас познакомил… – Я… Ты… – у Цю Хайтан только сейчас включается здравый рассудок, ее глаза бегают по силуэту мужчины. – Ты не знал об этом? – Неужели ты думаешь, что если бы знал, то не подошел поговорить? Обсудить это? Мы же договаривались быть честными друг с другом. Поэтому… Да, я сначала сглупил. Не пришел к тебе, не рассказал все, как есть. Я просто, трус, испугался. Думал, что справлюсь с этим. Я правда не хотел переходить черту… Я не хочу сейчас себя оправдывать. Я натворил много глупостей, однако… Я все еще хочу быть честным перед тобой, поэтому… поэтому, когда понял, что я… я запутался, то решил поговорить с тобой, взять перерыв, чтобы все хорошенько обдумать, – нервы не выдерживают, Юань усмехается. – Я сделал тебе предложение, и мы уехали в другой город, чтобы оживить отношения, которые были на последнем издыхании. – Юань… – Цю Хайтан хочет что-то сказать, оправдаться, но не находит слов. – Цю Хайтан, мы оба натворили глупостей. Но теперь я даже рад этому, – улыбается Шэнь Юань. – Ч-что? Почему? – Кажется, то, что уже давно мертво, лучше похоронить. Шэнь Юань накидывает на свои плечи пальто, забирает кошелек, ключи и телефон. Цю Хайтан его не останавливает. – Сегодня я сниму номер. Свои вещи заберу позже, – прежде чем выйти, Шэнь Юань останавливается в дверях и произносит эти слова спокойным голосом, так и не повернувшись к девушке. – Л-любимый… – произносит Цю Хайтан, когда входная дверь хлопает. Стоило покинуть квартиру, как напускная маска спокойствия слетела. Вместо улыбки губы поджаты в полоску. Хочется плакать, но слез нет. Он не замечает, как спускается по лестнице, как куда-то идет, как в итоге оказывается под проливным дождем. Зонта с собой нет, ведь отдал его Ло Бинхэ. Он промок до нитки, но сейчас ему нет дела до этого. Солнце уже село. Шэнь Юань видит недалеко небольшой фонарик, под которым расположилась скамейка. Он устал даже физически, поэтому не в силах идти дальше он направляется к этой одинокой скамейке. Ему все равно, что она вся мокрая. Он сам не лучше. Все то время, что он бродил по незнакомым улицам города, внутри него разгорелась не просто борьба, целая война. Шэнь Юань сам разорвал отношения, однако… Что-то внутри него металось, выло, скребло. Просило вернуться к Цю Хайтан. Обнять ее и ни на шаг от нее не отходить. Вдруг она захочет куда-то уйти? Вдруг покинет его? Вдруг оставит его и испарится, пока он тут ходит? Шэнь Юань сам себя не понимал. Что за абсурдные страхи? Разве он не сам ушел? Разве не из его рта вылетели жестокие слова? Кажется, что-то подобное он сегодня уже испытывал. – Нет, не уходи. Не оставляй меня… – разве это не его слова, сказанные Ло Бинхэ? Шэнь Юань размышлял и размышлял. Пытался распутать клубок из мыслей и чувств. Только, кажется, делал все хуже. Появлялись новые вопросы вместо ответов на старые. Ужасно разболелась голова. Хотелось спать. И выпить. Он бы сейчас пошел к Шан Цинхуа, но друг, если еще не уехал, скорее всего собирается. Шэнь Юаню не хочется тревожить его в такой счастливый для него момент. Вдруг в голову Шэнь Юаня пришел образ. Он вскакивает со скамейки, обыскивая карманы пальто. Мгновение, и Юань достает бумажку. Трясущимися руками разворачивает ее. Это она! Бумага промокла насквозь, поэтому цифры поплыли, но все еще были различимы. Кроме последней… – Черт! – ругается Юань, пытается разглядеть, но не удается. Он закрывает глаза, делает несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить самого же себя, после чего наугад вводит еще одну цифру. Если ошибется, значит не судьба. Трубку, к удивлению, берут почти сразу, однако первое время молчат, ничего не говорят. Юань тоже не спешит открывать рта. – Где ты? – спустя долгую паузу в трубке слышится знакомый голос. Шэнь Юань так счастлив, что смог с первого раза дозвониться, угадать цифру, что не замечает холодный и бесстрастный тон голоса. – Твое предложение выпить все еще в силе? – А-Юань? – в этот раз Лю Цингэ говорит намного мягче. – Конечно! Где ты сейчас? На улице? Я сейчас же приеду. – Я… – Шэнь Юань рассматривает местность. – Я не знаю. – Что? Все в порядке? – в трубке слышится какое-то шуршание. – Можешь прислать мне свою геолокацию? – Мгм, – тянет Юань в трубку. – Скидывай, – звук захлопывающейся двери, – и никуда не уходи, я скоро буду. – Хорошо, – на лице появляется глупая улыбка. Лю Цингэ хороший друг. Не проходит и трети часа, как неподалеку останавливается машина, из которой поспешно выходит Лю Цингэ. Видимо, он сразу его заметил под этим фонарем на скамейке. – А-Юань! – Лю Цингэ как можно быстрее подбегает к Шэнь Юаню, скорее пряча того под зонт. – Почему ты сидишь тут без зонта? – У меня его нет, – мягко улыбается ему Шэнь Юань. У Лю Цингэ больно сжимается сердце, когда он видит разбитый вид младшего. В последнюю их встречу Шэнь Юань был не в лучшей своей форме, уже тогда его прекрасные изумрудные глаза не так ярко светились. Но сейчас не только нет блеска в них, они опухли, покраснели, а под ними залегли синяки, которые Лю Цингэ смог разглядеть даже под тусклым холодным светом фонаря. Шэнь Юань весь дрожит, но на лице его улыбка. Легкая. Мягкая. Создает душераздирающий контраст с его взглядом. – Почему тогда не спрятался куда-нибудь? – обеспокоенно спрашивает Лю Цингэ. – Ты же весь промок! Пойдем скорее в машину, – он хватает Юаня, быстрее уводя. Пока под ливнем его ведут в автомобиль, ничего не говоря, взгляд Шэнь Юаня все время направлен на чужую теплую руку, которая мягко сжимает его собственную. На душе становится так тепло. Внутренний зверь удовлетворенно мурлычет, успокаивается. Шэнь Юань знаком с ним совсем немного, но он уже точно может сказать, что Лю Цингэ человек-комфорт. С ним хочется поговорить, когда тебе плохо. Хочется спрятаться в том тепле, которое он излучает. Возможно, Шэнь Юань эгоист, что хочет в такое сложное время окружить себя Лю Цингэ. Почему-то интуиция ему подсказывает, что быть просто рядом с этим мужчиной правильно. Лю Цингэ открывает перед Юанем дверь и пытается усадить его в автомобиль, когда младший то ли поскальзывается, то ли зацепляется за что-то, чуть не ударяясь головой об машину. Только вовремя подставленная рука Лю Цингэ спасает от будущей шишки. – Спасибо, – как-то устало произносит Шэнь Юань. – Я немного… – Все в порядке, – мягко смотрит Лю Цингэ и, придерживая младшего за локоть, помогает усесться. – Аккуратно. Физик захлопывает дверь, когда кончики его губ опускаются. Дело дрянь. Стоило ему коснуться лба Шэнь Юаня, он почувствовал, как тот горит. – Юань… – привлекает внимание Лю Цингэ, когда садится за водительское сиденье. – Мне кажется, у тебя температура. Давай я лучше отвезу тебя домой, м? Говори адрес. – Нет! – сию же секунду восклицает математик, вызывая недоуменный взгляд со стороны физика. – Я ушел из дома. Давай просто поедем и выпьем. Некоторое время Лю Цингэ рассматривает умоляюще-уставшее выражение лица Шэнь Юаня, что-то тщательно обдумывая. Шэнь Юань не сдается, смотрит в ответ, пытается доказать, что с ним все в порядке и нет причин для того, чтобы отказываться от планов. Вдруг взгляд Лю Цингэ вновь теплеет, доказывая, что он пришел к решению в своей голове. – Что это значит? – улыбается Лю Цингэ. – Был спокойным ребенком без подросткового бунта и теперь решил наверстать? – пытается разрядить обстановку. – Можно и так сказать, – хмыкает Шэнь Юань, однако добавляет тихо под конец, – мы расстались. Лю Цингэ не надо объяснять, ему достаточно и этого, чтобы понять, кто такие “мы” и что значит “расстались”. Нужно поблагодарить Шан Цинхуа, что так любит поболтать, и теперь Лю Цингэ знает достаточно про жизнь математика. – Тебе есть… – мужчина отводит взгляд, спрашивает будто невзначай, – … куда пойти? – Не важно. Сейчас я просто хочу выпить, – спокойно отвечает Шэнь Юань. – Мгм, – тянет физик, заводя автомобиль и трогаясь. Всю дорогу Шэнь Юань не сводит глаз со сменяющих друг друга видов за окном. Они не общались, в машине царила тишина, только дождь барабанил по крыше и стеклам, можно было даже услышать тихий скрип дворников, разгоняющих капли. Слова почему-то казались лишними. Да и думать ни о чем ему сейчас не хотелось то ли из-за сильной головной боли, то ли просто из-за того, что он полностью вымотан. – Где мы? – лениво подает голос Юань, когда машина останавливается. – Парковка, – спокойно отвечает Лю Цингэ, глуша мотор. – Я понял, что это парковка. Но… – Шэнь Юань хмурится, не замечая ярких вывесок вокруг. Разве это не спальный район? – Парковка возле моего дома. Бар, куда мы собирались, уже закрылся, поэтому я привез тебя к себе. Ты ведь выпить хотел, верно? У меня дома есть. Шэнь Юань смотрит на время. Какие бары закрываются в такое время? Скорее уж наоборот – открываются. Но ему лень возражать и опять куда-то ехать. Ему бы просто выпить чего покрепче и без разницы где. Квартира Лю Цингэ была небольшой, но светлой, комфортной и… чистой. Очень чистой. Кажется, Лю Цингэ любит порядок. Шэнь Юань не успел рассмотреть ее как следует, так как его сразу же отправили переодеваться в ванную комнату, вручив стопку с сухой одеждой, от которой приятно пахло мятой, как и от ее владельца. Переодеваясь, Шэнь Юань заметил многочисленные баночки для ухода за волосами, кожей да и всем телом в целом. Различные тюбики со скрабами и кремами. Первая мысль была, что Лю Цингэ сам ими пользуется, однако позже он заметил на уголке ванны самый обычный шампунь и гель для душа, на которых все еще оставались капельки, говоря, что ими совсем недавно пользовались. Также он заметил фен с многочисленными насадками, но у физика не такие длинные волосы, чтобы использовать столько. У Лю Цингэ есть девушка? Но Шан Цинхуа говорил, что местный бог одинок… Точно! Возможно, что это его сестры, Лю Минъянь! Шэнь Юань переодевался неспеша. Он чувствовал усталость и все никак не мог согреться, его продолжало знобить. Закончив с этим делом, он нашел Лю Цингэ на небольшой кухне, тот заливал кипяток в чашку. Шэнь Юань нахмурился, не заметив никакого алкоголя. – Долго будешь стоять в дверях? – обернулся на него хозяин квартиры, ставя чашку на стол. – Присаживайся, можешь чувствовать себя как дома. – Мы не будем пить? – Шэнь Юань подошел и принялся недоверчиво рассматривать кружку с какой-то непонятной мутной жидкостью и с еще более непонятным запахом. – Что это? – Ты бродил в такой холод под ливнем без зонта, – тон Лю Цингэ был мягким, он терпеливо проговаривал каждое слово, будто ребенку объяснял, одновременно с этим разыскивая что-то в верхнем шкафчике. – Это лекарство, пей. До Шэнь Юаня дошло, что это за лекарство. Разве это не тот противный порошок против простуды? Он сел на стул, надувшись словно ребенок, и сверлил взглядом чашку, будто хотел силой мысли заставить ее исчезнуть прямо сейчас. Все-таки когда он болел или был пьян, Юань приобретал более детские черты. Он мог играться, веселиться или же наоборот капризничать и дуться, прямо как сейчас. – Не буду. Оно горькое. – Нужно, – Лю Цингэ наконец-то нашел то, что искал. Он подошел к Юаню, кладя перед ним конфетки. – Это поможет перебить горечь. Гость с сомнением посмотрел на Лю Цингэ. Тот тоже не отрывал от него своих глаз. У них началась молчаливая битва, однако Юань был слишком измотан за сегодня. Он проиграл под натиском карих глаз хозяина квартиры. – Хорошо, – с самым обреченным видом Шэнь Юань немного отпил из кружки, сразу поморщившись. Лю Цингэ издал тихие смешки, когда гость скорее закинул себе конфету в рот. – Может быть, наш А-Юань хочет покушать? – поинтересовался Лю Цингэ. – Нет, спасибо. Я и так перед тобой в долгу за то, что вырвал тебя заботиться о себе, крадя твой выходной. – Не говори так, – вдруг серьезно проговорил Лю Цингэ. – Заботиться о тебе не является для меня чем-то… трудным. В ответ Шэнь Юань только промычал что-то бессвязное. Он выпивал понемногу горького напитка из кружки, сразу заедая конфетами. – Ты знаешь какие-нибудь недорогие отели поблизости? – видимо, что пить они сегодня не будут. А это значит, не стоит быть слишком наглым и задерживаться в гостях. – Зачем тебе? Ты можешь оставаться у меня, пока не решишь свои проблемы. – Я не могу, – качает головой математик. – Будет неправильно пользоваться твоим гостеприимством. – Все в порядке. Если бы это как-то меня стесняло, я бы даже не заговорил об этом. К тому же я ведь не предлагаю тебе разделить со мной кровать. В зале есть мягкий диван, он даже раскладывается. Можешь спать там. Я тебя не потревожу, у меня есть собственная спальня, – мягко говорит Лю Цингэ, будто это совершенно нормально оставлять у себя малознакомого человека. – Как ты можешь предлагать мне такое? Тебе стоит быть более благоразумным. Вдруг я вор или, того хуже, маньяк? – Значит так тому и быть, – тянет в улыбке Лю Цингэ. – Только дорогой маньяк, не убивайте меня до понедельника. Я еще самостоятельные у некоторых классов не проверил. – Дурак, – не стесняется в словах Шэнь Юань, смеется. Лю Цингэ же ему подмигивает. Стоило противному зелью испариться из чашки, так настроение Шэнь Юаня сразу поднялось. Теперь он просто может кушать сладости! Без этой противной горечи! Лю Цингэ, как и полагал Юань, сразу забрал кружку, чтобы помыть. – Местный… – начинает Юань, но Цингэ его перебивает. – А-Юань, хотя бы ты так меня не называй! – с мягким укором и ноткой отчаяния в голосе проговаривает хозяин квартиры. – Хорошо-хорошо. Господин Лю, позвольте спросить вас, почему вы пошли учиться на преподавателя физики? – А ты, – Лю Цингэ убирает кружку на сушку. – Ты, Юань, почему в итоге пошел на преподавателя математики? – Вообще-то, я первый спросил, – улыбается Шэнь Юань, дожевывая очередную конфету. – Но ответ прост: я люблю считать. Лю Цингэ ошеломленно смотрит на математика, но тот этого не замечает, занятый складыванием в ровные треугольники обертки от конфет. – Считать? – Угу, – кивает Юань. – Понимаешь, математика это… как искусство. Творчество! Ты можешь решить любой пример миллионами способов! Это почти как писательство, понимаешь? У тебя есть буквы и цифры и… определенные правила? Это может быть даже игрой… Не каждый это поймет. Математику не любят те, кто просто заучивает формулы. Тогда ведь, конечно, это будет скучно. Но, когда ты вникаешь, когда начинаешь понимать, что множество формул выводятся из одной единственной, простой, самой главной формулы, разве это не захватывает дух? – Как-то это слишком возвышенно, – усмехается Лю Цингэ, получая обиженный взгляд от Шэнь Юаня. – А ты? Почему стал учителем физики? – стоило повиснуть этому вопросу, телефон Лю Цингэ зазвонил. – Я сейчас, – мужчина направляется к выходу из кухни, беря трубку, – Минъянь? Что-то случилось? Ему позвонила его ученица? Как-то это странно… Ой, стойте! Из-за всего пережитого за день, у Шэнь Юаня совсем каша в голове. Он опять забыл, что Лю Цингэ старший брат Лю Минъянь… Интересно, добрался ли Ло Бинхэ до дома? Может не стоило его так выставлять за дверь? В голову пришли яркие воспоминания пережитого, вновь вызывая ярость внутри Шэнь Юаня. Бесстыдник! Такой же, как и его брат! Как он мог влюбиться в этих… этих… этих дьяволят?! Невозможные! Вот только… он ведь правда нравится Ло Бинхэ? Они сегодня провели один на один целый день. Хотя это и привело к плачевным последствиям, Шэнь Юань не считает, что в этом как-то виноват юноша. Разговор в любом случае должен был состояться. Жаль, конечно, что в таких условиях. Шэнь Юань сам не понял, как достал телефон, открыв диалоговое окно. “Ло Бинхэ ♡” – сверху. Внизу одно единственное сообщение: “Спокойной ночи, учитель!” и фотография. Шэнь Юань открыл ее на весь экран. Близнецы Ло улыбались в камеру, сидя в одинаковых, но разного цвета пижамах: черная и красная. Их волосы были в беспорядке, из-за чего у Юаня неосознанно уголки губ поползли вверх. Они прислали эти сообщения в самый первый день, когда они только познакомились. Уже тогда эти двое начали наводить беспорядок в его сердце, а он, дурак, будто был слеп. Шэнь Юань пригляделся к двум лицам. Они казались одинаковыми, словно копии, даже родинки на лицах точь-в-точь, вот только… У юноши в красной пижаме, если приглядеться получше, есть небольшая еле заметная мимическая морщинка в уголках рта. Возможно, потому что часто улыбается? Неужели это Ло Бингэ? У юноши в черной пижаме брови чуть ниже. Он улыбается, но взгляд из-за бровей кажется отчужденным и высокомерным. Ло Бинхэ? Шэнь Юань все еще не уверен в своих догадках. Возможно, ему это даже мерещится… Но, если посмотреть с другой стороны, может быть в будущем есть надежда, что он будет с первого взгляда их различать? Палец уже собирался закрыть фото, но на мгновение задержался. Шэнь Юань тоже замер, в задумчивости закусывая губу. На эти действия ушло не больше пяти секунд. Шэнь Юань сохранил фото, после чего закрыл его. “Привет! Как дела? Ты уже дома? Хорошо добрался?” – написал. Подумал. Удалил. “Привет, ты добрался до дома?” – переписал. Подумал. Удалил. “Не забудь в понедельник мой зонт.” – переписал. Подумал. Шэнь Юань был так занят, что не заметил, как Лю Цингэ вернулся. – Мне нужно забрать Минъянь с подругой, – сказал физик. Математик, перепуганный неожиданным звуком и пойманный с поличным, чуть не выронил телефон, но вовремя смог поймать и заблокировать его, чтобы уж точно никто не увидел, что он так задумчиво писал. – Н-напугал, – во все глаза уставился на Лю Цингэ. – Прости. Я быстро съезжу, заберу ее. – Лю Минъянь тоже приедет сюда? – Шэнь Юань испугался. Будет не очень хорошо предстать перед ученицей в таком виде и при таких обстоятельствах. – Нет, не переживай. Я отвезу ее к родителям, – улыбнулся Лю Цингэ, поняв, о чем переживал математик. – Пойдем, я тебе постелю. Ты выпил лекарство, поэтому можешь лечь спать пораньше. Не жди меня. – Мгм, – кивнул Шэнь Юань, проходя вместе с Лю Цингэ в зал. Комната была светлой, как и вся квартира в целом. Все смотрелось гармонично. Только шторы выбивались из общей картины, слишком яркие, зеленые. Хоть это и был любимый цвет Шэнь Юаня, но даже с этим условием, они слишком бросались в глаза, портя весь вид. Лю Цингэ быстро подготовил место ко сну для Юаня. – Спасибо, что приютил. Я завтра поищу, куда можно будет съехать, чтобы не теснить тебя, – застенчиво пробубнил Юань. – Да брось. Не стоит торопиться с этим. Мы еще завтра с тобой все обсудим, – улыбнулся своими карими глазами, излучающими успокоение и теплоту, заставляя гостя невольно улыбнуться в ответ. – А пока ложись. Если будет некомфортно, можешь даже закрыть дверь и включить настольную лампу. – Хорошо, спасибо еще раз. – Хорошо, – повторил за ним Лю Цингэ. – Я скоро вернусь. От последних слов Шэнь Юаня немного передернуло. Что-то в них задевало самые потаенные струны души. *** В замочной скважине тихо повернулся ключ, впуская владельца квартиры, старающегося не шуметь, чтобы не потревожить чуткий сон спящего в зале человека. Также беззвучно он повесил куртку и снял обувь, и, оставив свет в коридоре включенным, осторожно приоткрыл дверь в гостиную, аккуратно входя в комнату. Свернувшись калачиком, Шэнь Юань мирно посапывал. Струящийся из дверного проема свет заставил его поморщиться и недовольно причмокнуть. Прохладная рука коснулась теплого лба, проверяя температуру. Мужчина облегченно выдохнул, убедившись, что та опустилась. Уже собираясь развернуться и оставить спящего парня в покое, он остановился, так и не сделав ни шага в сторону выхода. Янтарные глаза продолжали разглядывать маленькое тельце, расположившееся на диване. Заметив выбившуюся прядь на чужом лице, мужчина также осторожно заправил ту за ухо, чтобы не беспокоила. Но его рука так и не отпрянула. Задержалась. Едва касаясь, погладила щеку, все такую же бархатную и мягкую, словно и не было никаких лет разлуки. – Малыш А-Юань вырос, но все еще остался таким же горем… – раздался тихий голос, в котором прослеживались нотки тоски. – А-Юань, нежели ты и вправду меня не помнишь?