Глава 4. Ночные баталии
5 июня 2023 г., 10:00
Я вышла из башни и посмотрела на тёмное покрывало над головой. Оно уже было усеяно мерцающими огоньками звёзд и ярким блюдцем луны. Совсем безоблачно и благодаря этому светло почти как днём.
Немного пройдясь вдоль общежитий, я быстро ощутила покусывания осенней прохлады на щеках. По телу тотчас побежали мурашки, заставив обнять себя. Затея прогулки на свежем воздухе казалась сейчас не такой уж и хорошей. Я задумчиво коснулась подбородка, замедлив шаг.
Неужели так скоро возвращаться домой? Уж точно нет. Пойти к Дафне — тоже не очень-то хотелось, ведь была возможность застать её за чем-то неприличным. Тогда к Стелле?.. Вполне себе приемлемый вариант. Кивнув, я приняла решение и бодро зашагала в сторону её башни, подгоняемая ночными порывами ветра.
Белокурая особа была на месте и радушно приняла меня в своей благоухающей обители. Я поздоровалась с ней и попутно познакомилась с её новоиспечённой соседкой — Ирмой. Девушка, как и рассказывала подруга, была уж явно излишне говорливой и шумной. Голос был звонкий и громкий, а из тела будто била ключом энергия, вынуждая вьющиеся русые волосы раз за разом подпрыгивать. С первого взгляда было понятно, что Ирме досталась стихия воды.
Едва я успела повесить плащ, как была усажена на постель. Стелла принялась расспрашивать:
— Тебя нечасто увидишь на пороге в столь поздний час. Что-то произошло? — блондинка принялась складывать травы в шкатулку, с интересом поглядывая на меня. Ирма же увлеклась завариванием чая для всех.
Я посмотрела в серые глаза подруги и удручённо вздохнула. Из-за мыслей о соседе внутри опять завертелось непонятное смятение, которому я никак не могла подобрать правильного описания.
Бродя взглядом по настенным пучкам трав, я замямлила:
— Ну, можно и так сказать. Просто моя соседка… Такая, эм-м… Понимаешь, ну… — я ещё больше растерялась, подыскивая подходящие слова, но, быстро откинув эту затею, нахмурилась и выплеснула накопившееся негодование: — Такая заноза в одном месте, если честно! Она постоянно себе на уме, дерзит, не хочет мне помогать! Всё ей не так, и я ещё и виновата во всём! Неимоверно тяжёлый характер. Да и сколько мы вместе, один вечер? Один чтоб его проклятый вечер, а словно год прошёл! Год пыток! Наелась досыта!
От такого потока, нарастающего с каждым словом, Стелла даже приоткрыла рот и замерла. Заметив это, я немного поумерила пыл, подытожив:
— Как-то так. Поэтому мне и захотелось хоть немножко подышать свежим воздухом, но вечера уже не летние, — я заёрзала на её постели, усаживаясь поудобнее.
Подруга пришла в себя и с толикой неуверенности ответила:
— Ты не подумай, Бель, я не то чтобы не верю, но ведь и у тебя характер далеко не сахар.
Закатив глаза, я всё же приняла эту и так очевидную правду.
— Не спорю, но я даже спасибо ей сказала за уборку и дала еды вечером, потому что рёв её живота оглушал весь этаж. Постоянно обложена книгами, небось, из-за них и не успела на ужин.
Блондинка обернулась ко мне всем телом, выгнув бровь:
— Ладно. Это уже действительно подвиг. Чтобы ты такое сделала для едва знакомого человека… Она действительно слишком строга по отношению к тебе. Но, может, если не понимает по-хорошему, стоит пригрозить ей? Скажи что нажалуешься на неё комитету, и тогда вмиг отселят, раз такая нелюдимая.
— Ну… — я раскраснелась, вспоминая недавнюю попытку некоторых «угроз». — Не сработало, я пыталась. Она кругом находит отговорки и слова ещё острее моих. Раздражает.
Стелла выдохнула и продолжила заниматься травами:
— А что, если у малышки просто парня давно не было? Ты ведь помнишь, какая наша Дафна нервная в такое время?
Не думаю, что очкарь нуждается в парне. Хотя, судя по его внешности, всё может быть, я не удивлюсь. Только вот у него же было «восстание» на меня, так что, наверное, ему нравятся девушки. Да?
От недавних воспоминаний меня передёрнуло, а по позвоночнику вновь промчались мурашки. Вот угораздило же меня так опозориться? Проклятие…
— Не вариант, Стелла. Её не интересуют парни, — я замахала руками, — точнее, любовные отношения. Только книжки. Так что даже не знаю, что бы мне такое придумать…
К нам подошла Ирма и вручила чашки с чаем:
— Может, вам стоит найти что-то общее? Разве ваша стихия не может стать шагом к примирению?
Взглянув на кружащиеся листики в краснеющей воде, я ответила:
— Я пыталась. Мне сказали: «Вот книга — бери и читай, что интересует». В общем-то, соседка не очень охотно поддерживает беседу. Мягко говоря.
Под моим поднявшимся с надеждой взглядом, девушки переглянулись и тихо засмеялись:
— А она, похоже, бессмертная, раз ведёт себя с тобой подобным образом. Подожди-подожди, может, это твоя копия? Потерянная сестра-близнец? А, Бель?
— Очень смешно. У меня горе! Мне плохо… Я даже не могу спокойно находиться в своей собственной комнате!
Стелла поставила свою чашку и села рядом со мной на постель. Приобняв за плечи, подруга вкрадчиво зашептала:
— Дорогая, не сердись. Мы с Ирмой просто пытаемся тебя отвлечь. Я вижу, как ты подавлена, но, возможно, это просто с непривычки? Что, если сейчас всё так плохо и чудовищно, а пройдёт пару дней — и вы станете не разлей вода?
Я склонила голову ей на плечо, всколыхнув дыханием белую прядь:
— Не знаю… может, ты и права.
Руки приятно грело тепло от чашки, и это вытаскивало меня из холодных переживаний. Ирма заняла стул напротив нас, задумчиво опершись щекой на кулак.
— А что, если тебе стоит подойти с другой стороны? Я к тому, что сейчас в твоей привычной жизни появился чужой человек. Это, конечно, волнующе. Но, возможно, если ты найдёшь себе пару, то просто перестанешь обращать внимание на соседку? Голова будет забита другим. Да и ты будешь чаще гулять, меньше бывать в комнате…
— Из огня да в полымя… — я с сомнением оценила эту идею, понимая, что так проблем, наоборот, только прибавится.
— Ирма права, не будь такой упрямой, — возле уха раздался спокойный голос. — Хотя бы попробуй. Бедняга Фред уже извёлся весь, а тебе всё равно.
— Фред… Ну, не знаю, он меня не впечатлил. Хотя я и согласилась погулять с ним в эту субботу.
Девушки тотчас оживились, услышав столь важную новость. Стелла, на миг отпрянув, принялась трясти меня за плечи, чуть ли не расплескав мой чай.
— Это же великолепно! Мы обязательно придём к тебе и поможем собраться на свидание!
— Не… не надо! — я вздрогнула, представляя этот цирк.
Было дело, когда мне помогали. В лучшем случае это чудовищно выматывает. «Надень это, нет, теперь это, нет опять то с тем. Накрась так, а волосы сделай так, а теперь наоборот…» Ужас!
— Всё-всё, успокойся, ты уже никуда не денешься. Мы сделаем из тебя такую конфетку, что Фред с ума сойдёт от твоей красоты!
Я сдалась и принялась попивать немного странный на вкус чай, лишь бы успокоиться и отогнать подальше теперь ещё и мысли о выходных. Значит, необходимо придумать, куда деть соседа. Может, рассказать девушкам правду о нём? Они всё равно рано или поздно увидят ботана и узнают то, что я пытаюсь так тщательно скрыть. Нас ведь только двое с магией тьмы на курсе…
Нет. В таком случае они замучают его в субботу. После такого нападения юноша явно сам съедет от меня раньше времени. А я не хочу, чтобы он принимал такое решение. Что обо мне будут говорить после этого?!
Расскажу им лучше в воскресенье!
Пусть сосед поживёт пока. Хотя так бы они отстали от меня. Но… в голове проявились фантазии, как они будут вопить и донимать его, усложняя этим мои сборы ещё больше. Нет, точно, лучше в воскресенье. А то и вовсе повременить до лучшего случая…
⁺˚⋆｡°✩₊✩°｡⋆˚⁺
Мы поболтали ещё примерно час на разные темы, и я отвлеклась от моей насущной проблемы. Возможно, это разговоры так помогли, а может — подозрительный чай, но мне стало ощутимо легче. Словно гора с плеч свалилась. Попрощавшись с девушками, я вышла из их общежития в приподнятом настроении. На дворе стояла глубокая ночь, вынуждая меня тотчас поёжиться от холода и закутаться в длинный плащ, словно в одеяло. Поскорее бы в кроватку. Интересно, очкарь уже спит? Стоп, а как его зовут? Я остановилась, глядя на тёмный силуэт своей башни, в котором, судя по огонькам, было крайне мало ночных пташек. Моя комната на втором этаже тоже была без света. Ладно, нужно будет потом спросить у него имя, хотя бы ради приличия. А то как-то я приноровилась обзывать его по-разному, даже не подумав о нормальном знакомстве. Я перешла на бег и буквально за пару минут была уже внутри своего общежития. Благо на первой учебной неделе нет комендантского часа. Остановившись возле двери в свою комнату, перевела дух и дёрнула ручку. Та не поддалась. Какого?.. Да чтоб его! Неужели сосед думает, что его украдут, как принцессу? Руки принялись шарить по карманам в поисках ключа. Но чем дольше я искала, тем больше осознание его отсутствия наполняло голову. Проклятие, судя по всему, так спешила, что забыла его в комнате! В принципе, я же не закрывала за собой, так что неудивительно, что даже не обратила внимания на пустующие карманы. Недовольно сверля взглядом дверь в слабом освещении магических шаров на стенах, я постучала. Тишина. Скрипнув зубами, ощущая, как злюсь ещё больше оттого, что попала в такую дурацкую ситуацию, принялась стучать сильнее. Лучше бы тебе проснуться, очкарь, подобру-поздорову. Вместо моей двери открылась соседняя. Оттуда высунулась сонная девушка, окидывая меня недобрым взглядом: — Бель, если ты будешь продолжать шуметь, весь этаж проснётся! Имей совесть… — Знаю, брысь! — я топнула в её сторону, вынудив захлопнуть дверь. Так, жду ещё минуту и, если этот пёс не откроет дверь, я выбью окно, залезу в комнату и выкину его наружу. «Вот тебе и примирение…» Я помотала головой, с иронией вспоминая недавние советы Стеллы и Ирмы. Дверь, конечно же, не открылась, и, сжимая в ярости кулаки, я выбежала на улицу. Взгляд метнулся на тёмное окно, посылая лучи смерти «спящей красавице». Присев, я начала искать подходящие камушки возле клумбы. Насобирав горсть, принялась швырять их, стараясь попасть в окно. Но, к моему сожалению, благодаря ночи и волнению, я чаще промахивалась и попадала в соседние. Эх… Гулять, так гулять! Мне уже нечего терять. Несмотря на полдюжины камней, поразивших цель, сосед так и не проснулся. Что ж, выбора нет, придётся самой лезть в окно. Благо рядом рос ветвистый старый дуб. Слыхала, по нему не раз лазили во время комендантского часа… Так что я не первая, и уж точно не последняя. Вскарабкавшись, как кошка, я осторожно двинулась по массивной ветке, приближаясь к стене и заодно молясь, чтобы меня не скинуло ветром в кусты роз. Равновесие вроде получается держать. Оставшись на безопасном расстоянии, дальше ветка была куда тоньше и скрипела, я очередной раз взглянула вниз, а потом на стену. Осталось дело за малым: прыгнуть и ухватиться за плющ, густо покрывающий стену башни, попутно найти опору в выступающих камнях. После чего и до моего окна рукой подать. Я худенькая, так что думаю, как-то точно удержусь. Выдох. Недолго думая, я уверенно прыгнула. Влипла в стену и судорожно ухватилась руками за лозы плюща. Ботинки заскользили, поломав несколько веток растений, пока не упёрлись в желаемый каменный выступ под листвой. Выругавшись, я медленно выдохнула, стараясь совладать со страхом. Так. Пока повезло, осталось немного… Надеюсь, никто не видит этого позора. Я подняла взгляд в направлении окна… Открытого окна, из которого торчал мой сосед. Так как это было довольно-таки близко, я разглядела его тупую ухмылку. — Тебе жить надоело? Чего пялишься?! — Да нет, это тебе, похоже, надоело. Ты совсем из ума выжила? — Ты — дурак, закрыл дверь! Как мне ещё попасть в комнату? Юноша даже не скрывал свой торжествующий вид, явно наслаждаясь зрелищем: — Ты могла взять ключи перед уходом. Тебе кинуть их, поймаешь? — он подпёр щёку рукой. — Ах, ты ж, пёс, я тебя убью, когда долезу! Слышишь?! — Если я сейчас закрою створки, даже если ты долезешь, то не сможешь попасть внутрь… Будь благодарна, что я услышал, что за безобразие ты тут творишь и открыл проверить. — Раньше можно было открыть! Когда я возле двери была, дурак! — ветки под правой рукой стали рваться, и я прытко перехватилась за новые, чтобы не слететь. — Ну, коли я «дурак», пожалуй, закрою. Посмотрю, как ты «умная» попадёшь внутрь. Створки начали закрываться, и я закричала: — Стой-стой! Я не то имела в виду! — Да? — он помедлил и немного высунулся опять. — Что же тогда? Может быть, ты хотела извиниться и поблагодарить, что я открыл? Как можно сильнее сжав лозы плюща, я с трудом боролась с желанием накинуться на соседа и рухнуть с его наглой мордой в кусты роз. А там уже, чтобы мало не показалось, ещё и отпинала бы его. С другой стороны… — Ну так что, Бель, долго мне ещё мёрзнуть? Может, всё-таки извинишься? Или твоя гордость велит тебе остаться на стене башни до тех пор, пока утром не снимут учителя? — услышав это, я ощутила, как злость застелила мне глаза, перечеркнув даже малейшие намерения договориться. Никогда. Никогда я не скажу ничего подобного какому-то ботану! Это несправедливо! Мне не за что извиняться! Возвращаемся к плану с кустами роз! Может и не получится, но я попытаюсь! Легче на душе от этого точно станет. Зарычав, я напряглась всем телом и прыгнула в сторону окна в надежде ухватить этого умника и утащить с собой в ни в чём неповинные цветы. Сосед явно не ожидал такого отчаянного прыжка. Да и я, признаться, тоже. Я осознала, что делаю, лишь когда руки скользнули по пустоте без возможности зацепиться за что-либо. План явно не увенчался успехом. Когда я уже была готова рухнуть вниз, меня ловко ухватили за руку, а по талии заскользило что-то массивное, будто ещё одна рука, только куда больше. Оторвавшись от разглядывания испуганного лица соседа, я опустила взгляд, но увидела там лишь густую тьму. Будто пушинку меня подняли и втащили в окно, усадив на край стола с моей стороны комнаты. Я ошарашенно наблюдала, как массивная чёрная штука в форме руки втянулась в тело юноши, пока тот спокойно закрывал окна на задвижки. Мне оставалось в немом недоумении только переводить взгляд то на себя, то на ботана в пижаме. Сосед, как ни в чём не бывало, лёг обратно на постель и отвернулся лицом к стене. — Так, минуточку! — я наконец-то пришла в чувство и вновь обрела дар речи. Это была магия? Его или моя? Но если сосед меня достал, значит его, да? Он что, сотворил ещё одну руку? Что происходит?! Я продолжала лихорадочно дышать. В голове было столько волнующих вопросов, что я не знала, за какой из них зацепиться. Я была зла, но больше поражена тем, что произошло. Очкарик спас меня. Спас? Но это ведь по его вине я оказалась на проклятой стене башни! Только вот… Как юноша это сделал? Мы ведь только обрели свои стихии. Неужели он настолько силён в магии? С такой силой ведь можно сотворить что угодно… Бросив взгляд на соседа, я коснулась места на груди, ощущая, как сердце по-прежнему стремительно барахтается, уподобляясь пугливой птичке в клетке. От своих же догадок мне было немного не по себе. Но вместе с тем любопытство разгоралось лишь больше, сжигая страх, как солнечные лучи первый снег. Тихо спустившись со стола, я замерла, вперив взгляд на свою пустующую постель. После такого мне точно не удастся уснуть. Скинув плащ на стул и разувшись, я обошла цветастую ширму и присела на корточки возле кровати юноши. Мгновение внимательного рассматривания и я ткнула пальцем в его спину: — Ты спишь? — Да. — Точно? Возможно, ты хочешь поговорить. — Конечно, Аннабель, поэтому я и лёг с закрытыми глазами! — резко поднявшись, он в возмущении хлопнул руками по одеялу. Я хмыкнула, поднявшись и присаживаясь на край его постели. — Отлично! Я так и подумала, но решила переспросить! — было понятно, что сосед не это имел в виду, но мне почему-то было смешно видеть, как он злится. Да и что это получается, я одна не буду спать, терзая себя мыслями? Несправедливо. — Не издевайся надо мной, Аннабель! — Да кто же издевается? — я наигранно покрутила головой по сторонам в поисках мучителя. — Кстати, как тебя зовут? — Это неважно, я не собираюсь с тобой сближаться. Отстань от меня и дай поспать. — Тогда я буду величать тебя так, как мне вздумается, — опёршись рукой по другую сторону от его ног, я принялась рассматривать звёздное небо в окошке и стала задумчиво перечислять: — Ботан… Очкарь… Плешивый… Извращенец… Вздохнув настолько тяжело, будто на его плечи обрушилась башня нашего общежития, юноша перебил меня: — Достаточно. Меня зовут Себастьян. — Длинное… тебе совсем не подходит. Действительно, странное имя, как хоть сокращённо будет? Я принялась перебирать варианты, глядя на его лохматую голову: — Басти? Себас? Баст? — м-да, ерунда какая-то. Сдавшись, я проследила за движением его бледной руки, робко поправляющей прядь за ухо, и подытожила: — Ну, буду звать тебя Себас или Басти, по настроению… — Изволь, можешь просто забыть и впредь не трогать меня. И вообще, ты себя хорошо чувствуешь? — в голосе зазвучали стальные нотки. — Может, ещё под одеяло ко мне залезешь? Развалилась тут бесстыдно на полкровати… Он отвернулся. — Под одеяло? — я широко улыбнулась, принявшись накручивать на палец прядь своих волос. — Знаешь, а «извращенец» тебе куда больше подходит. Может, мне с тобой ещё и переспать? Поднявшись, я хмыкнула и горделиво пошла на свою сторону. Из-за ширмы раздался скрип кровати — сосед ворочался в поисках лучшей позы для сна. Что ж, юноша явно не умеет подначивать в ответ, судя по воцарившемуся молчанию. Эх, а затевалась неплохая словесная перепалка, у меня даже настроение поднялось. Жаль, что он стушевался так скоро. Переодевшись в льняную ночную сорочку, прикрывающую колени, я легла на свою постель: — Басти, — произнеся его имя, я немного смутилась. Это оказалось куда интимнее, чем я представляла ранее, — у нас завтра урок по магии тьмы, если не ошибаюсь. Ты пойдёшь? — Его не будет, преподаватель болеет, а заменить некому. Поэтому на этой неделе совместного занятия точно не будет. Вроде и грустно, но мне стало легче. Значит, никто не застанет нас вместе с соседом. Тайна продолжает таковой быть… — А ты в какой группе учишься? Я тебя раньше не видела. Если поразмыслить, то неудивительно, что я его не запомнила. Ранее я никогда не проявляла любопытства к другим людям. Такого… пристального и волнующего. Даже когда подруги с кем-то знакомили, я, не имея никакого интереса, забывала и лица, и имена уже на следующий день. — Четвёртая группа. Из-за этого мы и не встречались прежде, Аннабель. Ты ведь в третьей. А ваши занятия могли быть общими разве что с первой группой. Я улыбнулась уголками рта. Ну, отвечает, и то хорошо. Продолжать общение на его постели было бы задорно, но вместе с тем… немного неловко. А вот так — через ширму, со своей части комнаты — как-то поспокойнее. — Да, а ты, оказывается, и без уроков прекрасно владеешь магией. Неужели она проявилась до церемонии? — Это не твоё дело, — холодно отрезав, юноша добавил ещё острее: — Я вроде не так давно говорил, что не собираюсь с тобой сближаться. Мы не подружимся, так что брось эту глупую затею. Закатив глаза, я вздохнула. Больно мне нужно сближение с непонятно кем… Просто хотелось сгладить всё, чтобы было поприятнее жить вместе. Дружба не дружба, а комната ведь на двоих. — Ну и пожалуйста, я всего-то хотела узнать, смогу ли я так же. — Если захочешь — сможешь. Возможно, сейчас ты не умеешь правильно вкладывать магию в желание и управлять силой. Или ты просто-напросто слабая… Получается, сосед тогда вложил магию в желание? Он захотел меня спасти, поэтому и применил её? Испуганное лицо юноши, когда он меня поймал, возникло предо мной сейчас слишком уж явно. Широко распахнутые фиолетовые глаза, растрепавшиеся тёмные волосы, бледная кожа, подсвеченная луной… Ощутив странное покалывание в груди, я заворочалась, не в силах найти себе место. Глупый извращенец… Никакая я не слабая, просто ещё не разобралась в магии. Перевернувшись на бок, я подтянула одеяло под шею, буравя деревянный стол взглядом. — В эту субботу ко мне придут подруги. Они до сих пор не знают, что я живу с парнем. Поэтому я, как и в прошлый раз, скажу, что ты просто нелюдимая девушка. Отгорожу тебя ширмой, чтобы они не донимали. — Я побуду в библиотеке, так что можешь не волноваться. Но спасибо, что предупредила. Тыкая пальцем в стенку стола, я угукнула. — Да, тебе тоже спасибо за понимание. Я потом расскажу им правду, просто… — замолчав, я начала подбирать оправдания. Сосед словно почувствовал это и определил меня: — Не утруждай себя. Мне без разницы, что у тебя в голове. Это твои дела и жизнь. Всего-то не забывай предупреждать, если что-то намечается. Наверное, стоит сразу ему сказать, пока есть возможность: — В таком случае, если я опять забуду ключи, не запирай дверь. И в эту субботу я вернусь поздно ночью. Время для ответа слишком уж затянулось. Я уже хотела было закрыть веки, когда услышала: — Я посмотрю на твоё поведение и подумаю. Цокнув, я замерла. Нормально же общались, несмотря на его предыдущие «не хочу, не буду». Вот обязательно было напоследок сказать нечто дерзкое? — А у тебя крепкий сон, да, Басти? Тебя не разбудил мой стук в дверь, да и камни в окно не сразу помогли… — как бы невзначай спросила я, уже выстраивая план небольшой мести. А вот если бы нормально себя вёл, я бы забыла о случившемся в знак благодарности за спасение. Но колкий язык соседа предопределил его судьбу. — Да, очень. Тебе просто повезло, что я проснулся. Это могло и не сработать, Аннабель. Спала бы в клумбе. — Хорошо, спокойной ночи. — Угу. В очередной раз отметив его «учтивость», я перевернулась на спину. Мысли то и дело кружились в голове, мешая расслабиться и забыться сном. Впрочем, пока я и не стремилась к этому. Главной целью было дождаться, пока уснёт сосед. И вот спустя какое-то время послышалось размеренное сопение. Я откинула одеяло и поднялась, пытаясь вести себя как можно тише. Руки в свете луны скользнули в тумбочку в поисках несмываемой краски. Мы использовали её на зельеварении первого курса, чтобы отмечать всякую утварь: наносили на колбы чёрточки и надписи, чтоб они не стёрлись влажными пальцами. Сварить такую краску было одним из первых уроков. Это, по мнению преподавателя, было проще простого, хоть и требовало внимательности. Студенты старались, как могли, лишь бы случайно не запачкать руки или чтобы эта жижа не взорвалась в процессе готовки, делая из тебя посмешище минимум на неделю. По себе знаю. Ведь я была одной из тех, у кого оно взорвалось раза три за урок, пока не получилось смешать всё как следует. «Вот ты и пригодишься для великих дел, моя ненавистная». Я широко улыбнулась, когда находка победоносно сверкнула в лучи холодного лунного света. Прям что-то непристойное рисовать я не собиралась… По крайней мере, на открытых участках лица. Но так, всякие закорючки, конечно, поделаю. В случае чего скажу, что это его любимое божество метками наградило. От мыслей о грядущем я прыснула в кулак, чуть ли не рассмеявшись вслух. Но сдержалась. Еле-еле сдержалась… Бесшумно, словно кошка, я подошла к постели соседа. Открыв пузырёк, окунула туда кисточку, взятую ранее с тумбы. Наконец-то мне повезло, юноша даже спит на спине. Как мило. Будто готов принять своё наказание без суда и следствия. Я легонько убрала свободной рукой длинные чёрные пряди, полностью открывая его лицо. Помедлила, засмотревшись. Он точно юноша?.. Ах да, точно. Никак не привыкну к его смазливой внешности. Ходил бы без этой шторы почти на всё лицо, я бы свыклась. Затаив дыхание, я начала водить ему по лицу кисточкой, рисуя закрученные усы, как у нашего преподавателя по руноведению. Потом нарисовала слёзы, закусив губу, от накатывающего смеха. Он же ноет, что я плохая и довожу его, вот — доказательство на лицо. Я вздрогнула от очередного глотаемого смешка. Казалось, меня сейчас разорвёт пополам. Ускорилась, рисуя ему бородку и «то самое» на лбу, причинившее мне совсем недавно большую неловкость. При виде этого полотна, — лица с «изысканными узорами», я почувствовала, как из глаз по щекам катятся слёзы. Как прекрасно. Лицо соседа будто создано для моих каракуль. Восхитительно дополняют друг друга. Не в силах больше сдерживаться, я хохотнула. Вмиг закрыла рот рукой и отставила флакончик с кисточкой на стол, чтобы случайно не пролить оставшееся. Впрочем, почему я волнуюсь? Юноша сам признался, что крепко спит. Я перевела взгляд с флакона на спящего. Его глаза непонимающе смотрели на меня… Открытые. Видя результат своих трудов в сочетании с его недоумевающим сонным взглядом, я заржала, как безумная лошадь, на всю комнату. А возможно, и на всю башню. Себастьян поднял руку к щеке, наверное, ощущая влажные следы. Но было поздно, «искусство» высыхало почти молниеносно. Стоило нанести краску, несколько мгновений — и всё. Процесс необратим. Юноша резво схватил меня за кисть, предотвращая побег, и зло зашипел: — Что ты натворила?! — А что сразу я? Ты сам говорил, что метки — это дело рук Фоскора, — продолжая содрогаться от смеха, я начала вытирать свободной рукой непрекращающиеся слёзы. — Ах ты ж, мелкая засранка… — я кинула на него недоумевающий взгляд, удивляясь новому ругательству. Но боги, какое же у него смешное лицо, особенно когда злится. Я опять захохотала, а он схватил меня за талию и грубо швырнул на свою постель. Ахнув, я закрыла лицо руками, стараясь успокоиться. Но тут меня резко прижали к покрывалу. Взглянув на него, я драматично вскрикнула: — О нет, сударь, держите свои смазливые усы подальше от невинного тела юной девы! — после собственных слов меня опять охватил хохот. Сосед довольно-таки ловко взял меня за кисти и развёл их в стороны, открывая лицо. Из-за дурачества я немного потеряла бдительность. Но как я могла иначе? Я замерла, когда увидела в его руках ту самую бутылочку, которую оставила на столе. Так, стоп, а что меня держит, если его руки заняты пузырьком и кисточкой?! Я посмотрела по сторонам, обнаруживая чёрные, словно из густого дыма, руки, прижимающие мои кисти к постели. То же что и было тогда, при спасении! — Эй, это нечестно! — я начала брыкаться, стараясь скинуть юношу, усевшегося на меня. — Услуга за услугу, Бель, — ядовито сказал он. — Головой нужно было думать перед тем, как такое вытворять. Довольно улыбаясь, сосед не спеша мокнул кисточку во флакончик. — Себастьян, подожди-подожди! Давай договоримся? Не нужно мне ничего рисовать! — но сосед уже склонился над моим лицом. Длинные пряди были закинуты за уши, оголяя разрисованное мною лицо. Я была одновременно и напугана, что меня сейчас ждёт та же участь, и не могла успокоиться от его уморительного вида. В голове всплыла возможная реакция подруг на разрисованную меня, вынудив закричать опять: — Нет! Подожди! Я сделаю всё, что захочешь! Отпусти! Проклятие, Себас, у меня же свидание в субботу, пожалей меня! Оно же не сотрётся до этого дня… Юноша даже не думал останавливаться, а после моих слов его улыбка стала ещё шире: — Ох, Аннабель, а вдруг твоему парню нравятся бородатые девушки? Ты мне потом спасибо скажешь. Кисть начала водить по лицу, а я бурчала в его адрес, смотря в эти наглые, торжествующие глаза: — Тебе конец. Я убью тебя, слышишь?! Теперь тебе точно стоит бояться засыпать. Я сделаю… Не знаю что, но я точно придумаю что-то! — Да-да, пыхти-пыхти, я тебе, если будешь много говорить, ещё и шею обрисую. Так что советую хоть сейчас подумать головой. — Пёс… — произнесла вполголоса и скрипнула зубами. Больше ни один из нас не проронил ни слова. Я, сдерживая злость, лежала и смотрела в самодовольную физиономию соседа, пока он осквернял моё прекрасное лицо не пойми какими рисунками. Надеюсь, он не изобразит мне то же самое, что у него на лбу. Впрочем, Дафне понравится такое выдающееся искусство. А как Фреду-то понравится… Восхитительно. Удружил, Себастьян, спасибо. От мыслей, как я разрисованная предстаю перед юношей на свидании, мне стало вновь смешно. Я расплылась в улыбке, понимая, что смирилась. Если бы я сделала «злодеяние» бесшумно, тогда вопросов не возникло бы, а так… Сама виновата, что выдала себя хохотом. Вот тебе и наказание, Бель… — Успокоилась? — он хмыкнул, отставляя опустевший флакон. — Да, а что? Теперь хочешь овладеть и телом «бородатой девушки»? Вот какие у тебя вкусы, извращенец? — А тебе интересны мои вкусы, что ты так печёшься о них? — Нет, не фантазируй, Себастьян. Слезай уже, а то пригрелся, я смотрю. — Не думай, что я испытал радость и восторг от прикосновений к тебе, — юноша слез с меня и, отпустив мои руки, развеял чары. Поднявшись, я поправила задравшуюся ночную сорочку и отправилась искать зеркальце. Бросив недовольный взгляд через плечо, прошипела: — Я так и подумала. Теперь воспоминаний хватит не на одну ночь, да? — приблизившись ближе к окошку, я окинула взглядом своё отражение: пышная борода вокруг рта, нахмуренные брови, круги под глазами, какие-то непонятные метки, то ли шрамы, то ли морщины. А на лбу… — Ты издеваешься? Что это?! — я просунула голову на его сторону и задрала чёлку вверх. — Это, моя уважаемая, то, о чём ты постоянно думаешь. Скривившись, я пригладила волосы обратно и отложила зеркало в сторону. Но настроение быстро сменилось, и я коварно прошептала: — Похоже, не одна я об этом думаю, Басти… — Что?! — он потянулся через стол, схватил зеркальце и принялся себя рассматривать. Не прошло и минуты, как ошарашенный взгляд юноши поднялся на меня. Себас вздохнул. — Какое-то у нас бородато-членистое братство тёмной магии. Поздравляю, теперь мы с тобой особенные не только из-за стихии, но и из-за… боевого раскраса. Я засмеялась, будто нас теперь объединяет действительно нечто великое и невероятное. И хватило же ума нарисовать друг другу мужское достоинство? Тяжело выдохнув, я села на кровать. Проклятие… так устала за всеми прогулками, прыжками, кувырканиями в постели. Сил совсем не осталось. — Ты меня утомил. — Конечно, это ведь я начал тебе разрисовывать, Аннабель. — Но ты продолжил, Себастьян. Разозлил своими высокомерными ответами, так что нечего удивляться моему поведению. — Да понял я уже. С тобой поживёшь и уже ничему не будешь удивляться. — Ой, иди поплачь тогда. А стой… — я улыбнулась с вызовом, вспоминая, что нарисованные слёзы будут красоваться на его лице ещё недельку так точно. — Я ложусь спать, Аннабель. И если ты опять полезешь ко мне, я прикую тебя магией к постели до утра. Ты поняла? — Поняла, больно хотелось… — я легла и укрылась одеялом, размышляя о том, смогу ли вообще уснуть с таким количеством переполняющих меня эмоций. Но, несмотря на это, уснула я быстро. Словно моргнула — и вот уже утро. А рядом звенит будильник-птичка, прямо выпрашивая, чтобы я его привычно сбила на пол. — Советую подняться и начать собираться на занятия, а то будешь бежать с таким лицом — людям на смех, — до меня донёсся спокойный голос. Я подорвалась, скидывая одеяло на пол. Пара сонных, совсем неуклюжих шагов — и я оттолкнула стоявшего возле зеркала юношу. Рассматривая себя в утреннем свете, процедила сквозь зубы: — Проклятие, Себастьян, это выглядит куда хуже, чем казалось ночью. Обязательно было рисовать ещё и круги под глазами? — Полно, Бель, тебе всё равно слова не скажут. Замотаешься шарфом, а на лоб натянешь повязку. Хмурясь, я развернулась к соседу. Он уже был собран. — Угу, а глаза куда деть?! — А что, так стыдно после вчерашнего? — Как смешно, Басти, сейчас умру от смеха, — цокнув, я опять повернулась к зеркалу и продолжила рассматривать каракули. — Наконец-то появился человек, который шутит ещё хуже меня. Хоть какая-то радость. — Меньше слов — больше дела. Тебе ещё собираться. Скривившись, я принялась копаться в шкафу в поисках одежды и шарфа. Сосед тем временем навязал повязку на лбу, спрятав её под длинными чёрными прядями, после намотал шарф на и так почти закрытое лицо и вышел, оставляя меня одну. — Хоть бы слово сказал на прощанье… — бросив взгляд на закрытую дверь, я торопливо продолжила сборы. Ладно. Пусть катится. Что-то он слишком дерзкий стал. Я оделась, но шарф так и не смогла найти. Наверное, во время уборки Себастьян его куда-то запрятал. Переворачивать всё не хотелось, да и времени не было. Поэтому я открыла шкаф юноши и обнаружила там два одинаковых угольных шарфа, каждый с вышитым на конце фиолетовым месяцем. Вроде в таком же сосед и вышел. Похоже, кто-то очень их любит. В принципе, учитывая вечно закрытое лицо Себастьяна, неудивительно. Я уверенно взяла один из них. Ну, думаю, сосед не будет против. Сам же предложил замотаться шарфом. На голову же накинула свой бордовый платок, как косынку, завязав сзади на узел. Под глазами из-под шарфа всё равно виднелись круги. Вот же… Я попыталась немного смягчить это дело макияжем, но не особо вышло. Послав всё подальше, подхватила сумку и забросила туда необходимые на сегодня книги. После чего поспешила покинуть комнату, не забыв запереть её на ключ. Голову старалась держать низко опущенной, ещё и накинула капюшон мантии, чтобы не привлекать лишнего внимания. Позади остались башни и парк. Всё проходило вполне сносно, что подарило мне зыбкую надежду на спокойный день. Я уже шла по главной дороге, когда почувствовала, как по спине кто-то хлопнул ладошкой. Не оборачиваясь, я ответила: — Привет. Впереди с обеих сторон возникли лица моих подруг, которые принялись меня рассматривать: — Утречка, Бель! Ты чего такая смурная? Случилось что? Я расправила плечи и, придав себе уверенный вид, зашагала вперёд, как бы невзначай заметив: — С каких пор Стелла начала приходить вовремя? — Моя соседка — очень ранняя пташка, невозможно проспать, так что приходится менять привычки. А с тобой что, Аннабель? Ты простыла вчера? Тему перевести не удалось. Дафна обогнала меня, вынудив остановиться: — Аннабель, с тобой всё в порядке? Ты вчера разве ходила на свидание? Вспомнив о свидании, я тягостно вздохнула, предвкушая этот позор с таким-то «макияжем» от Себаса: — Нет, эта псина закрылась, и мне пришлось лезть ночью в комнату через окно. — Псина? — Окно? — девушки переглянулись, а потом, когда до них дошёл смысл моих слов, обе, не сговариваясь, ахнули. Стелла сочла необходимым объяснить ситуацию растерянной Дафне: — Бель вчера поздно вечером заглянула ко мне. Была такой грустной, жаловалась на соседку. И, похоже, наши советы не слишком ей помогли. Я кивнула, подтверждая слова Стеллы: — Да, соседка закрыла дверь на ключ и дрыхла без задних ног, — натянув повыше шарф, я возобновила шаг. — Боги, ты не пострадала? — Дафна сжала мою руку, сплетая наши пальцы в замок, явно волнуясь. — Нет… — А соседка? Не думаю, что ты погладила её по головке за подобное, — Стелла захихикала, попутно убирая белый локон за ухо. — Кстати, что у тебя с лицом? И заметили же, хотя странно было бы не заметить. — Мы обе пострадали. Я покажу, если обещаете сильно не смеяться и помочь что-то с этим сделать. Девушки вновь одновременно закивали и потащили меня с дорожки в кусты с горящими от любопытства глазами. Стены самшита по велению Дафны разомкнулись перед нами и спустя пару мгновений сомкнулись уже за нашими спинами. Я оглянулась по сторонам, чтобы лишний раз убедиться, что поблизости никого. Затем быстро одной рукой приподняла на голове платок, а второй опустила шарф с лица. Девочки заржали, как лошади, на всю округу. Как и ожидалось от лучших подруг. Впрочем, я бы и сама не сдержалась, но сейчас мне что-то не так смешно, как ночью. Я быстро натянула всё обратно, спрятав лицо. Подруги по-прежнему заливались смехом, опираясь друг на друга и вытирая слёзы. Дафна пришла в себя первая и кивнула в мою сторону: — Зачётная «коряга» на лбу. — Спасибо, я знала, что ты оценишь. А будь я парнем, вообще растаяла бы от такой похвалы от магички земли. Стелла, пытаясь успокоиться, глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз и похлопала меня по плечу: — Знаешь, твоя соседка невероятная. Я бы хотела с ней познакомиться. Думаю, она бы точно вписалась в нашу компанию. Я нахмурилась, отвергая эту затею: — Не думаю. Она меня приводит в бешенство. — Что-то мне подсказывает, что ты первая начала. Скажи, а она тоже ходит такой красоткой? — Дафна взяла меня и Стеллу под руки, после чего создала проём в зелёной стене и вывела нас обратно на дорогу со снующими студентами. Я с грустью отметила, как шатенка уверенно пользуется магией уже на третий день после её обретения, и промямлила: — Да… Я хотела ей отомстить за запертую дверь, но не сдержала хохот, и соседка проснулась. В отместку она разрисовала и меня. Только вот к субботе это явно не сотрётся… Стелла серьёзно посмотрела на меня сизыми глазами. Удручённо покачав головой, звеня массивными серьгами, она подтвердила мои опасения: — Это да, даже мои старые зелья тут не помогут. После занятий я постараюсь что-нибудь придумать против этого безобразия. — Спасибо, Стеллочка, — тепло улыбнувшись ей, я ощутила некое облегчение, и робкая надежда вновь затрепетала у меня глубоко в груди. Я искренне рассчитываю на тебя, моя дорогая, ты сможешь! Не идти же мне на свидание «такой»?
