Когда-то все было нормально

      Изящные, тонкие ладони мягко коснулись тяжело вздымающейся груди, облаченной в красную водолазку, и приложили силу, чтобы остановить жесткий напор со стороны.       Почувствовав сопротивление, все действия прекратились, а тело напротив в недоумении отстранилось, заглядывая в стыдливые глаза виновнику.       – Что-то не так? – выдыхая, поинтересовался Блиц, не торопясь раздеться.       – Все хорошо, Блици, просто…       Нервно заламывая и теребя между собой пальцы, Столас не мог ничего сказать, не мог озвучить свою просьбу, поэтому лишь мялся и виновато отводил глаза.       Бес же, конечно, ждал, когда ему скажут, в чем проблема, что его остановили от процесса выполнения их ежемесячного договора, но его терпение не было резиновым как презерватив в упаковке на тумбочке. Он раздраженно вздохнул, перехватил нежные ладони принца и прижал их к кровати, хвостом потянув за пояс вельветового халата, чтобы его развязать и оголить пушистое тело под ним.       – Столас, я за сегодня устал и у меня нет времени на твои фетиши. Давай в этот раз без горничных и медсестер? Обещаю, в следующий раз будет, че захочешь, – деловито произнес Блиц, когда…       – Нет!       …когда его ладони не смогли удержать другие, потому что Столас вырвался и не позволил стянуть с него верхнюю одежду, что крайне обескуражило беса. Блиц в немом шоке раскрыл рот и даже не шелохнулся откинутыми руками. Через пять секунд он просто убрал ладони и сел, теперь собираясь выслушать принца, потому фиг знает, что у него там вообще в голове.       Столас опешил от своего поведения, что сам вскинул брови и раскрыл рот, глядя на свои руки, а после на недовольного бесенка напротив него.       – Извини, Блици! Это случайно получилось.       – Надеюсь, въебать случайно ты мне не собираешься? – бес стал издеваться, сложив руки на груди.       – Нет, что ты..       – Говори уже, что не так, что ты решил брыкаться. Неудачную интимную стрижку сделал? – хмыкнув, предположил Блиц, также показав, что зла на него не держит.       – Я просто подумал…       И Столас снова ломался как последняя девственница, показывая жестами, как он волнуется. Чуть ли перья на себе не рвет и почти не дышит.       Мягкие кончики указательных пальцев соприкасаются, изображая неловкость, и принц наконец раскрывает клюв, чтобы на одном вздохе высказать все.       – …мы слишком быстро приступаем к самому сексу, и наши прелюдии для меня оставляют желать лучшего… – тихонько проговорил Гоэтия, глядя на разбросанные в разные стороны кончики пояса его халата. – Я хотел бы, чтобы мы больше целовались.       Выслушав все до последнего добивающего слова, Блиц встретился с наконец поднятым взглядом Столаса, показав свое удивление и увидев его надежду, мелькающую мелкими быстро угасающими звездочками в глазах. Бес приоткрыл рот и выдавил из себя лишь недолгое «Э…», не зная, что на самом деле будет уместно сказать и что он вообще думает на этот счет.       Точно. Что же он сам думает об этом?       На самом деле, ничего такого, кроме более длительного процесса выполнения их договора, иначе секса, он не нашел. Но радует ли это его? Это не было для Блица актом любви, коим это является. Это было просто договоренностью, рутиной, которую он выполняет ради своей выгоды, поэтому будет оно дольше или короче – без разницы.       Он и так много натерпелся от всяких капканов, костюмов, шибари и прочего говна, навязанного этим пернатым, которое бес без труда вынес. Это не работа в офисе, чтобы переживать и трястись над каждой минутой. Где-то в глубине себя Блиц пытался отрицать факт того, что этот договор спасает его от недотраха и спонсирует вполне неплохим обоюдным сексом.       Так, что же он думает?       Его не тянет блевать от Столаса.       Это его ночь, и договор зависит от него. И как же херово держать эту мысль в голове…       Ну, хотя бы Блиц от него не зависит. Так ведь?       – Окей, но не обязательно было доносить это так, будто ты хотел предложить гэнг-бэнг со мной в главной роли, – хмыкнул Блиц, невидимо смахнув шлейф неловкости.       Столас буквально мигом расцвел, когда осознал, что его предложение приняли так спокойно, так еще и без всяких уговоров! В глазах не то что звездочки искрились, а пылал целый пожар от предвкушения ощущений!       Он прям чувствовал эти желанные губы на своих, что так нежно целуют его, его душу.       И до этого было недалеко.       – Эй, расслабься, птичка, а то еще от нервов яйцо снесешь, – Блиц видел, как принц от радости чуть не подпрыгнул, поэтому постарался его успокоить.       Они вместе хихикнули и снова взглянули друг на друга, не зная, с чего начать.       Смешно, что теперь обоим стало неловко, ведь естественный процесс, который происходит сам собой по инструкции в голове, прервался и нужно начинать с определенного чекпоинта.       Чуть поддавшись вперед, Блиц взял инициативу на себя (как правило), метаясь между распахнутыми от волнения глазами принца и его приоткрытым клювом. Бес прикрыл глаза, легко касаясь своими губами его, неторопливо сминая, дожидаясь, когда Столас вольется в процесс и подхватит его темп.       Долго ждать не пришлось. Уже через две секунды вместо обмена неловкими взглядами и нерешительностью появилась нежность и трепет двух сердец, ведь они не часто просто так брали и целовались как смущенные подростки.       Раньше это все было быстро, грязно, даже с привкусом крови, слюняво и иногда совсем не сексуально, что было под стать под их секс, который иногда проходил даже без поцелуев, но сейчас… Столас просил как раз-таки об этом. Именно этого он и хотел.       И получил. Так счастлив, что получил.       Медленные движения губ, не травмирующие, чтобы показать все чувства, чтобы показать любовь. Глухие причмокивания, раззадорившие их пыл еще сильнее, после чего обычные легкие поцелуи плавно перетекли в сладкие французские.       Ладонь Блица поглаживала шею и затылок принца, добавляя еще больше приятных ощущений, особенно того, что ему не дают отстраниться.       Через каких-то казалось бы незначительных двух минут обмена нежными прикосновениями губ они отстранились, снова и сразу глядя друг на друга с тяжелым дыханием.       Блиц неловко покашлял, отворачиваясь в сторону, потому что понял, что теперь ему есть что скрывать на своем красном лице.       – Ладно.. Это было не так плохо. В принципе, это можно ввести в прелюдии, – делая одолжение, проговорил бес.       Огонь в глазах Столаса пылал все ярче.