The Irony of Fate

— Эй! — Чимин швыряет подушку в Юнги, которого он пытается разбудить вот уже двадцать минут. — Я кому говорю, вставай! — Всё-всё. Встаю я, — не открывая глаз сонно пробормотал Мин и обнял одеяло. — Ты это уже говорил! Даже встал с кровати, но только я отвернулся, как ты опять храпишь! Юнги начинает хныкать, уткнувшись лицом в подушку, но Чимин беспощаден и кидает на убитого горем друга школьную форму. Тот, с горем пополам, встал, и поплелся в ванную, проторчав там добрые пол часа. — У нас меньше двадцати минут, так что пошевеливайся! — прикрикнул Пак, когда заглянул в ванную и увидел, что Юнги курит на окне. Мин протянул другу пачку, но он отказался. Да и, если задуматься, он всего пару раз в жизни видел как Чимин курил, и то когда был очень пьян. Он говорит что не хочет, а дебилов, которые бы настаивали, в его окружении нет. Хоть времени и было в обрез, Юнги в него уложился. В конце концов, он не бессмертный, чтобы выводить Чимина из себя. Его то, в отличие от Мина, пакетом леденцов не подкупишь. Омега даже решил обойтись сегодня совершенно без макияжа. Чимин его вообще никогда не наносит в школу, и Юнги сделал вывод, что эта и есть причина, почему Пак успевает собраться быстрее него. — Доброе утро, господин Мин , господин Пак, — поприветствовал вышедших из комнаты омег Ён, на что Чимин мило улыбнулся. — Доброе, — пробормотал всё ещё сонный Юнги. Чтобы хоть немного взбодриться, Мин подтянулся, подняв руки вверх и наклонившись в одну и в другую сторону. От этих движений, его рубашка выправилась из брюк, что не удалось от внимательного Ëна. Он вздохнул, и подошёл к омеге, чтобы заправить рубашку на место. — Я и сам могу, — возмутила Юнги, но отстраняться не стал. — Конечно можете, — с улыбкой ответил Ён, при этом продолжая поправлять форму. — Чонки ещё дома? — нехотя поинтересовался младший Мин. Он, конечно, уже не маленький зашуганный мальчик, который до ужаса боится рассердить старшего брата, но и пересекаться с ним лишний раз нет никакого желания. Никогда не было, сколько себя помнит. Любое упоминание о Чонки вызывает раздражение, даже сейчас. Но когда Юнги получает отрицательный ответ, настроение становиться куда лучше. После быстрого завтрака, за которым Юнги ест в основном сладкое, а Чимин выпивает стакан воды, омеги садятся в машину, и отправились в путь. А когда они спорили о том, можно ли умереть, если пять лет питаться исключительно мармеладом, Чимину позвонил Чонгук. Пак долго смотрел на экран телефона, после чего сбросил вызов. Но не успел он убрать телефон в карман, как ему приходит сообщение, потом ещё одно и ещё… «Чимина, я звонил тебе несколько раз, но ты, наверное, не заметил T-T» «Хотел сказать, что родители сегодня не вернуться домой, и я один помру со скуки T^T» «Поэтому возвращайся домой по раньше, и Юнги с собой прихвати ;)» «Не опаздывай в школу и позвони мне как сможешь :3» «Целую ♡» — Дурацкие смайлики, — буркнул себе под нос Чимин и убрал телефон в карман.

***

— Чонки, что случилось? — спрашивает Минхёк войдя в кабинет, сразу же подмечая валяющиеся на полу предметы, и аккуратно переступая через них. — Ты… — Немедленно узнай, кто, чёрт возьми, шлёт эти письма! — рявкнул Мин и швырнул на стол конверт, из которого выпала фотография. Минхёк подошёл к столу, и, как только увидел кто запечатлëн на снимке, схватил его в руки. На фотографии Юнги в открытом настежь окне машины. Невооружённым глазом видно, что снято где-то на территории школы, что уже кажется невозможным. Попасть туда можно только учащимся с пропуском и родственникам, по специальному приглашению или при предоставлении документов и пройдя строгий досмотр. А всё потому, что родители учащихся неплохо вложились в это учебное заведение, чтобы обеспечить своим детям безопасность. Ведь у актёров полно фанатов или недоброжелателей, а у бизнесменов — врагов, что уж говорить о чиновниках, депутатах и правящей семье. И вот, на территорию настолько охраняемого объекта попал человек с хорошей камерой, для такого чёткого изображения. Какова же тогда вероятность того, что в следующий раз он не придёт с оружием? — Юнги сейчас на занятиях, — уже сдержаннее произнёс Мин. — Распорядись чтобы он был дома через пятнадцать минут, а потом найди того, кто проник на территорию учебного заведения. Хоть вверх дном там всё переверни. Допроси всех, начиная с директора, заканчивая садовниками и охраной. Душу вытрясти, но узнай как и кем была сделана эта фотография. — Понял. Как только Минхёк выходит за дверь Чонки с силой пинает стоящий рядом стул, и тот с грохотом падает на пол. За две недели им не удалось выяснить ничего о том, кто бы мог захватить Джукван, да ещё и так бесшумно. Это всё равно что прыгнуть в воду, не подняв при этом брызги. Альфу разрывает от мысли о том, что кто-то решил пойти против него. Против деда никто не посмел, против отца ни один не решился, а тут раз, и появился смельчак. Но Чонки такого не потерпит. Кто бы то ни был, его ждёт только мучительная смерть. И раз уж он уже успел привлечь столько внимания к своей персоне, да ещё и осмелился бросать Мину вызов, отправляя фотографии Юнги, то Чонки лично с ним расправиться. Как раз и утихомирит свой гнев, и другим не повадно будет. Альфа снова берёт фотографию, долго смотрит на надпись «у тебя очень милый братишка» на обратной стороне, а потом убирает в ящик стола. Он и на шаг к Юнги никого не подпустит, не говоря уже о том, что позволит прикоснуться хоть пальцем.

***

— Эй! Да какого хрена?! — продолжает возмущаться омега, пока его насильно ведут к машине. — Я отказываюсь куда-либо ехать, пока мне не объяснят что происходит! Не то чтобы Юнги очень хотелось остаться в школе, но его так внезапно забрали прямо с начала урока, при этом ничего толком не объяснив. Люди брата лишь повторяли что это приказ, совершенно не понимая, что от этих слов желание садится в машину отпадает в двойное. — Господин Мин, — раздаётся голос со стороны стоящей на парковке машины, из которой выходит омега. — Ён! — Юнги вырывается и бежит к нему. Что бы сейчас не происходило, Ён уж точно расскажет всё и не соврёт. — Что происходит? — Я тоже не всё знаю, но уверяю вас, ничего страшного. Ваш брат просто приказал привезти вас домой, поэтому не стоит волноваться. Юнги внимательно посмотрел на омегу, но не увидел в нем желания обмануть. Что ж, Ён тоже ничего не знает, а спросить больше некого. Придётся довериться и ехать домой. — Нигде от него покоя нет. Уже и в школе меня достаёт, — раздражённо бубнит себе под нос омега и садиться в машину. Всю дорогу домой Юнги не покидало тревожное чувство. Хоть все вокруг и говорят, что всё в порядке, но уж больно они дёрганные. Он уже даже напридумывал себе кучу сюжетов дальнейшего развития событий, но ничего из пришедшего в голову не произошло. Юнги с Ёном входят во дворец, где на младшего омегу тут же устремились удивлённые взгляды, которые было невозможно не заметить. Очевидно, что никто из прислуги не ждал такого скорого возвращения, поэтому версия о том, что Чонки снова узнал о его «похождениях» и приказал притащить домой, чтобы провести допрос с пристрастием и лекцию о том, как быть послушным домашним животным, отпадает. Если бы это было так, вся прислуга была бы в курсе. — Приготовьте господину Мину чай и накройте стол в саду, — твёрдым голосом привлекает к себе внимание Ён, заставляя растерявшуюся прислугу собраться. Все тут же зашевелились, кто на кухню, кто в сад, а остальные продолжили заниматься незаконченными делами. — Господин Мин, мне помочь вам? — обратился Ён уже к Юнги. — Я сам в состоянии принять душ и переодеться. Сколько раз повторять, что я уже достаточно взрослый и пора уже перестать со мной нянчиться! — Когда-нибудь перестану, — с улыбкой произнёс он, и направляется в сторону кухни, помочь с чаем. — Да, господин уже во дворце… Понял, — донёсся до слуха голос из-за лестницы, откуда в следующую секунду вышел один из людей Чонки, который забирал Юнги со школы. Ён быстро опустил глаза и ускорил шаг. Он не глупый и прекрасно всё понимает. Раз никого не посвятили в курс дела, то произошло что-то серьёзное. И если всё так, то лучше не совать свой нос в это. Юнги тем временем поднялся в комнату, прикурил на окне в ванной, сполоснулся в душе и переоделся, всё время ожидая подвоха. Но ни в тот момент, ни когда он спустился пить чай в саду, ничего не произошло. А Юнги отметил, что давно не пил чай здесь в одиночестве, и решил делать это почаще. Успокаивает.

***

Чимин входит в дом, и передав рюкзак прислуге идёт на кухню за стаканом воды. — Чимина? — послышался голос со стороны лестницы, затем быстрые шаги и через секунду в дверном проёме появляется Чонгук, в одной длинной футболке до середины бедра и пучком на затылке. — Ты рано сегодня. Как в школе? А где Юнги? Старший повертел головой и выглянул в коридор, надеясь найти Мина там. — Юнги здесь нет, — ответил Чимин, и отпил из стакана. — Нет? Почему? — Там что-то произошло… — омега задумался, вспоминая как Юнги забрали прямо с урока, а после он с окна видел как его буквально тащили в машину. — Люди Чонки увели его посреди занятий, затолкали в машину и увезли. Я дождался перемены и начал названивать ему, но он не берëт трубку. Без Юнги в школе делать нечего, поэтому я ушёл домой. Чимин только успевать договорить, как в кармане завибрировал мобильник. — Это Юнги, — посмотрев на экран произнёс Чимин, тут же прднял трубку и поставил звонок на громкую связь, так как Чонгук сто процентов начнёт выпытывать подробности разговора, а пересказывать ему будет лень. — Да? — Чимина, прости, я не заметил что ты звонил. Переживал наверное, — виновато произносит Юнги. — Придурок! Переживал конечно! Это было похоже на похищение, средь бело дня. А ты ещё и трубку не берёшь! — Ну прости. — Проехали. Давай быстрее, что там у тебя происходит? — Притащили домой, напоили чаем и отправили в комнату. — Не смешно, дурак! Давай серьёзно! — возмутился Чимин, совершенно не понимая, почему Юнги вообще решил шутить в такой ситуации. — Я серьёзен как никогда! Так всё и было! Я то думал сейчас этот увалень притащится, но нет. Он дома не появлялся, никаких особых распоряжений не давал. — Что за… — Не спрашивай, — перебил Мин. — Я и сам понятия не имею. — Ладно, — Чимин накрыл лоб ладонью. Так нервничал, что голова разболелась. — Заедешь к нам сегодня? — Это вряд ли, — Юнги приоткрыл дверь и выглянул в коридор. — Нашли дурака. Думали я не замечу. — Что там? — Охраны в коридоре стало куда больше. То же самое и по всей территории дворца. Меня дальше комнаты не отпускают. — Значит что-то всё-таки происходит. — Разве, Чонки не забил бы тревогу, будь это что-то очень серьёзным, — вставил слово Чонгук. Юнги вернулся на подоконник и прсмотрел на рассредоточившуюся по периметру охрану. То, что это всё неспроста и так понятно, но одними догадками до правды не докопаться. — Как узнаю что-нибудь новое, наберу вам. А пока, до завтра. Встретимся в школе.

***

— Я нашёл его, — ворвавшись в кабинет объявил Минхёк, привлекая к себе внимание обсуждающего что-то с секретарём Чонки. Услышав первые, за последние несколько недель, хорошие новости, альфа тут же отослал секретаря из кабинета, а сам достал из выдвижного ящика стола снимок. — Продолжай. — Сын Сонбон, двадцать семь лет, не имеет официального места работы, зарабатывает на жизнь скандальными и не очень фотографиями медийных личностей. Мы с ним уже как-то пересекались, и он продал нам фото. — Ты же сам понимаешь, что это не то? — раздраженно произнёс Чонки. — Это не просто фото, для получения денег. Это прямая угроза, и вызов. В том письме было сказано, что он заберёт у меня всё. Сначала Джуквана, теперь эти намёки с фотографией. — Так и есть, за ним кто-то стоит. Поэтому, я приказал парням найти этого фотографа, и он уже на пути в укромное местечко. Сейчас поеду пообщаюсь с ним. — Если он как-то связан с тем гадом, который сейчас держит оборону на стенах Джуквана, и участвует в заговоре связанным с Юнги, — Чонки протягивает Паку конверт с фотографией, — Постарайся, чтобы он не покинул этот мир спокойно. — Сделаю всё в лучшем виде.

***

— Объяснишься? Явно недовольный Хосок встал напротив сидящего в своём кресле Намджуна, сложив руки на груди, выражением своего лица вызвав на губах старшего улыбку. — Хорошо что ты спросил, я как раз собирался рассказать, — соврал Ким сразу понимая о чём речь. На самом деле, ничего он рассказывать не собирался, всё равно это бы позже всплыло, но Хосок узнал обо всём раньше чем он думал. — Зачем ты отправил Мину фото? — Да просто так. Играю на его нервишках. — Оно ведь было сделано раньше, чем ты предложил внести в план поправки. Ты был так уверен, что я смогу это устроить? — Конечно. — Намджун! — Да что с тобой? — рассмеялся Ким. — С того момента, как мы сюда приехали, ты чуть ли ни каждый шаг контролируешь. Может ты ещё напротив каждого выполнено пункта в плане галочки начнёшь ставишь? Что за бред? Когда мы вообще строго придерживались плана? — Это дело не то, чем мы занимаемся обычно. — Неа, — указав на Хосока пальцем оспорил Намджун. — Это одно и то же: кто-то переходит нам дорогу, а мы с ним расправляемся. Чонки и его подручные не исключение. Да, дело покрупнее и рисков больше, но суть то та же. И я не буду придавать этому большее значение, играя так, как захочу. — Ты что, забыл… — Эй! — Намджун поднимается и подходит к Хосоку вплотную. — Не ты ли говорил мне об эмоциях? Да, эти подонки отняли у нас всё, но только потому что мы были слабы и позволили им. Но не сейчас. Забудь, и просто отыграйся по полной. Называй это как хочешь: местью, возвратом долга, или ещё как. Но не забивай голову всякой херней. — Просто вводи меня в курс дела, — закатил глаза Чон и оттолкнув Намджуна направился к бару. — Если что-то пойдёт не по плану — я должен успеть тебя прикрыть. — Понял, — Намджун вернулся в кресло. — И мне налей. Хосок ставит на его стол стакан виски и устраивается в кресле со своим. — Что касается этой ситуации. У меня всё под контролем. — Под контролем? — усмехнулся Чон. — Чонки запер мальца во дворце после твоей весточки. — Ни для кого не секрет, что, хоть Мин и смело взвалил на себя правление страной, на деле он шугается даже собственной тени, когда что-то не поддаётся его власти. Так что не переживай на этот счёт. Когда придёт время, он сам не заметит, как будет следовать нашему плану.

***

Минхёк приезжает на место, где его ожидает уже избитый парень. В таком состоянии люди раскалываются быстрее, поэтому ему не придётся тратить время на «прелюдии». — Как тут у вас дела? — войдя в помещение спрашивает Минхёк, привлекая к себе внимание. — Господин Пак, — обращается один из допрашивающих. — Он довольно быстро раскололся и… — Я сказал вам всё! — перебивая его кричит парень. Один из людей Минхëка замахивается для удара, но Пак останавливает его жестом. Он проходит в комнату и направляется к Сонбону, который едва был в сознании, по пути прихватив за спинку стул и поставив напротив парня опускается на него. — Не повторишь для меня? Парень посмотрела на него опухшими глазами, шмыгнул носом, из которого показалась красная струйка крови и набрав в грудь побольше воздуха начал. — Со мной связался человек, представился редактором журнала «LuesNow». Это мелкое издательство, зато готовое заплатить круглую сумму за пару снимков юного господина для своей статьи. Они даже сами подкупили охранника на пропускном пункте, чтобы он впустил меня. Я сделал снимки, отправил тому человеку и он перевёл мне деньги. На этом всё! В этих фотографиях не было ничего, за что со мной можно было бы так… Парень не успевает закончить, как раздаётся выстрел. Минхёк вздыхает, убирая пистолет обратно и приказав своим людям прибраться идёт к выходу. — Осторожный ублюдок, — зажимая сигарету в зубах произносит Пак идущему за ним телохранителю. — Нет нужды проверять этот журнал, и реально ли вообще такой существует. — Но почему? — удивился альфа. — И дураку понятно, что это всего лишь прикрытие, и того кого мы ищем там найти не получиться. Иди лучше убедись, что за нами не останется следов. — Прнял. — И что я скажу Чонки? — вдыхая побольше дыма, сам у себя спрашивает Минхёк. — Хитрый сукин сын.

***

После очередной истерики Юнги убегает в комнату, громко хлопнув дверью. К концу подходит уже пятый день, как он заперт во дворце, в прямом смысле этого слова, так ещё и под пристальным наблюдением. За эти дни его ни разу не выпустили дальше порога своей комнаты без сопровождения. От комнаты до столовой и гостиной с роялем за ним обязательно кто-нибудь таскался, и на все возмущения омеги лишь извинялись и продолжал стоять над душой. Даже во двор выходить нельзя , не говоря уже о том, чтобы покинуть территорию дворца. А о походе в школу и речи быть не могло. Он, конечно, и раньше то не был свободен в передвижениях, как птица в клетке, но всегда находился тот, кто после долгих уговоров приоткроет дверцу, чтобы птичка налеталась и вернулась обратно. А сейчас прислуга даже лишений раз не начинает с ним разговор. Как будто бы боятся сболтнуть лишнего. А раньше Юнги казалось, что прислуга на его стороне, но теперь все как будто резко переметнулись на сторону Чонки. Вот омега и беситься. Юнги уходит спать без ужина, но сон всё никак не шёл и в итоге он пол ночи курит в ванной на окне и переписывается с Чимином и Чонгуком в групповом чате. Их к нему тоже не впускают, поэтому омеги возмущены не меньше самого Мина. Но хоть одна радость, все эти дни Чонки не появлялся дома. Юнги и так плохо, а если бы при всём этом над ним ещё бы постоянно нависал брат — омега бы точно не выжил. Чимин с Чонгуком ушли спать в третьем часу, а Юнги вернулся в кровать только под утро. А что, может себе позволить. В школу же завтра не надо, чему он, на удивление, не рад. Поворочавшись в кровати пол часа, ему наконец удалось заснуть. А утром его ждал неожиданный сюрприз, прямо в постели. Ещё не до конца проснувшись Юнги откинул руку на соседнюю подушку и отчётливо услышал странный звук, похожий на хруст мнущейся бумаги. Омега нехотя открыл глаза, и сонный мозг не сразу осознал, что он и вправду видит то, чего он сам к себе в постель уж точно не мог положить. А именно — конверт. Очень похож на тот, что он видел у Чонки в кабинете. Одна мысль о том, что послание мог оставить брат, вызывает отвращение, поэтому Юнги, не долго думая, сметает конверт рукой прямо на пол, и собирался продолжить спать, но даже не смотря на то, что омега после бессонной ночи вообще не выспался, провалиться обратно в сон всë никак не получается. Да и засевшие в голову мысли о конверте от Чонки никак не уходили. Если там что-то срочное и брат ждёт действий, то в случае их невыполнения заявится сюда. А этого Юнги, мягко говоря, не хотелось, поэтому лучше сделать то, чего хочет этот придурок, и выбить себе ещё парочку дней, в которых омега не увидит его лица. Юнги встаёт с постели всё ещё сонный и стонет от негодования, не найдя конверта на видном месте. Видать зашвырнул так, что он залетел под что-то. Омега посмотрел под тумбой и шкафом, но там оказалось пусто, и пришлось ползти до комода. Под ним-то и нашлась пропажа. Внимательно рассмотрев конверт Юнги снова взбесился. Неужели Чонки не мог передать то, что ему от него надо по человечески. Через прислугу например. На кой чëрт устраивать средневековье? А если там ещё и любовное послание лежит, Юнги точно стошнит. Омега не церемонясь разрывает конверт, в котором, как и ожидаясь, лежал лист бумаги. И его Юнги видел в кабинете брата. Мин достаёт лист, разворачивает и без интереса начинает читать. Вот только почти сразу понимает, что оно не от Чонки, да ещё и непонятно кому адресовано. «Прятаться во дворце бесполезно. Если я чего-то захочу, то достану это любой ценой.» Юнги несколько раз пробежался глазами по строчкам, пытаясь понять о чём там говорится, но в итоге так и не смог. Он быстрым шагом направился к выходу из комнаты, и, прямо в пижаме, пересёк коридор, ловя на себе удивлённые взгляды охраны. Мин направляется вниз, намереваясь найти Ёна и показать ему находку. В такое время он должен быть в столовой или на кухне. Несколько охранников, заметив что омега без сопровождения, поспешили за ним и последовали хвостом. — Ён! — войдя в столовую окликнул Юнги и замер на пороге, не желая идти дальше. Ён, который до этого переставлял тарелки с завтраком, поднял взгляд на Юнги и проследив за тем, куда смотрит омега, осторожно перевëл взгляд на Чонки. — Почему ты в таком виде? — спросил старший, окинув взглядом внешний вид омеги. — Я… Юнги, не нашёл что ответить, но, зачем-то, на автомате спрятал конверт за спину. Но Чонки хватило и мгновения, чтобы узнать конверт для официальных писем, какие есть только у него, и, как оказалось, ещё у одного человека. Если Чонки не давал брату этот конверт, то вывод напрашивается сам собой. Чонки поднимается с места, громко отодвинув стул, и быстрым шагом идёт к Юнги, чем пугает омегу. Но младший не успевает и шелохнуться, как тот оказывается рядом, и больно сжав запястье дёргает на себя. Чонки не показалось, это и вправду тот самый конверт. — Откуда это у тебя? — рявкнул он, вырывая конверт из руки брата. — Я не знаю, — испуганно пролепетал Юнги. Он давно перестал бояться Чонки, ведь в своих припадках гнева и ревности он не делал ничего нового: нëс параноидальный бред, бил, однажды даже топил, запирал в комнате на неопределённый срок. Потерпеть пару минут и всё тут. Но сейчас он выглядел особенно пугающим. Точно взбесившиеся дикое животное. — Оно на подушке лежало. Юнги следит за тем, как меняется выражение лица Чонки, пока тот читает письмо. Эмоции на лице старшего Мина совсем не те, что были у Юнги, когда он читал эти пару строчек. Глаза пылают ненавистью, а лицо исказила яростная гримаса. Юнги несмело отдёргивает руку, когда запястье начинает ощутимо болеть, но Чонки не выпускает. Он понятия не имеет, о чëм сейчас думает брат и кого подозревает в авторстве этого непонятного послания, но возможно в его «светлую» голову могла прийти мысль, что это кто-то из ухажёров Юнги. Поэтому, на всякий случай, повторил: — Я правда не знаю от кого оно! Но Чонки его не слушал. — Ён! — не своим голосом позвал альфа. — Д-да, господин Мин, — с опаской отозвался он. — Вызови сюда Минхёка и Сынге! Немедленно! Ён не больше Юнги понимал что происходит, но поспешил выполнить приказ. А младший Мин так и замер столбом. Он не помнит, видел ли когда-нибудь Чонки именно таким, но страх, который сейчас сковывал всё его тело, однозначно, ощущался впервые. — Чонки, — жалобно зовёт Юнги. — Я правда ничего не знаю. Юнги едва успевает договорить, как Чонки, продолжая сжимать тонкое запястье, тащит его к лестнице на верх и направляется в его спальню. Омега несколько раз просит остановиться и напоминает о том, что ему вообще-то больно, но брат не реагирует. Не вооружённым глазом видно, что он сейчас просто в бешенстве, и от одной мысли, что вся эта ярость выльется именно на Юнги, омегу бросает в холод. Хочется вырвать руку и убежать, спрятаться в папином шкафу, как в детстве, но там то Чонки точно его найдëт. Всегда находил. А дальше он не убежит. Поэтому, не смотря на боль, Юнги продолжает молча идти за братом. Чонки заталкивает Юнги в его комнату и сам заходит следом. — Подожди! — вскрикнул омега в последней попытке смягчить свою учесть. Он поворачивается к брату но не успевает ничего сказать. Чонки в мгновение ока сокращает разделявшее их расторжение, подходит в плотную, и схватив Юнги за плечи прижимает к себе, заключив в объятия. Младших Мин впадает в ступор, от такой резкой перемены настроения брата, и стоит, вытянувшись как струна. — Тебя никто не тронет, — спустя минуту молчания шепчет Чонки, запуская руку в длинные чëрные волосы, зарывается в них носом, вдыхая запах сладкого клюквенного вина и крепче прижимает к себе Юнги. Да так, что тому даже становиться трудно дышать. — Никому не позволю приблизиться. — Ладно… Страха больше нет, лишь непонимание и чувство неприязни от такой близости. Юнги приходиться приложить усилия, чтобы вытерпеть это, а когда альфа, наконец, отстраняется, с облегчением выдыхает. Чонки несколько долгих секунд смотрит на лицо младшего брата, проводит костяшками по бледной скуле, после чего молча выходит из комнаты. А Юнги так и завис минут на пять, не сводя глаз с двери и пытаясь как то логически объяснить всё то, что сейчас произошло. — Идиот, блять! — наконец придя в себя рявкнул Юнги и откинув пижамную рубашку в угол комнаты подходит к шкафу. — Нахуя блин было так пугать… Омега не понял ни слова из того дурацкого письма, да и ничего из того, что сказал Чонки. А что его никто не тронет, Юнги из без него знает. — Придурок, не упускает шанса поприжиматься, — натягивая джинсы бормочет под нос Мин. Настроение испорчено на весь день, а единственное, что может его, не то что бы понять, но хотя бы стабилизировать, это разговор с любимыми друзьями. Но, судя по времени, Чимин ещё в школе, и сейчас идёт урок, на котором он сто процентов сидит, ведь прогуливать одному нет смысла, а кроме как с Юнги ему больше не с кем. Он уже мысленно формирует историю, которую будет рассказывать Чонгуку, начиная с дебильного письма и заканчивая тем, какой Чонки долбаёб. Омега натягивает свитер и только он успевает прикрыться, как дверь вдруг распахивается, отчего Юнги чуть ли не подпрыгивает на месте. — Какого чëрта?! — вскрикивает Юнги, испепеляя стоящего в дверях начальника охраны Ли, за которым было ещё двое. — Прошу прощения, господин Мин, но сейчас вы должны пойти с нами, — с раздражающей улыбкой произносит он. — Зачем? — Приказ, — пожал плечами Ли. — Куда? — В голубой дом, — ответил мужчина, и Юнги ещё раз убедился в том, о чëм уже подозревал. Этому придурку очень нравится наблюдать за тем, как омега не хотя делает то, над чем не властен, и выдаëт его буквально всё. — Не сопротивляйтесь, пожалуйста. Мы не хотим применять силу. — Пошёл ты, — Юнги хватает с кровати телефон и обойдя Ли выходит из комнаты. — Позовите Ёна. Я без него никуда не поеду.

***

— Сейчас проверяется вся охрана и прислуга, которая находилась во дворце в ночь со вчера на сегодня и с утра. Пока никаких новостей. Юнги заперт в одном из кабинетов. У дверей и под окнами охрана, — войдя доложил Минхёк. — Хорошо, — выдохнул Чонки и устало провёл по лицу ладонью. — Этот подонок куда серьёзнее, чем мы думали. Стоит признать, что сейчас он на шаг впереди, но я быстро сокращу эту дистанцию. Он доставил не мало хлопот, так что этот сукин сын получит сполна, я лично об этом позабочусь, — произнёс альфа и расслаблено опустился в кресло. — Но я не буду рисковать безопасностью Юнги, поэтому его нужно держать в укромном месте до тех пор, пока я не разберусь с тем ублюдком. Кем бы он ни был, его намерения серьёзны и отрицать то, что он представляет опасность глупо. Нужно сегодня же вывезти Юнги в особняк, на окраине Луеса. — Это конечно не точно, но ему может быть известно об этом месте. Ты же помнишь, что пару лет назад местоположение этого особняка было раскрыто. Хоть новости и не успели далеко распространиться, но всё же. — Если хорошо подумать, ему может быть известно о всей недвижимости зарегистрированной на меня, даже не официально. — Я тоже так думаю, поэтому будет разумнее отправить Юнги в место, никак не связанное с твоим именем, —альфа задумываться. — Есть у меня на примете одно место. Небольшой дом, в черте города в Янпхене, зарегистрированный на Сынге, да и покупался он лет семь назад. До такого места он точно не доберётся. Чонки задуматься. Отец всегда говорил, что у него плохо получается здраво соображать в критических ситуациях, и для того, чтобы принять правильное и взвешенное решение ему требуется время на обдумывание. Отец говорит что это плохо, и он должен работать над этим, поэтому часто помещал его в условия, где он должен был немедленно что-нибудь предпринять, чтобы не покалечиться. И, как думал сам Чонки, ему удалось избавиться от этого недостатка, а сейчас самое время это доказать, пусть даже отца и больше нет рядом. — Организуй, чтобы туда немедленно выехала охрана, а Юнги вывезли сразу, с наступлением темноты. Приставь минимум людей — большое количество охраны привлечёт ненужное внимание. Двоих в машину Юнги, и ещё четверых в машину сопровождения. Я уверен, Юнги потащит за собой и Ёна. Поэтому, на всякий случай, я кое что ему дам. Этого будет достаточно. — Понял. Сейчас всё будет. — Есть у меня кое-какие подозрения… — задумчиво произнёс Чонки когда Минхёк уже собирался выйти из кабинета, заставив Пака остановиться и обернуться. Мин поднялся с места и подошёл к окну. — Не говори никому о том, что мы сейчас обсуждали. Хочу кое в чём убедиться. — Под «никому» ты подразумеваешь Первого и его сынишку? — Сынишку? — усмехается Чонки. — Сам Первый может и представляет из себя хоть что-то, но вот на счёт его отродья того же не скажешь. Всё, на что он способен — это выполнять небольшие поручения родителя и доносить информацию. Да у меня дворецкий на большее способен. В этот момент раздаётся тихий стук и робкой голос просит разрешение войти, а после его получения дверь медленно открывается и в кабинет входит Ён. — Прошу прощения, господин Мин. Я помешал? — Сосем нет, — отвечает альфа и кивает Минхёку, после чего тот выходит за дверь. — Вы вызывали меня? — Подойди. Ён делает пару неуверенных шагов к столу Чонки, как вдруг альфа сам разворачивается и в несколько больших шагов оказывается рядом с Ёном. Мин осматривает его с ног до головы и резко задирает рубашку, обнажая плоский живот. — Г-господин Мин?! Что вы… — запинаясь от негодования восклицает Ён и вздрагивает, почувствовав как что-то холодное уперлось по ребро. Омега медленно опускает взгляд и теряет дар речи при виде пистолета. — Шшш, успокойся, — прошептал альфа, достал второй пистолет, и тут же спрятал оба за поясом брюк Ёна. — Не думаю что до этого дойдёт, но держи это при себе, — как ни чëм не бывало улыбнулся Чонки и похлопал омегу по плечу. Мин прекрасно видел, как дрожат от страха его руки, но предпочёл проигнорировать. — Можешь идти сразу к машине. Юнги уже там. Ёну потребовалось пару секунд, чтобы заставить себя сдвинуться с места, и на ватных ногах добраться до двери ведущей на задний двор. А там крик Юнги, которого пытались затолкать в машину против его воли, привёл омегу в себя.

***

— Всë готово. Если, как ты говоришь, сегодня же его будут перевозить из дворца, то по пороге в особняк мы его перехватим. Надеюсь после этого ты будешь доволен, — по телефону докладывает Хосок. — Хотел бы я лицезреть лицо старшего Мина в этот момент. Моё кровожадное эго это бы точно потешило. — Ты прям как ребёнок, — закатил глаза Чон. — Хватит тебе на сегодня развлечений. Где ты сейчас? — Я с Тэхёном в его клубе. Не хочешь подъехать? — Не будь таким самоуверенным. Кто-то из нас должен проконтролировать ситуацию. Я наберу тебя, когда мальчонку доставят к тебе. На этих словах Хосок сбросил вызов, а Намджун расплывается в самодовольной ухмылке. Он тянется за стаканом с недопитым спиртным, опустошая его за один глоток. К горьким от крепкого алкоголя губам тут же тянется сидящий на его коленях красивый кокетливый парень, с которым Ким собирается провести сегодняшнюю ночь, и уже предвкушает, что скучно не будет. А потому тут же отвечает, и подтягивая омегу ближе углубляет поцелуй. Всë шло по их плану, от того и настроение у Намджуна было просто прекрасное. Казалось ничего не сможет это изменить, но вот внезапный звонок от Хосока заставляет насторожиться. Слишком рано. За такое короткое время омегу не могли уже и успеть забрать, и доставить к нему. — Дорога пуста. В тайный особняк на окраине Линоса никто не едет.

***

— Какого чёрта я должен тащиться в Янпхен?! Юнги в ярости. Омега оставил попытки открыть дверь на ходу, и не только потому, что та была заперта. В конце концов, на удивление, рассудка он пока что не лишился. Но и смиренно ехать туда, куда Чонки заблагорассудиться его отправить, он не собирался. Мин был в Янпхене всего пару раз, и то в детстве. Естественно ни друзей ни знакомых у него там нет. Даже приличных мест, где можно отдохнуть он там не знает. Да и без Чимина с Чонгуком ему там делать нечего. А сидеть неизвестно где в четырёх стенах, как принц в башне, ожидая когда Чонки позволит ему выйти за еë приделы, Юнги не собирается. Надоело. Заебало настолько, что даже страх перед братом больше ничего не значит. Ведь желание жить, а не проживать каждый день, как чей-то домашний зверёк, куда больше. — Господин, пожалуйста, подождите пока мы доберëмся, — пытается успокоить Юнги сидящий рядом Ён. — Я всё объясню, только давайте сначала доедем и… — Нет! Я же блять сказал, что не собираюсь никуда ехать! — закричал Юнги и оттолкнул руку Ёна, которую тот успокаивающе опустил ему на плечо. — С каких это пор ты встал на его сторону? Ты был единственным во всём дворце кому я мог доверять, но теперь… — омега сделал паузу, набирая в лёгкие побольше воздуха. — Теперь и ты поступаешь со мной также, как и все они. Как с вещью, которую можно положить куда угодно, перекладывать с места на место, по собственной прихоти, и она ничего не скажет. Вещи же не имеют мнения. — Г-господин, — выйдя из ступора наконец пролепетал Ён. — Всё совсем не так. Его слова, вроде как, должны были исправить положение, но всё только усугубилось. На глазах Юнги выступили слёзы, от мысли о предательстве одного из самых близких ему людей. — Стойте! — воскликнул Ён хватая Юнги за руки. — Я расскажу всё что знаю, клянусь! Только не плачьте, прошу вас. Ён ненавидит себя. Чонки столько раз причинял Юнги боль, как моральную так и физическую, но даже тогда он не плакал. А сейчас рыдает. Столько слëз и всё из-за него. — Я сам не всё знаю, — начал Ён, крепче сжимая в ладони руку Юнги. — Всё что мне известно, так это то, что у господина Мина сейчас проблемы, из-за чего вы можете оказаться в опасности. Поэтому вас нужно укрыть там, где плохие люди не смогут до вас добраться. От этого зависит ваша безопасность, и только поэтому я во всëм этом участвую. Юнги несколько секунд внимательно смотрит на омегу, и тогда понимает, что он не врёт. Мин отдёргивает руку, стирая рукавом свитера котящиеся по щекам слёзы. — Кто эти люди и чего они хотят? — уже спокойно спросил младший омега. — Об этом мне не известно. — Ясно, — только и отвечает он, отвернувшись к окну. От знания правды лучше не стало, только больше вопросов появилось, ответы на которые Юнги вряд ли получит. Но это его не останавливает. Он больше не позволит брату распоряжаться своей свободой, а сам решит, угрожает ли ему опасть и должен ли он скрываться. Но сейчас лучше смириться и ехать в Янпхен. — Я хочу в туалет. — Юный господин, было приказано не останавливаться, пока мы не прибудем к месту названия, — отвечает водитель. — А вы думаете с моим мочевым пузырём это кто-то согласовывал?! — Всё хорошо, — встревает Ëн. — Остановите на ближайшей заправочной станции. Это займёт буквально на пару минут. До заправки ехали молча, после чего Юнги вышел из машины с Ёном и сидящем на переднем сидении охранником. Двое из сопровождающей машины также последовали за ними в маленькое помещение, и ещё столько же остались на улице у входа. — Не надо со мной входить, — раздражённо произносит Юнги следующему за ним по пятам Ëну. Тот остановился и выставил руку перед идущим рядом охранником. — У меня приказ, — злобно покосившись на Ëна произносит альфа и собирается двинуться дальше, но омега становится перед ним, не пропуская вперёд. — Я не собираюсь сбегать, — напоминает Мин. — Мы будем ждать здесь, — уверяет Ëн, продолжая преграждать путь охраннику. Тот сдался, чтобы не поднимать шум, который может привлечь нежелательное внимание, и встал к стене. Ëн верит Юнги. Как бы тот не был зол, совершать необдуманные и глупые поступки он не станет. Омега входит в уборную, закрывается в кабинке и быстро достаёт почти разряженный телефон, который не поставил на зарядку ночью, а утром на это совсем не было времени. Там он нашёл пару непрочитанных сообщений от Чимина, в которых тот жаловался на то, что без Юнги в школе от скуки можно повеситься, спрашивал чем он занимался сегодня, когда закончиться его «карантин» и можно будет его навестить. Но отвечать на них у него просто нет времени. «Ты не поверишь, но сейчас я нахожусь в общественном туалете на заправке по пути в Янпхен. Я ещё сам не знаю на сколько всё серьёзно, но кажись у меня проблемы. По словам Ёна, на меня вроде как охотятся какие-то ненормальные уёбки, вот мой ёбнутый брат и попëр меня из столицы в эту глухомань. Не знаю когда в следующий раз смогу с вами связаться, поэтому держу в курсе. Не теряйте.» Юнги едва успевает отправить сообщение, после чего телефон вырубается. Он бы хотел рассказать Чимину больше, но на это не хватило бы ни времени, ни заряда батареи. Для правдоподобности Юнги смывает воду в унитазе, отмыкает кабинку и моет руки, после чего выходит из туалета.

***

— Он покинул сначала дворец, а через пару часов и резиденцию, в этом нет сомнений. Но от резиденции наши люди не могли следить за ним, слежка бы не осталась незамеченной. Всё что нам известно, так это то, что машин было две, одна с братцем Чонки а другая с охраной. Они побоялись приставлять больше, так как это могло привлечь внимание, а вычислить их стало бы куда проще. Теперь я понятия не имею, где его искать. Найти то найду, но к этому времени его уже доставят в пункт назначения и окружат охраной. Шум поднимать нельзя, поэтому про эту идею придётся забыть. Хосок и Намджун сидят в машине возле клуба. Чон явно раздражён и старший уже представляет, какую тираду ему сейчас предстоит выслушать. — А ведь я просил тебя не переусердствовать. Но ты был слишком самоуверен и позабыл, что Виктор наш единственный быстрый источник информации. А если Чонки испугается и станет слишком осторожным в том, кому какую информацию доверять, то и нам придётся переносить планы. — Не может быть, чтобы никто не знал куда его везут. — Наши люди в дворцовой прислуге не осведомлены, что не удивительно. Кроме того их сейчас тщательно проверяют, но так на нас не выйти. Виктор и Джин тоже не в курсе. Как говорил Виктор, Чонки ему не доверяет, поэтому, скорее всего, это проверка для него. В таком случае об этом знает только Пак Минхëк. Вот так, за пару минут, ситуация повернулась отнюдь не в их пользу. Нужно срочно что-то придумать, ведь на то, чтобы обшарить каждый уголок столицы нет времени. — А что на счёт младшего Мина? Он-то знает куда его везут. Кого он мог посвятить в курс дела. Хосок смерил Намджуна нечитаемым взглядом, задумался, после чего снова опустил взгляд в ноутбук. — Не думаю, что у него большой круг общения, но он постоянно находится с детьми тех женатых альф, премьера и его зама. — Отправь нашим наводки. Пускай найдут кого-то из их, или обоих, и приведут ко мне. Хочу с ними пообщаться. — Лично? — выгибает бровь Хосок. — Не волнуйся. Уж я-то смогу сделать так, чтобы меня не запомнили. К этому времени Юнги был уже на границе, у ворот первой стены. Минхёк сказал Чонки, что пока его не доставят в пункт назначения в целости и сохранности, с охраной лучше не связываться. Среди них есть предатели и это очевидно, но вот кто именно — не известно. Поэтому, ближайшие несколько часов стоит помалкивать. Только когда люди из особняка в Янпхене сообщат, что младший Мин на месте, можно будет делать выводы и заняться поиском крыс. Подозрения есть, но они должны подтвердится.

***

— Какого чёрта? — возмущённо воскликнул Чимин, чем привлёк внимание старшего брата. Сегодня Чонгук упростил его пойти в тот самый новый клуб, о котором он трещал последние несколько месяцев. Сначала Чон приходил сюда один, а сегодня и Чимина за собой притащил. Омеги заказали несколько коктейлей и заняли один из самых дальних и неприметных столиков, так как Чимин ненавидит привлекать к себе внимание. Но красивое лицо делает всё за него, и уже через минуту к ним подсел какой-то альфа. Он без предупреждения оплатил сделанный омегами заказ явно подкатывая к Чимину, но Пак быстро его отшил, как и нескольких подошедших после него. Чонгук смеялся, наблюдая за всем со стороны. Он вежливо отказал в общении нескольким парням, соврав, что ждёт кое-кого, а сейчас общался с тем, кто привлёк его внимание. — Что такое? — обернувшись к младшему спрашивает Чонгук. Чимин передаёт брату телефон, чтобы он тоже прочитал сообщение от Юнги. — Янпхен? Почему именно туда? Я слышал, что особняк Минов, как раз для таких случаев, находиться на окраине Луеса, — наклонившись к Чимину прошептал Чон. Его собеседник вряд ли поймёт о чём речь, но когда приходится говорить о семье Мрн, стоит перестраховаться. — По-моему Юнги и сам не знает, но теперь-то хоть понятно, с чем был связан его почти недельный домашний арест. Хотя я не думал, что всё окажется настолько серьёзно. — Всё равно не понимаю. Юнги никогда ничего не угрожало, а тут раз, и начало? Да и обстановка в стране спокойная, так с чего вдруг? Пак задумался. В словах Чонгука есть смысл. Он знает Юнги столько, сколько себя помнит, но чтобы на его безопасность когда-то покушались… Да, были небольшие происшествия, но не более. Неужели это опять безумная прихоть Чонки? — Вообще-то, — начинает Чимин, но не успевает договорить. Какой-то идиот решил распустить руки, и схватил официанта с подносом за задницу, а тот испугался и выронил поднос из рук прямо на стол, за которым сидели омеги. Чонгук успевает отпрыгнуть к своему собеседнику, и всё бокалы и стаканы с коктейлями падают на задумавшегося Чимина, обливая буквально с головы до пят. — П-прошу прошения, — запинаясь пролепетал ошарашенный омега подбежав к Чимину, но впадает в ступор, увидев что натворил. — Простите, пожалуйста. — омега судорожно собирает побитую посуду на поднос. — Чимин… — Чонгук разинув рот следит за младшим, понятия не имея как он отреагирует. — Я пойду умоюсь. Чимин поднимается с места, обходит не прекращающего запинаясь извиняться официанта, и спешит выйти из зала, игнорируя вопросы, нужна ли ему помощь. Чонгук обеспокоено следит за ним внимательным взглядом, и убедившись что к нему никто не пристал, хотя с таким-то характером это мало вероятно, поворачивается к своему собеседнику. Он собирался извиниться и уйти за Чимином, но не успевает сделать ни то, ни другое. Чонгук оборачивается, когда вдруг видит образовавшуюся над собой тень. Здоровенный мужчина стоял в шаге от него, и сверлил взглядом. Чуть позади стоял второй, так же смотря на Чонгука. Сомнений в том, что они пришли именно к Чону нет, но он всё же решает уточнить. — Вам что-то нужно, мальчики? — с улыбкой спрашивает он. — Чон Чонгук? Омега насторожился. Его имя много кому известно, но не каждый знает что он из семьи премьера. А эти парни выглядят как раз как те, кто знает. Или скорее, как люди того, кто в курсе. — Допустим. — Пройдёмте с нами, — как робот поговаривает мужчина и делает шаг к омеге. — Зачем? Чонгуку не нужны проблемы, особенно связанные с его фамилией, поэтому идти куда-либо с этими людьми он, естественно, не собирается. Омега поворачивается на своего собеседника, который так же смотрит на него выжидающим взглядом. — Простите, но я вынужден вам отказать, — очаровательно улыбается Чонгук и поднявшись с дивана потянул своего нового друга за руку. — На сегодняшний вечер у меня были другие планы, в которых я заинтересован больше, чем в прогулке с вами. Альфе такой настрой Чонгука очень даже нравиться, поэтому он тоже был не против уйти прямо сейчас, но сделать это им не удаётся. Амбал в пару шагов оказывается рядом с омегой и хватает его за руку. От такого наглого жеста Чонгук даже немного теряется: знают из какой он семьи и позволяют себе такое. — Пройдёмте с нами, — повторяет мужчина. — Да что вы себе… Чонгук не успевает договорить, как в разговор вмешивается его спутник, которого явно не устраивает расклад, при котором он лишиться такой приятной компании на вечер. — Эй, мужик, что за дела? Он же сказал, что никуда с тобой не пойдёт. Альфы пару секунд сверлят друг друга взглядом, но хватка на руке Чонгука не слабеет, и уже через мгновение амбал разворачивается, и идёт куда-то в глубь зала, но при этом тащит за собой и Чонгука. — Эй! — кричит ему в след спутник Чонгука и омега рассчитывает на его помощь. Но от него больше ничего не слышно. Чон оборачивается, и видит как второй мужчина держит его за плечо и склонившись к его уху что-то говорит. Альфа внимательно слушает, после чего разворачивается, забирает с дивана свой пиджак и торопливо уходит. В такой ситуации есть два варианта, где Чонгук, разумеется, предпочёл бы первый, в котором его спутник просто-напросто оказался редкостным трусом и свалил пока не огрёб. Приятного мало, но это лучше чем ситуация, в которой эти амбалы — люди какой-нибудь большой шишки. — Если не отпустишь, я буду кричать, — предупредил Чонгук, надеясь на то, что мужчина отстанет, не желая выставлять эту сцену на всеобщее обозрение. — Валяй. В том, что всё плохо Чонгук убедился, когда начал вырываться, обратив на себя внимание охраны клуба, а они, прекрасно видя что происходит, никак не отреагировали. Омегу отводят на второй этаж, и заталкивают в вип-комнату, в самом конце коридора, возле которой стояло челок пять охраны. В основной части клуба было посветлее, поэтому здесь, под тëплым приглушённым светом, Чонгуку не сразу удаётся разглядеть обстановку и присутствующих. — Добрый вечер, — раздаётся низкий, но приветливый голос. Глаза постепенно привыкают к освещению, после чего Чонгук поднимает взгляд и осматривает помещение. В небольшой комнате, через панорамные окна на дальней стране видно главный зал клуба, но они на половину зашторены. По углам, как статуи, стоят двое здоровых мужчин. Ну и главная фигура, скорее всего их босс, расположился на большом кожаном диване в центре комнаты. Он отставил на низкий стол стакан и перевëл всë своё внимание на гостя. — Вы хозяин этого места? — спросил Чон, всматриваясь в расслабленное лицо мужчины, который почти лежал на диване. Оно было абсолютно точно ему незнакомо. Чонгук уверен, что никогда и нигде раньше его не видел. — Охрана клуба не отреагировала, когда видела, что мне нужна была помощь, — отвечает он на вопросительный взгляд альфы. — Вот как? — улыбнулся мужчина и поднявшись с места направился к Чонгуку, заставляя последнего напрячься всем телом. — Ты очень наблюдательный, в твоих словах есть смысл. Вот только это не совсем так. Точнее, не я хозяин этого заведения, но сейчас не о моих владениях, — альфа останавливается напротив Чонгука и окидывает оценивающим взглядом. — Моё имя Ким Намджун, — на лице снова расплывается улыбка, вызывающая табун мурашек на спине. — Будем знакомы. Чонгук несколько секунд смотрит на прутяную ему руку. — Моё имя вам известно, — всё же пожимая большую ладонь произнёс Чонгук. Интересно узнать, что этот альфа предпринял, если бы он этого не сделал, но нет никакого желания проверять. — Поэтому давайте без прелюдий. Что вам от меня нужно? — Всего-то поболтать позвал. Присядем? Намджун возвращается на диван, с усмешкой смотря на вжавшегося в стену парня. Вряд ли он просто так пойдёт на контакт, но у альфы есть рычаги давления. — Не уверен, что нам с вами есть о чём болтать. От мужчины веет угрозой, но Чонгук всё же находит в себе смелость произнести эти слова. Плюс ко всему, собеседнику, очевидно, известно кто его родители, поэтому, невидимая пелена неприкосновенности всё равно ощущается. — Что ж, я не могу заставить тебя говорить насильно, — поднимая стакан и делая из него большой глоток разочарованно произносит Намджун, чем приводит омегу в замешательство. Чонгук удивлённо смотрит на него своими большими тёмными глазами. Неужели он зря волновался, и на самом деле всё было так просто. — Можешь идти, раз не хочешь. Надеюсь хоть брат твой посговорчивей будет. — Намджун расплывается в улыбке, заметив как Чонгук содрогнулся. Он попал точно в цель. — Как думаешь, он будет против беседы со мной? Если ты не знаешь, мои люди могут спросить его лично. Он ведь тоже сегодня здесь, не так ли? Альфа едва успевает договорить, как Чонгук вдруг резко отталкивается от стены. Не отрывая взгляда от пола он подходит к дивану, на котором сидит Намджун, и присаживается на самый край. Ким расценивает это как согласие на разговор, поэтому решает сразу перейти к делу. Но для начала — нужно его подготовить. Альфа берëт второй стакан, стоящий на столе, и наполняет его алкоголем. Чонгук за его действиями не следит. Злиться, что слишком поторопился с выводами и решил, что этот мужчина может не представлять опасности. Мерзкий тип, не хочет моргать руки, поэтому шантажирует Чимином? Он не знает, кто такой этот Ким Намджун, но если это какой-то «криминальный авторитет», то ничего удивительного. С тёмной частью этой страны омега не знаком, разве что только поверхностно. В кругу светской молодёжи не очень часто обсуждают таких людей, но о некоторых личностях разговор всё же заходил. Вот только ни о каком Ким Намджуне речи не было. По крайней мере Чонгук не припомнит такого. Чон так глубоко уходит в свои мысли, что не замечает как альфа подходит к нему со спины и вздрагивает, внезапно почувствовав насыщенный запах кашмерана совсем рядом. Он поворачивает голову в право, и встречается взглядом с опасным прищуром чëрных глаз. Альфа облокотился на спинку дивана позади Чонгука и наклонился к нему так близко, что между их лицами оставалось совсем небольшое пространство. — Выпьешь со мной? — спросил Намджун и довольно усмехнулся, когда омега резко отвернулся в другую сторону, не выдержав напряжения от такой близости. Ким протянул Чонгуку один стакан. — Спасибо, — принимая его произносит Чонгук и поднеся к губан пытается уловить в алкоголе запах чего-то постороннего. Но в стакане оказался бренди, а он сам по себе имеет очень резкий запах. — Не стесняйся, — подначивает Намджун и сам поднимает бокал омеги, заставляя его сделать большой глоток. Чонгук поморщился от обжигающей горло жидкости. Он, конечно, любит выпить, но обычно это сладкие алкогольные коктейли, а не что-то настолько крепкое. Намджун опустился на диван рядом с Чонгуком и ненавязчиво начал задавать вопросы. Сначала бессмысленные, но уже через пять минут омегу будто бы подменили. На вопросы, без сомнений, отвечал только правду, хоть и еле связной речью с заплетающимся языком. Тогда Ким решил переходить к главному вопросу вечера, пока слова Чона ещё можно разобрать. — У тебя же много друзей, так? — Неа, — по детски махнул рукой омега. — Это просто знакомые. А друга у меня всего два. Мой младший брат — Чимин, и… И… Намджун обернулся посмотреть, что же такого интересного нашёл Чонгук за его спиной, что аж оборвал такой важный ответ. И этим «чем-то интересным» оказался красный лазер, пробившийся из-за штор с главного зала. Свет лазера переместился с пола на стену за их спинами. Чонгук поднял руку, так что ярко-красная точка осталась на его ладони, и улыбнулся. — Красиво, — мечтательно произнëс он и посмотрел на Намджуна огромными, чёрными из-за расширенных зрачков, глазами. От этого он стал немного похож на фарфоровую куклу. — На, посмотри. Чонгук сжал ладонь в кулак и протянул Намджуну. Кажется дело плохо и омега уже не соображает. А это значит, что у него мало времени. Препарат который был нанесëн на стенки стакана Чонгука, отличается почти мгновенным действием, но всего через пару минут организм начинает его отторгать и парнишку просто вырвет. Поэтому его называют «сыворотка правды». Подмешал, узнал всё что надо, а потом всё естественным путём выходит, не оставляя от себя следов в организме. Намджун улыбнулся и протянул руку. Чонгук разжал кулак, желая передать светящуюся красную точку альфе, но в ладони её не оказалось, что неудивительно. Но Чонгука это так шокировало, что он несколько секунд в замешательстве смотрел на свою ладонь непонимающим взглядом. — И в правду уже ничего не соображаешь, — произнëс Намджун и поднял лицо омеги за подбородок, привлекая его внимания. Теперь можно не осторожничать и спрашивать прямо. — Ты сказал у тебя всего два друга. Первый — Чимин, а второй кто? — А второй… Юнги? — как будто самого себя спросил омега. — Конечно! Он же мой друг с самого детства, — ответил на собственный вопрос он, улыбнулся, но уже через секунду недоверчиво покосился на Намджуна. — Но даже не думай к нему подкатывать. Хоть ты в нём и заинтересован, я не дам тебе его номер телефона. У него могут быть проблемы из-за этого, — грозно добавил он, вызывая у Кима улыбку. — Как жаль. Он обещал мне встречу, но не пришёл. Не заешь где он сейчас? — В Янпхен едет, — произнёс Чонгук, как что-то само собой разумеющееся, даже не подозревая, чего будут стоить его слова. — Янпхен? — скептически спросил Намджун, вскинув бровь, и уже полез за телефоном. — Почему туда? — Я не знаю. И он не знает. Куда его чокнутый брат отошлёт — туда его и повезут. Чонгук игрался с лазером, пока Намджун набирает номер и прикладывает телефон к уху. — Ищи в Янпхене, — произнëс Ким, как только Хосок, который до сих пор сидел в машине возле клуба, поднял трубку. — Откуда такая уверенность? — усмехнулся Чон, но всё равно открывает ноутбук. — У меня свои источники информации, у тебя свои. Так что покопайся там у себя, и узнай, куда может направляться карета маленького принца. — Понял. Намджун убирает телефон в карман, когда Хосок сбрасывает вызов, и собирается подняться с дивана, как вдруг чувствует на своей руке слабую хватку омеги, про которого он уже забыл. Волосы Чонгука были растрёпаны от ёрзанья по дивану. Красивое безэмоциональное лицо расслабленно, а в больших широко раскрытых глазах почти не видно радужки, только зрачок. Альфа берёт парня за подбородок и тянет на себя. — Чёрт, кажись в спешке чутка переборщил, — произнëс мысли в слух алтфа. — Эй, ты там живой? — Живой, — отвечает омега и резко дёргает головой, от чего теряет равновесие и падает Намджуну на колени. Но вот подниматься не спешит. — Занятно, — усмехается Ким, смотря как Чонгук вертится, пытаясь устроиться поудобнее. — На мне заночевать собираешься? — Нет, — отвечает омега и поднимается. — На тебе не удоб… Чонгук вдруг резко закрывает рот рукой, подскакивает с дивана и бежит к выходу. — Выпустите его, — говорит Намджун уже было собравшимся останавливать омегу охранникам. — Сыворотка правды дала побочный эффект. Чонгук пулей вылетел из кабинета, чуть ли не сбивая с ног Тэхёна, который только собирался открыть дверь, и мчится вперёд по коридору, к уборной. Тэхён промаргивается, пытаясь понять, померещилось ли ему или сейчас мимо него и вправду пробежал тот омега с барной стойки, либо же кто-то очень на него похожий. Альфа делает пару шагов в сторону, куда убежал незнакомец, но чувствует вибрацию телефона в кармане. — Я занят, — шагая по коридору раздражённо произносит он. — Очень жаль отвлекать тебя от важных дел, но у тебя есть пару минут, чтобы добраться до южных ворот, — сообщил Хосок, которому сейчас было явно не до капризов младшего. — И игрушку свою прихвати. — Это ещё зачем? — опешил Ким и остановился. Услышав о своей любимой снайперской винтовке Тэхёна по-настоящему заинтересовал разговор с Хосоком. Чон крайне редко поручает какие-то дела лично ему. Только те, в которых нет права на ошибку. — Приедешь — узнаешь. Тебе бы стоило почаще интересоваться нашими делами, раз так интересно, — упрекает он Кима и кладёт трубку.

***

Пак быстро доходит до уборной, становиться напротив зеркала и не знает с чего начать. На подносе было коктейлей шесть и всё благополучно пролились на него. В брюках может быть ещё и можно доехать до дома, но вот полупрозрачная рубашка испорчена и полностью просвечивает тело. — Чёрт, — выругался Чимин, отрывая пару бумажных полотенец. — И-извините… — доноситься со стороны входа. Омега оборачивается и видит у двери того самого официанта, прижимающего к груди какой-то свёрток. — Я постараюсь оплатить вам химчистку. — А ты сможешь? — вскинул бровь Пак. Парень поднял на него растерянный взгляд. — Я… — начал он и замолчал. Видно, скачать ему было нечего. — Ладно, — Чимин снова отвернулся к зеркалу и продолжил делать то, что делал, но быстро понимает — бумажными полотенцами тут не поможешь. — Ты мне что-то принёс? — А… — вздрогнул парнишка и зачем-то попытался спрятать свëрток. — Э-это… Простите, у меня нет ничего получше. Чимин подходит к парню и забирает из его рук то, что тому, будто бы было стыдно отдавать, и разворочает. Это оказалась однотонная чёрная толстовка. Поношенная, но выглядит вполне сносно. — Это правда всё, что я могу вам предложить, — тихо произнëс парень, заметив как долго Чимин разглядывает данную им вещь. — Простите, я найду деньги, и… — Забудь. Чимин кладёт толстовку на раковину и начинает расстёгивать пуговицы на рубашке . — Ты ведь впервые в таком месте? — зачем-то спрашивает он, чем удивляет парня. — Что? — Работаешь в ночном клубе. — А? Д-да, но как вы… — Официанты со стажем не обращают никакого внимания, когда их лапают, — отвечает Чимин, стягивая с себя прилипшую к телу ткань. Стоящий рядом парень робко поднимает на него взгляд, но отвести глаз, щëки под которыми заалели, уже не может. Пусть и сгорая от смущения, но он продолжает изучать изящное обнажённое тело, хоть он и сам был омегой. Но тело Чимина было настолько красивым, что напоминало одну из тех мраморных статуй в музее. Оно будто бы слепленным вручную лучшим мастером, и настолько притягательно, что даже омеги не могут оторвать от него восхищенного взгляда, чувствуя покалывания внизу живота. Расправившись с рубашкой, Чимин натягивает на себя толстовку и достаёт из кармана брюк телефон. В таком прикидке уже не погуляешь, да и всё настроение пропало. Поэтому омега собирается позвонить Чонгуку и позвать его домой, но телефон не включается. Так сильно промок, что, кажется, сдох. — Чёрт… — рычит Пак, зачем-то тыкая пальцем по экрану. — Я… могу вам чем-то помочь? — тихо спрашивает официант, который, по какой-то причине, до сих пор стоял у двери. — Помнишь за каким столиком я сидел? — недолго подумав, принимать помощь или нет, спрашивает омега. — А? Д-да. — Парень который сидел там рядом со мной, машешь позвать его? — Да, конечно, — ответил официант и уходить. Уходит на долго. Чимина это нервирует. Джинсы мокрые, тело влажное и липкое, а ожидание просто выводит из себя нетерпеливого омегу. Он уже даже собирался отправиться на поиски самостоятельно, но тут официант возвращается. Без Чонгука. — Я хорошо помню место где вы сидели, но вашего друга там не было. Я поспрашивал у парней с моей смены, и пару человек сказали, что видели как его проводили в кабинет господина Кима. — Кто это? — Господин Ким? Он хозяин этого заведения. — Блять. Омега торопливо обходит официанта и выходит из уборной, с серьёзным намерением найти Чонгука, даже если придётся вытаскивать его из под какого-нибудь альфы. Он бы с радостью уехал домой один, вот только приехали они на машине Чонгука, и ключи от неё у него. Такси вызвать он не может, мобильник сдох. А даже если и поймает его у клуба, расплатиться не чем, карта и наличка в закрытой машине. В главном зале, как и сказал официант, Чонгука не оказалось. Значит всё правильно и он, по какой-то причине, сейчас в кабинете хозяина клуба. Чимину уже всё равно, насколько бестактно будет ворваться туда без приглашения. Липнущая к телу одежда волнует его сейчас куда больше. Омега идёт на второй этаж, не обращая внимания на косо поглядывающих на него охранников, прошмыгнул в коридор, где охраны оказалась в два раза больше, поэтому на ум сразу приходит мысль о том, что его к кабинету попросту не пропустят. Он на автомате прячется от проходящих мимо мужчин за стеной, и невольно подслушивает их разговор. — Парнишка Чона в туалет умчался. Пошли людей покараулить его. Не выйдет через пять минут, пусть приведут сами. Дальше разговора Чимин не улавливает, так как альфы ушли, но услышанное повергло его в шок. Парнишка Чона — это Чонгук? Пак точно не знает, но в голове на автомате включается таймер на пять минут. Чимин выныривает из укрытия и бежит в конец коридора. Ему повезло, так как он выбрал правильное направление, противоположное тому, куда ушли мужчины. Побеги он в другую сторону, оказался бы точно у кабинета хозяина клуба. Омега входит в уборную, и сомнения в том, что те мужчины имели в виду Чонгука, рассеиваются. Он чувствует запах брата. Отчего-то куда сильнее, чем обычно. Искать долго не пришлось. Чимин входит в помещение с кабинками и видит лишь одну с распахнутой настежь дверью, откуда доносятся странные звуки. Пак подбегает и видит стоящего на коленях перед унитазом Чонгука. — Какого хрена? — хватая омегу за плечи воскликнул Чимин и попытался повернуть брата лицом к себе, но Чонгук вдруг отталкивает его, и снова склоняется над унитазом, а Чимину понадобилось пару секунд чтобы понять, что его стошнило. Пак в шоке смотрит на это, потом ещё больше пугается, услышав шаги у двери и вспоминает про слова тех мужчин, которых он послушал. — Чонгук… ты… — Лучше, — вдруг отзывается омега, приземляясь пятой точной на пол и опираюсь спиной на стенку кабинки. Но выглядит он ужасно. Как будто его полоскало минут десять. — Нужно уходить, — не спрашивая ни о чём говорит Чимин, поднимает брата с пола и ведёт к раковине. Чонгук не отвечает и молча перебирает ногами, что, к слову, получается у него очень плохо. Омега явно не в себе. Он совсем не оказывает сопротивления, когда Чимин умывает его холодной водой, лишь молча кивает, когда он спрашивает лучше ли ему. Но Чимин понимает — это не так, а он и сделать ничего не может, ведь даже не знает что с ним. Времени нет и нужно уходить, но он с едва ли находящимся в сознании Чонгуком, да ещё и те козлы, которым не понятно что надо, стоят за дверью. Чимин понимает, что они имеют отношение к самочувствию брата, и ему очень хочется пойти и накостылять им, но здравый смысл напоминает о том, что это у него вряд ли получиться. Сейчас ему надо забыть о собственном гневе, и позаботиться о безопасности Чонгука, но через дверь не уйти. И что тогда остаётся? Именно в этот момент в голову приходит Юнги, с его безумными идеями.

***

Хосок встретил Тэхёна и вкратце рассказав ему о том, что от него требуется, послал в Янпхен, а сам стал дожидаться Намджуна. В этот момент его внимание привлекает нечто, если это можно так называть, странное. Две фигуры на крыше навеса появились из окна второго этажа. Не без интереса наблюдая за ними, альфа заметил, что один из них, кажется, не в себе — слишком уж сильно его шатает, и он едва ли может стоять на ногах. Скорее всего пьяные в сопли или вообще приняли что-то. Хосок собирался вызвать охрану клуба, не хватало им ещё проблем с полицией из-за покалечившихся любителей перебрать с дурманящими разум вещами, но почему то не спешил это делать, продолжая наблюдать из тени. Парень дотаскивает друга до самого края крыши и смотрит вниз, на бассейн возле которого под навесом стоял Хосок. Он с облегчением выдыхает, что-то говорит своему другу и тот прикрывает нос рукой. Чон просто взгляда оторвать не может, ведь не каждый день такое увидишь. Высота приличная, неужто прыгнут? Не успевает он об этом подумать, как омеги уже летят вниз. Раздаётся громкий всплеск воды. Хосок не обращает внимания на то, что хлорированная вода из бассейна попала на его дорогие туфли и подходит ближе к воде. Ему, отчего-то, становится интересно, удачно ли закончится полëт этих парней. Чимин не на секунду не выпускал Чонгука из рук. Он выныривает первым и вытягивает из воды старшего, а тот начинает откашливаться — успел-таки наглотаться. Пак с трудом доплывает до бортика бассейна, помогает Чонгуку вылезти, и только потом выбирается сам. Всё это происходит под пристальным взглядом Хосока, которого они до сих пор не заметили. Чонгук отполз к колоне, пытаясь отдышаться, и переведя дыхание Чимин повернулся к нему, чтобы узнать в порядке ли брат, как вдруг видит стоящего на другом конце бассейна, в нескольких местах от них, мужчину. Из-за прожекторов, подсвечивающих воду в бассейне, и непривыкшим к темноте глазам, Пак не видит его лица, только ноги и нижнюю часть тела, а всё остальное лишь как тëмный силуэт. Но даже так Чимин чувствует его пронизывающий взгляд, направленный прямо на них. Хосок с Чимином несколько секунд сверять друг друга взглядом, после чего последний вдруг подрывается с места и закрыв Чонгука собой с ненавистью смотрит на Хосока. — Ты с ними за одно? — чуть ли не рычит Чимин, вгоняя альфу в ступор. — Ты о чём? — искренне недоумевает Чон. В этот момент лицо омеги становиться проще, хотя правильнее сказать, совсем безразличным. Чимин быстро отводит взгляд от Хосока и садится перед Чонгуком на корточки. Пошарив по карманам брата он находит ключи от машины, после чего поднимает Чона и коротко глянув на Хосока, забирает Чонгука и уходит в сторону парковки, пару раз всё же обернувшись, но лишь для того, чтобы проверить, не следует ли незнакомец за ними. Провожая омег взглядом, Хосок даже не заметил как рядом появляется Намджун. — Чёрт, — почёсывая затылок раздосадовано произносит Ким, чем привлекает внимание младшего. — Мальчишка Чона каким-то образом удрал. Испарился просто. — Ага, — ответил Хосок и развернувшись направился к машине. — Я видел. Он замечает выезжающее с парковки красное Феррари и предполагает, что сбежавшие дети министров именно там. Что ж, гнаться за ними нет никакого смысла. Всё что от них нужно было узнать — узнали. Кроме того, есть дела поважнее, ведь ему наконец удалось отыскать того, кого очень старались спрятать.

***

Юнги пару секунд смотрит на сидящего рядом Ёна и хмыкнув отворачиваться к своему окну. Он, может и из благих намерений, но всё же скрыл от него правду. Юнги злиться, но даже в таком состоянии замечает через зеркало заднего вида, что позади них нет знакомого чёрного внедорожника охраны. Всю свою сознательную жизнь он помнит, как тот следовал за его машиной словно тень, и не сомневался, что видел как от заправки внедорожник ехала за ними. Юнги не слышал чтобы кто-то давал охране команду уезжать. Тогда куда же они делись? Такого раньше не случалось, и Юнги не понимал почему случилось именно сейчас. Ён ловит недоумение и растерянность на лице омеги, и это не на шутку его пугает. — А… Договорить Юнги не успевает. Откуда-то слышатся свист, а сразу за ним раздаётся треск и окно со стороны сидящего рядом с водителем охранника покрывается паутинкой трещин, орошённой багровыми каплями. Следующая пуля добивает окно и плёнка покрытая мелкими осколками выпадает наружу. Всё произошло буквально за мгновение, но Юнги, как будто в замедленной съёмке видел, как влетевшая в окно пуля пролетает перед его лицом и вгрызается в голову водителя. Застывший от шока омега чувствует как что-то ударяется о его ногу. Он опускает взгляд, и уже в следующую секунду рот открывается в немом крике а содержимое желудка проситься наружу. У его заляпанного кровью белого кроссовка лежал кусок мозга. Машину без управления начинает заметно шатать, а потом и вовсе метать по дороге. Юнги понимает — нужно что-то сделать, но тело отказывается двигаться, а руки и ноги вдруг стали неподъемным грузом. Но рядом сидящий Ён не позволил страху взять над собой вверх. В его голове было много идей, которые он анализировал со скоростью света. Изначально он собирался перебраться на место водителя и увезти от сюда Юнги, но по выстрелам точно в весок не сложно догадаться — работает не простой снайпер, а профессионал. Очевидно что если Ён сунется к рулю — в ту же секунду получит пулю в голову. Но почему же он не выстрелил в Ёна сразу же? Вероятно всё потому, что снайпер не хочет рисковать и случайно задеть Юнги. Получается, что целью нападающий является не убийство наследника правящей семьи, а захватить его живым. Вот только Ён этого не позволит. Его долг — спасти Юнги любой ценой, и он это сделает. Пока Ëн судорожно думает о том, как поступить, что-то попадает под колёса машины, причём под все сразу. Послышался визг лопнувшей на колёсах резины, и автомобиль повело в сторону, после чего он и вовсе слетел с дороги, направляясь прямиком в ближайшее дерево. Юнги всё также неподвижно смотрит, глазами наполненными ужасом и за мгновение появившимися в них слезами, в лобовое окно. В этот момент Мин чувствует как на него накинулся Ён, повалил младшего омегу на сиденье и крепко прижал к себе. — Не бойся, я рядом! Всё будет хорошо! — кричит Ён. Он говорит что-то ещё, но Юнги его уже не слышит, из-за оглушающего грохота. Машина влетает в первое попавшееся на пути дерево и буквально сворачивается «гармошкой». От столкновения омег сбрасывает с сиденья, ударяя об спинки передних кресел, прямо на пол, усыпанный осколками и ошмётками голов водителя и охранника. Основной удар приходится на Ёна, прикрывшего младшего омегу собой. Юнги чувствует только то, как их трухнуло и удар головой об пол. — Господин! — придя в себя подрываясь с места воскликнул Ён. Юнги лежал под ним. Как только Ён посмотрел на его лицо, тело буквально оцепенело от ужаса. — Кровь… — прошептал Ён изучая лицо Юнги, в поисках раны. Не прошло и пары секунд, как он обнаружил впившийся в кожу осколок стекла над бровью. Не теряя времени, омега избавляется от осколка и сорвав край рубашки перевязывает Мину голову. — Ён… — наконец выдавливает из себя, до этого лежащий безмолвно и неподвижно, Юнги. Страх никуда не ушёл, но ему нужно знать. — Ён, что происходит? Омега заглядывает в блестящие от слёз глаза Юнги и чувствует, как сердце сжимается. Он должен спасти его. Спасёт любой ценой. Жизнь отдаст, но к Юнги прикоснуться не позволит. Ён выпрямляется и выглядывает в окна. Со стороны дороги виднеется свет фар. Сюда уже едут. Затем переводит взгляд в право и ужасается — машина начала гореть. Бензобак сейчас сильно повреждён, и топливо из него, скорее всего, уже начало вытекать наружу. Поэтому неизвестно в какой момент машина может взорваться. — Господин, нам нужно уходить от сюда. Здесь слишком опасно! Ён дёргает ручку двери, но та никак не поддаётся. Машину так помяло, что она уже не откроется. Но медлить нельзя, так как здесь взрыв они точно не переживут. Омега вовремя вспоминает и достаёт из-за пояса пистолет и рукояткой выбивает стекло. Первым наружу пропускает Юнги, сам лезет следом, но не успевает отбежать на безопасное расстояние. Ён что есть силы отталкивает Юнги, а сам ложиться на землю, как может закрываясь руками, но они были явно не способны защитить от осколков разлетевшиеся во все стороны. В его бок, прямо под рëбра, прилетает крупный обломок. Омега вскрикивает от боли, что тут же привлекает внимание Юнги. — Ён! — Мин срывается в сторону омеги, игнорируя его крики с просьбой не приближаться. Юнги помогает Ёну подняться и отбежать подальше от полыхающего автомобиля. Старший омега на ходу оглядываться и понимает, что их преследователи настолько близко, что их можно разглядеть в свете луны. Четыре чёрных внедорожника стремительно приближались к месту аварии, и явно не для того, чтобы оказать пострадавшим первую медицинскую помощь. Прямо перед ними был лес. Отличное место чтобы спрятаться, нужно только убежать подальше и дождаться помощи. Ён уверен, то что никто из охраны не выходит на связь уже заметили, потому Чонки немедленно выслал людей на их поиски. Нужно только затаиться и… Резкая боль в боку сбивает омегу с ног. — Ён! — Юнги падает на колени, заглядывая в лицо омеги. — Ён, что с тобой?! — Мин неосознанно касается раны на боку и его глаза округляются от ужаса. Он едва дотронулся, а с ладони уже капает кровь. — Ты ранен… — смотря на свою ладонь произносит омега. Ён осматривает бок и с ужасом оборачивается. От самой машины до их нынешнего местоположения тянулась багровая дорожка крови. Он буквально сам показывает преследователям где они. Так им точно не спрятаться, как бы далеко они не убежали. А значит выбора у него нет. Ён достаёт из-за пояса второй пистолет и вручает Юнги. — Бегите, господин, а я прикрою. — С ума сошёл?! — одёрнув руку, будто боясь коснуться оружия, воскликнул Юнги. — Мы бежим вместе, иначе никак! — Господин, им нужны вы а не я. Бегите, а я спрячусь и всех перебью, пока они не добрались до вас. Вы же знаете, я упражнялся в стрельбе. Бегите как можно дальше и прячьтесь, а я приду к вам как только покончу с ними, и потом мы вместе дождёмся подмоги. Ваше исчезновение давно заметили и ваш брат уже выслал людей на наши поиски. Поэтому не переживайте, всё будет хорошо, слышите!? Просто спрячтесь, а я вас найду. Всегда находил. — Обещаешь? — Обещаю. Юнги слушает Ёна глотая слёзы и едва заметно кивает. — Хорошо, — через боль улыбается омега и не сдержавшись подносит бледную изящную руку Юнги к своим губам, оставляя на костяшках и тыльной стороне ладони несколько поцелуев. — А теперь бегите! Юнги срывается с места, убегая в глубь леса. Из-за слёз дороги не видно, хотя и догори то тут никакой нет, а бежит он сам не знает куда. Ён сказал убежать подальше и спрятаться. Эти его слова внезапно напомнили детство, когда они с Ёном играли в прятки в саду, и, как старший омега и сказал, он всегда его находил. Вот только в детстве перед этой игрой им не приходилось становиться свидетелями того, как охраннику и водителю вышибают мозги, не нужно было попадать в аварию и спасаться от взрыва, никто не был ранен и пистолетов не было. И зачем вообще Ён дал ему пистолет? Ему же просто нужно спрятаться и дождаться Ёна и людей брата! Юнги кажется, что он уже ничего не понимает. Больно, страшно, тяжело. Он не знает сколько бежал, пока ноги не перестали его слушаться и он рухнул на землю, ощутимо царапая ладони. Омега попытался подняться, но ничего не вышло. Он больше не сможет бежать. От безысходности слёзы накатили с новой силой. Юнги начал судорожно оглядываться по сторонам, в поисках места, где можно спрятаться и дождаться Ёна. И вот, буквально в метре, с права от себя он заметил на половину поваленное дерево. Оно упало на ствол другого, поэтому его корни не до конца вышли из земли. Мин на четвереньках дополз до туда и свернулся в клубок, прижимая пистолет к груди.

***

Как только Юнги исчез из поля зрения Ён повалился за землю, болезненно простонав. Рана — глубокая, кровотечение — сильное, положение — безысходное. Он чувствует, что вот-вот потеряет сознание, но тут же даёт себе сильную пощёчину. Ему нельзя отключаться, нельзя дать тем людям, кем бы они ни были, добраться до Юнги. И дело тут далеко не в том, что он обязан защищать наследника, как его подданный. Он любит Юнги, и пожертвует ради него всем. Даже жизнью.

***

Намджун выходит из машины, быстрым шагом направляясь к полыхающему автомобилю и приказывает немедленно достать от туда Мин Юнги, ведь в его планы не входило сжечь его прямо здесь и сейчас. Следом за ним идёт Хосок, внимательно осматриваясь вокруг. — Чёрт, пусть только попробует помереть. Я его с того света достану, — сжимая руки в кулаки чуть ли не рычит Ким. — Я говорил тебе, что нужно внести корректировки в твой состряпанный на скорую руку и буквально написанный на коленке, план. Но ты в спешке всё сделал по своему, — упрекнул его не менее злой, но не показывающий виду, Хосок. Намджун молча бросил на него свирепый взгляд и ускорил шаг. — Господин Ким! — подбежав обратился к Намджуну один из его людей. — Его нет. — Как это нет? Сгорел что ли!? — Нет, господин, не в этом дело. В машине только труп водителя и охранника. Цели в машине нет. Озадаченный Намджун задумался на пару секунд и перевëл взгляд на пытающегося привлечь его внимание Хосока. Последний кивнул, указывая на кровавую дорожку на земле. — Вон оно что, — с улыбкой протянул Ким. — Решил поиграть в прятки? К несчастью для тебя, у меня совершенно нет на это времени.