Feels with blood

На следующий день Хану пришлось взять себя в руки. Минхо возможно ходил в школу вчера, а Хан это время пропустил, нужно было ему собраться и успокоиться. Одного дня не хватило на полное восстановление. Однако, жить и ходить в школу он мог. Поэтому нужно было идти. Тем более, что мама названивала по десять раз на дню. Когда Джисон поднимал трубку она яростно выпытывала, почему он пропустил школу. Всё что он мог сказать в своё оправдание это:" у меня жутко болела голова, ничего не мог поделать, весь день мучался". Кстати последнее являлось правдой, Джисон и вправду мучился весь оставшийся день, особенно чувствуя как запах Хо медленно выветривается из свитшота. Он яростно тыкался в него носом, но понимал, что с каждым таким тычком он чувствует его всё меньше и меньше. Утром Хан проснулся слишком рано. Он медленно одевался, апатия тянула его обратно в кровать. Надел рубашку и брюки, а свитшот Хо аккуратно сложил в глубь шкафа, чтобы вернуться со школы и снова его надеть. Хотелось откинуться. Почистив зубы и умывшись он прошёл мимо кухни, несмотря на лёгкий голод, и сел на диванчик рядом с обувницей. Он быстро обулся, однако ему показалось, что шнурки завязывались целую вечность, он взял в руки телефон. До выхода оставалось 20 минут. Джисон опустил голову и глубоко вздохнул, время тянулось долго, словно остановилось. Хан не вытерпел и вышел на улицу, помахав при этом рукой камере. Свежий воздух на улице ударил в нос и от него Джисон чуть не задохнулся. Нудный серый день впереди. Таким хмурым Хан собирался остаться до конца дня, только бы в школе увидеть Минхо, тогда станет лучше. Он ничего для себя не решил, как будет—так будет. Выйдя за калитку Джисон медленно поплёлся по узкой улице. Затем свернул на другую. Сегодня он решил пропустить автобус и пройтись пешком. Ветер трепал его волосы, и этим сильно раздражал, почти ничего небыло видно из-за этого. Пасмурно. Сыро. Холодно. День точ в точ описывал состояние Хана. Школа замаячила в конце улицы. Осталось немного. Подойдя к воротам он заметил Хёнджина и Чанбина. Бинни всё ещё был подавлен, но уже немного улыбался, когда Хван травил сомнительные шуточки. Завидев издалека Джисона Хенджин подозвал его к себе. –Привет Хан, что за вид? Вы с Минхо оба зависите от погоды? –Привет... оба? Ты уже видел Минхо? –Да, он пришёл чуть раньше, хмурый до ужаса. Сказал что это из за погоды.–Сдержанно ответил Чанбин. –Ох, вот как... Бинни ты как?–Джисон помнил что нужно поддержать друга.–только сегодня пришёл? –Да, всё же нашёл в себе силы, мы обещали друг другу быть сильными. –Бинни посмотрел в пол. Потом на Джисона, ища понимания. –Мне очень жаль, правда, надеюсь ты скоро будешь в норме. –Спасибо..! Я быстро отхожу. Ну почти. Да и Хван всё время тут. Без него я бы совсем потух. –Чанбин с улыбкой глянул на Хёнджина. Что касается Хвана, то тот возился с ним потому, что больше нескем было. Невзаимная любовь разбила ему сердце, но потребность всё время о ком-то заботится никуда не исчезла. Как бы он не пытался забыть Феликса, который буквально был для него всем, он не смог отучить себя от заботы. Поэтому теперь он помогал Чанбину справиться с его горем. Однако история Хёнджина уже совсем другая, это его история и рассказана она будет не здесь. –Ой да ладно тебе. –Хван отмахнулся. –Что ж удачи вам, мне нужно идти. Джисон потопал внутрь, услышав позади прощание. Проходя по коридору он увидел Минхо в компании одноклассников. Сердце забилось, крылья за спиной зашевелились. Хан направился к ним, и проходя мимо, взглянул на Минхо. Тот его заметил. Но его взгляд был холодный как сталь. Проводив этим взглядом Хана, у которого от такого слёзы навернулись на глазах, он продолжил разговоры с ребятами. Джисон почувствовал, что вот-вот по щеке прокатится мокрая капля. Этот взгляд ударил его словно нож в кровоточащую рану. Минхо лишь сделал вид что ему плевать. Той ночью, уходя из дома Хана он многое для себя решил и понял. Как только Хан скрылся за углом коридора, Хо быстро попрощался с ребятами и кинулся вслед за ним. Джисон проходил мимо кладовой, когда кто-то схватил его и буквально швырнул внутрь. В ту самую кладовую, где они часто прогуливали уроки и разговаривали обо всём. –Ну здравствуй, Хан Джисон.–Минхо гневно смотрел на лежащего Хани. –Хо.. давай поговорим, пожалуйста.–Джисон попытался встать, но не успел. Минхо подлетел и поднял его за ворот рубашки, откинув к стелажу с инвентарём для уборки. –Хочешь поговорить? Давай.–Он выглядел так, словно на кусочки Хана порвать готов.–Пожалуй мне стоит начать. Ответь, как сделать из тебя нормального человека, а? –Минхо, пожалуйста, послушай... –Голос Джисона дрожал, он пытался не плакать, но понимал что вот вот сорвётся. –Я нормальный человек...я... –Ты? Нормальный человек? О нет, ты ошибка природы! Минхо замахнулся и со всей силы ударил Хана кулаком в скулу. Резкая боль прошлась от места удара по всему лицу. В глазах потемнело, но Хан был в полном сознании. Он закрыл глаза и схватился рукой за больное место. Минхо же на этом не остановился. –Ты будешь мне отвечать?!–Он перешёл на крик. –Прости..меня..почему ты это..–Но Хан не успел договорить, так как последовал следующий удар, в то же место. В ушах зазвенело от боли. Однако больнее было морально. Это был первый раз в их жизни, когда Минхо его ударил. Да ещё и так больно. Слёзы хлынули из глаз Хана, он в душе корил себя за то, что не может держаться. Осторожно прикоснувшись к месту удара он посмотрел на свои пальцы и увидел капли ярко красной крови. Скула была разбита. Минхо тяжело дышал, он прекрасно осознавал что делал и ему хотелось бить ещё и ещё, приносить адскую боль этому маленькому тельцу, хотя знал, сколько боли он уже причинил его сердечку, что билось только для него. Хан поднял голову и посмотрел на Минхо, стоявшего перед ним и довольно разглядывая кровавое пятно на лице Хани. –Минхо, послушай..–Джсон предпринял ещё одну попытку достучаться. Он не злился на Минхо, он был даже рад, что Хо уделяет ему внимание, пусть и таким образом. Он просто сейчас смотрит на него и становится спокойнее. Джисон чувствует его запах. Он успокаивает. Внимание, пусть и больное, но оно есть. Эта боль лучше чем лежать совсем одному дома и умирать без присутствия его солнышка, без его Минхо.–Ты можешь просто меня выслушать?Пожалуйста... Минхо подошёл вплотную. Между ними оставались считанные миллиметры. Джисон посмотрел в глаза Хо. Из-за слёз он мало что увидел, но ему и этого хватало. В эти прекрасные глаза он был готов смотреть вечно. –Кто ты такой, что бы я тебя слушал?–Хо пристально смотрел в глаза Хана. Он пытался найти там что-то, сам не знал что именно. Его глаза опустились вниз, на губы, дрожащие от тихих рыданий. Те самые. Минхо вспомнил ту ночь. Запах и вкус пронеслись перед ним. До самых мелочей он помнил это. Внутри него всё колыхалось. Он не понимал чего он хочет и зачем всё это делает. Он причиняет боль своему Хани. Хани предатель. Хани к которому он так привязан. Хани гей. Хани его любит. Всё кружилось вокруг него. Комната вертелась словно он ехал на карусели. Губы. Нижняя больше верхней. Со вкусом топлёного молочного шоколада. Хан сквозь слёзы заметил куда смотрит Минхо и наблюдал за его глазами, боясь спугнуть. Он удивлённо смотрел на давно любимые, родные глаза. Запах Хо, который начал пропадать со свитшота наконец почувствовался. Сладковатый, как и всегда, смешаный с запахом ненависти. Джисон до ужаса боялся спугнуть этого притихшего Минхо, но почувствовал, что это его ещё один шанс. Секунды, лишь секунды у него есть, что бы вновь почувствовать его губы, даже если после этого поцелуя Минхо изобъет его до смерти. Он согласен обменять свою жизнь на этот поцелуй, хуже уже точно не будет. Скула кровоточила, болела до ужаса сильно, из-за чего Хан готов был на стену лезть, но он тихо следил за взглядом Минхо. Он решил. Всё решил. Медленно подался вперёд, но его опередили. Минхо резко впился в чужие губы. Этот поцелуй был совсем другим. Он был рваным, с ненавистью и кровью. Минхо не мог оторваться. Его разум отключился. Он и не хотел знать причину этой отключки. Лишь ускоряясь покусывал нежные и так нужные ему губы. Молочный шоколад стал его слабостью. Джисон же не ожидал этого от слова совсем, но забыл о неожиданности почти сразу же. Он медленно кусал в ответ. Не старался причинить боль, он словно успокаивал своими губами чужие, отдавая свои на растерзание. Джисон погряз в любви, пытаясь как можно старательнее и нежнее прикасаться. Минхо же просто пользовался этим и проникал внутрь языком, кусая губы, но не пуская кровь. Однако, они всё равно были перепачканы кровью, тёкшей из скулы. Сильный привкус железа только сильнее раззадоривал Минхо. Лишь через минуту он смог оторваться от сладких губ с привкусом метала. Джисон не хотел заканчивать. Он ничего не хотел знать, лишь бы это длилось вечно. Урок, начавшийся пять минут назад его не волновал. –Ты тварь, незаслужившая жить, я сломаю тебе все кости, слы...–Но он не успел договорить. Джисон схватил его лицо и притянул к своему. Нежно накрыв его губы своими. Снова привкус крови. Укусы стали больнее. Ярость Минхо выливалась через этот поцелуй, он не мог остановиться. Хотелось разорвать Джисона на части, но сил не хватало. Сладкие губы сводили Минхо с ума. Он буквально чувствовал себя как под наркотой, ярость и желание убивать сошло на нет. Всё тело знобило. То же происходило и с Джисоном, он не помнил ни о чем сейчас, только нежно чувствовал родные губы. Минхо готов был упасть от слабости. Казалось, что он тратит все силы на больные укусы. Он не позволял себе кусать губы Хани до крови, но всё равно впивался резко и больно, поочерёдно проникая между них языком. Хан отвечал своим, это сводило его с ума. Он чувствовал все касания и укусы, позволяя делать с его ртом всё, что угодно. Джисон продолжал держать лицо Минхо в своих ладонях, а Хо всем телом прижал Хана к стелажу, заблокировав любые способы побега руками справа и слева держась за полки этого самого стелажа на уровне талии. Хан и не думал сбегать, ни за что на свете. Здравый смысл оставил их на пять с половиной минут. Но всё рано или поздно заканчивается. Минхо начал просыпаться от этой эйфории, хотя так не хотелось. Пытаясь пробудить в себе остатки сознания, Минхо из оставшихся сил отпустил чужие губы и оттолкнул Хана от себя. Схватил его за рубашку, хотя сил уже свосем небыло. –Я тебя убью, только взгляни на меня ещё, только попробуй...–Минхо быстро развернулся и вышел, вытирая рот рукавом кофты. Объяснять произошедшее никто не собирался. Джисон смотрел ему вслед всё ещё чувствуя боль от укусов на своих губах. Кровь из скулы перестала бежать, но боль возникла с новой силой. Он был счастлив. Ему было больно, но сердце готово было выпрыгнуть из груди. Хан наконец-то почувствовал себя счастливым. В крови на полу кладовой сидел Хан Джисон и тихо радовался. Он плакал от счастья и от боли одновременно, но от счастья чуточку больше.