Feels with blood

Всё время, пока они спали, Минхо был очень сосредоточен. Да, он погружался в сон, но был всё так же чувствителен. До того, что просыпался и нервно открывал глаза, когда Джисон вертелся во сне. Всё из-за беспокойства, чёртова беспокойства за него. Минхо боялся, что у Джи может снова подняться температура. Сам он за собой врятли нормально проследит, потому, что даже не побеспокоился о лекарстве для горла, всё делал Хо. "Какой же ты ещё ребёнок, Джисони."–Подумал Минхо. Но ему нравилось. Очень нравилось заботиться о Хане. Он чувствовал что-то приятное, когда помогал ему и видел, как Хану становится лучше. Сердце радовалось, когда его забота оказывалась не бесполезной. Такое тепло он испытывал и бесконечно хотел дарить Джисону. Заобнимал бы всего. Именно это он сейчас и делал. Забыв обо всём, прижимал любимое тельце к себе. Чувства захлёстывали, когда он кожей ощущал его всего. Руки, что были обвиты вокруг талии, поглаживали спину, а носом Минхо зарывался в шею, но всё это делал аккуратно, чтобы не разбудить Джисона. Как жаль, что они не смогут быть вместе. Не смогут, потому что Минхо боится его потерять. Он согласен жить вот так всю жизнь, рядом с ним, тем более, что Джисону тоже это нравится. Так ему уже надоели мысли и рассуждения о том, что между ними происходит... страшно надоели. Он понимал, что возможно это его проблема, это он думает, что они не справятся, но реальность всегда говорит об обратном. Даже самая сильная любовь рушится. Пока Хан болел Минхо обязательно был рядом. Температура поднималась, порой, снова, но уже не была такой высокой как в первые дни. Хо тщательно следил, чтобы все таблетки были выпиты и лекарства использованны. Джисон безпрекословно делал всё, что говорил Минхо, хоть ему и нравилось так болеть. Один раз звонила мама Хана, говорила, что они скоро смогут вернуться, но всё ещё нужно пожить пока одному. Разумеется о том, что Джисон дома не один, мама не узнала. Минхо сам звонил Тётушке Ли, чтобы она не беспокоилась. Он рассказал ей всё и она понимающе его поддержала. Сказала, что скоро уезжает, но ему сейчас действительно важно побыть с Джисоном. На вопрос, куда она собралась, мама Хо промолчала, только добавила, что Минхо не должен скучать. Минхо тогда подумал, что она уедет к родственникам. Проходили день за днём и Джисон наконец поправился. Лекарства стали не нужны и перед ними была последняя ночь, которую Минхо проведёт в доме у Хана. Тишина и темнота, они вдвоём, оба искали повод остаться, но никак не могли его найти. Джисон готов был заплакать, потому что знал: Минхо больше ничего не держит, а значит сегодня он либо уйдёт навсегда, либо останется. Какой выбор он сделает? –Минхо, давай поговорим. –Давай... –После того, что мы тут пережили... мы больше не враги? –Мы никогда ими небыли, Джисони.–У Минхо к горлу подкатывает ком. –Но после той драки, наше общение изменилось... изменились ли наши отношения?–Джисон умоляющим взглядом смотрел на Хо, отчаяние готово было вырваться из груди. Он не знал, как правильно подобрать слова. –Хани, –Минхо чуть не плакал от невыносимой боли.–Спасибо тебе за всё, спасибо за то, что был рядом всё эти годы, спасибо что...–Он тяжело вздохнул, сдерживая слёзы и убеждая себя, что так нкжно.–Спасибо за ощущения которые я испытывал, когда целовал тебя. Я никогда не забуду этого и... я могу сказать тебе гораздо больше, чем "спасибо". Я могу сказать тебе очень многое...–Он замолчал.–Но не скажу. –По щеке скатилась слеза, которую он сдержать всё-таки не смог. Внутри у Хана всё оборвалось. Он думал, что не найдёт в себе силы сказать. –Минхо... –Дрожащим голосом проговорил он.–Может быть я говорю это в последний раз, –К горлу подкатывает комок.– последний наш раз, в последний раз в моей жизни, я уверен, я произношу это... я люблю тебя, Минхо, я очень сильно тебя люблю.–И он заплакал. Минхо обнял его молча. Тихо и крепко, прижав к своей груди. В мыслях он то и дело повторял: "Я тебя тоже очень сильно люблю, мой Джисони, моё чудо, сильно тебя люблю, что жить не смогу без тебя, дурачок мой маленький." Минхо не плкал, пытался сдержаться. Он уже всё для себя решил. Уходить и больше никогда не обнимать и не целовать Хана. Только друзья. Больше ничего не останется от них, кроме дружбы, что была раньше. Одно целое распадается на Ли Минхо и Хан Джисона. Последняя их интимная и близкая ночь сегодня. Сегодня они обнимаются последний раз. Они уже скучают, ещё не расставшись. Они будут видеться, разговаривать, смеяться, но их любви больше не будет. Они оба безумно сильно любят друг друга сейчас и эту любовь они убивают, чтобы быть рядом всегда, хотя, кажется, это причиняет больше страданий, чем если бы они, спустя несколько лет отношений, расстались. Они сидят на полу, прижавшись друг к другу и не могут отпустить друг друга из объятий. Минхо осторожно убрал руки и встал. Джисон продолжая тихо, молча плакать, только лёг на пол, свернувшись комочком и чувствуя, как умирает внутри. Минхо развернулся к выходу. Ноги немели, когда он пытался передвинуть их, слёзы, наконец прорвавшиеся, текли как вода из под крана, закрывая собой всё. Он сжал кулаки и не оборачиваясь вышел из комнаты, а вскоре и из дома. Как только он вышел на улицу, косой дождь вмиг замочил его одежду и, без того мокрое от слёз, лицо. Он вышел за калитку и упал. В его теле больше не осталось сил. Он лежал ничком около забора и смотрел в небо, а по лицу текли ручьём слёзы, смешиваясь с дождём. Он смотрел в чёрное, звёздное небо, не осознавая, что с ним и где он.