effect of your love

Солнце безжалостно палило, переливаясь всеми цветами радуги в маленьких камешках на асфальте. Цветы сворачивали свои нежные лепестки с надеждой спастись от палящих лучей огненного шара, но тщетно. Листья деревьев испускали девственную влагу и за секунду превращались в подобие себя, но в более поздний период. Виктория вышла из университета с облегчённым вздохом. Это был последний экзамен и теперь можно спокойно уйти на летние каникулы. В кармане джинс разразился треск её смартфона. — Алло, да, ба, я сдала! — когда Виктория говорила с бабушкой по телефону, ей приходилось повышать голос на несколько децибелов, чтобы та услышала. Бабушка ни в какую не соглашалась на другую модель телефона и довольствовалась старой кнопочной Nokia, которую можно было спрятать в ладони. — Что? Кто приедет? — она снова крикнула так, что прохожие обернулись на неё. — Слушай, давай я приду и мы всё обсудим, окей? Всё, люблю тебя, ба, — она чмокнула телефон в микрофон и убрала его. На её лбу появились маленькие капельки пота, а футболка начала прилипать к телу. Вик представила как они вместе с Джорди окунутся в прохладную солёную воду, а волны будут качать их. А что самое главное — она будет с Джорди. Они так давно не проводили время вместе и эта поездка казалась ей чем-то нереальным, волшебным. Возможно, их отношения выйдут на новый уровень. Она улыбнулась мысли, что может стать сеньорой Морэ. А как бабушка будет «рада». Виктория шла медленно, вдыхая раскалённый воздух. Она крутила головой из стороны в сторону, будто впервые видит город, хотя она была коренной итальянкой. Но её каштановые волосы и янтарный глаза говорили о другом. Её кожа быстро обгорала, тогда как её подруги могли часами пробыть на солнце и в итоге получить бронзовый загар. Когда Виктория думала об образе «итальянки», ей представлялась кто-то как Моника Белуччи или Бьянка Балти, но когда она смотрела в зеркало видела лишь Викторию Дэламор. От той самой «итальянки» лишь фамилия. Ей было трудно сказать на кого она больше похожа. О матери можно было судить лишь по фотографиям двадцатилетней давности, бабушка, смуглая и черноволосая, не сильно расщедрилась генами для неё, а отца она вообще никогда не видела. Может, это из-за него она выглядит как нечто чужеродное? Бабушка решила устроить праздник по случаю закрытия сессии. Она так делала каждый год, закатывала празднества по поводу и без. Бабушка была рядом всегда и Вик была благодарна ей за это. Всякий раз когда кто-то решался подшутить над Вик или напомнить об отсутствии родителей, эта грозная женщина одним лишь взглядом обрубала всякое желание что-либо говорить и делать. Продавцы фруктов завлекали в свои ларьки, туристы толпились на входе в сувенирные лавки, но взгляд Вик зацепился за одного мужчину. Он был высокий и долговязый, светлые волосы с проплешинами светились под солнцем. Мужчина шёл очень медленно, будто каждый шаг отзывался болью, а его взгляд был пустой — он тупо смотрел перед собой. Виктория перешла на другую сторону дороги, она не мало повидала людей под кайфом и больше такого опыта ей не хотелось иметь. Поравнявшись с девушкой, мужчина остановился как вкопанный, а в следующую секунду рухнул на землю. Как ни странно никто не отреагировал на столь обыденное для центра Милана событие. Виктория замялась, всё-таки не очень хочется подходить к человеку с глазами-стекляшками, но и пройти мимо у неё не получилось. — Эй, — она осторожно подошла к нему и присела рядом, — с вами всё хорошо? — Но он не отзывался, он вообще не подавал признаков жизни. Тогда Вик решила потрясти его. Тишина. Она заметила, что кроме продавщицы фруктов, в метрах десяти от них, людей больше не было. Уличная суета сменилась пару тройкой зевак, проходящих мимо с отрешенным видом. Она хотела подняться и позвать кого-нибудь, но вдруг мужчина схватил её за руку так, что она чуть не упала на него. Мужчина начал что-то бормотать, еле шевеля пересохшими губами. — Нужно вызвать скорую, — начала Вик, но незнакомец оборвал её на полуслове. — Ты… ты… — шептал мужчина. — Я? — Виктория непонимающе смотрела на него. — Возможно у вас… В одну секунду ей стало трудно дышать. В голове разлетелась тысяча маленьких осколков, а глаза мужчины потеряли человеческий вид и стали белыми безднами, готовые поглотить её. Виктория больше не видела улицу Милана — она оказалась в изумрудном зале, стены которого были завешаны картинами. Перед ней стоял мужчина в сером пиджаке. Каштановые кудри ниспадали на загорелый лоб, а на его руках покоился младенец. Душа Виктории будто покинула тело и стояла в этом зале. Мужчина с ребёнком был на расстоянии вытянутой руки от неё и стоит только дотронуться… — Эй! — крикнул мужчина в сером. Его умиротворенное лицо сменилось маской гнева и ярости. — Эй! — он кричал, но с каждым словом его образ становился расплывчатым, а через мгновение испарился вовсе. Белая пелена спала и девушка вновь оказалась в самом сердце Милана. Способность дышать вернулась к ней и она принялась жадно глотать воздух, хватаясь за горло. Рядом с ней сидел парень и она была готова поклясться всем, что у неё есть, что это самый красивый парень, которого она когда-либо видела. — С тобой всё нормально? — спросил он, положа руку ей на плечо. Вик лишь кивнула. Это не было похоже на галлюцинации, что у неё были, но тогда как объяснить, что мужчины с проплешинами больше не было. Он испарился как и белый туман. — Где он? — с трудом выдавила из себя Вик. — Кто? — Мужик. С лысиной такой, — она жестом показала на свою голову. — Он был здесь, разве ты не видел? Парень покачал головой. Для жаркого Милана он выглядел очень странно. В этих черных свитере и брюках он был похож на офисного клерка с ангельским лицом. — Ты упала. Наверное, солнечный удар, — он подал ей руку и помог встать. Она отряхнула джинсы от пыли. С ней часто случались разного рода неприятности, но чтобы перехватывало дыхание, а голова была затуманена — такое впервые. Вик собиралась что-то сказать сказочному парню, но когда подняла голову тот уже ушёл. Она посмотрела по сторонам в надежде поймать его взглядом, но улицы были наводнены людьми и палящим солнце. *** Когда Хёнджин зашёл в квартирку на Сан Просперо, что Авалор снял для них, на город уже опускался вечер. Сынмин листал каналы на старом телевизоре, а Минхо склонился над бумагами, которые захватил с собой. — Хэй, у нас есть чего пожевать? — небрежно спросил Хёнджин, проходя на кухню. — Где ты был? — холодный голос Минхо резал воздух словно нож. — Гулял. — Я же говорил не уходить одному. Мы должны держаться вместе, — Хо оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на Хёнджина. Парень был беспечен как всегда, будто его совершенно не волновало то, что они находятся на другой планете и они совершенно одни среди чужого мира. В ответ на наставления Минхо Хёнджин лишь кивнул. — Слушайте, мы должны сходить куда-нибудь. Я гулял по Данте и… — Ты забыл зачем мы здесь? Чёрт, Хёнджин, это не шутки. Наш дом в опасности, а тебе лишь бы тусить, — Минхо сверлил его глазами. У Хёнджина ток пробежался по телу, но его гордость не позволяла отвести взгляд. — Ну? Ты нашёл что-нибудь? — Нет. Минхо тяжело вздохнул. Всё совсем не так как он рассчитывал. — Радар сходит с ума. Я не могу связаться с Робертом. А эти чёртовы точки появляются, а через секунду исчезают. Я не могу зафиксировать их местоположение. — Может, нам просто выйти и попытать счастье без радара, — предложил Хёнджин. — Я уже предлагал, — подал голос Сынмин. — Нет, — отрезал Минхо. — Слишком рискованно. — Тогда ты можешь сидеть тут и ждать благословения Равелки, но, боюсь, ждать придётся долго. Хёнджин заметил как напрягся Минхо — он явно обдумывал его предложение, но что-то не давало ему принять какое-то одно решение. — Так что скажешь, Хо? Возьмём пушки и дубинки если ты боишься за свой зад и в путь! После долгой паузы Минхо согласился и они отправились на разведку. Людские потоки двигались в каком-то хаотичном порядке. На асфальте отражались маленькие луны фонарей. Освещенные светодиодами бутики и салоны распространяли флюиды роскоши, смешиваясь со свежестью вечера. — Я точно помню, что видел точки где-то севернее от нас, — кинул Хо через плечо, пробираясь через толпу. — Где-то в этом районе. Они огибали улицы одну за другой, и за каждой таилась своя история. Сан Просперо была миром простоты, тишины и умиротворенности, а Данте, на которую они пришли спустя несколько минут — центром торговли Милана. Всё что ты захочешь будет у тебя в кармане, разумеется, за кругленькую сумму. По словам Роберта, кварц на их шеях оповещал о присутствии Лукянцев или кого-то другого из Авалора за несколько метров. Если так, то он молчал. Неужели, это действительно был сбой системы и радары показали точки неверно? Они остановились на перекрёстке, обдумывая куда идти дальше. Рыжий упитанный кот потёрся о ногу Хо. — Привет, — парень нагнулся и погладил кота. — О боже, Минхо, это твой друг? — Хёнджин спрятался за Сынмина в надежде не расчихаться. Минхо не ответил. Он оглядывался по сторонам. Здесь, на Земле, даже воздух пах по другому: более свежий и лёгкий, он смешивался с запахом растений, окутывал своей невесомой вуалью. В груди парня что-то зачесалось, словно колючка вонзилась в кожу, желая проткнуть её. Свитер нагрелся и сквозь ткань светился розовый огонёк. — Хо… — прошептал Сынмин, — твой… Минхо всё понял. Он вытащил медальон наружу и посмотрел на украшения ребят. — Ваши тоже, — коротко сказал он. — Приготовьте оружие. Они близко. «За несколько метров — подумал Хо, — это сколько?» В любом случае они были почти одни на перекрёстке. Внезапно из-за угла послышались шаги и парни резко обернулись. Это была девушка. И в отличие от них, она даже не посмотрела на них, тогда как её провожали три пары глаз. Минхо подбородком показал на девушку и они медленно пошли за ней. — Ты думаешь это она? — прошептал Хёнджин. — Она мне кого-то напоминает. — Кого? — Пока не знаю, но… я где-то её видел. Они шли минут десять пока девушка не скрылась в дверях здания, освещенного огнями. Без лишних слов парни проделали то же самое. Музыка ударялась о стены в надежде вырваться наружу. Их встретил мужчина в белом костюме с чёрным галстуком и открыл им дверь. — Хорошего вечера, — с улыбкой сказал мужчина и принялся за других гостей. Они зашли в затемненный зал. Кругом были люди, их тела двигались в унисон мелодии. Воздух наполнился запахом пота вперемешку с алкоголем. — Это похоже на наш «У Била», — сказал Сынмин, пытаясь перекричать музыку. «У Била» — один из немногих увеселительных заведений на Равелке. На розовой планете действует запрет на подобные места, но дилерам и сутенёрам это не мешает делать деньги. — Эй, ребята, я не вижу её. Никто не удосужил его ответом, вместо этого грубая рука Минхо схватила Сынмина под локоть и утащила за столик. — Будем наблюдать, — сказал Минхо. Он подпёр подбородок рукой и внимательно следил за толпой, подобно акуле, выжидающей свою добычу. — Если будешь так сверлить — выдашь нас, — буркнул Хёнджин. Парень посмотрел по сторонам в поисках девушки, но было сложно кого-то разглядеть дальше вытянутой руки. — Это не она? — Сынмин указал на девушку, стоящую у барной стойки. Минхо хотел было встать, но Сынмин вовремя перехватил его: — Она не одна, — и вправду, рядом с ней стоял высокий парень и темноволосая девушка. — Что мы вообще должны сделать? Хёнджин видел только половину лица незнакомки. В её волосах играли огни прожекторов и в этом освещении они казались ещё прекраснее. Но глядя на неё сейчас его осенило почему девушка кажется такой знакомой: — Я вспомнил, — пробормотал он. Его глаза округлились, а лицо вытянулось. Заметив вопросительный взгляд друзей, он продолжил: — Сегодня. Я видел её сегодня. — Чёрт, я тоже много кого вижу, — раздражённо сказал Хо. — Нет. Это другое. С ней произошло что-то странное. Я шёл по Данте и увидел как какой-то тип пытался загипнотизировать её. — Загипнотизировать? — спросил Сынмин. — Как это делаешь ты? — Нет. Это было что-то другое. Его глаза были белые… — Лукянец, — выпалил Минхо прежде чем Хёнджин договорил последнее слово. — Значит она не из них. Но тогда почему кварц горит? Они молча наблюдали за ней, пока девушка не вышла из клуба - а они за ней. — Ты уверен? — спросил Сынмин. — Другого выбора нет. За секунду Минхо обратился в белого и пушистого кота. — Его даже хвост не делает милее, — сказал Хёнджин, но замолчал при виде холодных зелёных глаз кота-Минхо. Парни смотрели вслед пушистику, ловко перебирающего лапками. Он предложил этот способ, ведь кто будет подозревать кота, идущего за тобой по пятам? Девушка шла быстро и иногда Минхо приходилось бежать за ней, но он оставался не замеченным. Выйдя на пустой переулок, освещенный фонарями, на асфальте было две тени — девушка и кот в нескольких метрах от неё. Минхо шёл, готовясь нанести удар, но на него налетела собака. Её лай оглушал, а зубы вселяли страх. Минхо пытался отогнать её лапой с острыми когтями, но это мало помогало. — Эй! — крикнула девушка. — Зои, фу! — она подбежала к сцепившимся собаке и коту. «Зои? Она что её знает?» — подумал Минхо. Собака прижала уши к голове и склонилась к земле. — Зои, где Берт? Нельзя нападать на котов. Иди сюда, — она взяла пушистого на руки и погладила по голове. — Не бойся, всё хорошо. Знала бы она, что творилось в мыслях кота. Он хотел её укусить, вцепиться ей в лицо. Он терпеть не мог когда кто-то с ним обращался как… с котом. И всё же он сдержал себя. — Зои! Зои! — раздались мужские крики где-то в начале улицы. — Вик, это ты? — Да-да, Берт. Запыхавшийся мужчина подбежал к Виктории: — Фу! Обегал всю округу. Сорвалась с поводка, — он пристегнул поводок к ошейнику собаки. — Кот… Она на него напала? — Нет, — Вик знала, что будет если она скажет «да». Берт накажет Зои за очередное гонение кота. — Это мой кот. Минхо чуть не фыркнул. — Твой? Розали всё-таки согласилась, — он выдохнул. Викторию пробрала дрожь при упоминании имени бабушки. — Ладно, мы пойдём. Спасибо, Вик. Они разошлись как в море корабли. Виктория не спеша шла в сторону дома, обдумывая как скажет бабушке о своей находке. Она поглаживала Хо по голове, воркуя над ним: — Наверное, ты голодный? Вик накормит тебя. Только надо что-то придумать, что сказать ба. Но об этом не волнуйся. Подойдя к дому, она открыла дверь ключом и прошла во двор. Бабушка посадила розы, собрала клубнику и сейчас наверняка отдыхает. — Я дома, ба, — нарочито бодро крикнула Вик. — Ба, розы такие красивые! Ты у меня молодец, — она медленно пошла по дому в поисках бабушки. — Ты где? — Я на кухне, кучоло, — крикнула бабушка. — Где ты болтаешься в такой час? — Прости, ба, — Вик зашла в кухню. Розали сидела за столом и чистила чеснок. — Это что? — спросила бабушка когда оторвала глаза от очисток и белоснежных головок чеснока. — У нас никогда не было животных, — начала Вик, — так, может, пора это исправить? — Ты знаешь как я отношусь к животным, кучоло, — она вновь принялась ловкими движениями ножика срывать кожицу с чеснока. — Ну пожалуйста, бабушка, — голос Вик стал похож на голос маленькой девочки, которая просила очередную игрушку в магазине. — Я обещаю я буду за ним убирать, кормить его, расчесывать. Пожалуйста, пожалуйста! Наблюдая за этой картиной, Минхо едва не сплюнул. Он никогда не выпрашивал, а поведение этой девчонки жутко выводило из себя. Не будь пожилой женщины в доме, он бы показал девчонке как нужно себя вести. — Я в комнату. Убери тут всё, пожалуйста, — тихий голос бабушки мог означать две вещи: либо она согласна на пополнение в их маленькой семье, либо этот разговор отложен до лучших времён. В таких двояких случаях Вик отступала, но не сегодня: — Так что? Мы оставим его? — Если он раскопает мои цветы или нагадит где, я за себя не ручаюсь, — сказала старушка и вышла из кухни. Виктория просияла. Она всегда мечтала о питомце. Ей было так одиноко возвращаться домой после школы в дом, где не с кем было поговорить. За исключением бабушки и этих странных существ, но она уже привыкла. — Я же говорила тебе, всё будет хорошо, — она опустила кота на пол. — Сейчас я тебя чем-нибудь угощу. — Девушка открыла холодильник в поисках чего-то, что похоже на кошачий корм. — Ты ветчину уважаешь? Вик достала две маленьких тарелочки: в одну налила воду, а в другую положила немного ветчины: — Кушай, а я сейчас. Бабушка закрыла дверь в свою комнату — верный знак того, что она готовится ко сну. Виктория прошла в свою комнату, её телефон садился и нужно было срочно поставить его на зарядку. Она ответила на сообщение Джорди с улыбкой на лице. Её всегда смешила романтика, казалось нереалистичной, но рядом с Джордано она смогла поверить в эту сказку. Виктория подошла к окну задёрнуть шторы. На небе сиял диск луны и маленькие звёздочки посылали привет с небосклона. Весёлое настроение сменилось тревогой. Она почувствовала чьё-то присутствие. Её тело напряглось. Она привыкла, что в её доме разгуливают полупрозрачные типчики, но это было что-то другое. Виктория хотела повернуться, но не успела. Горячая рука закрыла ей рот, а другая обвилась вокруг тела, не давая шелохнуться. — Не кричи, — прошептал голос на ухо. — Я лишь задам несколько вопросов и уйду, я не хочу проблем. Ты ведь не хочешь, чтобы твоя бабушка пострадала? — Вик поматала головой. — Отлично. Будь хорошей девочкой и сделай, что я прошу. Я отпускаю, но помни — ни звука! Хватка ослабла и Вик аккуратно отошла. Она боялась, что одно неверное движение — и произойдёт что-то нехорошее. Обернувшись, она увидела парня с хищным взглядом. Если бы не обстоятельства их встречи, то она назвала бы его красивым, но не сейчас. Сейчас она его ненавидела. Как он посмел ворваться в их дом, в их с бабушкой обитель? Виктория глазами начала искать предмет, которым сможет нанести ему удар. И она его нашла! — Отвечай на мои вопросы, — сказал парень. — Ты знаешь Луку Солери? Лука Солери? О чём этот парень? Вик отрицательно покачала головой. В горле пересохло, а язык обмяк. — Хорошо, — задумчиво протянул парень. — Авалор тебе говорит о чём-нибудь? — Отрицательный кивок. Вик заметила ножницы на своём столе. Стоит только их взять… — Ну а тайные общества? Что он несёт? Он либо обдолбанный, либо на голову больной, подумала Вик. И когда на очередной её отрицательный вопрос он закатил глаза, Вик подлетела к столу и занесла ножницы над парнем. Но она и глазом не успела моргнуть как парень перехватил её удар и выбил из рук ножницы. Резким движением он прижал её к стене, полностью обездвижив. — Я же сказал — ни звука, — прошипел он. — Да кто ты, мать твою, такой? — Вик не выдерживала. Он второй раз позволяет себе касаться её. — Я вызову полицию! — Попробуй и этот дом взлетит к чертям собачим, — с невозмутимым видом сказал незнакомец. — Я полагаю ты то, из-за чего началась суматоха… — Какая ещё суматоха? Я не понимаю о чём ты! — она перешла на крик. Её руки затекли от его мёртвой хватки, а голова была такой тяжелой, что она не могла нормально соображать. — Вик, что происходит? — донесся голос бабушки. — Скажи, что всё хорошо, — приказал он. Вик минуту смотрела на него, прожигая дыру, но выполнила его приказ. — Ты пойдёшь со мной. — Чего? И не подумаю. Да ты хоть знаешь… Дверь в комнату открылась и вошла Розали в домашнем платье небесного цвета: — Вик, что тут происходит? Кто это? Парень отпустил её, перед этим прошептав: — Надеюсь, ты не совершишь ошибки. Ещё чуть чуть и из ноздрей Вик пошёл бы пар. Она покраснела от гнева, а незнакомец был само спокойствие. — Это…мой друг, бабушка, — Вик выплюнула «друг», будто это ядовитый гриб, способный сжечь её изнутри. — Друг? — недоверчиво переспросила Розали. — Да, друг, сеньора. И мы уже уходим, — он взял Вик за руку и потащил за собой к входной двери. — Куда вы? — ахнула бабушка. — Вик кое-что забыла у меня. Я должен отдать. — Но… — Не волнуйся, бабушка. Я скоро буду, — Вик хотелось расправиться с этим ублюдком и как можно скорее. *** — Послушай, ты, — накинулась Вик на парня как только они вышли на улицу. — Если ты думаешь, что можешь ворваться в мой дом, притрагиваться ко мне и тем более похищать меня, то ты глубоко ошибаешься! — Никто тебя не похищал, ты сама пошла со мной. — Что?! — голос Вик раздался эхом по улице. — Послушай, Вик да? — О-о-о, не смей! Так меня называют только близкие! Для тебя я Виктория Сандэс-Дэламор, — она с вызовом подняла подбородок вверх, что вызвало смешок у парня. — Хорошо. Виктория Сандэс-Дэламор. Если ты не будешь кричать, то сегодняшний вечер для тебя хорошо закончится, а если нет… — А я буду кричать! Буду! Что? Раз уж я тебе так важна, ты ничего мне не сделаешь. — Всемогущий Рав, — взмолился парень. Он достал из кармана брюк маленькую капсулу, похожую на антибиотики, которые Вик не любила пить в детстве и лопнул её перед лицом девушки. — Что за… — она не успела договорить. Всё поплыло перед глазами, ноги стали ватными и перестали её держать. Она падала, падала, словно Алиса, летящая в нору кролика, но её поймали. Вик приземлилась в сильные руки парня. *** — И что нам делать? — Она дышит вообще? — Да не бойтесь, она справится. — Не уверен. Вик проснулась с ужасной головной болью. Мир потихоньку приходил в прежнее состояние, приобретал знакомые черты и объёмы. В нос ударил запах старой мебели и чего-то горелого. Она попыталась разжать пальцы на руках, пошевелить ногой. Она жива. Бурное прошлое научило радоваться тому, что после каждой ночи она просыпалась, дышала и жила. — Она просыпается, — голос раздался откуда-то из глубин сознания, эхом пролетел в голове. Она осмотрелась по сторонам. На неё смотрели три человека, всё еще мутные. — Я же говорил справится, — о, этот голос она узнает из многих. Этот придурок, что похитил её. Она резко поднялась, но организм её подвёл и комната пошла ходуном. — О, не советую делать резких движений. — Где я? — Она не узнала свой голос, такой хриплый и низкий, будто пемза резала кафель. — В удивительном месте. Теперь ты готова меня слушать? — продолжил голос. Делать нечего, Вик кивнула. — Рад. Хёнджин, всё как договаривались. Наконец всё начало приобретать чёткость. Девушка смогла разглядеть серую комнату, освященную тусклой лампой в потолке. Перед ней стояли три парня. И, конечно, среди них был он… Злость сменилась смирением. Она не могла сопротивляться. Теперь уже нет. Просто потому что она была похожа на сладкую вату — такую же податливую. Чем они накачали её? Рядом с ней сел высокий парень. Подвернутые рукава на его свитере открывали вид на руки. И почему сейчас эти руки были прекраснее всего, что она видела до этого? — Спокойно, не бойся, — он говорил медленно, успокаивающе. Взгляд Виктории изучал его. Лицо, такое изящное, обрамленное чёрными, как смоль волосами, светилось жизнью, страстью к жизни. А когда он взял её руку, искры прошлись по телу девушки, но она пыталась не подавать виду, просто стала глубже дышать. — Посмотри мне в глаза. И она посмотрела. Бездонные глаза-океаны и она в них тонула. Рука-волна и она нежилась в ней. Парень будто проник в неё, он был в каждой клеточке её тела. Это состояние было похоже на полное отключение тела и мозга, но какая-то плёнка памяти все ещё крутилась в сознании, но нельзя было сказать на каком моменте. — Ты когда-нибудь могла управлять стихией? — Нет. — Есть ли у тебя татуировка? — Да. Я люблю тебя. На правой руке. — Ты когда-нибудь могла читать людей? — Нет. — Видела ли ты что-то странное? Образы или видения? — Иногда. Серые очертания. Услышав это, Минхо встрепенулся. Неужели? Но этого не может быть. Он посмотрел на Сынмина и, кажется, у него были те же мысли. — Спроси: давно ли она их видит? — прошептал Минхо. И Хёнджин повторил вопрос. — Не помню. Да. Давно. В детском саду я видела мужчину. Он шёл за мной. Его голова вылезла из стены. Он следил за мной. По коже Минхо пошли мурашки. И не только от жуткой истории. Они нашли Медио. Представителя одного из тайных обществ Авалора. Но что она делает на Земле? Откуда эти способности? Разве представители Медио не закончились со смертью Ричарда Медио? У него было много вопросов и, кажется, ответ сидит перед ним с отрешенным взглядом смотрит на Хёнджина и даже не подозревает о своём предназначении.