Сборник ATEEZ Reactions. Зарисовки, драбблы и реакции

…Хонджун…

Хонджуну очень нравилась идея испечь с тобой печенье в этот день. Ты стеснялась, потому что кондитер из тебя был такой себе, но ты не смогла отказаться от заманчивой идеи провести со своим новоиспеченным парнем столько времени вместе. Вы оба оказались ужасны в готовке, но от этого было только весело. Вначале вы так пыхтели и раскраснелись от напряжения, пытаясь друг перед другом выслужиться, показаться умелыми поварами, но быстро раскусили, что вы ужасно готовите. А потом всё пошло наперекосяк: шутливое вымазывание в муке перешло в бой тестом и сахарной пудрой, а затем вы как-то незаметно оказались в объятиях друг друга. Губы Хонджуна были удивительно мягкими. Тебе они показались самыми прекрасными, самыми желанными. Поцелуи Кима всегда были нежными, осторожными и сладкими, перерастая в более чувствительные. Ох, Хонджун… то такой дикий и свирепый наедине, то такой ласковый, неуверенный в любви… В нём было столько этой двойственности. Когда сердце в груди томительно екнуло, ты поняла, что больше не выдержишь, тая в его объятиях. А Хонджун всё смелел, он целовал каждый миллиметр твоего лица, водил губами по щекам, носу, подбородку, твоему томно приоткрытому рту. Он был голодный до ласки, словно хотел сожрать тебя целиком. Ты чувствовала его губы уже на своей шее, вздрагивала, ощущая каждое новое касание. Его пальцы казались слишком горячими… Ох, кажется, ваше несчастное печенье Любви сегодня перерастет в нечто гораздо большее, чем чувственные поцелуи на кухне.

…Сонхва…

Вы успели сходить только на несколько первых свиданий, начав встречаться официально в феврале, и на сегодняшний праздник День Святого Валентина ты разнервничалась как никогда. Это было так банально, но так хотелось трогательной и наивной сказки. И Сонхва как чувствовал, позвав тебя на романтическое свидание. Иногда тебя удивляло это его стремление быть таким «правильным» в романтике, делать всё по классическому шаблону, как Принц из Сказки. Но что отрицать, в глубине души тебе это нравилось, что Пак старался вести себя так «по-дорамному», желая увидеть на твоём лице довольную улыбку. Он сводил тебя в милое кафе с котиками, где вы сделали смешные и очаровательные фотографии. Затем погуляли по парку аттракционов, где парень выиграл для тебя плюшевого медведя, а потом вы поели сахарной ваты и выпили здоровенную чашку какао из двух трубочек в стакане. Настоящая сопливая романтика! Но тебе так нравилось! Тебе казалось, что Пак Сонхва самый милый парень в мире. Но у него была и вторая сторона, которая открывалась попозже, когда вы оставались наедине. Например, как сейчас в закрытой кабинке Колеса Обозрения, где вы сейчас катались. Сонхва смотрит так магнетически тебе в глаза, наклоняется совсем низко, чуть приобняв тебя за плечи. Руки его тёплые… Ты не двигалась, зачарованно сидела смирно, словно вырезанная из камня статуя. Мурашки пробежали по твоей спине, когда парень дотронулся нежно пальцами до твоей шеи, а мягкие сочные губы коснулись твоих собственных. Первые ощущения трепетные и волшебные. Сонхва громко выдохнул, прошептал что-то бессвязное на эмоциях, а затем вновь поцеловал тебя уже более чувственно, углубляя поцелуй. Ты не разобрала его слов. Да и не было никакого дела… Тело твоё тут же отозвалось на ласку, возрадовалось, утопая в потрясающих объятиях Пак Сонхва.

…Юнхо…

Ты, смущаясь и робея, подарила ему этот проклятый шоколад с валентинкой. Вы, конечно, встречались уже месяц, но вот такой наивный подарочек выглядел практически как настоящее признание. Чон загадочно повёл бровью, на секунду подозрительно таращась на протянутый презент, а потом с хитрой улыбкой попросил накормить его конфетами… из твоих же рук. И знала же ты, что Чон часто обманчиво такой невинный, а внутри настоящий демоненок, но всё равно повелась. А потом ты нервно захихикала, когда он принялся слизывать остатки шоколада с твоих пальцев. — Ты невыносимый! — А ты такая вкусная! Ой, ты сама себя запачкала! Вижу коричневый след на твоём хорошеньком личике! — След? Чон Юнхо! Ты сам меня запачкал этим шоколадом только что! — Так давай сотру! Его губы коснулись твоей щеки, забавно щекоча. Ты захихикала, пытаясь смущённо отстраниться. Юнхо коварно улыбнулся, поймав тебя за подбородок, когда ты пыталась отдалиться. Получив столь милый «подарок» на День Влюбленных, Чон решил, что никуда тебя уже не отпустит. Крохотный кусок заставил его желать большего, ещё большего. — Ты слишком горячий, — шепнула ты ему, чувствуя его пальцы на своём лице. — Это можно понять двояко, — улыбнулся Юнхо, сгребая тебя в объятия. Он склонился, требовательно целуя, чего хотел уже весь вечер, пока вы наконец-то не остались наедине. Губы у айдола были немного обветрены, потрескались от мороза, но тебе было всё равно, для тебя они казались самыми вкусными и сладкими. Юнхо был так нежен, как только мог, хотя его пробирала жадная страсть. Чон уже исследует твой рот с напором, давит языком, давит руками на талию, плавит в объятиях. Тебе так хорошо и весело, так нравится это ощущение, этот голод, с которым Юнхо накидывается на тебя. — Тебя понесло… — смеёшься ты ему в губы. — Конфеты ведь не с ликером. — Ты сама как конфетка с ликером, — довольно шепчет он тебе в ответ, а затем целует всё более жадно, напористо, чувственно. Ох, это просто прекраснейший День Всех Влюблённых!

…Ёсан…

Это был самый странный и самый романтичный День Всех Влюблённых. Ёсан только признался тебе в своих чувствах, и первые ваши свидания пока ещё носили какой-то робкий и нежный характер. Всю неделю, как только вы виделись, вы зависали в различных романтических местечках, где обнимались и целовались часами до умопомрачения. А сегодня, после кино и нежных поцелуев на последних рядах, Кан пошёл провожать тебя до дома. Но вы уселись на две качели в твоём квартале, на детской площадке, романтично катаясь синхронно, как в клишированном кино про любовь. Моросил лёгкий дождик, но вам было всё равно. С Ёсаном было легко и хорошо, вы болтали обо всём на свете, наслаждаясь обществом друг друга. Вдруг мимо вас прошла группа каких-то сомнительных пацанов — в тёмных куртках, бритоголовые, все в татуировках — что шеи, что лица. Ну просто местная банда гопников! Один из них глянул в вашу сторону, на парочку, что катается на качелях под дождём, взявшись за руки. И незнакомец во весь голос громко фыркнул: — Фу-у-у! Попса! Они зафукали и заплевались, уходя прочь. Ты почувствовала, как пальцы Ёсана плотнее сжимают твои, а его глаза сузились в опасные щелочки — на миг он испугался за тебя. Но от всей ситуации, от её комедийности, ты просто засмеялась в голос. — Они ещё не знают, что кто-то поп-айдол! — Очень смешно! — буркнул Ёсан, а затем рассмеялся сам. — Иди сюда! Он сгреб тебя в охапку, а затем продолжил начатое ещё во время фильма — целовать, целовать, нежно и чувственно. Ведь как можно не закончить День Валентина, как не поцелуями? Попсово — да! Но ведь так офигенно!

…Сан…

Сан позвал тебя прогуляться в этот день к реке Ханган. Вы гуляли долго, говоря обо всём на свете, трепетно держась за руки, как влюблённые школьники. Вам обоим так нравилось это чувство — переплетать ваши пальцы в прогулке. Сан то и дело поднимал твою руку к себе, оставляя теплый поцелуй на тыльной стороне твоей ладони. Да, он обожал целовать твои ручки. Но февраль был холодным, даже в такой день любви, казалось бы. Ты замерзла, и Чхве затащил тебя в уютное кафе согреться. Вы уселись на самое дальнее место, скрытое от посторонних глаз. Сан притянул тебя к себе, нежно поцеловав в висок. Его мягкие губы оставили на твоей холодной коже мокрый след. Ты прижалась к его широкому, сильному туловищу, стараясь ярче ощутить тепло его тела. Сан осторожно погладил тебя по волосам, заглядывая тебе в глаза, ласково воркуя на ушко какие-то сентиментальные нежности. Господи, ты просто обожала, когда он такой! Весь из себя такой секси-шмекси на сцене, брутальный мачо, но наедине с тобой это был ласковый зверёк, воркующий как влюбленный голубь. Холод ещё не отпускал, и ты вжалась в тело Сана сильнее. Ты просто почувствовала острую необходимость в его сильных объятиях, в его ласках, его губах… Ты подняла голову и поцеловала его в подбородок. Так нежно, как только могла. О, ты вовсе не была жрицей храма наслаждений, хэх, но парень расплылся в блаженной улыбке удовольствия от собственных чувств. Ему нравилась твоя улыбка, нежный взгляд и дрожь в нервничающих пальцах… Ты всё жалась и жалась к тёплому телу в кафешке, и сквозь рёбра, сквозь ткань одежды, ты чувствовала, как громко бьётся сердце влюбленного Сана. Его руки плотнее сжали тебя в трепетных объятиях, прежде чем он глубоко и томно поцеловал тебя, заставляя задохнуться в собственных чувствах. Вот только бедный официант всё никак не мог подойти к вам с заказом, сгорая от смущения, видя, как вы страстно зажимаетесь там в углу.

…Минги…

— Девушка, девушка… Давайте не будем знакомиться, пройдём мимо друг друга, и Вы не узнаете, что меня зовут Сон Минги, а я не узнаю, как зовут Вас. Вы потеряете меня, такого доброго, умного, невероятно красивого, а я потеряю неповторимо-божественную Вас. И мы не сможем провести минуты, часы вместе, а дни, проведенные вместе, не запомнятся нам как самый сумасшедший и приятный опыт в жизни. Неужели Вы согласитесь на это? — Сдурел? — смеёшься ты, когда парень в миллионный раз клеится к тебе за день с дурацкими подкатами. Кажется, он перепробовал всё: от неприличных комплиментов до откровенно тупых. — Я не пойду с тобой на эту дурацкую комедию! — Ну, пожалуйста! — ноет Минги, — Как не романтику смотреть в День Всех Влюблённых! — Мог бы другое что-то предложить на День Влюбленных! — хмыкнула ты, разглядывая зачем-то его рельефное тело, которое стало еще сильнее: кто-то слишком много времени стал уделять персональным тренировкам. Даже сквозь яркую одежду спортивного костюма проглядывалась сталь его точеных мышц. — Ах, вот оно что! Кто-то настолько соскучился? — тёмные глаза смотрели на тебя с насмешливым интересом, замечая, как ты его разглядываешь недвусмысленно. — Да, я очень соскучилась! И что? Минги дважды повторять не требовалось, он склонился, сгребая тебя в объятиях, чтобы чувственно поцеловать, тронул твои тёплые губы своими, и ты закрыла глаза от наслаждения, от сладкой дрожи, сковавшей твоё тело. Его горячая ладонь легла на твою талию, и тёплые пальцы поглаживали твою спину поверх ткани футболки. — Ну так что? Пойдём вместе на фильм? А там и продолжим наши поцелуи? — Минги уже целовал твою шею. Нежно, словно обращаясь с самым хрупким из цветков. Твоя кожа краснела под его настойчивыми ласками, и казалось, что этот здоровый, прекрасный парень горячее, чем любой другой человек… — Ладно, идём, умеешь ты уговаривать, — слабо улыбнулась ты, млея в его огромных объятиях.

…Уён…

Вы не придумали ничего другого, как провести День Всех Влюблённых… банально дома, просматривая в миллионный раз очередной фильм из серии про Гарри Поттера. Ты просто радуешься, что на этот день в рабочем графике твоего парня выпал выходной на вечерние часы. А Уён просто счастлив, что наконец-то может повести с тобой время, лежа на кровати и нежно тебя обнимая. Вы хрумкаете праздничный шоколад, что ты притащила ему в подарок, а Уён рисует сердечки пальцем на твоей голой коже плеча. Ты лишь сильнее прижимаешься к его тёплому телу, зарываясь щекой куда-то в футболку на его груди. Чон улыбается, твои движения на нём заставляют по его телу пройтись приятной волне истомы. Он быстро отвлекается от просмотра Кубка Огня, чтобы в наглую начать целовать то твою макушку, то щеки, то гладить руки и спину. — Что ты делаешь? — хихикаешь ты, сильнее вжимаясь в тело Уёна. Он пах великолепно и так соблазнительно, что тебе хотелось так же беззастенчиво тискать его в ответ. — Как что? Люблю свою девушку в День всех Влюблённых! — Перестань, дуралей! — хохочешь ты. Но Уёна уже не остановить: его руки повсюду — изучают, запоминают, впитывают ощущения, когда он гладит тебя по спине, плечам, животу на футболке, нежно целует твои щёки и раскрытые губы. Ты улыбаешься в ответ, хихикаешь, но не сопротивляешься, скорее лениво брыкаешься для вида. Тебе нравится видеть над собой склоненную разлохмаченную голову, руки Чона по две стороны от твоего лица, когда парень резко переворачивается и оказывается над тобой на диване. Гарри Поттер уже идёт фоном, потому что соскучившийся Уён нежно кусает и жадно целует, подминая тебя под собой. Говорит всякую романтическую чушь на ушко, ласкает свободной рукой твою шею, нежно проводит по волосам. Ты не отстаешь, поглаживая его подбородок, а затем скользишь пальцем по губам с родинкой. Уён мурлычет довольно, ему кажется наивно, что он умер бы без этой ласки. Он воркует над тобой, бесконечно признаваясь в любви, берёт твоё лицо в свои тёплые ладони, целует щеки, губы, веки — пытается проявить всю нежность, на которую раньше, казалось, был не способен. Что ж, ваш День Святого Валентина удался на славу.

…Чонхо…

Чонхо встретил тебя вечером, когда ты написала, что тебе чертовски грустно. Не хотелось жаловаться единственному другу, и это вышло на эмоциях случайно. Но он всё-таки пришёл, и ты с каким-то странным тёмным чувством облегчения подумала, что слухи не правдивы, и девушки у него нет, иначе бы он не явился к тебе в День Святого Валентина. — Что это? — с грустной улыбкой спросила ты, глядя на огромный пакет еды, что он вручил тебе, заходя к тебе домой. — Хотел поднять тебе настроение, у тебя был такой грустный голос по телефону, — Чонхо улыбнулся так мягко, что краска смущения залила твоё лицо. — В этот день вообще девочки в Корее дарят шоколад, но у меня для тебя ничего нет, я совсем забылась, — грустно нахохлилась ты, принимая пакет из его рук. — Совсем расклеилась… — Ты грустишь, что не приготовила мне шоколад? — парень вскинул бровь. — Его же дарят своей второй половинке. Или чтобы признаться. Ты едва не закашлялась, от неловкости забывая про своё плохое настроение. — Ты не так понял… — Да? Жаль… — Жаль?! Ты уставилась на Чонхо с удивлением, явно не понимая, что он только что пытался сказать. Парень посмотрел на тебя ещё раз, прежде чем вытащить из-под куртки коробку конфет. — Может, нарушим корейскую традицию и воспользуемся международной? Я сам подарю тебе Валентинку с признаниями? — широко улыбнулся он, подходя совсем вплотную к тебе. — Не могу больше смотреть на это грустное лицо всю неделю. И так скучаю по тебе… Хочу обнять и утешить в своих объятиях, но не могу, боясь что ты поймёшь не так… Так может… Ты сегодня примешь мои чувства? Если они не взаимны, я всё пойму, просто… — Ох, Чонхо! Ну как они могут быть не взаимны? — сердечно воскликнула ты, кидаясь к нему в объятия. Довольный парень только что и успел, как счастливо выдохнуть и обхватить тебя сильнее, кружа в своих руках по квартире.