кто догадается первым

Шрам не помнил, что было дальше. Он не помнил, как дотащил Шизо до лазарета - кажется, по пути ему даже встретились Джеймс и Эль, которые помогли донести шизофреника до медпункта и уложить его на кушетку. Шрам не дал им никаких объяснений - на это просто не было времени. Шрам втайне мечтал, что ему не пригодятся медицинские навыки для таких случаев. Но мечты не сбылись, и он зашивал особо глубокие раны, стараясь унять дрожь в руках и рвущиеся из глаз слëзы. Нет, плакать он будет потом. Сейчас надо спасти Шизо. Перевязывая испещрëнные порезами руки, Шрам окончательно взял все чувства под контроль, хоть временами они и возвращались, стоило на секунду вернуться из отстранëнного состояния и взглянуть на Шизо без разных призм, спасающих от реальности. Шрам никогда так не боялся за свою жизнь, как за жизнь Шизо в эти несколько часов. На то были причины, так как Шизо потерял довольно много крови. В лазарет пару раз заходили Джеймс и Эль, чтобы посмотреть, как обстоят дела с Шизо. Эль постоянно лез с расспросами, и Шрам бы давно на него сорвался, если бы не одëргивавший тореадора Джеймс. В конце концов Шрам попросил их не мешать, сказав, что расскажет всë потом. Впрочем, они и так поняли всë в общих чертах, пока помогали нести Шизо. Сделав всë, что мог, Шрам всë ещë не находил себе места. Паника немного отпустила, но оставленные ею позиции заняло чувство вины. Как он это допустил? Почему позволил этому случиться? Почему последние недели не следил за состоянием Шизо? Шрам понимал, что зайди он к шизофренику чуть позже, и то, что произошло, приобрело бы статус непоправимого. А если бы пришëл раньше? Смог бы он предотвратить эту попытку суицида? Вслушиваясь в тихое, мерное дыхание спящего Шизо, Шрам пытался перестать накручивать себя. Он сделал всë, что было в его силах. Теперь остаëтся только ждать. В какой-то момент Шрам тоже задремал, сидя возле кровати Шизо... Первым, что пришло в голову Шизо после пробуждения, была мысль о том, что же он натворил. Он помнил всë лишь урывками, и единственным, что хорошо запечатлела память, был момент, когда к нему пришëл Шрам. Вспомнив об этом, Шизо стал подниматься, намереваясь найти его, но был остановлен. - Тебе ещë рано вставать, - Шизо вздрогнул, услышав этот голос. Шрам был рядом, и аккуратно придерживал Шизо за руку, не давая уйти. Говорил Шрам с невиданным спокойствием, и сохранял непроницаемое выражение лица, но по заплаканным, чуть припухшим глазам было понятно, каковы его чувства за этой маской. - Слишком много крови потерял, можешь ещё больше пострадать, - пояснил Шрам, отведя взгляд куда-то в сторону и стараясь не смотреть на Шизо - знал, что, взглянув на него хотя бы мельком, больше не сможет держать себя в руках. - Шрам, я... прости меня... С этими словами Шизо все попытки Шрама оставаться спокойным оказались бесплодны. Картина, увиденная несколько часов назад, возникла в сознании. Высохшие было глаза снова увлажнились. Шрам сжал руку Шизо, всхлипнул и посмотрел на него. - Зачем...? П-прошу, просто скажи мне, зачем... - спросил душимый рыданиями Шрам. Шизо почувствовал себя настоящей сволочью, осознав, какую боль причинил ему. - Я н-не зн-наю... это из-за голосов... - запинаясь, начал объясняться он. - Почему... мне не сказал? - задал новый вопрос Шрам, стараясь совладать с в который раз нахлынувшими эмоциями. - П-потому что... думал, чт-то н-не нужен тебе в-вовсе... что только р-раздраж-жаю тебя... От Шрама послышался истерический, тихий смех. - Ты серьëзно, Шизо? Я чуть сам с ума не сошëл, пока тебя с того света вытаскивал, а ты думал, что..? - просмеявшись и отдышавшись, проговорил он, - если бы я относился к тебе так, я бы сейчас тут не сидел, понимаешь? - П-понимаю... - вздохнул Шизо, от лëгкого стыда за собственную глупость отведя глаза куда-то в сторону одеяла, которым был прикрыт. - Никогда, никогда больше не слушай их. Никогда. И говори мне, если они заставляют тебя делать что-то подобное, хорошо? - наказал Шрам, вытерев слëзы рукавом водолазки и посерьëзнев, - я не хочу, чтобы такое повторилось. - Х-хорошо... - отозвался Шизо. - Когда они вернулись? - продолжил задавать вопросы Шрам. - Д-давно... но... они ничего такого н-не говорили, и... я думал, так и б-будут спокойны... но вчера... вот так п-получилось... - по щекам Шизо тут же пролегли мокрые дорожки. - Ну-ну, тише, ты чего, - Шрам присел на край кровати и положил руку шизофренику на плечо, - сделанного не исправишь. Просто не молчи больше о своих проблемах, хорошо? Шизо кивнул. - Он-ни... они много чего г-говорили... что ты тогда н-не выходил, п-потому что меня видеть не хотел... что... что я н-наивный идиот, который... только и делает, что н-навязывается... - рассказал Шизо, перемежая слова всхлипами. Знал бы Шизо, насколько Шрам на самом деле хотел его видеть тогда... но Шрам не стал об этом упоминать. - Они несут полную чушь, не слушай их. - З-знаю, но... они не оставили мне выбора... я... не хотел этого делать, но они з-заставили, а п-потом... потом я понял, что это было ош-шибкой... т-ты пришëл, и я... я такой идиот, Шрам, они были правы... - Нет, даже не думай так. Они лгали. Ты не виноват, учитывая твоë психическое состояние, - успокаивал его Шрам, а сам хотел задушить Шизо объятиями, зацеловать и забрать всю эту боль. - С-скажи ч-честно, Шрам... кем ты меня считаешь..? - внезапно произнëс Шизо, встретившись со Шрамом глазами. В этом зрительном контакте Шрам понял, что больше не может молчать. Пора было признать, что он влюблëн, до одури влюблëн в Шизо, и выразить это, как получится. И плевать, какую реакцию это вызовет у возлюбленного. Сердцем Шрам надеялся, что эта любовь не останется безответной... а мозг, как ни странно, вторил: лучше попробовать, и будь что будет. - Ты - самый дорогой человек для меня, Шизо. Я тебя люблю. Глаза Шизо расширились, но прежде, чем он успел что-то сказать, Шрам накрыл его губы своими. Поцелуй был тягучим, нежным и невероятно долгим. Ощущая соприкосновение искусанных губ Шизо со своими, Шрам понимал, что оно того стоило и в том случае, если он сделал это зря. Вскоре они оторвались друг от друга. Шрам тяжело дышал, переживая невероятную гамму чувств. Это было и счастье, и лëгкий страх, и тепло где-то в груди. - Прости, если то, что я сейчас сделал, было зря. Шизо улыбнулся. На его бледных щеках сиял розоватый оттенок. - Не зря... я сам давно хотел сказать, но... но думал, что это безответно... - Не поверишь, я тоже. И тебе иногда вредно думать, знаешь? - после этой реплики Шрама они синхронно рассмеялись. Затихнув, они снова взглянули друг другу в глаза. Шрам на этот раз мягко поцеловал шею Шизо. Хотелось быть чуть грубее, но Шрам был крайне нерешителен в демонстрации своих чувств. Да и Шизо казался таким хрупким, что любая фарфоровая статуэтка по сравнению с ним имела прочность гранита. - Пообещай мне, что ни за что ничего с собой не сделаешь, - прошептал Шрам любимому на ушко. - Обещаю, - твëрдо ответил Шизо. - Я не смогу жить без тебя, - сказав это, Шрам оставил на его шее новый поцелуй, а после, не сдержавшись, слабо прикусил зубами кожу. Шизо от этой ласки издал тихий стон. - Не думал, что тебе такое нравится. Шизо на это ничего не ответил, утопая в совершенно новых и невообразимых для него ранее ощущениях. Их было не описать словами. Это было так страстно и тепло, что сердце выпрыгивало из груди. - Солнышко моё, - тихо проговорил Шрам, коснувшись губами руки Шизо, который только что осознал, что любовь может не только причинять страдания. Оказалось, любить кого-то так прекрасно, когда это взаимно, что не верится.