Книга 1.[I am a girl in the dungeon] Я - девушка в подземелье.

Прежде чем я начну. Спасибо, что дочитали до конца. Серьезно. 200,000+ слов спустя, и вы, ребята, все еще здесь. Честно говоря, это удивительно для меня, но благодаря вам, ребята, мне кажется, самый любимый и посещаемый фанфик по DanMachi на сайте. Возможно, это всего лишь коллекция смайликов в интернете, но это дает мне мотивацию видеть, что люди читают и наслаждаются моей работой. Честно говоря, это заставляет меня немного прослезиться. _________________________________________________

Глава 32

За полсекунды до столкновения с огненным шаром крылатые сапоги на моих ногах затормозили, и казалось, что они хотят вывернуть мои ноги из бедер, пытаясь повернуть меня в сторону от наступательной магии. Асфи сказала «они должны сделать все остальное», но когда меня, по сути, вели за ноги по небу, а остальное тело порхало и крутилось, как какой-то странный серпантин, я серьезно пожалел, что не воспользовался шансом уклониться от стрел, пока она восстанавливалась. Должно быть, я слишком сильно извивался, чтобы стрелять в меня стрелами, и за это я была благодарен. Даже с моей магией я не был уверен, что смогу уклониться от лука Гиакинтоса. Он сбил мой глайдер на военной игре с расстояния не менее трехсот метров, как ни в чем не бывало, а ведь он был третьего уровня. В конце концов, едва не получив при этом воздушную болезнь, я сумел «приседать» в середине кручения, держась за лодыжки и стабилизируя себя настолько, что смог, по крайней мере, снова выровняться. Мне пришлось заставить себя идти быстрее почти мгновенно, когда я увидел, что огненный шар настигает меня, но, по крайней мере, я мог видеть, что вокруг меня, без тошноты, вызывающей кручением. Солдаты Ракии были разбросаны по горной тропе подо мной, некоторые все еще не двигались, другие хромали к своим товарищам. Арес был со своим генералом уже на значительном расстоянии, а Асфи все еще не было видно. А я летел слишком предсказуемо: моя нога почувствовала удар, словно в нее вонзили огонь, наконечник стрелы остановился, ударившись о нижнюю часть голени. Повернувшись еще раз, когда огненный шар прошел достаточно близко, чтобы начать плавить ткань моей одежды, я снова увидел глайдеры. «Ладно, сапоги…» пробормотал я, моя нога жестоко болела: «Вот этот». Я сосредоточился на самом дальнем планере и «встал на колени» в воздухе, ботинки ощущались почти как снежные лыжи на склоне. У двух людей, одного из которых я не знал, и красивого темноволосого Гиакинтоса, у обоих были длинные луки и двойной колчан стрел. Глайдеры выглядели одинаково, за исключением одного дополнения: у обоих всадников ноги были в своеобразных «носках», похожих на полуспальный мешок. В моем первоначальном проекте это не было предусмотрено на случай, если реальная вещь не сработает, как я надеялся, и мне придется от нее отказаться. Но устойчивость, которую он обеспечивал, позволяла им лучше использовать луки. Я был гораздо более маневренным, чем они, и теперь, когда я думал о летающих ботинках как о своего рода «лыжах», я обнаружил, что контролирую их немного лучше. Я увернулся еще от двух стрел, меня задело третьей, я чуть было снова не попал в ищущий шар пламени, но когда я проходил мимо Гиакинтоса, направляясь к его крылу, я достал маленький белый пузырек и бросил его на бело-золотую ткань на крыше планера. Даже при вое ветра, проносившегося мимо моих ушей, я услышал отчетливый звук бьющегося стекла. Пилот второго планера успел выстрелить в меня еще раз, стрела прочертила огненную линию по моей спине, прежде чем я врезался в него. Планер, человек, я сам — все вдруг оказались спутаны в бело-золото-черный шар. Затем огненный шар настиг меня. И снова меня поглотил огонь. Агония от того, что меня снова обожгло, заставила меня стиснуть челюсти, ощущение свободного падения, терзающее мое нутро и внутреннее ухо, заставило меня вцепиться в человека, в которого я только что врезался, но почти так же быстро, как это произошло, все снова исчезло. Мгновение боли, запах паленых волос, а теперь крик ужаса человека, которого я схватил, когда мы с планером столкнулись. Я отмахнулся от него! «ОТПУСТИ МЕНЯ, ТУПАЯ СУКА! Я УБЬЮ ТЕБЯ!» крикнул он мне в ухо за мгновение до того, как я почувствовала, как что-то ударило меня в бок. Моя реакция была такой, что я отпустил его и схватилась за бок. Ботинки привели меня в парящее положение, и я смотрел, как мужчина падает, его рука тянется к жилету и вытаскивает двух кольцевую версию моего парашюта. Его тело все еще дымилось от магического взрыва, так что это было бы комично наблюдать, если бы он только что не ударил меня ножом. Глядя перед собой и пытаясь приказать сапогам следовать за человеком вниз, я стиснул зубы, вытаскивая кинжал из своего бока, рана посылала капли крови в воздух вокруг меня, пока я пытался обнаружить планер Гиакинтоса или его парашют. Я заметил второй планер, когда он пытался спуститься по крутой спирали на землю, над ним медленно таял лоскут ткани. Когда-то я слышал, что Асфи была единственной, кто умел делать взрывчатку из жидкости… Может быть, мое проклятие встретилось на полпути, с оружейным стеклом? Это стоило мне жизни, но я заземлил их обоих. Чувствуя, как летящие сапоги уносят меня вниз, я поклялся, что больше никогда не выйду из дома без целебного зелья. _________________________________________________ «Итак.» начал Гиакинтос, доставая свой меч и глядя на меня через его тускло светящуюся поверхность: «Теперь ты будешь сражаться со мной, будучи раненой». Он приземлился чуть дальше по тропе от того места, где я оставил Асфи. Его напарник, вероятно, был на соседней горе, и его не было видно. А я действительно был ранен. Я снял сапоги и отбросил их в сторону, не желая споткнуться о крылатые украшения. Стрела в моей икре делала каждый шаг мучительным, а бок сильно кровоточил. Он был достаточно любезен, чтобы позволить мне действительно вынуть стрелу и снять сапоги, и я ответил: «Работа наемника? Правда?» Я сказал ему, снимая свою немного хрустящую рубашку и обвязывая ее вокруг середины, чтобы хотя бы попытаться замедлить кровотечение. «После того, как твоя Семья оставила нас почти без средств к существованию, ты так говоришь?!» прорычал он в ответ: «У семьи Аполлона теперь почти ничего нет! Мы вынуждены жить в пустоши, в которую превратилась Ракия». «Ты обвиняешь нас в том, что твой Бог пытался и не смог сделать? Серьезно?» Мне пришлось сдержать смех, так как даже говорить было немного больно: «Ты винишь нас за то, что мы сопротивлялись? И сумели победить?» «ДА!» Его угловатое лицо исказилось от ярости, «Я виню вас за то, что вы пошли против нашего чистого и благородного лорда Аполлона! Такие ничтожные семьи, как ваша, должны склониться перед ним! Повиноваться каждому его желанию!» Он потерял дар речи. Его любовь к своему богу была настолько сильной, что ослепила его от нормального мышления. Он превратился в фанатика, обвиняющего во всем, кроме истинной причины проблем своей Семьи. «Какая ирония, что причина всего этого здесь, передо мной, раненая, как и я когда-то, один, и никто не вмешивается. Сейчас мы посмотрим, как тебе это понравится!» И он напал. Он был так же быстр, как я его помнил. Его длинный меч, зачарованный огнем, оставил в воздухе кометный след, когда он взмахнул им, намереваясь отсечь мне голову. Я увернулся от удара, почувствовав боль в ноге и боку, и тут же получил удар коленом в подбородок. Грубо приземлившись на спину, я почувствовал, как клетка моей магии начинает дрожать, зверь внутри просыпается от моей боли. Откатившись в сторону, когда он попытался вонзить свой меч мне в грудь, я быстро поднялся на ноги. «Теперь, когда ты одна, не так уж и тяжело?» Он насмехался, его клинок оставлял черные зазубрины на моих браслетах, когда я парировал. «Никаких мелких преступников, стреляющих в меня из тени! Ни кролика, который выскочит из-под тебя!» Я старался изо всех сил, используя только одну хорошую ногу, моя магия жгла мое тело, даже когда я почувствовал, как кровь начала покрывать мое бедро. Но он был прав, я был один. Белл спасал Гестию, Лилли и остальные вернулись в Орарио, а Асфи была в нескольких сотнях метров позади по тропинке. Его пылающий клинок оставил порез прямо под моим глазом и вдоль головы, и когда я повернул голову, чтобы избежать поперечного пореза, мне показалось, что моя магия смотрит на меня изнутри. Нет, я был не один. Но хотел ли я снова прибегать к этому? Неужели не было другого выхода? Гиакинтос ударил меня ногой в живот, когда я отмахнулся от его следующего удара, отправив меня в полет на гору вдоль тропинки, и воздух из моих легких вырвался с кровью изо рта. Нет, я не мог сдаться. На моей спине было написано, что это инструмент моего выживания. Я крутился, поворачивался, блокировал и отпихнул его, нанеся первый сильный удар в грудь. Стоп. Написано на спине. Может потерять контроль. «Держать хвост для удобства? Правда? Что случилось с тем самодовольным лицом во время военной игры?» Раздражающий голос дразнил меня, когда я потянулся окровавленной рукой за спину, схватившись за основание хвоста. «Нет… Ты не имеешь права издеваться надо мной». сказал я в ответ, моим внутренним взором смотря на мою магию в клетке, окровавленной рукой на прутьях. «Ты потерял себя из-за слепой преданности, свой разум из-за слепой веры». Я почувствовал, как энергия, питающая мое тело, угасает. «Ты смеешь?! Аполлон — совершенный Бог!» И он зарядил. Я снова открыл клетку, но, в отличие от предыдущего раза, я стоял на пути, схватившись окровавленной рукой за свою внезапно ставшую дикой магию. Взмахнув свободной рукой, я перехватил меч Гиакинтоса и отбросил его в сторону. Шагнув вперед, я провел окровавленной рукой по хвосту, и черно-фиолетовое облако энергии пробежало по его длине, превратившись в щелкающую пасть очень крупной лисицы. Он отступил назад в шоке от вида животного, меч взметнулся назад, чтобы ударить его, но он просто прошел сквозь дымящееся тело, а челюсти вонзились в его руку, защищая горло. Теперь, лежа на спине, он снова замахнулся, но на этот раз я использовал свою руку, чтобы защитить проявление. Я чувствовал это. Гнев, безумие моего внутреннего «я», сдерживаемые буквально моим хвостом. Но это был и мой хвост, и я чувствовал, как быстро сгорают мои внутренние резервы магии, пока призрачная лиса раздирает руку Гиакинтоса, пытаясь добраться до его горла. «Может, ты и хорош собой». сказал я ему, дергая хвостом назад, чувствуя странную двойную боль, когда мое Безумие обратило ко мне золотой глаз с рычанием, хотя оно немного успокоилось: «Твой Бог, может быть, и красив». Я схватил его за запястье свободной рукой, когда он снова попытался замахнуться на меня мечом. «Но это очень плохо…» Я наклонился, оба моих глаза и мое Безумие смотрели на него: «Потому что обе ваши души пусты!» Возможно, это были мои раны, а возможно, кровотечение от того, что моя ярость вышла за пределы моего тела, но когда я выкрикнул эти слова ему в лицо, кровь с моих губ брызнула на его щеки, я сжал свою руку, стиснув его запястье, как карандаш. Даже когда он закричал, я вернула кулак и ударила его по ребрам, потом еще раз, потом еще. Я сломал ему нос, вырвал горсть волос и очень методично придал ему такой уродливый вид, какой только мог. Но я не убил его. Даже когда я встал, закрыв глаза и приказав своему Безумию вернуться в клетку, я отказался сделать последний шаг. «Теперь…» Мое зрение шаталось, пока мои эмоции уравновешивались, и то, что ощущалось как грани потери разума, подкрадывалось ко мне. Не в силах пошевелиться, Гиакинтос просто наблюдал единственным глазом, который не был полностью опухшим, как я рылся в его вещах. «Я предупрежу тебя ровно один раз». Я нашел то, что искал, — два целебных зелья. «Если я когда-нибудь увижу тебя снова…» Я выпил одно из зелий, чувствуя, как горячий холод проникает в мое тело и даже притупляет боль, когда я вгонял стрелу до конца в икру и вытаскивал ее. Второе зелье я положил на расстоянии вытянутой руки от Гиакинтоса. «Если твоя Семья еще раз побеспокоит меня или мою семью… Я не убью тебя, но вместо этого верну Аполлона в Орарио». Его глаза слегка расширились. Аполлон был изгнан. Если он по какой-либо причине снова войдет в город, это будет билет в один конец, обратно в Тенкай. И он это знал. «Итак, я оставляю тебе совет. В следующий раз, когда он предложит что-то глупое. В следующий раз, когда он захочет что-то, что не принадлежит ему. Сделай все возможное, чтобы избежать того, что произошло на военной игре. Потому что если я об этом узнаю, а я об этом узнаю, я найду его, верну его и буду наблюдать, как его отправляют обратно». Я не был уверен, поверит ли он мне, но мне, честно говоря, было все равно, я постараюсь как-нибудь узнать новости из Ракии и держать под рукой дорожную сумку на случай, если мне придется совершить путешествие. «И чтобы ты не пытался беспокоить меня, пока я иду за Аресом, я одолжу вот это». Я сказал, подбирая его меч: «Я отправлю его в Ракию после того, как Вельф посмотрит на него». В этот момент из его единственного глаза полились слезы, а я очень осторожно завернул клинок в свою окровавленную рубашку. Мой бок был зашит, но все еще немного болел, и я чувствовал легкое головокружение от потери крови и выделения адреналина. Он не сделал никакого движения к зелью даже после того, как я снова надел летающие сапоги. Придется извиниться перед Асфи за то, что я испачкал их грязью и кровью. _________________________________________________ «Сэр! Она вернулась!» Я услышал стон протеста, поднявшийся из группы избитых солдат, когда я шел по тропинке им навстречу. Я достаточно легко нашел их среди извилистой горной тропы, и вместо того, чтобы подойти сзади, пролетел над ними, решив просто преградить путь. «Бесполезные наемники! Она ранена! Убейте ее!» крикнул Арес, указывая на меня. Не желая вступать с ними в очередной раунд, я поднял руку и крикнул: «Сдайте мне Ареса». Я выглядел жалко. Конечно, не очень грозно, весь в крови, с ограниченными доспехами и только завернутый пучок окровавленной ткани в качестве «оружия». Не говоря уже о том, что на мне был только мой немного порезанный спортивный лифчик и штаны, прожженные во многих местах. «Дура! Одна против пятидесяти!» крикнул Арес, — «Тебе никогда не победить моих элитных солдат с такими ранами, как у тебя!». «Она уже победила наших элитных солдат, милорд», — сказал кто-то достаточно громко, чтобы я услышал. Я указал на того, кто говорил, генерала, который стоял рядом с Богом. «Ты, я поговорю с тобой». У меня вдруг возникла идея, немного жестокая, но она могла бы спасти меня от необходимости снова сражаться с ними. «Сэр?» Он посмотрел на Ареса. «Иди! Вызови ее на дуэль! Принеси мне ее голову!» Арес положил руку на спину мужчины и подтолкнул его вперед. Смирившись, мужчина шагнул вперед, остальные солдаты встали за Аресом. «Бог-идиот…» услышал я его бормотание. «Ты действительно думаешь, что мы просто сдадимся?» В его голосе не было энтузиазма. Он напоминал мне продавца в магазине в конце смены. Он был там, потому что получал зарплату. «Ну, нет. Но вы действительно не думаете, что можете победить, не так ли?» Апатия, я мог бы использовать это, «Ты кажешься достаточно умным, чтобы знать это.» «Я знаю, что мы не можем. Особенно теперь, когда я вижу, что ты не ранена, по крайней мере, больше нет. Значит, ты их победила?» Я кивнул: «Пустая трата валиса… Вздох…» «Как тебя зовут?» спросил я, чувствуя искреннюю жалость к этому человеку. Он был выше меня ростом, с благородными чертами лица и острыми глазами, но выглядел… удрученным. Изможденным. «Мариус Виктрикс, кронпринц Ракии». Он ответил, приложив кулак к груди в знак приветствия. «К кому я обращаюсь?» «Кодори, семья Гестии». ответил я, отвесив ему поклон кулаком в ладонь, «Мне интересно, почему ты следуешь за этим идиотом?». В отличие от большинства, он даже глазом не моргнул, когда я оскорбил его бога. «Этот идиот правит Ракией. Мой отец прислушивается к каждому его слову и следует ему, как закону. Я не могу пойти против своего короля и страны, как бы мне этого ни хотелось». Его слова натолкнули меня на еще лучшую идею, и мне пришлось сдержать себя, чтобы не рассмеяться над ее простой элегантностью. «Что, если я дам тебе выход?» предложила я. Его глаза сфокусировались на мне более пристально, я почти слышал, как его ум включился в работу. Он был острым. «Какой может быть выход?». И я рассказал ему свой план. От начала до конца. Арес не раз кричал сзади, подстрекая его выхватить меч и пронзить меня насквозь, но кроме того, что он выхватил свой клинок просто так, для вида, он не напал на меня. «Ты бы сделала это? Думаешь, это возможно?» спросил он, когда я закончил. «Я очень низкого мнения об идиотах, стоящих у руля». Я ответил, аккуратно положив меч Гиакинтоса и подняв кулаки, и тут сзади Мариуса раздался радостный возглас. «Тебе тоже повезло, сегодня я уже выместила свой гнев на ком-то другом». «Только не сломай кости? У нас не осталось зелий». сказал он, атакуя. Он был хорош. Я знал мастерство, когда видел его, и он использовал свой клинок, похожий на гладиус, с быстрой точностью и уверенной силой. Я хотел, чтобы это выглядело хорошо для солдат, стоящих за Аресом. Если бы они не были уверены, что Мариус проиграл в настоящем бою, мне, вероятно, пришлось бы сражаться и с ними. Итак, мы танцевали некоторое время. Он принимал мои удары, как солдат, стискивая зубы и отмахиваясь от боли с дисциплиной, на которую даже Такемикадзути кивнул бы. Я, в свою очередь, постарался принять несколько ударов на себя, его тяжелые ботинки и широкий кулак обязательно оставят синяки. Но в конце концов он начал уставать и допустил первую реальную ошибку в своей форме. Я воспользовался этим, схватил его за локоть и толкнул его на свою вытянутую ногу, повалив его на спину и выхватив меч из его руки. «Уступишь?» спросил я, приставив меч к его горлу. В конце концов, я должен был сделать это убедительно. «Я уступаю». ответил он. «Тогда скажи им». Я сбросил меч со скалы, подхватил его одной рукой за переднюю часть доспехов и развернул его лицом к деморализованным войскам и краснолицему богу Аресу. «Я, Мариус Виктрикс, сдаюсь. Лорд Арес должен вернуться со мной в Орарио, чтобы ответить за наши действия в этой войне». От них раздался стон протеста, а сам Арес зашипел от бешенства, не в силах говорить. «Она гарантировала нам жизнь, если только я, кронпринц Ракии, не буду сопротивляться. Прошу вас, милорд? Если не ради меня, то ради ваших людей и моего отца?» Я был удивлен реакцией Ареса. Насколько я мог судить, он был по сути идиотом. Его навыки командования были ужасны, он почти не пользовался уважением на уровне земли, а оскорбление, высказанное в его адрес его вторым командиром, даже не вызвало ни малейшей реакции. Поэтому я удивился, когда он посмотрел на меня, своего секунданта, и на покорность раненых солдат вокруг него. «Отлично.» _________________________________________________ Асфи встретила меня примерно там же, где я ее оставил. Она начала спускаться по тропинке к нам и была потрясена тем, кто был со мной. На обратном пути я не увидел никаких следов Гиакинтоса, хотя и прошел мимо кровавого пятна на земле, где я его ранил. «Ты… поймала Ареса?» спросила она, принимая свои сапоги обратно с хмурым видом. «И у тебя в них грязь… И кровь на них тоже?» «Да, да и да.» устало ответил я, «И нет, я в порядке. Устала, но в порядке». Я держал веревку, привязанную к Аресу и Мариусу, оба были связаны за спиной. Арес старался не плакать мужскими слезами, но Мариус… выглядел странно обнадеженным. «Не могла бы ты оказать мне огромную услугу? Сразу две?» Надев сапоги, она окинула меня критическим взглядом, затем: «Я найду для тебя Гестию. Я и так собиралась, как только Арес будет пойман». «Спасибо. А у тебя есть запасная рубашка или что-нибудь еще?» «Госпожа, вы можете взять мой табард, если хотите.» предложил Мариус. «Ну, тогда неважно. Не могли бы вы подать Локи сигнал или что-то в этом роде? Дать им знать, что я в пути?» Я спросил: «Ты не представляешь, как я хочу, чтобы ты нашла леди Гестию, но если она с Беллом и Айс, я уверена, что с ними все в порядке». «Очень хорошо… Что это у тебя на спине?» Она указала на меч, который я завернул. «Помнишь Аполлона? Гиакинтос был тем, кто сбил тебя». Я вздохнул: «Я убедилась, что он понял, что больше никогда так не делать». Арес застонал: «Полмиллиона валиссссс». «Вот так, мой господин». Мариус пытался утешить его. «Я вижу…» Она поправила очки на мне, «Я бы очень хотела увидеть этот меч». «Посетите нас, без Гермеса, как-нибудь в ближайшее время. Я намерена отправить его обратно после того, как Вельф посмотрит на него». «Отправишь его обратно? После того, как ты его выиграла?» Она посмотрела на меня как на сумасшедшую. «Он не имеет для меня никакой ценности, кроме исследовательской». Я ответил: «И я бы не хотела третьей встречи с ним». Тогда мне, скорее всего, придется его убить, — не стал добавлять я. «Тогда я найду время. Будь осторожна, здесь могут быть монстры, хотя это и не рядом с подземельем». Она постучала каблуками, расправляя крылья на сапогах. «Конечно.» _________________________________________________ Когда я добрался до первого плато, где Гестия, Белл и Айс падали/прыгали/скакали друг за другом, уже опускалась темнота. Арес все еще дулся, а Мариус стоически молчал, его лицо было задумчивым. Сняв с него табард, похожий на рекламный щит кусок ткани, который надевался поверх доспехов, я заметил, что мое первое мнение о нем было преуменьшенным. В отличие от Ареса, который, будучи богом, выглядел большим и сильным, как изображено на любой мраморной статуе, которую можно найти, он тоже был такого же телосложения. Не слишком тяжелый, не слишком худой. Тяжелая работа, тренировки, хорошая диета. Он впишется туда, куда я планировал его поставить. Конечно, после небольшой работы. Но он выглядел так, будто приложит все усилия, чтобы добиться успеха. «Мы здесь остановимся?» спросил он, впервые с тех пор, как я покинул Асфи. «Хм, вы, наверное, не можешь видеть в темноте так же хорошо, как я». Я ответил, посмотрев на них обоих, заставив Ареса отшатнуться от меня и от того, что, вероятно, выглядело как золотые хищные глаза: «И поскольку я бы не хотела нести вас обоих, потому что вы подвернули лодыжку или что-то в этом роде…» «Мэм добра.» Мариус ответил: «Могу я предложить место под тем навесом? Мы в спешке оставили там кое-что из наших принадлежностей для разведения огня». _________________________________________________ Они сидели лицом к огню напротив меня. Я привязал конец их веревки к своей руке и держал ее подальше от огня. «Арес, мне кое-что интересно». Он был довольно сдержан, его лицо осунулось, как будто его поражение только сейчас стало осознаваться. «Спрашивай, темноволосый изверг». сказал он. «Ты когда-нибудь думал о чем-то, кроме войны?» Я спросил: «Я понимаю, что как Арес, бог войны, это то, чем ты занимаешься. Но разве это все?» «Есть ли что-то еще?» Теперь в его голосе было немного больше духа. «Я — Бог Войны! Это моя любая мысль с того момента, как я проснулся, и до того, как я уснул!» Мариус выглядел покорным, усталый взгляд вернулся в его глаза. Кажется, я услышал, как он пробормотал «мускулистая голова». «Я понимаю. Но что, если бы ты применил это, и вместо того, чтобы бороться с людьми, ты бы боролся с проблемой?» Я ответил, подумав, что, возможно, некоторым богам просто нужна небольшая заминка в их программировании, чтобы увидеть что-то по-другому. «Что ты имеешь в виду? Разве завоевание не является величайшим достижением войны? Нет! Это сама цель!» Если бы его руки не были за спиной, он, вероятно, уже делал бы драматические жесты руками. «О? Значит, ты говоришь, что люди — единственное, с чем ты можешь сражаться? Неожиданно для Бога Войны». поддразнил я. «Ты смеешь сомневаться во мне?!» Он взвыл, пытаясь встать, но безуспешно. Возможно, потому что он забыл, что связан. Даже Ганеша не был таким тупым. «Разве ты не можешь бороться с голодом? Бич всех людей? Или с болезнью, которая может поставить на колени целые народы. Подготовить свои земли к осаде, но не людьми, а бедствиями? Что толку в завоеваниях, если такая простая вещь, как наводнение или голод, может победить вас еще до того, как вы начнете?» Я спрятал улыбку, когда Арес перестал пытаться встать и с ворчанием приземлился на спину. «Это правда. Армия движется на животе». ответил он, успокаиваясь. «А болезнь замедлит даже самых сильных мужчин». Ага. «Подумайте об этом, лорд Арес». Я добавил почетное слово для стиля, стараясь не прерывать то, что, как я надеялся, было началом крошечных изменений в неизменном существе. Я взглянул на Мариуса, и он слегка улыбнулся мне. «О, это Лиса». Я услышала голос с другого конца плато: «Я знаю эти уши где угодно». «Ага.» сказал я двум своим пленникам, а затем обратился к голосу: «Тиона?». «Тионе!» «Ты уже должна знать разницу!» Она подошла ближе, более крупногрудая из близнецов-амазонок ворвалась в круг света от костра. «Извини, трудно сказать, если вы не находитесь бок о бок. Хотя твой голос немного глубже». Я ответил с улыбкой. «Эй!» Тиона, менее одаренная, сказала сзади: «Почему ты такая злая… О, похоже, у тебя был плохой день». Они стояли рядом со мной, Тиона смотрела на меня, а ее сестра наблюдала за пленниками. «Он был насыщен событиями». ответил я, внезапно почувствовав усталость. «Я бы хотела поговорить с Локи, если она рядом». «Конечно, она внизу, с Финном и Ривьерой. Асфи сказала нам, что ты будешь где-то здесь, поэтому мы пошли вперед». Тиона ответила: «Знаешь, я всегда думала, что Арес будет выше, а кто это?» «Мариус, кронпринц Ракии, к вашим услугам». Он ответил формально, его связанное состояние ничуть не мешало ему. «Я бы поклонился, но…» «О, он неплохо выглядит. Личный военный трофей?» Тионе наклонилась ко мне, положив голову мне на плечо, и потерлась щекой о мою щеку: «Даже если у тебя есть эта дорогая Харухиме?» Подыгрывая ей, я обхватил ее за бедро, повернул голову и попытался потрепать ее за ухо: «Я предпочитаю дам, хотя, если бы ты попросила, Мариус с удовольствием поболтал бы с тобой как-нибудь за ужином». Даже мой хвост включился в игру, обвившись вокруг ее верхней ноги. Мариус покраснел, пробормотав извинения, Тионе покраснела и подавила стон, когда мне удалось поймать ее ухо между губами, а Тиона разразилась смехом. Тихо рыкнув, только для нее, я отпустил Тионе, улыбаясь, когда она отступила на шаг, пытаясь заикаться о полудюжине отрицаний одновременно. Подражая профессиональному «кхм» Эйны, я попытался привести все в порядок: «Полагаю, ни у кого из вас нет еды?». В конце концов, прошло уже полтора дня с тех пор, как я ела тот рисовый шарик. _________________________________________________ Я вздохнул, уже не в первый раз за тот день, когда мы, то есть большинство тузов Семьи Локи, я, Арес и Мариус, отправились обратно в Орарио. Сестры, поделившись с нами своей едой, оставались на страже, пока мы спали. На следующее утро, поприветствовав собрание Семьи Локи, а также саму Локи, я спросил, могу ли я получить немного аудиенции. Причина моего вздоха заключалась в том, что для получения этой аудиенции мне пришлось бы носить Локи на спине, пока мы разговаривали. «Знаешь, Локи». Я заговорил по-английски, отчасти для конспирации, отчасти для того, чтобы было совершенно ясно мое намерение. «Мне кажется, я знаю, почему тебе не везет с лапанием женщин из твоей Семьи». Ее ноги перекинулись через мои бедра, оставив ее руки, чтобы держать мою грудь под одолженным табардом. «О? Почему?» Ее руки замерли на мгновение, когда она спросила. «У тебя это ужасно получается». ответил я, слегка подпрыгивая, чтобы ее вес лучше ложился на мою спину. Она была очень легкой, но ее внимание к моей груди заставляло ее радостно извиваться. «Сплошной энтузиазм, никакой техники». «О? Ты думаешь, в этом дело?» «Я знаю, что так. Ты поставишь мне синяк, если будешь продолжать в том же духе». Я ворчал: «Теперь, если ты будешь настаивать на том, чтобы положить свои руки туда, мне придется попросить тебя притвориться, что они не для тренировки хвата». «С тобой не весело, ты знаешь это?» «Я должна рассказать Айс о тебе? Или позвать Ривьеру?» «Урк…» «Так-то лучше. Теперь к делу?» Я снова вздохнул, расслабляя лицо от часовой попытки выдержать полное отсутствие мастерства Локи. «Финнннннн». «Я бы хотела, чтобы Мариус перешел ко мне после того, как с Аресом разберутся». сказал я категорично. «Пффффф! Правда? Почему ты думаешь… Ты ведь серьезно?» Она остановилась на середине колкости, когда мой хвост легонько щелкнул по ее спине. «Почему?» «Он умный человек. Хорошо разбирается в тактике, знает своих людей, знает себя. Он сохранил свою голову чистой от бездумного поклонения, в которое впала остальная часть его страны». Я ответила, снова поморщившись, когда руки Локи потянулись: «Помягче, пожалуйста». «Извини. Но да, и что?» Она немного наклонилась, положив голову мне между ушей. «Я имею в виду, какая тебе от этого польза? Мы бы все равно потом выкупили его обратно, верно? Если бы ты его поймала, ты бы получила долю». И я рассказал ей свой план, ее руки переместились с моих грудей на уши. С ними она, по крайней мере, обращалась нежно, и мне пришлось сосредоточиться, чтобы не отвлечься. «О… О, это подло. Положительно, абсолютно грязно. Но очень хорошая идея. Откуда у тебя эта идея?» Она спросила, когда я закончил: «За все ее хвастовство о тебе и Маленьком новичке, Итти-битти(Бетте) не шутит, что ты умная». «Итак, ты меня поддерживаешь? Без поддержки одного из ведущих Семей я сомневаюсь, что гильдия согласится на это». ответил я, беспокойно вертя хвостом. «Ба, гильдия бессильна, если честно. Если бы не поддержка Ураноса…» начала Локи. «Она существует для создания иллюзии баланса, чтобы все Семьи в Орарио хотя бы делали вид, что ладят друг с другом, я знаю». Я пожал плечами: «Фрейя с Оттаром и остальными членами ее Семьи может взять город в худшем случае за неделю. Мы все это знаем, но это испортит всем веселье». «А мы все о веселье!» воскликнула она, опуская руки обратно под табард: «Конечно, я за вас ручаюсь. Это хорошая идея, и она действительно может сработать!» «Спасибо. Теперь… Насчет этих ваших рук… Обращайтесь с ними так же, как вы обращались с моими ушами. Серьезно, у тебя будет гораздо лучший отклик». «Вот так?» «Никаких прикосновений к голой коже». «Оу…» «Но да, вот так». «Ура!» Позади себя я слышал, как Финн шепчет Ривьере: «Есть идеи, чему она так радуется?». «Кроме очевидного?» прозвучал отрывистый ответ. «Ну да.» «Без понятия». _________________________________________________ И вот случилось так, что Арес, Бог войны и более или менее повелитель всей Ракии, был доставлен в Орарио за преступление войны, всеобщий идиотизм и список других вещей, которые сопутствовали этому. Отлучившись во время процессии, я повел Мариуса обратно в поместье Гестии/Такемиказучи, где находился дом Очага. Я бы встретился с Аресом лично позже, если бы ничего не пошло не так, но сначала мне нужно было кое-что прояснить. «Этот город…» восхищался Мариус, пока мы шли к дому. Я развязал его, после того как он поклялся вести себя хорошо. «Он такой яркий, когда я сравниваю его с домом». «Все благодаря подземелью и заботе гильдии о том, чтобы это место не сгорело». ответил я с легким сарказмом. «Воистину чудо. Как она управляется с таким количеством разных Семей?» «Это… Трудно объяснить. Но…» И я начал объяснять. О гильдии, правилах и бесконечном балансировании. «Не то чтобы не было проблем, но по большей части все работает». Я закончил. «Удивительно. Я удивлена, что некоторые из Семей подыгрывают мне. То, как ты описываешь высшую Фамилию…» Он ответил, поворачивая голову, чтобы посмотреть на вещи, когда мы проходили мимо. «Это все в погоне за развлечениями. Они все знают, что если будут слишком усердствовать, это перестанет быть развлечением». Я сказал со вздохом: «Но мы здесь». Я указал на белое мраморное здание, когда оно появилось в поле зрения. «Это ты, не так ли?» прокомментировал он, когда я отпирал ворота. «Да. Они продолжают думать, что я мудрый или что-то в этом роде. Белл, ты познакомишься с ним позже, он и я были первыми двумя членами семьи Гестии. Наш кузнец, Вельф, ты наверняка с ним поладишь». «Вельф Крозо.» сказал он, — «Надеюсь, он не будет держать на меня зла за эту глупость… Это чудовище?» «Обычно он довольно спокойный. Вроде того. Это Чиме, наш талисман». Я поднял кролика, который дремал у колонны рядом с главной дверью. Он открыл глаза, когда я это сделал, его уши приподнялись, а голова склонилась к моей руке, когда я погладил мягкий мех. «Чиме, это Мариус. Друг». Я протянул животное, и солдат автоматически принял его. «Хм… Мне еще многому предстоит научиться». пробормотал он, давая кролику обнюхать свои пальцы, прежде чем попытаться погладить его. «Старшая сестра вернулась!» — сказал один из многочисленных сирот, когда я предложил Мариусу снять сапоги. _________________________________________________ Примечания! Собираюсь сделать паузу здесь. Мне интересно, сможет ли кто-нибудь догадаться, что Кодори пытается сделать с Мариусом. Некоторые из вас отметили, какой уравновешенной она может быть, и я подумал, что могу попробовать поработать с этим немного больше. Кроме того, интересно, уловил ли кто-нибудь ссылку на фильм, которую я сделал. Некоторое время назад я упоминал игру, с ее ржаво-красными доспехами, но никто ничего не сказал :) И как вам понравилось ее новое «проявление»? Слишком много? Слишком мало? По крайней мере, она не упала в обморок? До скорой встречи, и спасибо, что читаете. aKAQg4bnYu