Мой мир, твоими глазами

Виталий Это было моим спасением, я должен был это сделать. Не смог бы жить дальше, зная о том, что произошло. Что человека которого я знаю, сейчас в большой беде. Павел первые дни сопротивлялся, отказывался от моей помощи. Но мне трудно смотреть на то как парень, то и дело натыкается на предметы. Потерять зрение, и потом жить обычной жизнью, уже вряд ли получится. В какой-то степени в нём я видел себя, такой же упёртый. Сам всё смогу, не хочет соглашаться с очевидным. Что не скажешь о Максиме, малыш был рад каждому моему появлению. Уводил его утром в садик, потом вечером забирал. Мы по долгу проводили время вдвоём, Павел в это время находился рядом. Молча смотрел на нас, конечно это выглядело так со стороны. На самом же деле, он просто слушал. Чему-то загадочно улыбался, Максим подбегал к нему, забирался к нему на колени, показывая очередное своё творение. — Пап, ты посмотри, что мы с Витой нарисовали. Я смотрел на Павла, острая боль сковывала меня изнутри. Смотрел на то, как парень пальцем проводил по рисунку. Конечно я видел как читают слепые, но для этого есть специальные книги. — Как красиво, это ты, а кто рядом с тобой? — Пап, ну как же ты не видишь? Это Вита, в середине стою я, а вот это ты. — Ну да, как же я сам не догадался. Некоторые вещи меня поражали, с какой точностью Павел рассказывал. Что именно на рисунке изображено. Как вообще он умудряется отгадывать? Для меня наверное это и останется загадкой на всю жизнь. — Виктор, не смотри так на меня. Мне не по себе. — Но… Но откуда ты можешь знать куда, и на кого я смотрю? — Говорят, когда человек теряет зрение, другие его рецепторы более чувствительно чувствуют, что вокруг. Слух обостряется, кончики пальцем более чувствительные чем у обычного человека. Поверить не могу, как вообще такое возможно. — Ты не думай, что в одно мгновение всё это у меня проснулось. Я пытаюсь себя заставить почувствовать. Кое-что у меня получается хотя… — Ты удивительный человек, удивил так, удивил. — Не надо так со мной, ты мне сейчас просто льстишь. — Не веришь мне, спроси своего сына. Павел опустил свой взгляд, было видно, что он чем-то встревожен, переживает. — Может я сказал глупость, ты не обижайся на меня. — Ты тут ни причём. — Тогда в чём дело? — Мне завтра к врачу, на обследование. Тревожно на сердце, боюсь мне не всю правду говорят. — Хочешь я пойду с тобой? Так тебе будет спокойнее, да и помочь смогу, если нужна будет помощь. Тут вмешался Максим, что он тоже должен пойти вместе с нами. Без него нельзя, он поможет и обязательно подскажет если что. Мы даже посмеялись, малыш хоть и мал ещё, но понимает всё. Всегда рад помочь папе во всём. На следующий день ранним утром вызвали такси. Павел сидел на диване, по нему сразу было видно как сильно он волнуется. Весь зажатый, ни одной эмоции на лице. Всю дорогу он молчал, если бы не Максим, то я вообще не знаю как перенёс бы эту поездку. Павел зашёл в назначенное время в кабинет врача. Мы с Максимом остались ждать в коридоре. — Виталий, а папе помогут вернуть зрение? Вот тебе на, даже не ожидал от Максима. — Ты же обещал мне, Максим, ты забыл о нашем уговоре? — Я не забыл, сейчас папы нет рядом, я храню нашу тайну. Виталий, я так боюсь за папу. Как же мы будем жить? Малыш посмотрел на меня влажными от слёз глазами. Да я сам был готов заплакать, зная истинную причину, из-за кого потерял зрение Павел. — Максим, ты чего? Ты хочешь чтобы папа увидел тебя таким? Он расстроится, а ему сейчас поддержка нужна. — Он не увидит, ты же это тоже знаешь. Не надо меня обманывать, я не маленький. Папа говорит что я совсем большой стал. Не думал, что Максим так отреагирует на мои слова. Конечно малыш умён не по возрасту. Смышлёный малый, весёлый и озорной, как и все его сверстники в его возрасте. — Не расстраивайся так, надо верить, всё с папой будет хорошо. Мы говорили как можно тише, чтобы нас никто н слушал. В это время из кабинета вышел Павел. Старался улыбаться, делать вид, что всё хорошо. Но обмануть меня, да куда уж там. Всё было понятно, то что ему сказали, не даёт никаких шансов. Бывает так, что знаешь всё, но в глубине души всегда остаётся маленькая надежда. Так наверное сейчас было и у Павла. Тоненькая нить, на которой висела та надежда, порвалась. Максимка увидев Павла бросился к нему, обхватил его за ногу. Поднял голову, всматриваясь в глаза Павла. — Пап, дяденька вылечить твои глазки? — Конечно вылечит сынок, просто нужно ещё время. Подхватил Максима на свою руки, прижал к груди. Пытаюсь держаться, ком подкатил к горлу. Как же это трудно бывает порой, делать вид, что ты сильный, что всё тебе по плечу. — Павел, что врач говорит? Павел улыбнулся, выставил руку вперёд, пытаясь нащупать препятствие впереди себя. Подал ему свою руку, помог присесть на скамейку. — Сказал, что всё будет хорошо, просто нужно время. Я же понимаю, что Павел говорит неправду. Он скрывает истинную правду, чтобы её не слышал Максим. — Меня подождите пару минут, я скоро. Павел весь напрягся, хоть он и не видел, что я собираюсь делать, но видимо догадывался. Пытался приподняться, удержать меня за мою руку. Остановил его, попросил присмотреть за Максимом. Постучал пару раз, потом зашёл в кабинет врача. Трудно объяснить человеку, когда не знаешь с чего начать. Заикался, путался в словах, в конце концов родил, то что меня интересует. То что я услышал, повергло в шок. Нужна срочная операция, иначе Павел навсегда может остаться незрячим. На всё у него три месяца, платная операция стоит миллион рублей. Есть и бесплатная операция, на это нужна квота. Господи, так мало времени в запасе. Теперь я понимаю Павла, он сильный человек. Знает о своём диагнозе, но не подаёт виду. Прежде всего думает о своём сыне, переживает за него. Не подаю вида, выхожу с кабинета, натянул на себя улыбку. — Поехали домой. — Пап, давай немного погуляем? Мы так давно не гуляли с тобой вместе. Вита с нами, погуляем по парку, потом домой вернёмся. Максимка молодец, он хоть и мал ещё, но сейчас он спас нас всех. Погуляли по парку, Максим резвился, догонял его, посмеялись от души. Даже Павел отвлёкся, смеялся вместе с нами. Смотрю на него, какой же он сильный. Знать всё, но продолжать улыбаться, улыбаться ради сына. — Пап, я устал и кушать хочу. Давай быстрее домой пойдём. — Но для начал в магазин, купим твои любимые пельмени, иначе чем я тебя кормить буду? — Опять пельмени, может что-нибудь другое приготовишь? Павел замолчал, понятное дело. Как тут не понять, чтобы приготовить что-то другое, нужен опыт, глаза. — А давайте я вам приготовлю что-нибудь. — Вита, а ты умеешь готовить? — Если честно сказать не очень, но у меня же есть два помощника. Вы с папой мне поможете, подскажете если что. Максимка задёргал руку Павла, всматриваясь в его глаза. — Папа, мы же поможем Виту приготовить ужин? — Поможем сынок, ты будешь за главного, так пойдёт? — Тогда в магазин, накупим вкусностей для ужина. В магазине взяли тележку, Максим шёл впереди нас, мы за ним следом. Купили самое нужное, потом рассчитались на кассе, сложили всё в пакет. Дома начали готовить, Максимка руководил, мы же слушали его и выполняли все его поручения. Ну это типа Максим же главный, мы его слушались. Так появилась кастрюля на плите, затем немного мяса туда же отправилось. Почистили картошку, накрошили капусту. Тут же готовилась поджарка для нашего супа. Работа спорилась и кипела, даже забыли про то что случилось. А может просто никто не хотел об этом говорить. И вот спустя час, наше творение было готово. Максим ждал, он был готов снять пробу первым. Оба ждали, что же скажет Максим. Маленький засранец, он словно издевался над нами, выжидал время. — Что скажешь Максим? — Мне большую тарелку наложите, вкусно-то как. Ну рассмешил, так рассмешил. Накрыл на стол, сам стоял в стороне, любуясь как Павел с Максимом принялись ужинать. — Виктор, а ты чего не накладываешь себе? Поужинай с нами, ты же устал. — Да я… Я дома поужинаю. — Получилось очень вкусно, лучше не приготовишь. Пожимаю плечами, никогда особо не готовил. Разве что картошку пожарить, или полуфабрикаты приготовить. Это легко и быстро. — Посуду сложите в раковину, я утром приду и всё помою. — Витя, я же не инвалид какой-то. Помою посуду, да и помощник у меня есть. — Папа, я помогу, буду чашки вытирать полотенцем. — Ладно, тогда я домой, поздно уже. Максим, которые сидел и уплетал суп из тарелки, вдруг замер, посмотрел на меня. Потом спрыгнул со своего стула и направился ко мне. — Вита, ты же завтра придёшь к нам? Я буду ждать, и папа будет ждать тебя. — Максим, у дяди Вити могут быть свои дела, нельзя так. Максим смотрит то на меня, то на Павла, он ждал моего ответа. — Конечно же Максим я приду, отведу тебя в садик. Ты самое главное будь готов, чтобы снова не опоздать. Иначе нас воспитательница ругать будет. — Я рано встану, папа меня разбудит. Правда же папа? Улыбка Павла, смотрю на них, как они похожи друг на друга. Манера общения, те-же повадки. — Обещаю, а сейчас скажи дяди Вите до свидания. Малыш обнял меня, чмокнул в щёку, блин это было так приятно. Такое ощущение, что их я знаю целую вечность. Тороплюсь домой, не хочется чтобы Гена задавал мне свои вопросы. Где был, как провёл время? Не хочу ничего пока ему говорить, пусть всё останется как есть. — Всем доброго вечера! — Добрый вечер Геннадий Петрович! Я накрываю на стол? — Да Мария Львовна, голоден как волк. — Неудивительно, так поздно возвращаетесь домой в последнее время. — Работы много накопилось, вот и приходится работать допоздна. Гена посмотрел на меня, словно оценивал меня. Пытаясь понять, что творится в моей голове. Не подаю вида, веду себя обычно, вроде как бы у меня всё в норме.